Роберт Фалкон Скотт.

Экспедиция к Южному полюсу. 1910–1912 гг. Том 2



скачать книгу бесплатно

В январе (7-го), когда мы выгружали припасы, Макака попал под полозья, и сани долго волочили его. После этого он все хворал, но с неизменной бодростью переносил все тяготы похода. Во время нашего пребывания на мысе Хижины больно было смотреть на него. Шерсть упорно не росла на всей задней части его тела. Мы уже не думали, чтоб он мог выжить. Когда группа Мирза уходила с мыса Хижины на мыс Эванса, Макаку не запрягли и позволили ему бежать за санями на свободе.

По возвращении их на зимовку я тотчас же осведомился о бедной собачке. Дмитрий сказал, что она пришла с ними, но потом оказалось, он ошибся. Макаку хватились еще в пути, и после того его уже не видали.

Об этом я узнал всего несколько дней назад и совсем уж потерял надежду увидеть бедное животное. Непостижимо, как могло несчастное, хромое, полунагое созданье целый месяц просуществовать без приюта и призора. Морда у Макаки была вся в крови, из чего можно было заключить, что он убил тюленя, но как он ухитрился это сделать, как смог прокусить толстую шкуру тюленя – решительно непонятно. Уж подлинно, голод всему научит.

Среда, 14 июня. Бури нам не дают покоя. Сегодня утром небо заволокло тонким слоем облаков, не суливших ничего хорошего.

Немедленно после второго завтрака нагрянул ветер, по обыкновению, порывами, достигавшими скорости 65 миль в час. Я все-таки прошелся вокруг дома. Какая разница против вчерашней чудной прогулки! Удивительны эти быстрые перемены.

Посетил ледяной погреб Райта. Маятник поставлен и скоро будет готов для наблюдений. Райт сказал мне, что видел очень интересные примеры роста ледяных кристаллов на стенках погреба и заметил при этом же необъяснимое смешение величины зерен льда. Это указывает, как мало данных можно почерпнуть из структуры льда.

Сегодня вечером Нельсон прочел нам вторую лекцию по биологии. Он начал с краткого обзора научной классификации животных, распределив их на семейства, типы, группы, классы, отряды, роды, виды. Он считает, что задачи биолога в подобного рода экспедиции сводятся к «определению условий, при которых органические вещества существуют в море».

Далее он указал на различие животных, обитающих на дне, не обладающих способностью передвигаться, – бентоса, подвижную жизнь средней полосы моря – нектона и плавающих организмов – планктона. Затем он весьма убедительно рассказал о важном значении крошечных растительных организмов, являющихся основой всей жизни.

В дельфине-косатке можно найти тюленя, в тюлене – рыбу, в рыбе – более мелкую рыбу, в мелкой рыбе – копепод, в копеподе – диатомею. Если это обычный путь на протяжении всего цикла питания, то диатомея, или растительный организм, является основой всего.

Свет – самое основное для жизнедеятельности или обмена веществ растений, но свет быстро исчезает в глубине вод, так что все живое в океане в конечном итоге зависит от фитопланктона. Поэтому изучить эти явления – значит понять суть проблем.

Здесь докладчик отклонился от темы лекции и стал описывать различные приборы, предметы и инструменты, которыми пользуются на корабле и на берегу: рыболовный трал, трал Агасиза, сеть «Д» и обыкновенную драгу.

Он сказал пару слов о применении сетей «Д».

Затем последовало объяснение, как пользоваться ситами для определения и классификации дна: в зависимости от характера дна происходят те или иные изменения животных, обитающих на нем.

Потом он рассказал нам о плетеных сетях из прекрасного шелкового материала, в которых на каждый дюйм приходится 180 петель, о материалах стоимостью в две гинеи за ярд, о немецких плетеных неводах для количественных измерений и их сомнительной точности, о тралах молодой рыбы.

Затем последовал рассказ о химическом составе морской воды с общим содержанием соли приблизительно в 3,5 %, хотя эта цифра часто меняется: пропорция различных солей как будто не меняется. Таким образом, пробы на хлор обнаруживают содержание соли количественно. Жизнь планктона должна зависеть от степени насыщенности солью, а также от температуры, давления и движения.

Если планктон находится в поверхностных слоях воды, тогда плотность, температура и т. п. поверхностных слоев воды окажутся важным фактором. Почему биологи прилагают столько усилий к тому, чтобы исследовать более глубокие слои воды? Почему нельзя предположить, что жизнь в глубинах моря зависит от питания живых организмов отмершими?

