Кто на самом деле правит миром? Государство в эпоху санкций и войн

Руслан Берикович

Кто на самом деле правит миром? Государство в эпоху санкций и войн

Вступление

В конце прошлого века многим казалось, что человечество наконец нашло общий язык. Государства подписывали договоры, открывали рынки, стирали пошлины. Политики говорили о всеобщем сотрудничестве, а учёные — о скором исчезновении границ. Казалось, ещё немного, и мир станет единым домом, где каждый волен жить и работать там, где ему вздумается.

Прошло не так много времени, и выяснилось: этот дом оказался с тонкими стенами и хрупкой крышей. Одни страны принялись указывать другим, как им обустраивать свою жизнь. Другие, не соглашаясь, начали защищать свои рубежи. Санкции, ограничения, взаимные упрёки — всё это вернуло в разговор слово, которое, казалось, навсегда ушло в прошлое. Это слово — самостоятельность.

О ней и пойдёт речь. Не о флаге и не о гимне, а о простой способности страны жить по своим правилам и не спрашивать разрешения у соседей. О том, почему эта способность вдруг стала главной ценностью, за которую готовы платить дорогую цену. И о том, каким образом её пытаются отнять — тихо, исподволь, не всегда заметно для обычного человека.

Эта книга — не учебник и не сборник лозунгов. Она о том, как устроена мировая политика изнутри, если смотреть на неё сквозь призму права и здравого смысла. И о том, почему слова «мы сами решим, как нам жить» звучат сегодня так тревожно и так твёрдо одновременно.

Глава первая. Как устроена самостоятельность государства

Представьте квартиру. У неё есть стены, дверь и замок. Пока замок цел и ключ лежит у хозяина, квартира принадлежит ему. Никто не вправе войти без спроса, переставить мебель или распорядиться вещами по своему усмотрению. Но стоит потерять ключ — и квартира превращается в проходной двор.

С государством происходит похожее. Самостоятельность — это не громкое слово и не украшение на гербе. Это способность принимать законы, которые действуют на своей земле, и не подчиняться чужим приказам, даже если их настойчиво рекомендуют из-за рубежа. Территория, население и власть, которая вершит суд и расправу по своим правилам, — вот три опоры, на которых держится любое независимое государство.

Однако здесь есть тонкость, о которой редко говорят вслух. Самостоятельность — не только внешняя, но и внутренняя. Внутренняя означает, что внутри страны нет силы, которая могла бы диктовать свою волю помимо законной власти. Внешняя — что за пределами страны нет силы, которая могла бы диктовать свою волю самой этой власти. Первое условие нарушить проще, чем кажется: достаточно раздробить власть на куски, и целое рассыплется. Второе — сложнее, но именно оно определяет, будет ли государство существовать как независимое целое или превратится в область, которой управляют из чужого кабинета.

Отдельный разговор о международных договорах. Страна подписывает соглашение и берёт на себя обязательства. Это нормально: так устроен мир, никто не живёт в одиночку. Но что делать, если подписанный договор расходится с Основным законом страны? Если чужие правила противоречат собственным?

На этот счёт есть показательный случай. В 2015 году Конституционный суд России рассматривал вопрос, можно ли исполнять решения европейского суда по правам человека, если они расходятся с российской Конституцией. Ответ был дан прямой: Конвенция о правах человека и основанные на ней решения подлежат исполнению лишь постольку, поскольку не противоречат Основному закону. Формально страна осталась в рамках договора. Фактически же она подтвердила простую мысль: договор — не приговор, и чужая норма не отменяет своей.

Это решение многие восприняли как отказ от международного сотрудничества. Но суть его глубже. Речь не о том, чтобы отгородиться от мира, а о том, чтобы не потерять себя в нём. Государство, которое не может защитить свой основной закон от чужого толкования, рано или поздно перестаёт быть хозяином в собственном доме.

Может показаться, что всё это — дела высоких кабинетов и далёких судов. На самом деле связь самая прямая. От того, кто и по каким правилам принимает решения, зависят цена на продукты, размер налогов, устройство школ и больниц, порядок на улицах. Когда страна теряет право решать сама, решения принимаются в чужих интересах, и расплачивается за это обычный человек — своим кошельком, своей безопасностью, своим будущим.

Вот почему разговор о самостоятельности государства — не отвлечённая философия. Это разговор о том, в каком доме жить нам и нашим детям. И о том, кто держит ключ от этого дома.

Глава вторая. Как извне подрывают самостоятельность страны

Есть три способа отнять у государства право решать свои дела. Первый — удушить его хозяйство. Второй — отобрать у людей ясную картину мира, подменив её нужной картинкой. Третий — сменить власть чужими руками, не вводя ни одного солдата. Способы эти редко применяются по отдельности. Обычно они идут рука об руку, и каждый усиливает другой.