скачать книгу бесплатно
Несколько секунд Кристина молча переваривала услышанное, а потом передернула плечами:
– Ладно, подождем. Давай пока освобождать твою дурочку…
– Может, заодно и мою камеру откроете? – спросила Оля. – Раз уж вы теперь никуда не торопитесь…
Спешить действительно было некуда. Оля оказалась худым, нервным на вид подростком. Короткая стрижка не скрывала рубцов на лбу и висках. Последней Тайна отомкнула одиночку, в которой сидел Папа.
– Я готов разделить участь Самсона, погребенного под развалинами храма, – донеслось из глубины камеры.
– Ну-ну… – сказала Тайна на прощание. – Но я на всякий случай оставлю дверь открытой.
– Мила! – внезапно завизжала Олеся, хвостиком ходившая за Тайной, пока та освобождала Олю и Папу. – Мила, мы здесь!!!
Тайна огляделась, но никого не увидела. По коридору, куда указывала Олеся, метались тени – те лампы, что еще продолжали работать, раскачивались на выдранных из-под штукатурки проводах. Кристина, а следом за ней и Тайна подошли ближе к двери. К ним навстречу, смешно переставляя короткие тряпичные ножки, брела Олесина сестра. На ее лоскутном платье и круглом кукольном лице появились свежие кровавые пятна. По полу она волокла старый тяжелый ключ – тот самый, с помощью которого открывался последний замок.
– Ну надо же, – только и сказала Кристина.
Мила с легкостью проскользнула между прутьями. Пока Олеся радостно тискала сестру, Тайна открыла последний замок. Путь был свободен, и вся компания поспешила к выходу. Одним из первых из темного зала на свет выскочил Папа. К тощей груди он бережно прижимал Библию – ну точь-в-точь Олеся со своей куклой.
– Вы же остаться собирались, – бросила на бегу Тайна.
– Я еще не готов предстать перед Творцом, – ответил Папа недовольным голосом. – Сначала надо покаяться, принять причастие…
С потолка, поднимая тучи пыли, падали огромные куски штукатурки, сыпала искрами разорванная проводка. Беглецы ворвались в вестибюль. Здесь ощущался едкий запах гари, из-под стальной двери ползли черные щупальца дыма, словно лаская распластавшегося на полу Игоря Валерьевича. Скальпель в шее, разбитые очки на полу – все соответствовало рисунку Кристины. Похоже, Мила взобралась по медицинскому халату, пока доктор пытался открыть замок, и поставила точку единственным точным ударом.
Тайна вынула ключ из пальцев Игоря Валерьевича и вставила его в замочную скважину.
– Не поворачивается…
– Дай я попробую. – Кристина плечом отодвинула Тайну и подергала ручку. – Заклинило! Все стены в трещинах, дверь перекосило. Дьявол!
Товарищи по несчастью растерянно переглядывались. Кристина продолжала раздраженно толкать дверь и сыпать проклятиями, а Тайна разбрасывала ногой обломки, надеясь найти что-нибудь похожее на лом или рычаг.
– Наверное, я могла бы убрать эту дверь, – услышала Тайна тихий напряженный голос и оглянулась.
Это была Оля. Она подошла к двери и провела пальцами по стальной поверхности.
– Так убирай, – сказала Тайна.
– Пообещайте, что не бросите меня здесь, – голос Оли дрогнул. – После этого я всегда теряю сознание.
Тайна кивнула. Она бы и так не бросила человека в рушащемся здании, но, похоже, Оля никому не доверяла.
– Давай уже, делай! – поторопила Кристина.
Оля подошла к тяжеловесному бюсту, стоявшему в глубине вестибюля, и положила на него руки. Гранитный Ленин стоял здесь, должно быть, с открытия лечебницы и весил тонну. Оля закрыла глаза, опустила голову, и вскоре ее пальцы окутало бледно-зеленое свечение. Оно становилось все ярче и вскоре полностью охватило изваяние. Ильич светился так, словно кто-то ради шутки натер его фосфором.
– Давайте-ка отойдем от двери, – предложила Кристина.
Беглецы без лишних слов расступились. В этот момент бюст оторвался от постамента и, медленно вращаясь, поднялся в воздух. Какое-то время пальцы девушки еще касались камня, а потом изваяние поднялось выше, а Оля застыла под ним с поднятыми руками. На ее исчерченных шрамами висках и худой шее вздулись вены. Несколько секунд Оля просто стояла, видимо, собираясь с силами, а потом всем корпусом подалась в сторону двери. Бюст, будто выпущенный из катапульты, пронесся через вестибюль и с оглушительным грохотом выбил дверь вместе с коробкой. Из открывшегося проема дохнуло жаром, а Оля безвольно повалилась на пол.
Первым в образовавшуюся дыру выскочил Папа, за ним последовала Олеся, бережно прижимавшая к себе Милу. Кристина скорчила недовольную мину, но все-таки помогла Тайне протащить Олю через пролом.
