По дороге к себе

Ольга Сабирова

По дороге к себе

Глава 1

«Опять этот прыщ вышел», -критично подумала она, разглядывая себя в зеркало. Ева крайне редко бывала довольна собой. «И имя то какое дали», -размышляла она. «Хочется видеть богиню красоты, а тут моя, не самая симпатичная, физиономия».

«Спасибо, многоуважаемые родители», -часто повторяла Ева, когда начинала тонуть в состоянии собственной малозначимости. Родителям, собственно говоря, было всё равно до ее переживаний. Отец по легенде, ходящей в кулуарах их весьма странной семьи, уехал в глубоком детстве Евы на Север.

–За длинным рублем метнулся, -презрительно отзывалась о нем бабушка. -Как говорится, с глаз долой из сердца вон, -в который раз повторяла она одну и ту же заезженную фразу при упоминании его имени.

–Ну что ты, мама, -всегда отвечала ей на эту критику Бэлла. -Федор был очень хороший человек, просто эмоционально неустойчивый.

–Вот именно, -распалялась еще сильнее бабушка, -неустойчивый, только морально. Обрюхатил твою мать, -обращалась она уже к Еве, -и в кусты. Так до сих пор там и отсиживается. А может и вовсе сгинул. Да и шут с ним тогда, -завершала она всегда в одной и той же манере свою речь, артистично выходя из комнаты и всем своим видом выказывая презрение к персоне отца.

Бэлла, она же мама Евы, в этот момент театрально закатывала глаза и ложилась на диван, совершенно не скрывая чувства разыгравшейся жалости к себе.

«Ну и семейка», -думала в этот момент Ева и старалась под разными предлогами покинуть пределы квартиры. Как ни странно, ей это всегда удавалось. «Главное к 10 часам домой вернуться, а то бабушка три шкуры сдерет».

В понимании бабушки содрать три шкуры значило сказать менторским тоном о том, что Ева выросла ни на что негодным ребенком, слоняющимся с непонятными типами до ночи и сочиняющим какие-то небылицы в виде бесполезных стихов и никчемных рассказиков. А в завершении этой тирады обязательно добавлялось, что она пошла в отцовскую породу и, что, если еще раз ее приход будет позже назначенного времени, то она сейчас же со всеми вещичками отправится к нему, на обросший слухами Север. Но Еву эта перспектива давно уже не пугала. «Вот закончу университет и уеду, хотя бы даже на велике», -мечтала она, в который раз забывая, что не умеет на нем кататься.

«Так научусь», -тут же придумывала Ева. «Вот приеду к папе и освою эту нехитрую науку. По сугробам как раз самое то на велосипеде колесить», -смеялась она про себя

Ева всегда была необычным ребенком, любящим тишину и совершенно не терпящим суеты и каких-то команд. Со стороны очень часто казалось, что эта хрупкая, светлая девочка с фарфоровой кожей чем-то расстроена. Но подойдя ближе, было явно видно, что она живет в своем особенном мире, доступном только ей. В целом с тех пор ничего не изменилось. Этот мир жил в ней до сегодняшнего дня. Без него она бы уже давно превратились в свою огрубевшую за годы жизни бабушку или инфантильную маму. «И не написала бы ни одного стиха», -часто с грустью думала Ева.

А еще она постоянно что-то теряла. Эта рассеянность началось еще в детстве, когда Ева приходила домой с разными сапогами на ногах и непременно без одной варежки. Сейчас, во взрослой жизни, она могла потерять за сезон пару перчаток или зонтов. «Третий зонт за последние два месяца», -усмехнулась Ева, одевая на голову капюшон. «Что ж, милочка, вы нынче в ударе», -поздравила она себя, глядя на мелкий моросящий дождь, который не спешил заканчиваться. «Все равно прогуляюсь. Петь под гитару по подьездам изрядно надоело», -решила Ева и вышла в непогоду из под козырька дома.

Сентябрь в этом году выдался на редкость хмурым и ветреным. Вот и сейчас, шагая по мокрым улицам, она ощущала себя где-то в промозглом ноябре и постоянно прятала замерзшие руки в карманах куртки. «Зато весь август стояла несусветная жара», -заметила Ева про себя, перебегая дорогу в неположенном месте.

«Ну что ж вы хулиганите, Ева», -совершенно отчетливо услышала она голос в своей голове.

«Это ведь не я сказала?» -удивленно подумала Ева, остановившись возле пекарни.

–Между прочим, так можно остаться и без хвоста, -продолжал вещать невидимый собеседник.

–У меня нет хвоста, -в полном смятении ответила она. -Или уже вырос? -испуганно сказала Ева, пытаясь заглянуть за спину. Но сзади она увидела только черного кота, который внимательно наблюдал за ее странными телодвижениями.

–Я бы, конечно, напомнил вам правила, по которым уместно переходить дорогу, но времени как-то совсем маловато, -вновь заговорил некто в ее голове. -Поэтому, немедля отправимся в путь, милейшая Ева, -добавил все тот же голос, и в этот самый момент черный кот, глазеющий на нее все это время, вдруг встал и потрусил в известном только ему одному направлении. Она стояла, как вкопанная, пытаясь уловить хоть какую то логику в происходящем, пока чья-то невидимая рука не подтолкнула ее следовать вдогонку убегающему по тротуару коту. «Словно пинка дали», -отметила Ева про себя, убыстряясь с каждым новым шагом.

В мыслях вдруг перестали возникать какие либо вопросы и появилось единственное желание,-не упустить из вида то и дело мелькающий между домами вертлявый, черный хвост.

