Александр Романовский.

Убить императора



скачать книгу бесплатно

Из-под стойки, словно чертик из коробки, вынырнул сухопарый старичок. Видимо, услышал мои шаги, хотя я старался производить как можно меньше шума. Нужен учитель, что и говорить…

– Чем могу быть полезен? – Голос старика оказался под стать внешности: скрипучим и резким, будто вращались несмазанные шарниры.

Я подошел к стойке и стащил с плеча вещмешок. Его вес почти не ощущался, и все же такое движение должно подействовать на старика благотворно.

– Видите ли, – начал я, – мне нужно жилье. У вас есть свободные комнаты?

– Найдется, – сварливо ответил метрдотель, открывая пухлую тетрадь, дабы занести в нее сведения о постояльце. Шариковой ручкой, представляете? Он умел писать рукой, чем мгновенно заслужил мое уважение. – Думаю, пентхауз вас вряд ли устроит?..

– Видите ли, – повторил я, – ситуация несколько сложнее. Мне нужна кровать и квадратный метр прилегающей территории. Возможно, вы найдете применение паре сильных рук? – Поясняю, разговаривать со стариками я научился из тех же фильмов.

Метрдотель взглянул на мои руки. Весьма критически, нужно отметить. Это уже начинало действовать на нервы.

…И начался торг. Думаю, не имеет смысла пересказывать его содержание целиком. Нецелесообразно, да я и не помню всего. Придумывать же заново просто облом. Помню только, что старик согласился практически сразу, основной торг происходил вокруг спектра обязанностей. В гостинице «Есть свободные комнаты» заправлял старикан и его доморощенная супруга, которую он называл не иначе как «старой каргой». Само собой, избыток свободного пространства и недостаток рабочих рук давал мне определенное преимущество. Я наотрез отказался заниматься туалетами и канализацией, зато убедил старика, что мне под силам подменять его на нелегком посту. В остальном же на мои плечи ложилась забота об электричестве, чистоте вестибюля и комнат, нескончаемом ремонте, а также защите бастиона от внешних и внутренних врагов – насекомых, бездомных бродяг, любителей побуянить и прочих, прочих… Короче, практически все, чем только занимается в подобных отелях целая команда бездельников. Старик, должно быть, решил, что я супермен. Старость и жадность свернула его мозги набекрень.

Увиливать от работы я научился еще на Гере, под бдительным взором братьев и матери, так что мог заслуженно считать себя профи. Вряд ли старикан угонится за таким удальцом на своих ржавых шарнирах.

К тому же альтернативы у меня не было практически никакой. На Зевсе множество всяких отелей, – дорогих и очень дорогих, – но я сомневался, что хоть один из них согласится принять мои некомпетентные услуги. Тут же, в «черном» районе, я даже мог надеяться обрести некоторую самостоятельность.

Старик, – его звали Том Сойер, – разрешил мне выбрать любую комнату, которую я только сочту приемлемой для проживания своей персоны. Само собой, абсолютно все они были свободны. Заглянув в парочку, я ужаснулся. Каюты грузовозов, – тесные и душные, словно спичечные коробки, – и то выглядели куда привлекательней.

Тогда-то я и вспомнил о первом предложении коварного мистера Сойера.

Всего в бетонной коробке отеля было четыре этажа. Чердак, то бишь пентхауз, занимал одну половину плоской крыши, другую – роскошная веранда. В кадках росли чахлые деревца, – какие-то неприхотливые аналоги земных пальм; несколько пластиковых кресел, – знаете, такие обычно эксплуатируются уличными кафе; и, пожалуй, все.

Впрочем, это было много больше, чем я мог себе позволить. Усевшись в кресло, я забросил вещмешок в открытую дверь и устроился поудобней. Несколько минут покоя я вполне заслужил. Вид с третьего этажа, конечно, открывался не Бог весть какой. Унылый квартал апельсиновых коробок, поставленных на попа, нагонял тоску. Однако, стоило только поднять голову и устремить взор в необъятную даль, воображением восполняя ущербность оптического инструмента, как все мгновенно менялось. В груди привычно защемило.

Антигравитационные магистрали и колеи надземок, расчертившие небесную глазурь подобием некой игральной доски. «Черный» квартал находился в своеобразном ущелье, с обоих сторон зажатый громадами стеклянных небоскребов (стеклянные окна отражали друг друга), и только в дальнем конце открывался тонкий просвет. Подхватив оптический прибор, воображение умчалось вдаль свободной птицей.

Подумать только, я мог просто сидеть и глядеть на хрустальные горы; к чертям головизор. Блаженствуя, я наслаждался покоем и близостью мечты.