Здесь лектор снова отклонился, пустившись в описание бутылок для измерения глубины вод, глубоководных термометров, счетчиков, регистрирующих скорость течения, о которых, мне думается, я уже упоминал в этом дневнике. До какой глубины достигает свет – проблема трудноразрешимая, и нам пришлось поспорить о ней, обсуждая этот вопрос. Симпсон предложил разрешить проблему лабораторным путем при помощи опытов и утверждал, что таким образом легко будет определить ее. Аткинсон предложил вырастить бактерии в искусственных условиях. По его теории, растительная жизнь невозможна якобы без инфракрасных лучей, которые, вероятно, проникают не глубже 7 футов или около того. Против этого свидетельствует замечательная добыча немецкой экспедиции – нахождение Holosphera Viridis на глубине 2000 морских саженей. Этот случай как будто подтвержден. Всеобщее веселье вызвал Боуэрс, пожелавший узнать, «к кому ближе пикногониды – к арахнидам (паукообразным) или к ракообразным». Вопрос сам по себе весьма разумный, но вызвал смех из-за длинных названий.

Нельсон – чрезвычайно способный лектор, очень ясно излагает свой предмет и никогда не вдается слишком в технические подробности.

Четверг, 15 июня. Резкий холодный ветер. Небо было обложено до 5 ч 30 м вечера. Провел день в праздности. У лошади Джимми Пигг был припадок колик. Ее вывели из конюшни и лечили на льду. Ей как будто стало лучше, но, вернувшись в свое стойло, она отказалась от корма.

Вечер. Сейчас Отс сказал мне, что Джимми исправно поел. Надеюсь, что все обойдется.

Пятница, 16 июня. Опять пасмурно. Ветра мало, но и лунного света немного. Джимми совсем выздоровел.

Днем обошел айсберги. С айсбергов неправильной формы отвалилось много льда; значит, выветривание айсбергов в значительной мере происходит зимой, так что срок существования отдельного айсберга весьма ограничен, даже если он находится в высоких широтах.

Дэбенхэм сегодня читал доклад о вулканах. Содержание очень хорошее, но голос у него немного монотонный, и среди слушателей заметны были признаки сонливости. Все, однако, оживились, чтобы участвовать в горячем и забавном споре, последовавшем за докладом.

Лектор продемонстрировал сперва таблицу географического распределения вулканов. Как известно, действующие вулканы обычно имеют тенденцию располагаться рядами. Проследив расположение этих рядов в других частях света, он заметил, что поблизости от пролива Мак-Мурдо обнаружить распределение вулканов систематически рядами трудно. Между прочим, Дэбенхэм подчеркнул те важные выводы, которые можно извлечь из обнаруженных в районе Эребуса изменений в залеганиях песчаников, и перешел к описанию форм вулканов.

Массовый тип, образованный чрезвычайно текучими лавами, например, Мауна-Лоа (Гавайи), Везувий.

Более совершенные конусы, образованные осыпью пепла, – Фудзияма, Дискавери.

Взрывчатый тип с паразитическими конусами – Эребус, Морнинг, Этна.

Извержения через трещину – имеют место в исторический период только в Исландии, но лучшие примеры – в доисторический период: Деккан (Индия) и Орегон (США).

Имеются лишь слабые основания предполагать, что существует связь между соседними вулканами, – действие одного вулкана очень редко сопровождается действием другого. Вероятнее всего, что выходные каналы этих вулканов совершенно отделены друг от друга.

Продукты извержения вулканов. Лектор упомянул о свободном выходе какого-то количества водорода. Позже этот вопрос вызвал некоторые споры. То, что вода разлагается, можно легко понять, но что же происходит с кислородом? Симпсон предполагает наличие сильно окисляющегося материала. Обсуждался также газ СО2 и его ядовитые свойства – мифический «анчар» – сернистые пары, достигающие своих окончательных стадий.

Фактически через склоны вулканов потеря тепла не происходит или происходит в минимальном количестве.

Спорили о физических явлениях, вызывающих взрывы, в особенности барометрическое влияние. Было много не связанных между собой сведений о лавах – жидких, подвижных и вязких, а также о конусах и пещерах. Во всех случаях лавы текут медленно – тепло было обнаружено близко от поверхности через 87 лет после извержения. На Этне лава лежит поверх снега. Затем лектор дал обзор вулканизма наших окрестностей. Он описал различные отверстия на Эребусе, считает Касл-Рок «пробкой». Последнее вызвало некоторые споры. Он думает также, что Наблюдательный холм является частью старого вулкана, не имеющего ничего общего с Кратерным холмом; Неприступный остров как будто не имеет никакой связи с Эребусом.