Надо отметить, что кот то и дело останавливался, наблюдая за ней с приличного расстояния и, как ей казалось, весьма цинично улыбался. В этот момент она думала о

том, а не попала ли она в когтистые лапы Бегемота из недавно прочитанного ею романа Булгакова, но вопреки сомнениям стремительно двигалась вперед.

Ева уходила все дальше и дальше, совершенно забыв про страх и абсолютно ясно понимая, что вместе с этим пушистым проводником ее ведет вперед некая сверхъестественная сила, желающая лишь одного,-помочь обнаружить тот самый потаенный уголок души, о котором весьма красочно говорят многие, но лишь единицы находят смелость заглянуть в его неизведанные недры.

Глава 2

Уже давно пейзаж вокруг стал малознакомым, но это совершенно не пугало юную искательницу приключений. Да и говорящий кот неизменно маячил впереди, вселяя уверенность, что скоро они дойдут до пункта А. «Или Б», -подумала Ева. «А вдруг вообще нет никакого пункта», -впервые за всю дорогу неожиданно испугалась она.

«Пункт», -тут же презрительно фыркнул голос кота в ее голове. «Мы что с вами макулатуру сдавать идем?» -вопросительно сказал он и оглянулся, обдав ее надменным взглядом. «Следуйте за мной, милейшая, и через пять минут увидите насколько ваши представления были ошибочны», -завершил кот свою безмолвную речь, свернув в очередной переулок.

«Похоже, надо иметь две пары ног, чтобы успевать за этим наглым типом», -ругалась про себя Ева, прибавляя шаг и погружаясь в темноту узкого прохода между домами.

Пройдя буквально семь метров, она инстинктивно зажмурила глаза и замерла на мгновенье от слепящего света.

–Ну вот, принимайте, -сказал кот, и тут Ева поняла, пытаясь разлепить веки, что его речь стал совершенно настоящей и звучит уже где-то рядом, а не только в ее мыслях.

–Благодарю, Сигизмунд, -ответил коту приятный женский голос. -А где же твое здравствуйте?

–Прошу прощения, мадам Агата. Мне нет никаких оправданий, -раскланиваясь заговорил он, совершено свободно встав на задние лапы. -Умоляю о снисхождении к вашему покорному слуге, моя непревзойденная леди, -слащаво продолжал кот, грациозно помахивая хвостом, и было очевидно, что его совесть при этом не испытывает совершенно никаких угрызений.

–Ах ты плут, -засмеялась дама.

«Да еще и подхалим», -подумала Ева и тут же услышала в голове:

–Но, но, девочка, я тут, между прочим, тоже имею некоторый вес.

–Ужас! -возмущаясь, ответила она уже вслух, стреляя глазами в сторону наглеца. -Мало того, что в мысли лезете, так еще и мастер класс по лизоблюдству устроили.

–Рада тебя видеть, Ева, -сказала с улыбкой загадочная дама, прерывая их разгорающуюся перепалку.

На первый взгляд ей было лет 40, но при этом образ незнакомки, вразрез возрасту, веял некой воздушностью и легкостью, присущей совершенно юным девушкам. «Назвать ее женщиной было бы кощунством», -непроизвольно подумала Ева.

–Агата Львовна, -представилась она, окутывая ее каким-то неземным теплом своих небесно-голубых глаз, и тихо сказала:

–Как же ты похожа на отца.

–Какого отца? -совершенно растерянно спросила Ева.

–Родного, конечно, -улыбнулась новая знакомая. -Или у вас имеется еще какой-то, Ева Бертовна?

–Ну вот, -разочарованно ответила она. -Я так и знала, что этого не могло произойти со мной. А про себя с тоской подумала: «Похоже пора уходить».

–Куда это ты собралась, девочка моя? -сказала Агата Львовна, подходя чуть ближе

–Ой, и вы мысли читаете? -удивленно воскликнула Ева.

–Время от времени, -как-то уклончиво ответила дама. -Ну так куда же ты собралась уходить?

–Просто…. -запнулась она на секунду. -Просто вы назвали меня Евой Бертовной, а я Федоровна, -краснея от нахлынувшего волнения, продолжала она. -Получается Сигизмунд вам не ту девушку привел, -уже совершенно расстроенно прибавила Ева.

–В смысле не ту! -возмутился кот и тут же вся любезность испарилась с его мохнатой физиономии. -Прошу справедливости, мадам Агата. За шестьдесят лет своей многогранной жизни я еще ни разу не ошибся, -сказал он, подходя к ним. -Что это за наговоры, бесценная вы моя, -со злобным прищуром промурлыкал он, глядя на Еву.

–Ну,ну, -улыбнувшись, произнесла Агата Львовна, -сдается мне, что между вами сразу возникла симпатия. Ты, мой дорогой, останься здесь, -обратилась она к Сигизмунду, -а мы с Евой как раз все это и обсудим за чашечкой ароматного чая, -сказала мадам Агата, увлекая ее в сторону дома.

–Вот так всегда, -совсем расстроенно занудел оставленный возле крыльца Сигизмунд. -Как пирожные откушивать, так значит без меня. Все правильно, я пригоден только для черных работ, да и цвет у меня как раз подходящий, -драматично подытожил он и отвернулся в сторону дороги.

–Сигизмунд, поднимись на террасу, -спокойно сказала Агата Львовна, как будто уже в сотый раз видела эти выходки несостоявшегося актера. -Там есть чай, конфеты и венские вафли, а тростниковый сахар ты найдешь в розетке желтого цвета.