…Пока меня не нашел мистер Сойер. Он подкрался незаметно, словно старый хитрый лис, не скрипнул ни единый шарнир.

– Ты, видимо, мальчик, не понял, – вкрадчиво зазвучал скрипучий голос. – Что ты тут делаешь?

Я чуть не свалился на пол. Воображение мгновенно вернуло оптическому прибору способность видеть реальные вещи. Как наяву передо мной предстали ржавые канализационные трубы, провисшую проводку и сотню других вещей, требующих моего немедленного вмешательства. Мистер Сойер явился воплощенным духом тяжелой, неприятной работы.

– Мое первое предложение являлось, скорее, неудачной шуткой. – Старик огляделся, проверяя, все ли пальмы на месте. – Я вовсе не предлагал тебе пентхауз, и никоим образом не мог сделать этого во время твоего, так сказать, трудоустройства. – Старик набрал воздуха, но неудачно. Закашлялся.

– Вам следовало бы щадить себя, – укоризненно заметил я. – Не обязательно расходовать на меня такое количество слов. Я все ловлю на лету, вот увидите.

– В таком случае… убирай-ка свою задницу из кресла! – старик покраснел, крючковатый нос ходил ходуном. – Быстро!

Я неохотно поднялся.

– Ну, зачем же так… Вы же сами сказали: можешь занять любую комнату. Я и занял.

– Дурачка из себя строишь? – Мистер Сойер все больше распалялся. – Я сказал комнату, а не пентхауз. Пентхауз – это целые апартаменты! Понятно?

– Вполне. – Я пожал плечами. – Здесь целых три комнаты, мне хватит одной. Послушайте, давайте так: как только у вас появится платежеспособный клиент, я тут же освобождаю пентхауз. Пожалуйста, мистер Сойер. Мне здесь нравится.

Старик засомневался. С одной стороны – где это видано, чтобы разнорабочий занимал лучший номер в отеле? С другой – отель совершенно пуст, потенциальные постояльцы не ломятся в двери, а здание как никогда нуждается в двух сильных молодых руках…

Мистер Сойер почесал нос и неохотно кивнул.

– Ладно, живи… Но – до первого требования.

Я кивнул, улыбнувшись.

– Конечно, мистер Сойер. Когда приступать к работе?

– Давай лучше завтра. Иди на кухню, миссис Сойер тебя накормит.

– Спасибо, мистер Сойер.

Старик развернулся и заковылял к выходу. Я ухмыльнулся вслед, почувствовал себя при этом грязью облитым. С какой это стати? Правда на моей стороне.

Я разложил нехитрые пожитки в шкафу одной из спален, смахнул пыль с тумбочек и подлокотников, расстелил кровать. Затем, почувствовав возвращение голода, отправился на поиски кухни. Молодое обоняние безошибочно привело меня к почтенной миссис Сойер.

Кухня, как одно из наиболее часто посещаемых помещений, находилась в относительном порядке. Вопреки коррозии и энтропии, поселившихся в каждом квадратном сантиметре отеля, тесная комната выглядела весьма внушительно. Я почувствовал невольный трепет. Половники, сковороды, миски, чайники и множество других инструментов кулинарного таинства, развешанных по стенам, действовали устрашающе. Синие газовые цветки, расцветавшие на огромной плите, отражались в полированных выпуклостях, играли на кафельных стенах. В кастрюлях что-то кипело; огонь недовольно потрескивал, когда из-под крышек изливалась пузырящаяся жидкость. Огромный деревянный стол, изрезанный сотней ножей, носил на себе следы чудовищных преступлений против флоры, и, возможно, даже фауны. Багровые пятна (венозной крови, чего же еще) намертво въелись в древесину. Топор оказался в углу, прислоненный к большому куску белого пластика. Синие цветки плясали на остро заточенном лезвии.

У меня на голове зашевелились волосы. Я пересмотрел немало фильмов, в которых, казалось бы, безобидные старички – нередко содержатели отелей, – на поверку оказывались убийцами и каннибалами. Конечно, я понимал, что на самом деле режиссеры и сценаристы, создавая такие «шедевры», пытались бороться с подсознательными страхами старости и увядания, терзавшими их долгие годы, однако ничего не мог с собой поделать. Кухня упорно ассоциировалась в сознании с пыточными камерами средневековья, которыми частенько пугали народ по образовательному каналу. (Дело рук тайной полиции, понятное дело.)

– А, вот ты где!

Я подпрыгнул. Меня опять застали врасплох. Голос был вполне обычным, стариковским, но – обычным.

Оборачиваясь, я невольно отскочил, что было совершенно лишним. Миссис Сойер оказалась милой, благообразной старушкой в красном переднике в белый горошек. Тугой комок седых волос, стянутых на затылке, коротенькие ручки, открытая улыбка. Супруга метрдотеля походила на пузатенький чайник с коротким носом, – неизменный атрибут любого чаепития.

Обогнув меня, старушка поспешила к своим кастрюлям.

– Том сказал мне, что у нас появился новый работник. Отель такой большой, мы, старики, уже не можем с ним управляться. И так едва сводим концы с концами, а иммигрантов становится все меньше и меньше…

Я прислонился к стене и стал терпеливо ждать. Когда старику нужно выговориться, лучше не мешайте – себе дороже выйдет. Я миллион раз слышал такие проповеди: как было распрекрасно прежде, как все плохо теперь, и как будет невыносимо в ближайшем будущем. Миссис Сойер ничем не отличалась от других милых старушек, которых на Гере было пруд пруди.

Мистер Сойер, видимо, был не особо разговорчивый субъект. Продолжая творить кулинарные таинства, старушка изливала на меня тонны разнообразной информации. Какой отель был красивый, какие щедрые в нем жили постояльцы, как радушно принимал всех Зевс…

– Теперь ничего этого нет, и все будет только хуже и хуже…

Я кивнул, поскольку в душе был с этим согласен. Главное, чтобы поправилось мое собственное положение. Всеобщий развал и упадок прямо-таки требовал моего непосредственного участия.

В те светлые годы, исполненные радужного благоденствия, старикам удалось отложить немного деньжат, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Старуха или намекала мне, что жалование работникам категорически исключается, или же изрядно поглупела от старости. А ну, стукни мне в голову потрясти богатеев?.. Впрочем, у стариков поразительный нюх на подобные вещи. Я не собирался никого убивать. Забесплатно, конечно, ведь это непрофессионально.

Рядом с кухней оказалась столовая довольно приличных размеров. Судя по слою пыли и мусора, скопившихся за пределами крохотного пятачка, отель и впрямь помнил лучшие годы. Я уселся за стол, расположенный в центре чистого пятачка. Одинокая лампочка покачивалась над моей головой, разгоняя по углам зловещие тени.

Миссис Сойер носилась туда-сюда, как одержимая, покрывая столешницу грудами бесполезной посуды. Я начал побаиваться, как бы ее удар не хватил, но с места так и не встал. Не подумайте, что я такая свинья; моя скромная помощь была отвергнута категорически и бесповоротно.

Явился мистер Сойер. Уселся напротив меня, положил локти на стол, и, прищурившись, уронил на меня тяжелый взгляд. Я вторично предложил свою скромную помощь миссис Сойер, чтобы получить очередной бесповоротный отказ. Мистер Сойер, казалось, успокоился.

Наконец мы – все трое – приступили к трапезе. Старики ели манерно и чопорно, я же не особо следил за собой. Когда вваливаешься в дом после целого дня работы в поле, цель у тебя одна – остаться в живых, ничем не подавившись и не захлебнувшись. Сейчас же я чувствовал такой нестерпимый голод, будто вспахал еще и поле соседей, у которых опять приболел отец-алкоголик.

Набив желудок, я начал обращать внимание на вкус поглощаемой пищи. Всю жизнь я ел только то, что готовила мама. Кстати, она также пренебрегала услугами кухонного синтезатора, чем взрастила у сыновей крайне взыскательный вкус. Миссис Сойер готовила почти так же хорошо, как и мама. Почти.

Вздохнув, я ковырнул четвертую котлету. Земля в иллюминаторе…

Старики переглянулись, но промолчали. Меньше всего мне в этот момент хотелось разговоров и откровений. Пойду-ка лучше спать. Спасибо, все было очень вкусно…

Ночь мерцала над Зевсом. Разноцветные огни, зарево проспектов. Бум-бум-бум – откуда-то доносился учащенный пульс музыки. В небе плавали рекламные голограммы: горячая пицца, голопроекторы «Sony», процессоры «Sintel», китайский ресторан «Голубой дракон», программное обеспечение корпорации «Mega-Soft»… У последней голограмма была самой запоминающейся: сплетение микросхем, чипов и лазеров, из которых стремительно проступает человеческое лицо с глазами из жидких кристаллов. «В киберпространстве поселились боги. Хотите стать друзьями? Это можно устроить».

Я не хотел. Киберпространство мне ни к чему, хоть я и имел о нем весьма поверхностное представление. Конечно, я видел по головизору матрицу – особо важные события даже включались в программы новостей, – однако это зрелище никогда меня не впечатляло.

