Наследие Фаэтона

Руслан Жук

Наследие Фаэтона

Пролог. «Год тишины»

Пояс астероидов, станция «Тень». Полгода спустя.

Морган стоял у огромного иллюминатора, глядя на россыпь камней, тянущихся к вечности. Его лицо осунулось, под глазами залегли тени, но взгляд оставался прежним – холодным, просчитывающим, хищным.

– Полгода, – прошептал он. – Полгода я жду, а они всё ещё не дали мне армию.

«Терпение, слуга», – голос Баала возник прямо в голове, заставив поморщиться. – «Тени готовятся. Ваш мир сильнее, чем мы думали. Но знание, которое ты принёс, бесценно. Мы нашли способ нейтрализовать Сферы».

– Как?

«Три кристалла – три ключа. Один у русских, два у нас. Если уничтожить один, система рухнет. Мы знаем, где спрятан третий ключ. Он не на Марсе. И не на Фаэтоне. Он там, куда ваши предки не смели смотреть. На Земле. В месте, которое вы называете Бермудским треугольником».

Морган усмехнулся.

– Легенды. Мифы.

«Всё, что вы называете легендами, – правда, слуга. Просто вы разучились читать знаки».

Сенатор отвернулся от иллюминатора, прошёлся по рубке. Станция, построенная тайно ещё до войны, теперь стала его домом и крепостью. Сотни преданных людей, десятки кораблей, захваченных или построенных тайком. Но против флота теней это было ничто.

– Мне нужно больше, – сказал он. – Люди. Технологии. Оружие.

«Ты получишь. Но сначала – найди ключ. Без этого все твои армии бесполезны».

Морган кивнул, принимая неизбежное.

– Год. У нас год до вашего возвращения. Я успею.

«Успеешь. Иначе умрёшь. Выбор за тобой».

Голос стих. Морган остался один на один с холодным космосом и своими мыслями.

Глава

Глава 2.1.0. «Возвращение»

Москва, Кремль. Полгода спустя.

Воронов не любил эти кабинеты. Слишком много позолоты, слишком много глаз, слишком много лжи. Но когда генерал Корсаков вызывал, приходилось идти.

– Капитан, – Корсаков указал на стул. – Садитесь. Разговор серьёзный.

– Всегда серьёзный, товарищ генерал.

– На этот раз особенно. – Корсаков развернул голографическую карту. На ней светились десятки точек. – За полгода мы потеряли связь с тремя исследовательскими станциями в поясе астероидов. Все они молчат. Спутники фиксируют активность там, где её быть не должно.

– Морган?

– Скорее всего. Но есть нюанс. – Корсаков увеличил карту. – Вот здесь, в районе бывшего Фаэтона, наши зонды засекли странные сигналы. Они не похожи на человеческие. И не похожи на то, что мы видели во время атаки теней.

Воронов нахмурился.

– Предтечи?

– Возможно. Или что-то ещё. Мы не знаем. Но знаем, что американцы уже отправили туда экспедицию. Тайно, разумеется. И если Морган доберётся до этого первым…

– Я понял. – Воронов встал. – Когда вылетать?

– Через три дня. «Горизонт» готов. Ирина уже там, помогает с оборудованием. Но, капитан… – Корсаков помялся. – Будьте осторожны. Там, в поясе, происходит что-то странное. Наши люди, те, кто выжил, говорят о… голосах. О видениях. Будто сам Фаэтон зовёт их.

Воронов кивнул.

– Значит, нам есть что искать.

––

Космодром «Восточный», три дня спустя.

Ирина встретила его у трапа. Она выглядела усталой, но глаза горели тем же огнём, что и полгода назад.

– Ты читал отчёты? – спросила она вместо приветствия.

– Да. Голоса, видения, пропавшие люди. Похоже на то, что мы чувствовали рядом с кристаллами.

– Именно. – Ирина взяла его под руку, повела к кораблю. – Я думаю, там, на Фаэтоне, есть ещё один артефакт. Более мощный. Возможно, главный.

– Морган тоже так думает.

– Значит, нам нужно спешить.

Они поднялись на борт «Горизонта». Корабль почти не изменился – те же узкие коридоры, тот же запах озона и металла. Но экипаж был новым: молодые, горящие глазами, готовые на всё.

– Знакомься, – Ирина указала на высокого парня с нашивками штурмана. – Лейтенант Сергей Волков. Сын того самого Волкова, что строил первые звездолёты.