В больнице бушевал пожар, однако в коридорах первого этажа огонь только набирал силу. Судя по крикам, на лестнице приключилась давка, поэтому путь наружу пока что был свободен. Кашляя от дыма и жмурясь, Тайна и Кристина протащили девушку до вестибюля и там перепоручили заботам санитаров. Персонал пытался помочь больным покинуть горящее здание, но перепуганные пациенты отнюдь не облегчали врачам и санитарам задачу.
Тайна и Кристина, держась друг за друга и отчаянно кашляя, спустились по ступенькам и побрели прочь от гибнущей больницы. Вокруг в отсветах пожара метались пациенты, кто-то с плачем и воплями, кто-то – с безумным хохотом.
– Психи разбегаются, – сказала Тайна, оглядываясь.
– Правильно делают, – буркнула Кристина.
Девушки поравнялись с гипсовым ангелом и остановились, глядя друг на друга.
– Все это ничего не меняет, – проговорила Кристина. – Когда в следующий раз встретимся, я тебя все-таки убью.
– Ты думаешь, получится?
– Думаю, я единственный человек…
– …у которого это может получиться, – закончила за нее Тайна. – Это ты хотела сказать?
Кристина усмехнулась, двумя пальцами отсалютовала сестре и двинулась прочь. Когда силуэт художницы почти растаял во мраке, Тайна пожала плечами и произнесла:
– Попытайся. Все равно ты вторичная.
Ворота были распахнуты, будка охранника пустовала, и пациенты беспрепятственно покидали территорию больницы. Довольная тем, как все закончилось, Тайна последовала их примеру.
Интерлюдия шестая
Бедлам на пожарище
– Быстро, носилки сюда!
– Помогите мне его вытащить!
– Тут завал, не пройти!..
Вокруг больницы слышались крики и вой сирен; повсюду носились спасатели, перетаскивая раненых и обожженных в машины скорой помощи. Госпиталь, еще недавно казавшийся неприступной крепостью, с бетонным забором, шлагбаумом, постом охраны и стальными воротами, способными выдержать натиск варварской орды, в одночасье превратился в проходной двор. Ворота были распахнуты, через них то и дело въезжали и выезжали пожарные машины. Люди в форме и ярко-желтых защитных костюмах бегали, не обращая внимания на собравшуюся за ограждением толпу. Над зданием психбольницы, за ночь превратившимся в руины, висел густой черный дым. Пожарные поливали из брандспойтов очаги пламени, водяные струи вздымались на десятки метров, но полностью справиться с огнем пока не удавалось. Внезапно звуки сирен и вопли пострадавших потонули в серии громких хлопков, похожих на выстрелы. Все, кто находился неподалеку от ворот, в том числе и Вера с Альбертом, инстинктивно втянули головы в плечи. Какой-то дедушка в больничной пижаме и тапочках на босу ногу бросился на землю.
– Без паники! – крикнул пробегавший мимо пожарный. – Это шифер лопается!
– Чтоб его, этот шифер… – сплюнула Вера.
– Полностью согласен, – пробормотал Альберт.
Он крайне нервозно реагировал на громкие звуки, мигание сирен и расползающийся по округе едкий дым. Здесь, среди суеты и шума, детектив определенно был не в своей тарелке и не выпускал из руки карманные часы.
Вдалеке послышался нарастающий гул вертолетов.
– С воздуха тушить будут, – предположил кто-то из зевак.
– Не, это за пострадавшими, – возразил другой. – Вертолетами будут по больницам развозить.
Вера и Альберт оказались в довольно пестрой компании. Среди собравшихся были родственники пациентов, многие в слезах и с фотографиями пропавших без вести; простые любопытствующие, для которых пожар был не трагедией, а развлечением; люди в больничной одежде. Кое-кто из последних невпопад смеялся, корчил гримасы или надувал пузыри из слюны.
Взвыла очередная сирена, и возле ворот затормозил милицейский «бобик». Двери распахнулись, и выскочившие из машины милиционеры принялись оттеснять толпу и переносить ленточное заграждение подальше от входа.
– Всем разойтись, не мешайте спасателям!
Гражданских отодвинули метров на двадцать от ворот, и Вера с Альбертом перестали видеть, что происходит во дворе лечебницы.
– Ты думаешь, Тайна успела покинуть здание? – произнес Альберт, прикрывая нос кружевным платком с вышитой анаграммой «Б.К.». Его глаза, и без того красные, от едкого дыма сделались похожими на два налитых кровью шарика под белоснежными бровями.
– Зная Тайну… она все это и устроила… – пробормотала Вера, впрочем, без особой уверенности в голосе. Она хотела продолжить мысль, но кто-то посту чал ей по плечу, призывая к вниманию. Девушка оглянулась и увидела парня в больничной робе, с круглым одутловатым лицом и широко поставленными маленькими глазками.
– Ты страшная! – с трудом ворочая толстым языком, произнес он.
– На себя посмотри, дебил, – недружелюбно отозвалась ведьма.
Пациент залился радостным смехом, будто Вера выдала отменную шутку, а детектив взял ее под локоть и повел прочь.
– Нечего здесь стоять, – произнес он сквозь платок. – Тайна может быть среди пациентов. Надо пройтись, опросить свидетелей…
Вера через плечо бросила недобрый взгляд на круглолицего, но того уже уводил милиционер. Парень, продолжая глупо хихикать, безропотно шел в сторону огромного шатра, развернутого на безопасном расстоянии от забора.
– Всех больных ведут туда, – сказала Вера, кивнув в сторону палатки. – Наверняка там есть информация о пострадавших, какие-то списки…
– Скорее всего, – согласился Альберт.
Большинство больных, похоже, восприняли происходящее как незапланированную прогулку. Пожар случился поздно ночью, и пациенты, которым посчастливилось покинуть здание целыми и невредимыми, разбрелись по окрестностям. Патрули прочесывали близлежащие районы и возвращали сбежавших на место – Вера и Альберт видели, как из остановившейся милицейской машины вытащили упирающегося мужчину в пижаме и наручниках. Он ругался и кричал что-то о нарушении прав человека. Впрочем, большинство пациентов проявили похвальную сознательность. Они тихо наблюдали за работой пожарных, кое-кто даже самостоятельно направлялся в палатку, где пострадавшим выдавали пледы и бутылки с водой.
Не без труда Альберт и Вера пробились к шатру. У входа толпились родственники потерпевших, примчавшиеся сюда, как только по телевизору и радио объявили о пожаре. Все они требовали ответа – что случилось и где их родные.
– Мама не ходит! Она может до сих пор оставаться в здании! – рыдала молодая девушка на плече у мужчины.
– Где списки?! – орала какая-то бабушка, потрясая клюкой.
Из палатки вышла врач – усталого вида женщина в синей униформе – и громко произнесла:
– Уважаемые! Здесь произошла трагедия, и мы знаем не больше вашего. В том, почему случился пожар, будут разбираться специалисты.
– Это теракт! – крикнул кто-то. – Мне говорили, был взрыв!
– Не надо нагнетать панику! – Женщина обвела толпу раздраженным взглядом. – Я, например, ничего не слышала про взрыв. Кстати, некоторые мои коллеги сегодня ночью пропали без вести, а они тоже чьи-то родные! Пожалуйста, проявите терпение!
Попытки врача успокоить толпу были встречены криками и угрозами:
– Мы вас засудим!
– Хотя бы пустите нас в палатку, чтобы увидеть, кто жив!
Женщина подняла руки, взывая к тишине:
– Поймите, в палатке – больные люди! Психически больные! Они напуганы, и мы пытаемся их успокоить. Я не имею права вас туда пустить, это опасно. Часть раненых увозят в Краевую больницу. Сейчас мы составляем списки, и как только они будут готовы, мы их сразу же вывесим!
– На каком сайте? – спросила Вера.
– На стене палатки. – Врач бросила на нее удивленный взгляд.
– Тьфу… – пробормотала ведьма, засовывая смартфон обратно в карман. – Обожаю две тысячи второй…
Женщина вернулась в шатер, и вход тут же загородили два неприветливых милиционера. Они не пускали внутрь никого, кроме медперсонала и своих коллег, занятых отловом сбежавших пациентов.
Альберт и Вера переглянулись.
– Что будем делать? – спросила ведьма. – Я очень сомневаюсь, что Тайна в этой палатке. Но если она там, мы об этом узнаем, когда появятся списки.
– Совершенно верно, – кивнул детектив. – А пока, боюсь, нам придется про…
– Вы не видели эту девушку? Она называет себя Тайной.
Альберт осекся на полуслове и вытаращился на юношу-очкарика, который показывал милиционеру, стоящему на входе в шатер, квадратный полароидный снимок. Худой и длинноволосый, парень теребил в руках тряпичную куклу, измазанную в саже. Милиционер бросил короткий взгляд на снимок и отрицательно покачал головой.
– Идем! – Детектив схватил Веру за руку и потащил вперед. – Эй! Молодой человек! Вы сказали – Тайна?
Парень остановился как вкопанный:
– Да! Да, Тайна! Где она? Вы ее видели?!
– К сожалению, нет. Но мы сами ее ищем.
Взгляд юноши моментально сделался подозрительным. Он убрал снимок в карман и произнес:
– Значит, ищете?.. Странно. У нее же нет родных в этом городе. Может, объясните, зачем она вам? И вообще… вы кто такие?
– Я – частный детектив. – Альбинос сдержанно поклонился. – Ищу Тайну по заданию… заинтересованного лица.
– А лучше ничего придумать не могли? – фыркнул молодой человек. – Знаете, что я думаю? Вы жулики, которые надеются содрать денег с родственников тех, кто сегодня пропал без вести. И сколько вы попросите за информацию о Тайне? Или что там у вас по сценарию?
– Что? – опешил Альберт. – Мы – жулики?
– Конечно. Я на таких еще в девяностые насмотрелся. Типичные лохотронщики!
– Знаешь, приятель, – вступила в разговор Вера, – ты правильно делаешь, что никому не доверяешь. Мы действительно выглядим подозрительно. Хотя в данный момент ты меня так бесишь, что еще слово о жуликах, и тебе до пенсии придется на бабок работать. Честно.
– Каких бабок? – удивленно моргнул юноша.
– Которые порчу снимают, – буркнула ведьма. – И сглаз отчитывают.