На Гере я мечтал жить реальной жизнью, попасть в настоящий мир. Вырваться из ее жадных объятий, чтобы угодить внутрь очередной иллюзии?.. Нет, спасибо. Я предпочитаю иметь дело с тем, что можно потрогать, понюхать, выпить, обнять… Говорят, киберпространство может предоставить все это любому желающему, поскольку уже давным-давно превратилась в самостоятельную реальность. Перпендикулярный мир, блин. Лично я предоставляю решать этот вопрос философам. Пусть потом расскажут, хе-хе.

Я отвернулся от электронного лика, глядевшего на меня с небес, и подошел к перилам веранды. По Черному району брели несколько сутулых фигур. Вот им друзья требовались наверняка.

Я вернулся в комнату, закрыл за собой стеклянную дверь и плюхнулся на кровать. Моя первая ночь на Зевсе, столице Империи. Я не успел насладиться осознанием этого факта; тьма обрушилась вниз сокрушительным молотом.

Мне снился метеорологический щит и незнакомые звезды на нем. Чье-то бесполое лицо, сотканное из лазеров и микросхем, звало меня по имени. Я отмахивался и пытался бежать.

Бесполезно. Меня догоняли.


На следующий день, позавтракав в одиночестве (миссис Сойер уже вовсю гремела кастрюлями, а мистер Сойер, по всей видимости, вставать пока не собирался), я приступил к выполнению своих обязанностей. Отель поджидал меня, словно затаившийся тигр. Не разевай так рано пасть, дружище.

Миссис Сойер выдала мне инструменты и рабочую одежду, – сильно потрепанную, зато подходящего размера. Застегнув на поясе ремень с инструментами, я стал походить на какого-то ковбоя из космических вестернов. Смешно, зато удобно. Сезон охоты на пустые отели объявляю открытым.

Начал я с коммуникаций. Обход хозяйства принес крайне неутешительные результаты. Пришлось разбудить мистера Сойера.

Спросонья старик выглядел еще более раздраженным, чем обычно. Голову метрдотеля венчал комичный колпак с пушистым помпоном. Выслушав мое предложение, он вперился в меня железобетонным взглядом.

– Сынок, разве я похож на миллионера? То, что ты предлагаешь, было бы проще всего. Я не могу позволить себе поменять в отеле даже проводку, не говоря уже о сантехнике. Потому, собственно говоря, я и согласился принять помощь двух сильных молодых рук. – Он вновь окинул их критическим взглядом. – От тебя требуется лишь вычерпывать воду и, по мере возможности, затыкать новые дыры. Понятно?

Я мрачно кивнул. Чего-то в этом роде я и ждал, но попытаться все-таки стоило.

– Терпеть не могу море и лодки, – проворчал я, разворачиваясь.

– Я тоже, сынок, – зевнул мистер Сойер, закрывая дверь. – Я тоже…

Следующие несколько часов походили на кошмарный сон. Старый, грязный отель, пустые коридоры, распахнутые двери, бесстыдно демонстрирующие затхлые комнаты… И я – в самом центре, напоминающей какого-то нелепого героя компьютерной игры, мечущегося в поисках заветного выхода. Хотя бы глотка свежего воздуха… Тучи пыли, вздымаемые моими потугами, оседали в глотке наждачной бумагой. Глаза слезились, я почти рыдал над своей незавидной участью. Разгребать такие кучи дерьма ради койки и трехразового питания?..

Ладно, я не жалуюсь. Могло быть и хуже.

Начал я, как уже говорилось, с коммуникаций. Все бы ничего, вот только дырок в корпусе нашего «Титаника» оказалось слишком уж много. Не пересчитать. Но я ведь никуда не спешил, верно? Тем более что надрываться за указанную плату – вопиющее пренебрежение чувством собственного достоинства.

Позвякивая инструментами, я обследовал одну комнату за другой. Тучи пыли, пласты штукатурки, мечты о глотке свежего воздуха – там было все. Именно в такие моменты и постигаешь счастье простых вещей. Просто сидеть, бездельничая, позволяя мыслям принимать любые формы и облики… Куда более приятные, чем мое тогдашнее настроение.

Грязная, оскорбительная работенка. Так плохо не было даже на Гере. Поле есть поле, но нет ничего чище, чем свежевспаханная земля, можете мне поверить. Здесь же приходилось иметь дело с грязью и пылью, оставшихся от предыдущих постояльцев, чей запах, казалось, въелся даже в обои.

А ведь я бежал из родного дома – как можно дальше от таких вещей. Разгребая дерьмо, со слезящимися от пыли глазами, я размышлял – не нашел ли я собственный Ад, уготованный персонально для меня? Где учитель, величайший из наемных убийц, чья наука избавит меня от этого кошмара? Найдет ли он мой собственный Ад?

Я знал, что не вернусь на Геру. По собственному желанию, конечно. Но знал я также и то, что у меня предостаточно времени, чтобы сломаться. Я не супермен и никогда им не стану. Значит, могу сломаться, как простой человек. Приползу на Геру, упаду на колени перед родным домом… Куда, возможно, меня уже не впустят.

Проклятая пыль…

До обеда я успел заткнуть кое-какие дырки в пяти комнатах. Неплохо, если принимать во внимание условия, максимально приближенные к боевым. За обедом я заявил, что не стану работать без специальных герметичных очков и респиратора, защищающих от пыли и прочего дерьма. Так прямо и сказал. Мистер Сойер открыл было рот, но, поглядев на меня, только того и ждавшего, коротко кивнул.

Очки и респиратор нашлись примерно через час, который я провел, наслаждаясь бездельем и счастьем. Сиеста, блин. Вставай, проклятьем заклейменный. Эксплуататоры хреновы.


Рабочий день окончился на удивление быстро. Респиратор и очки помогали прекрасно, я даже не успел устать как следует. Пять вечера, и ни минуты дольше. Старикан Сойер появлялся время от времени, чтобы поглядеть на мою работу, так и не обнаружив повода для недовольства. Чем, нужно заметить, проявил известное благоразумие. Сбросив рабочую одежду и пояс с инструментами, в начале шестого я прибыл в столовую.

За работой я размышлял. Можете смеяться, но итогом стал вполне закономерный, буквально сам собой напрашивающийся вывод. Который, собственно, и разбудил во мне дух бунтующего пролетариата.

Короче: если я буду работать, не покладая рук, в этом отеле, за одну лишь еду и постель, у меня просто не останется возможностей для поиска выхода из этого унизительного положения. Иными словами, – величайшего наемного убийцы всех времен и народов. Однако, если я не буду работать, меня просто отфутболят обратно на Геру. Замкнутый круг.

Придется выкручиваться. Воровать рабочие часы, требовать законные выходные… Если удастся привлечь еще одного бедолагу, мы даже сумеем создать профсоюз. Старому скряге не останется ничего иного, кроме как платить нам законное жалованье. Размечтавшись, я напомнил себе, что не это, все-таки, является приоритетной целью.

Миссис Сойер накормила меня без лишних слов, стоило только усесться за стол. (На то, чтобы в котелках беспрестанно варилась неплохая еда, у четы эксплуататоров денег все же хватало. Вот погодите, замкнет вам в заднице проводку…) Сегодня она вообще была непривычно молчалива.

Я проглотил жаркое, даже не успев почувствовать вкус, а затем поднялся к себе в комнату, чтобы принять душ и переодеться. То, в чем я прибыл на Зевс, нуждалось в основательной стирке, для которой уже не оставалось времени. Пришлось воспользоваться тем, что находилось в мешке. Помню только, что этот наряд мне не очень-то нравился. Гера – не самое лучше место для любителей принарядиться. Жопа прикрыта, и ладно.

Руководствуясь столь изысканной философией, я покинул гостиницу. Интересно, откуда начать? Поглядев в оба конца узкого, словно ущелье, Черного района, я двинулся туда, где огни и рекламные голограммы сверкали ярче. В сторонах света я пока ориентировался не очень.

На Зевсе стояла глубокая осень; метеорологический щит рано темнел. Надо полагать, смеркалось.

На Гере сейчас весна…

С небес на меня пристально глядел электронный лик «Мега-Софта». Вернее, его разумного детища, мозги которому заменяли чипы, платы и оптоволокно. Я подмигнул уродливой морде, и, сунув руки в карманы, двинулся дальше.

«Хотите стать друзьями? Это можно устроить».

Куда более уместной такая надпись смотрелась бы под голограммой какой-нибудь роскошной телки, – томной, недоступной и издевательски порочной. Вот, вроде этой. Она прошла мимо меня, покачивая бюстом и бедрами. Красное платье непристойно облегало фигуру, словно тесная перчатка. Я едва подавил желание оглянуться вслед. По двум причинам. Во-первых, богиню любви сопровождали два мрачных амбала, державшиеся на почтительном расстоянии; во-вторых, лучше не забивать голову бесполезным хламом. Ничего такого я пока не заслужил, хоть и очень хотелось.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7