– Наслышан, – кивнул Воронов. – Готовы, лейтенант?

– Так точно, капитан. Курс на пояс астероидов. Через две недели будем на месте.

– Отлично. Вперёд.

«Горизонт» оторвался от Земли, унося своих пассажиров в неизвестность. А с ними – надежду на то, что тайна Фаэтона не станет их могилой.

––

Глава 2.2.0. «Призраки прошлого»

Пояс астероидов, две недели спустя.

«Горизонт» медленно дрейфовал среди гигантских обломков. За иллюминаторами проплывали глыбы скал, некоторые размером с небольшой город, другие – с футбольный мяч. Корабль шёл на минимальной тяге, экономя топливо.

– Капитан, мы на месте, – доложил Волков. – Последняя известная координата станции «Фаэтон-7» в двадцати километрах отсюда.

– Есть признаки жизни?

– Никаких. Станция молчит. Но… – Волков замялся. – Сканеры показывают аномалию. Что-то большое, металлическое, прямо в центре астероида.

Воронов и Ирина переглянулись.

– Тот самый артефакт, – прошептала она.

– Готовьте десантный модуль. Ирина, Волков, со мной.

Через час они опустились на поверхность астероида. Скафандры глухо стучали по камню, фонари выхватывали из темноты причудливые тени. Ирина несла небольшой прибор, реагирующий на энергию кристаллов – он пищал всё громче с каждым шагом.

– Мы близко, – сказала она. – Очень близко.

Вход в пещеру обнаружили за огромным валуном. Он был явно искусственного происхождения – ровные края, следы обработки. Внутри пахло озоном и чем-то ещё – сладковатым, тревожным.

– Здесь кто-то был, – заметил Волков, указывая на следы на пыльном полу. – Недавно.

– Морган, – кивнул Воронов. – Он опередил нас.

Они углубились в пещеру. Тоннель вился, уходя всё ниже, пока не расширился в огромный зал. Стены светились знакомым голубым светом. В центре зала возвышался кристалл – раза в два больше тех, что они видели раньше. А перед ним, на коленях, стояли люди в скафандрах с американской символикой. Они не двигались, уставившись в пустоту.

– Что с ними? – спросил Волков.

– Они в трансе, – ответила Ирина. – Кристалл показывает им что-то. Что-то, от чего они не могут оторваться.

Воронов подошёл ближе, коснулся одного из американцев. Тот не отреагировал.

– Нужно отключать кристалл. Ирина, можешь?

– Попробую. – Она подошла к кристаллу, положила руку на его поверхность. И в тот же миг её тело обмякло, глаза закатились.

– Ирина! – Воронов рванул к ней, но было поздно. Она упала на пол, не подавая признаков жизни.

– Капитан, – дрогнувшим голосом сказал Волков. – Нам нужно уходить. Сейчас.

– Я без неё не уйду.

– Она в коме. Мы не знаем, как её разбудить. Но если останемся, можем разделить её судьбу.

Воронов колебался лишь секунду. Потом подхватил Ирину на руки и бросился к выходу.

– Назад, к модулю! Быстро!

Они бежали, не разбирая дороги, спотыкаясь о камни. А за спиной, в глубине пещеры, кристалл пульсировал всё ярче, и голоса, тысячи голосов, шептали им вслед: «Вернитесь… Вернитесь… Мы ждали вас так долго…»

––

Книга 2. «Наследие Фаэтона»

Глава 2.1.0. «Тяжесть короны»

Москва, Кремль. Полгода спустя после битвы.

Воронов проснулся за секунду до того, как успел закричать. Сердце колотилось где-то в горле, простыня прилипла к телу. В ушах всё ещё звучал тот голос – многоголосый хор, зовущий его по имени.

«Алексей… Вернись… Мы ждали…»

Он сел на кровати, провёл ладонью по лицу. За окном спал зимний рассвет, окрашивая кремлёвские стены в бледно-розовый цвет. Чёртовы сны. Они приходили каждую ночь вот уже полгода – видения гибнущего Фаэтона, горящих морей, криков миллионов, застывших в вечности. Иногда ему казалось, что он сходит с ума. Но потом он смотрел на свою правую ладонь, ту самую, которой касался алтаря в подземелье, и видел тонкую голубую линию, пульсирующую под кожей. Настоящее. Всё это было настоящим.