В заключение мы немного поговорили о происхождении вулканизма, а затем обсудили старый вопрос – связь его с морем. Почему вулканы всегда находятся неподалеку от моря? Дэбенхэм считает, что это не причина и следствие, а два следствия какой-то одной причины.

Большой спор вызвал вопрос о том, можно ли наблюдать действие барометрических изменений на пары, выделяемые Эребусом. Поговорили немного о теории вулканов; Дэбенхэм упомянул об американских теориях – таяние от температуры внутренней.

Суббота, 17 июня. Северный ветер, изменчивая температура до –16° [–27 °C]. Луна все еще прячется. Невесело.

Воскресенье, 18 июня. Опять пурга. Это, наконец, невыносимо. Пора бы погоде установиться. К сожалению, луна переходит в новую четверть.

Как обычно, читал молитвы. Пение гимнов вышло не совсем удачное. Аткинсон произвел обычные ежемесячные наблюдения. Не думаю, чтобы были значительные изменения в показателях.

Понедельник, 19 июня. Приятная перемена: тихо и ясно, но холодно, температура до –28° [–33 °C]. В 1 ч 30 м пополудни луна скрылась за Западными горами, после чего на льдине, несмотря на ясное небо, стало очень темно. Пересек залив на лыжах, потом обошел мыс и отправился обратно домой, наперерез резкому северному ветру.

Аткинсон делает новую прорубь для своей мережи. По той и другой причине – оттого что порвалась мережа и прорубь замерзла – давно не было улова. Не думаю, чтобы в темные месяцы ловилось много рыбы, но Аткинсону много и не нужно. Что же касается нашего стола, то рыба, хотя и довольно вкусная, не составляет для него большой потери.

Наша жизнь уже давно протекает по установившемуся неизменному порядку. Клиссолд поднимается около 7 ч утра и разводит огонь. В 7 ч 30 м Хупер подметает и накрывает на стол. От 8 ч до 8 ч 30 м люди отправляются по разным хозяйственным делам – приносят лед, топят его на огне и т. п. Антон идет кормить лошадей, а Дмитрий отправляется к собакам. Хупер начинает будить заспавшихся, пугая их поздним часом. При этом он обыкновенно обманывает их на четверть часа. Начинается потягивание и обмен утренними приветствиями, подправленными разными юмористическими, полусонными прибаутками. Уилсон и Боуэрс в «костюме Адама» встречаются у большого таза, наполненного свежим снегом, и принимаются растирать им лоснящееся тело. Немного погодя их заменяют другие, менее храбрые, довольствуясь весьма скромным количеством воды. Вскоре после 8 ч 30 м скрепя сердце выползаю я из очень удобной постели и приступаю к своему туалету, для чего мне достаточно чуть не стакана воды. Приблизительно через 20 минут я одет, постель моя заправлена, и я сажусь за свою овсянку. К тому времени и остальные присаживаются к столу, но два-три лентяя являются к самому концу предельного срока.

Установлено правило не допускать задержки в работе, и иных приходится слегка подгонять, чтобы не отставали. К 9 ч 20 м завтрак окончен, и когда часы пробьют половину – со стола уже убрано.

От 9 ч 30 м до 1 ч 30 м команда занята подготовительными работами к предстоящей санной экспедиции. Эти работы, по всей вероятности, займут наибольшую часть зимы. С починкой спальных мешков и переделкой палаток уже покончено, но есть еще много неоконченных или еще не начатых работ, как-то: сооружение мешков для провизии, подошв из тюленьей шкуры с шипами, попон и пр.

После завтрака Хупер вторично основательно выметает, моет посуду и вообще прибирает. Хорошо, что нам нет надобности самим все это проделывать. У нас получаются долгие, нераздробленные на посторонние занятия дни, целиком посвященные научным работам. Следовательно, тем самым достигается, в конце концов, сбережение энергии мозга.

Ко второму завтраку мы собираемся в 1 ч 30 м или в 1 ч 45 м и проводим за ним очень веселые полчаса. После завтрака, если погода дозволяет, проезжаются лошади. Это многим из нас дает занятие на добрый час. Остальные в это время гуляют или что-нибудь делают для моциона. Затем мы возвращаемся к своим работам, а команда занимается всякой всячиной.

Обед – в 6 ч 30 м; на него отводится час. Остальное время читают, занимаются разными играми, иногда кончают ту или другую работу. Обыкновенно какая-нибудь добрая душа заводит граммофон. Три раза в неделю бывают лекции или доклады, которые всегда привлекают слушателей и вызывают оживленный обмен мыслями.

В 11 ч гасятся ацетиленовые лампы. Если кто желает еще посидеть или почитать в постели, то должен довольствоваться свечами. Но и свечи гасятся к полуночи. С масляной лампой остается только ночной дежурный.

Так проходят дни. Жизнь, пожалуй, не особенно деятельная, но и далеко не праздная. Немногие из нас спят больше восьми часов. Днем в субботу или в воскресенье утром происходят более обстоятельные омовения. Мы бреемся, меняем белье. Такими мелочами знаменуется переход от одной недели к другой.

Сегодня Дэй прочел нам доклад о своих моторных санях. Он, по-видимому, очень надеется на успех, но я боюсь, что его сани не настолько надежны, насколько это представляется пылкому воображению Дэя. Желал бы я с большим доверием отнестись к его стараниям, потому что он премилый юноша.

Вторник, 20 июня. Ночью температура спустилась до –36° [–38 °C]. Это самая низкая температура за всю зиму. Как обыкновенно бывает при низкой температуре, день тихий.

Сегодня утром было очень красиво. На западе заходил рог луны; Эребус виднелся сквозь густую дымку. Это свидетельствует о том, что плотность дымки зависит, скорее, от температуры, чем от барометрического давления. Я с наслаждением пробежался на лыжах.

Экскурсия на мыс Крозье готовится к выходу. Идут совещания о том, как обеспечить экскурсантов максимально большими удобствами в столь суровых условиях. В книге Свердрупа «Новая земля» я напал на заметку о пользе двойной палатки. Эдгар Эванс смастерил для одной палатки подкладку. Она прикреплена к внутренней стороне шестов так, что воздух проходит между нею и наружной оболочкой. Я считаю такую палатку большой удачей. Помимо того, благодаря ей исчезнет настоятельная необходимость в разрешении проблемы снежных хижин, хотя мы и будем продолжать работу в этом направлении.



Еще новость – спальный мешок из гагачьего пуха, заложенный внутри мехового мешка из шкур северного оленя. В таком мешке вначале будет, несомненно, хорошо спать, но когда он обледенеет – тогда, пожалуй, беда.

Дэй всю свою энергию прилагает на сооружение печки, работающей на ворвани. Ему много помогает в этом опыт, приобретенный на мысе Хижины.

Ворвань вливается в кольцеобразный сосуд А. Масло переходит оттуда через трубку В и расходится по поверхности плиты С, ограниченной бортами, dd – выступы, служащие проводниками тепла; ее – оловянный дымоход для огня с отверстиями в основании его.

Чтобы зажечь печку, нужно подогреть плиту С спиртовым примусом, но когда масло разгорится как следует, то получаемого от него тепла совершенно достаточно для того, чтобы растопить ворвань в А и поддерживать поступление масла. Температура постепенно повышается до тех пор, пока масло не начнет поступать из В в парообразном состоянии, в том случае, конечно, если тепло, отдаваемое печкой, будет достаточно сильным.

Эту печку привели сегодня в действие в течение пяти минут при низкой внешней температуре и с замерзшей ворванью. Для экспедиции на мыс Крозье эта печка будет иметь большое значение при постройке жилища, а летом накопленный опыт окажется бесценным для экспедиции на Запад. При наличии хорошей печки на ворвани исчезнет необходимость брать с собой в береговой поход топливо, и если нам удастся усовершенствовать ее, то это принесет нам благодарность потомков.

Экскурсия на мыс Крозье преследует несколько научных целей. Как я уже упомянул, каждый участвующий должен питаться по особому режиму, чтобы установить нужное для человека количество жиров и углеводов. Уилсон, кроме того, собирается испробовать действие двойной ветронепроницаемой одежды, вместо особо толстой шерстяной. Если в двойной непроницаемой одежде весной будет так же тепло, как летом в одинарной, то ясно, что, отправляясь на возвышенность Земли Виктории, нам мало придется увеличивать груз.