Рядом заворочалась Ирина. Она спала чутко, как кошка, и любой звук мог её разбудить. Воронов повернулся, чтобы успокоить, и замер. Даже во сне её лицо было напряжено, брови сдвинуты, губы шевелились, словно она с кем-то спорила. За полгода она похудела, осунулась – работа на «Горизонте» выматывала, но дело было не только в этом. Кристаллы изменили их обоих. Только она, в отличие от него, не жаловалась, не говорила о кошмарах. Просто молча несла свой груз.

– Ира, – тихо позвал он. – Просыпайся.

Её глаза распахнулись мгновенно, в них плеснулся страх, который тут же сменился привычной маской спокойствия.

– Который час?

– Шесть. Вызов от Корсакова на восемь. Успеем позавтракать.

Она кивнула и, не говоря ни слова, ушла в ванную. Воронов проводил её взглядом и снова посмотрел на свою руку. Синяя линия пульсировала чаще, чем обычно. Что-то должно было случиться. Он чувствовал это каждой клеткой.

––

Кремль, кабинет генерала Корсакова, 8:00.

Корсаков выглядел так, будто не спал уже неделю. Мешки под глазами, осунувшееся лицо, но взгляд оставался острым, пронзительным. Он жестом указал на стулья, и Воронов с Ириной сели.

– Полгода, – начал генерал без предисловий. – Полгода тишины. Вы думали, что это конец. Я тоже хотел так думать. – Он развернул голограмму. На ней засветились десятки красных точек. – Но тишина кончилась.

– Что это? – спросил Воронов, хотя уже знал ответ.

– Пояс астероидов. Три наши исследовательские станции перестали выходить на связь. Сначала мы думали – техника, метеориты, обычные риски. Но потом спутники зафиксировали вот это.

Корсаков увеличил карту. В районе, где когда-то находился Фаэтон, пульсировала яркая оранжевая точка. Она то затухала, то разгоралась снова, словно сердце гигантского зверя.

– Энергетический выброс, – тихо сказала Ирина. – Такой же, как от кристаллов. Но мощнее. На порядки мощнее.

– Верно, – кивнул Корсаков. – Наши учёные ломают голову. Американцы – те вообще молчат. Но у нас есть агентура. Знаете, что они готовят?

– Экспедицию, – ответил Воронов. Это был не вопрос.

– Да. Секретную, с благословения Совета. И, судя по всему, Морган с ними. Он не погиб. Он затаился и теперь ведёт свою игру.

Воронов почувствовал, как синяя линия на ладони запульсировала сильнее. Имя Моргана вызывало у него физическую реакцию – смесь ярости и страха. Этот человек знал о тени больше, чем они. И он был готов на всё, чтобы служить ей.

– Мы должны лететь, – сказал он, вставая. – Раньше, чем они.

– Я уже отдал приказ готовить «Горизонт». – Корсаков посмотрел на него с усталой усмешкой. – Ты думал, я тебя просто так вызвал? Вылет через три дня. Экипаж новый, старые ребята заслужили отдых. Но есть проблема.

– Какая?

– Наши станции не просто молчат. Они… – Корсаков замялся, что было на него совсем не похоже. – Они передавали странные сигналы перед тем, как пропасть. Записи голосов. Люди говорили о… видениях. О голосах, которые звали их. О Фаэтоне, который будто бы жив.

Ирина побледнела. Воронов почувствовал, как её рука сжала его локоть.

– Кристаллы, – прошептала она. – Там что-то ещё. Что-то более сильное, чем те, что мы нашли.

– Возможно. – Корсаков встал, подошёл к окну. – Я не знаю, что там. Но знаю одно: если это попадёт в руки Моргана, мы все трупы. Так что летите, ребята. И возвращайтесь живыми.

––

Космодром «Восточный», три дня спустя.

«Горизонт» стоял на стартовой площадке, сверкая свежей краской. Рядом суетились техники, проверяли системы, грузили припасы. Воронов уже поднимался по трапу, когда его окликнул молодой голос:

– Капитан Воронов? Лейтенант Волков, прибыл для прохождения службы!

Перед ним стоял высокий парень, очень молодой, с нашивками штурмана и горящими глазами. Волков… Воронов помнил эту фамилию. Старший Волков строил первые звездолёты, погиб при испытаниях лет двадцать назад. Его сын, значит.

– Волков, – кивнул Воронов. – Справишься?

– Так точно! – Глаза парня горели таким энтузиазмом, что даже Воронов на мгновение улыбнулся. – Отец всегда говорил: «Сын, если боишься – не делай. Если делаешь – не бойся». Я готов, капитан.

– Хороший принцип. – Воронов хлопнул его по плечу. – Иди, располагайся. Вылет через два часа.

Он поднялся на борт и сразу направился в медицинский отсек. Ирина была там – сидела за столом, уставившись в пустоту, перед ней остывал чай.

– Ир, ты как?

Она вздрогнула, словно только что вернулась издалека.

– Нормально. – Голос звучал глухо. – Всё нормально.

– Не ври. – Он сел рядом, взял её за руку. Синяя линия на его ладони соприкоснулась с такой же на её запястье, и пульс участился у обоих. – Я тоже чувствую. Там что-то есть. Оно зовёт.

– Знаю. – Она подняла на него глаза, и он увидел в них то, чего раньше не замечал – страх. Настоящий, глубинный страх. – Я боюсь, Лёша. Не за себя. За тебя. За нас. За то, что мы там найдём.

– Мы справимся. – Он сжал её руку. – Мы всегда справлялись.

– А если нет? Если это конец?

Он не ответил. Потому что сам задавал себе этот вопрос каждую ночь.

––

Два часа спустя.

«Горизонт» оторвался от Земли, оставляя позади сияющий шар планеты. В иллюминаторе медленно таяли облака, уступая место черноте космоса. Воронов стоял в рубке, глядя, как Земля становится всё меньше и меньше.

– Капитан, – подошёл Волков. – Курс проложен. Через две недели будем в поясе астероидов.

– Хорошо. – Воронов повернулся к нему. – Волков, скажи, ты веришь в судьбу?

Парень задумался на секунду.

– Не знаю. Отец говорил, что судьба – это то, что происходит с теми, кто не умеет выбирать. А выбор есть всегда.

– Мудрый у тебя был отец.

– Был. – Волков помолчал. – Но я всё равно иногда думаю: может, есть что-то, что ведёт нас? Что-то, что мы не можем объяснить?

Воронов посмотрел на свою руку. Синяя линия пульсировала в такт сердцу.

– Может быть, – сказал он. – Может быть.

За иллюминатором загорелись первые звёзды. А впереди, за миллионами километров, во тьме пояса астероидов, пульсировало что-то древнее, что-то, что ждало их возвращения.

––

Книга 2. «Наследие Фаэтона»

Глава 2.2.0. «Сердце тьмы»

Пояс астероидов, две недели спустя.

«Горизонт» крался среди гигантских обломков, как охотник, выслеживающий добычу. Корабль шёл на минимальной тяге, экономя топливо и стараясь не привлекать внимания. За иллюминаторами проплывали глыбы скал, некоторые размером с небольшой город, другие – с футбольный мяч. Тишина была абсолютной, лишь изредка прерываемой щелчками датчиков.

– Капитан, мы на месте, – доложил Волков, не отрывая взгляда от экрана. – Последняя известная координата станции «Фаэтон-7» в двадцати километрах отсюда.

– Есть признаки жизни?

– Никаких. Станция молчит. Но… – Волков замялся, и Воронов сразу почувствовал неладное. – Сканеры показывают аномалию. Что-то большое, металлическое, прямо в центре астероида. И оно… пульсирует. Как сердце.

Воронов и Ирина переглянулись. Синие линии на их руках запульсировали в унисон с тем, что показывали приборы.

– Оно зовёт нас, – тихо сказала Ирина. – Точно так же, как кристаллы. Но сильнее. Гораздо сильнее.

– Мы не можем игнорировать это, – ответил Воронов. – Готовьте десантный модуль. Ирина, Волков, со мной. Остальным – оставаться на связи и быть готовыми к любым неожиданностям.

Через час они опустились на поверхность астероида. Скафандры глухо стучали по камню, фонари выхватывали из темноты причудливые тени. Ирина несла небольшой прибор, реагирующий на энергию кристаллов – он пищал всё громче с каждым шагом.

– Мы близко, – сказала она. – Очень близко. Я чувствую это каждой клеткой.

Воронов кивнул, но в этот момент Волков, шедший чуть впереди, вдруг замер и упал на колени.

– Волков! – Воронов рванул к нему, но парень уже поднял руку, останавливая.

– Я… я слышу, – прошептал он. – Голоса. Они зовут меня. Говорят, что ждали… ждали очень долго.

Воронов и Ирина переглянулись. Это было то же самое, что они чувствовали рядом с кристаллами, но Волков никогда не касался артефактов. Он не должен был ничего слышать.

– Вставай, лейтенант, – твёрдо сказал Воронов, поднимая его. – Держись рядом и не слушай. Это ловушка.

Вход в пещеру обнаружили за огромным валуном. Он был явно искусственного происхождения – ровные края, следы обработки, которые не могла оставить природа. Внутри пахло озоном и чем-то ещё – сладковатым, тревожным, отчего начинало сосать под ложечкой.

– Здесь кто-то был, – заметил Волков, указывая на следы на пыльном полу. – Недавно. Следы от ботинок, вот здесь царапины от оборудования.

– Морган, – кивнул Воронов. – Он опередил нас.

Они углубились в пещеру. Тоннель вился, уходя всё ниже, пока не расширился в огромный зал. Стены светились знакомым голубым светом – тем же, что излучали кристаллы в других хранилищах. В центре зала возвышался кристалл – раза в два больше тех, что они видели раньше. Он пульсировал, переливался, жил.

А перед ним, на коленях, стояли люди в скафандрах с американской символикой. Десятка два. Они не двигались, уставившись в пустоту широко открытыми глазами. Их лица за прозрачными забралами были спокойны, почти блаженны.

– Что с ними? – спросил Волков, невольно понижая голос.

– Они в трансе, – ответила Ирина. – Кристалл показывает им что-то. Что-то, от чего они не могут оторваться. Возможно, их собственные мечты. Или страхи. Или само прошлое Фаэтона.

Воронов подошёл ближе, коснулся одного из американцев. Тот не отреагировал, даже не моргнул. Его глаза были открыты, но взгляд отсутствовал – ушёл куда-то глубоко внутрь себя.

– Нужно отключать кристалл. Ирина, можешь?

– Попробую. – Она подошла к кристаллу, положила руку на его поверхность. Синяя линия на её запястье вспыхнула ярче, сливаясь со свечением артефакта. И в тот же миг её тело обмякло, глаза закатились.

– Ирина! – Воронов рванул к ней, но было поздно. Она упала на пол, не подавая признаков жизни.

– Капитан, – дрогнувшим голосом сказал Волков. – Нам нужно уходить. Сейчас.

– Я без неё не уйду.

– Она в коме. Мы не знаем, как её разбудить. Но если останемся, можем разделить её судьбу. Посмотрите на них! – Он указал на застывших американцев. – Они как мертвецы.

Воронов колебался лишь секунду. Потом подхватил Ирину на руки и бросился к выходу.

– Назад, к модулю! Быстро!

Они бежали, не разбирая дороги, спотыкаясь о камни. А за спиной, в глубине пещеры, кристалл пульсировал всё ярче, и голоса, тысячи голосов, шептали им вслед:

«Вернитесь… Вернитесь… Мы ждали вас так долго… Вы – наши дети… Не бросайте нас…»

––

Десантный модуль, полчаса спустя.

Ирина лежала на откидном сиденье, бледная как мел. Дыхание было ровным, но глаза не открывались. Воронов сидел рядом, держа её за руку, и синяя линия на его ладони пульсировала в такт её сердцебиению.

– Она жива, – тихо сказал он. – Но я не знаю, как её разбудить.

Волков молчал, глядя в иллюминатор на проплывающие астероиды. Потом вдруг резко обернулся.

– Капитан, посмотрите.

Воронов подошёл к экрану. Там, на месте пещеры, разворачивалось нечто невообразимое. Астероид, казалось, таял. Камень стекал вниз, открывая гигантскую металлическую конструкцию. Она росла, поднималась из недр, и через несколько минут перед ними предстал корабль. Настоящий звездолёт, размером с небольшой город, с обводами, напоминающими тех самых теней, что атаковали Землю полгода назад.

– Это не кристалл, – выдохнул Волков. – Это… это корабль. И он просыпается.

Воронов смотрел на экран, не веря своим глазам. А синяя линия на его руке пульсировала всё быстрее, отбивая ритм, похожий на сердцебиение гигантского зверя.