Я думаю, что новые горные сапоги с шипами, которые тоже будут испробованы в этой экскурсии, окажутся очень полезными. Это тот же тип обуви, который мы применяли в первую нашу экспедицию на «Дискавери» с прибавлением стальных шипов в полдюйма длины. Металлические пластинки приклепываются через парусину к внутренней кожаной подошве; парусина же со всех сторон покрывает меховой сапог и сверху зашнуровывается. Такая обувь весит не больше половины обыкновенного пьекса, но очень легко и прочно прикрепляется к лыже.

Приближается день зимнего солнцестояния – поворота зимы к лету. Приятно будет пользоваться светом для более деятельных приготовлений к будущему сезону.

Среда, 21 июня. Температура опять упала до –36° [–38 °C]. Небо подернулось странной дымкой при очень слабом ветре. От мороза что-то портится в установленных на открытом воздухе инструментах с часовым механизмом и что-то делается с аппаратом для получения ацетилена, впрочем, ничего неисправимого.

Ходил на лыжах вокруг айсбергов, но было темно и неинтересно. Ночью сохранялась низкая температура. Тэйлор сообщил о замечательно красивом сиянии.

Четверг, 22 июня. День зимнего солнцестояния. Солнце достигло низшей точки своего стояния в 2 ч 30 м пополудни по среднему гринвичскому времени, т. е. в 2 ч 30 м утра 23-го числа по времени 180-го меридиана, по которому мы живем. Это событие было отмечено торжественным обедом, подобным тому, каким обычно дома, в Англии, знаменуется праздник Рождества. К чаю подали огромный торт, за который Черри-Гаррарду, снабдившему нас им, была вынесена горячая благодарность. Вокруг большого стола были развешаны флаги, национальный и флаги каждой санной партии, а стол уставлен многочисленными бутылками с шампанским и бокалами вместо обычных кружек и кувшинов с лимонадом. В 7 ч мы сели за обед, заслуживающий названия роскошного банкета по сравнению с нашим скромным будничным меню.

Начав с тюленьего супа, признанного всеми самым мастерским произведением искусства нашего повара, мы перешли к ростбифу с жареным картофелем и брюссельской капустой. Затем следовали: пылающий плумпудинг и прекрасные пирожки, наконец, изысканная закуска из анчоусов и тресковой икры. Это был не просто чудный обед, а настоящий пир, если прибавить к нему расставленные по столу разнообразные лакомства, вроде жареного миндаля, обсахаренных фруктов, шоколадных конфет и т. п.

Кроме всего этого – обилие шампанского и целая армия бутылок с различными ликерами, так что, когда очередь дошла до тостов, было из чего выбрать.

Я произнес маленький спич, в котором обратил внимание слушателей на то обстоятельство, что настоящим празднеством отмечается не только середина зимы, но и середина плановых экспедиционных работ. (Боюсь, что есть между нами люди, не думающие о том, как быстро летит время, и только еще принимающиеся за работы, которые должны бы быть в полном ходу.)

Я начал свой спич с упоминания того, что мы пережили за прошедшие лето и ползимы, что впереди еще ползимы и второе лето и нам надлежит в точности знать, каково наше положение во всех отношениях. Благодаря умению и стараниям лиц, заведующих хозяйством и животными, у нас сохранено достаточное количество припасов и перевозочных средств для достижения главной цели. Многое в будущем, сказал я, зависит от случая, но опыт подсказывает, что невозможно найти людей, более способных поддержать меня в предстоящем походе к полюсу, нежели те, кто весной пойдет со мной на юг. В заключение поблагодарил всех за оказанное мне доверие и единодушную помощь.

Мы выпили за успех экспедиции, после чего все сидящие за столом сказали по нескольку слов. Результат получился весьма характерный: можно было наперед знать, в каком духе выскажется каждый.

Само собой разумеется, что все говорили коротко и скромно. Неожиданностью была глубокая сердечность, с какой товарищи отзывались обо мне, из-за чего я вынужден был просить прекратить любезности. Все же приятно было убедиться, что мое отношение к ученым членам экспедиции искренно оценено. Я почувствовал теплую благодарность к этим добрым, милым юношам за их задушевные слова.

Если успеху способствуют взаимное расположение и добротоварищеские отношения, то мы, поистине, заслуживаем успеха. С самого начала экспедиции не было ни одной размолвки между кем-либо из членов нашей компании. К концу обеда водворилось веселое настроение.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное