скачать книгу бесплатно
Принц из сети
Анастасия Ригерман
Мечтала ли я о сказке? Нет, я и так в ней жила. Но однажды привычный мир рухнул, а на моих плечах оказалась неприспособленная к реальности мать и полугодовалый братишка. Теперь, чтобы отомстить за отца, я вынуждена устроиться на работу к человеку, которого ненавижу. Заступиться за меня больше некому, все друзья разом отвернулись. Лишь случайный незнакомец из сети, сам того не подозревая, заставляет верить в себя и не опускать руки. А что, если не такой и случайный?
Анастасия Ригерман
Принц из сети
Глава 1. «Я и ты»
– Всего три чемодана? Сандра, ты реально в Лондоне корпеть над учебниками собралась?
Звонкий смех Аделины вырвал меня из собственных мыслей. Подхватив с полки еще одну водолазку потеплее, перевела на подругу задумчивый взгляд и улыбнулась. Уже завтра вечером, покидая Москву, я буду скучать по этой затейнице и хохотушке. Никто так, как Адель не умеет столь красочно прожигать жизнь и тратить деньги богатых родителей, а еще ввязываться во всякие авантюры и безупречно из них выходить с высокоподнятой головой. Однозначно, среди дождей, туманов и чопорных англичан этой чертовки мне будет жутко не хватать.
– Так я и еду учиться. К тому же, выбрала интенсивный курс, а значит, прохлаждаться мне будет некогда.
– Ну и нафига тебе все это надо? Могла оставшиеся два курса и здесь закончить, найти нормального мужика и жить в свое удовольствие.
– Мне надо! – не хотелось в очередной раз поднимать эту тему, где наши мнения принципиально расходились.
Адель промолчала, но ее насмешливый взгляд говорил гораздо лучше нее самой. Подруга и не скрывала, что считала меня придурковатой, той, что отказывалась идти проторенной дорогой, ища проблемы на свою задницу. Да, мои родители очень обеспеченные люди, и я живу ни в чем себе не отказывая, но и сама хочу что-то из себя представлять. Для меня самореализация – не пустое слово, и что бы ни говорили мои друзья, свой путь я пройду до конца.
– Как же скучно-о-о, – протянула Аделина, развалившись на моей кровати. Длинные пряди ее гладких темных волос разметались по подушке, а в воздух взлетели стройные ножки в новых итальянских полусапожках из последней коллекции. – Уже устала тебя ждать, Апраксина. Быстрее пакуй свои вещички, а лучше горничной дай распоряжение. Я и не стала бы на твоем месте возиться с каким-то барахлом, раз для этого имеются специально обученные люди.
– Вот именно, люди. И у них в этом доме хватает других забот.
Сколько бы я не напоминала об этом, Адель с легкостью забывала. Для нее Нина Васильевна, моя няня, женщина, которая вырастила меня, дала больше любви и заботы, чем родная мать, и та была лишь обслугой, человеком второго сорта. На этот счет ее взглядов я никогда не разделяла, не позволяя обижать или как-то унижать моих домочадцев. Но за пределами дома старалась об этом помалкивать. С воспитанием Нины Васильевны я и так слишком часто чувствовала себя белой вороной в кругу друзей. А других у меня попросту не было и не могло быть. Как любила повторять мама: «Наше положение обязывает общаться лишь с теми, кто тебе ровня».
Это же завидное положение превратило Александру Владимировну Апраксину, нареченную в честь бабушки – академика и гордости семьи по отцовской линии, в модную Сандру. Сначала это невероятно бесило и резало слух, но маменька настояла, что никаких Саш и, Боже упаси, Шурочек в ее доме не будет. А отцу как всегда было не до меня. Потому что, чем больше он зарабатывал денег, тем реже мы встречались за ужинами и разговаривали как в старые добрые времена, а он становился все более безразличным и раздражительным.
С мамой, которая ни одного дня в своей жизни не работала, все обстояло ровным счетом наоборот. С годами она выглядела все ухоженнее и красивее, правда, все больше времени проводила на курортах и в салонах красоты. Даже после рождения Ванюшки сразу же улетела на острова «восстанавливать форму и душевное равновесие», оставив младенца на попечение нянек. Но мама – это мама, не лучше и не хуже, чем у моих подруг. Другой я никогда не знала и давно привыкла принимать ее такой, какая она есть.
Мой смартфон пропищал, возвещая о новом сообщении, и Адель, не спрашивая, тут же подхватила его в свои загребущие ручонки с короткими пальчиками, но безупречным маникюром. Я снова лишь улыбнулась ее непосредственности. Секретов от лучшей подруги у меня никогда не было, чтобы там ни пришло, ей и так об этом станет известно. Иногда казалось, что Адель знает обо мне даже больше, чем я сама.
– Так-так… Что-то интересненькое, – в ее темных бархатных глазах заплясали чертята, в то время, как пальчики что-то быстро набирали.
– Надеюсь, ты не строчишь от моего имени Елисею? На всякий случай напоминаю, что мы расстались и обсуждению это не подлежит, – проговорила я, одним глазом сверяя вещи в чемодане со списком, который набросала еще вчера вечером от руки, дабы ничего не забыть.
– Расслабься. Конечно же нет, за кого ты меня принимаешь? – заверила Адель, продолжая что-то печатать в моем смартфоне, да с такой лукавой улыбкой, словно задумала нечто необычное. – Я всегда говорила, что твой Елисей придурок, а такой красавице найдем принца получше. Вот, например, какого-нибудь английского лорда.
– Сейчас же прекрати! – не выдержала я, осознав, что эта сводница затеяла. – Даже не вздумай регистрировать меня на сайтах знакомств! Если моя фамилия где-то засветится, а до отца дойдет эта информация, а она обязательно дойдет, нам обеим не сносить головы! А ну, живо отдай!
Завалившись на подругу, попыталась отобрать свой телефон, но та лишь снова расхохоталась и принялась уворачиваться, одной рукой спрятав мой смартфон под подушку, на которой и лежала.
– Да ты со скуки там помрешь, если я о тебе не позабочусь, – посыпались «разумные доводы» в пользу ее очередной безумной затеи. – Это новое приложение «Me and you» (Я и ты), не слышала? О нем весь интернет шумит который день. Говорят, один гений разработал на спор буквально на коленке, а осчастливил уже тысячи людей.
– И что же он такого придумал? – поинтересовалась я из чистого любопытства, на время прекратив атаку.
– Все конфиденциально, высший уровень защиты, никто никогда не узнает, кто ты на самом деле, если сама не захочешь. Анкета составлена необычно, вопросы крышесносные, но те, кто зарегились, уверяют, что реально можно найти своего человека.
– Мне-то это зачем? – я не желала забивать голову всякой ерундой, когда прежде всего нужно сосредоточиться на переезде и учебе.
– Хоть поржешь, когда станет скучно. Тебя же это ни к чему не обязывает. И друзей новых найдешь в Лондоне, ведь пока ты там никого не знаешь, – желая развлечься за чужой счет, Адель умела быть убедительной.
– Бог с тобой, делай, что хочешь. Только, чтобы ни фамилии моей, ни фотографии там не было, – сдалась я, продолжая собирать злосчастный чемодан, в который хотелось запихнуть гораздо больше положенного. А в случае с Адель всегда работал один и тот же принцип: «Чем бы дитя не тешилось… лишь бы не выкладывала без разрешения мои снимки в инстаграм».
– Как скажешь. Тогда напишем: «Оля из деревки едет в Лондон!»
– Не-не-не! Блогершу из меня тоже делать не надо. И потом, какая еще деревка?
– Хорошо, не хочешь быть Олей, будешь Шурой, тебя же так никто не называет? А деревка – это просто круто! Я в одном журнале читала, что такая тенденция пошла: олигархи всего мира мечтают о нечёсаных колхозницах, чистых и наивных, с широкой русской душой. И что сиськи силиконовые им надоели и губы, накаченные ботоксом, все натуральное подавай.
– А это тут причем? – расхохоталась уже и я.
– А при том! «Шура из деревки» – то, что надо, беспроигрышный вариант! И фотка на аватарку у меня есть подходящая. Помнишь, ты присылала, когда к няне своей ездила? Ты там в сарафане с косой в профиль стоишь солнцем подсвеченная, на голове венок из цветов. Русская красавица – мечта заморских принцев, а кто на фото не разберешь.
– Да, там, и правда, не разберешь, – согласилась я, вспоминая чудесную неделю, проведенную с моей престарелой няней в ее родном сельском доме.
– Готово. Осталось анкету заполнить. Ну что, погнали? – воодушевилась Адель, тут же завалив меня абсолютно безумными вопросами, на которые по инструкции нужно было отвечать быстро и не думая, что я и делала, весело завершая свои сборы.
Уже через час, наряжаясь на праздничную вечеринку, которую подруги устроили в одном из клубов по случаю моего отъезда, я и думать забыла о дурацком сайте знакомств. Перед тем как уехать, по привычке забежала в детскую проведать братишку. Мила, его няня, как раз выходила из комнаты с пустой бутылочкой, предупредив, что Ванюшка все слопал и уснул.
– Приеду на новогодние каникулы, а ты уже вырастешь и первые шаги без меня сделаешь, богатырь, – с грустью прошептала я, склонившись над кроваткой.
«А скорее всего и без мамы», – подумала, но отчего-то не стала произносить вслух, боясь расстроить несмышленого малыша. Я-то знала, мама не любила подолгу задерживаться в этом доме, а тем более возиться с детьми, хоть они и ее родные. Уже через месяц, другой она найдет себе новое призвание: в живописи, лепке глиняных горшков или благотворительности. А отец на все согласится и во всем поддержит, лишь бы не играла на его нервах своими приступами депрессии.
Посапывая, Ванюшка тихонько спал, смешно раскинув пухленькие ручонки на уровне головы. Насмотревшись на него, я и сама как-то пробовала так уснуть, но мне его любимая поза отнюдь не показалось удобной.
Вот он человек, по которому я действительно буду скучать. Хоть с собой забирай. Ну и по отцу, конечно же. Улечу в Лондон, и останутся мои мужчины совсем одни, предоставленные только поварам да нянькам.
Глава 2. Целуя незнакомцев
Спускаясь по лестнице на первый этаж, нельзя было не заметить, как мило мама беседовала с Адель. Звонко смеялась, манерничала, перебирала пальчиками, на которых сверкали кольца с бриллиантами, пряди ее волос, нахваливая выбор стилиста.
У них всегда было много общего и часто с грустью я даже ловила себя на мысли, что о такой дочери она и мечтала: самоуверенной, эффектной, знающей толк в моде, макияже и мужчинах, а совсем не обо мне, скромнице и заучке. Видела бы заранее, какой я вырасту, никогда не позволила бы отцу назвать меня в честь бабушки – академика. А так, карма все-таки наложила свой отпечаток.
Форму мама действительно восстановила и в свои сорок пять Анна Дмитриевна Апраксина выглядела не многим старше моих подружек. Дизайнерское платье в нужных местах открывало обзор на ее подтянутое, позолоченное загаром тело. Образ непременно дополняли туфли на высоких каблуках – шпильках, в которых она шествовала с достоинством истинной королевы. Вот только я и наш семейный врач, Семен Петрович, прекрасно знали, что подобная обувь ей давно противопоказана из-за прогрессирующего заболевания суставов. Но мама предпочитала скрывать свой недуг, заглушая боль горстями таблеток, лишь бы оставаться неписанным эталоном для завистливых подруг и толпы поклонников в лице партнеров отца.
– Сандра, девочка моя, ты пойдешь на прощальную вечеринку в этом?!
Придирчивый взгляд ее холодных голубых глаз просканировал меня с головы до ног. Но на ее недовольство я лишь мило улыбнулась.
– Да, мам, мне так удобно.
– Но это же джинсы и кроссовки!
– Заметь, дизайнерские джинсы и кроссовки, в таких и на королевский прием пойти не стыдно.
– А где твой макияж? Укладка? – не унималась маман, нервно взбивая собственную прическу из идеально уложенных белокурых прядей. – Посмотри на Адель. Неужели так трудно соответствовать…
Эти слова я слышала едва ли не с рождения. Что-что, а соответствовать ее постоянно меняющимся критериям у меня никак не получалось, и я снова чувствовала себя каким-то гадким утенком. Были у меня и укладка и макияж, но недостаточно броские и профессиональные, чтобы угодить изысканным вкусам моей требовательной матери.
– Все, нам пора. Хорошего вечера, – поцеловала маменьку в щеку, как положено воспитанным девочкам, и поспешила скрыться, утянув за собой Адель на ее пятнадцатисантиметровых «ходулях».
Но уйти не успела, так как в эту самую дверь вошел напряженный отец и один из его бизнес-партнеров. Илья Ильич в последнее время зачастил с визитами в наш дом, и его присутствие всякий раз меня напрягало. И дело было даже не в его лоснящейся залысине, внушительных размеров брюшке и откровенно похотливых взглядах. Этот скользкий человек не внушал доверия, и я не понимала какие дела мог иметь с ним отец, который всегда был крайне разборчив в людях.
– Добрый вечер, – поздоровался папа, окинув меня и Дельку усталым взглядом, словно и сейчас мыслями был где-то далеко отсюда.
– Здрасьте, Владимир Иваныч, – отозвалась Аделина.
– Привет, пап. Если б знала, что сегодня ты приедешь пораньше, отказалась бы от этой глупой прощальной вечеринки, – призналась я, на радостях утонув в объятьях отца, и стараясь не думать о том, что за моей спиной подруга, организовавшая эту самую вечеринку, почти наверняка, обиженно надула губы.
– Езжай, дочка, развлекайся. Тем более мы и сами уезжаем на деловой ужин. Вот, приехали забрать твою маму, – пояснил отец, вежливо улыбнувшись.
– Вот и отлично! – обрадовалась Делька, тут же подхватив меня за руку. – Приятного вечера! А мы уже опаздываем.
– Сандра, – прошептал Илья Ильич, когда я проходила мимо, то ли выказывая свое почтение, то ли раздевая взглядом.
На дорожке у дома в свете уличных фонарей накрапывал мелкий дождь, предвещая пасмурную московскую осень, но я лишь улыбнулась, подставляя лицо каплям дождя. Мне бы самое время привыкать, для Лондона это обычное явление.
– Что ты творишь, бестолковая?! Кожу испортишь! – надо мной тут же появился прозрачный зонт подруги и ее возмущенная физиономия. – Хоть представляешь, сколько опасных примесей в этой воде? Мой косметолог в такую погоду даже из дома высовываться не советовал.
«Хорошо, что у меня нет такого косметолога и я без зазрений совести могу позволить себе наслаждаться дождем», – подумала я, залезая на заднее сиденье припаркованного у дома автомобиля.
– Ну! Что тормозим? В клуб, Вася, гони в клуб! – торопила Адель своего личного водителя, приятного мужчину, и, кстати, бывшего военного, который ей в отцы годился. Но, не внимая моим просьбам, относилась она к нему на порядок хуже, чем к какому-нибудь прыщавому подростку.
Пока неудачники толпились под дождем у входа одного из самых престижных заведений столицы, мы с Адель беспрепятственно прошли внутрь. Золотая карточка с внушительным банковским счетом и фамилия отца, который является частым гостем в Кремле, творят настоящие чудеса! И кто бы что ни говорил, а деньги в этом мире решают если не все, то почти все.
VIP-ложа на верхнем уровне и столик, заставленный алкоголем, который нам за неделю не выпить, а еще изысканными блюдами с модными названиями. К концу вечеринки большая часть этой роскоши так и останется нетронутой, потому что есть там по сути нечего. Но девчонки каждый раз заказывают одно и тоже, чтобы соответствовать своему высокому статусу.
Натянула на лицо счастливую улыбку и обняла подруг. Сначала пухленькую Николь, наверняка истязающую себя очередной диетой, вместо того, чтобы элементарно пойти заниматься в спортзал. Еще ее дед сделал состояние на ресторанном бизнесе в Европе, культ еды – это у них семейное. Затем изящную Мишель, дочь министра, которая очаровательна, как ангел, но столь же глупа и наивна. И, наконец, Доминику, нашу нефтяную принцессу и любительницу острых ощущений. Вот «великолепная пятерка» и в сборе!
– Сандра, за тебя! Как обустроишься, соберемся тем же составом в Лондоне, – произнесла тост Николь, и все радостно заверещали, чокаясь наполненными бокалами.
Время летело быстро и уже совсем скоро девчонки все чаще стали посматривать в сторону танцпола и бара в поиске симпатичных парней.
– А давайте сыграем в игру! – Доминика соблазнительно закусила губу, накручивая на палец прядь кудрявых темных волос. Она и так азартна, а как подопьет, ее только и тянет соревноваться. – Если, конечно, вы не такие трусихи и недотроги, как я думаю?
– Мы и трусихи?! Обижаешь! – пошатнулась готовая на подвиги Адель.
– А слабо поцеловать незнакомца?
– Любого? – воодушевилась Мишель, хлопая длинными ресницами.
– Нет, конечно. Того, кого мы для тебя выберем.
– Но выбираем только хорошеньких! – постановила Николь, так же включившись в эту безумную игру.
– На что спорим? – у Адель все сводилось к деньгам, иначе для нее было просто не интересно. И все понимали, что вопрос стоял не «на что?», а «на сколько?».
– Да, сущие копейки. Один поцелуй – тысяча баксов, – постановила Доминика. – Нас пятеро, если все справимся, останемся при своих. А если кто-то струсит, пополнит банк.
– И на неделю изменит статус в инстаграм на «Я трусиха и недотрога!», – как всегда, не подумав, ляпнула Мишель.
– Можно, я не буду в этом участвовать? Мне завтра улетать, к чему все эти случайные знакомства?
– Нет! – воззрились на меня решительно настроенные четыре пары глаз.
– Ты и так пьешь меньше всех. Вот и пойдешь первой, покажешь нам класс, – выдала Адель, задорно подмигнув девчонкам.
Только я, не ожидая подобного поворота, обиженно насупилась. Лучшая подруга называется. Я тебе еще припомню! Прощальная вечеринка, мать вашу!
– Ладно, выбирайте жертву, – сдалась я, глубоко вдохнув, расправив по плечам свои длинные светлые волосы и поправив лифчик, который скрывал лишь небольшой топ.
Четыре воодушевленных физиономии переглянулись и принялись всматриваться в толпу на танцполе и возле бара, выискивая того самого несчастного.
– Может, этот, плечистый? – предложила Николь. Ей всегда нравились мужчины сильно покрупнее. Скала Джонсон точно был в ее вкусе.
– Нее, ты на его морду посмотри. Он же на маньяка похож, – отговорила ее Доминика, а я едва не начала грызть ногти, чего отродясь не делала, наблюдая за этим действом.
– А тот возле барной стойки, в синей рубашке? – восторженно пропищала Мишель.
– Да, красавчик, ничего так. Но его уже пошатывает, он сейчас кого угодно поцелует, а так не считается, – проигрывать Адель не любила, как и давать кому-то видимые преимущества.
– Вот наш вариант! – воскликнула Николь. – Сразу видно, деловой мужчина. Почти не пьет. Его друг как раз куда-то отошел, а он сидит и скучает в VIP-зоне.
– Да, вроде симпатичный. И никогда прежде я его здесь не видела, – удивилась Доминика, которая была в этом клубе завсегдатай.
– Решено! Действуй, Апраксина, сейчас или никогда, – напутствовала лучшая подруга, напоследок смачно шлепнув меня по заднице.
Глава 3. Необычное предложение
СТАНИСЛАВ
– Давай-давай, Бестужев! И еще по одной. Тот, кто столько работает, должен хоть иногда расслабляться и сбрасывать стресс, пока крышняк не поехал от перегруза.
– Да какой перегруз? Я в норме. Когда любишь свою работу, от нее и не устаешь.
Сенька знал, что с моими перемещениями по планете застать меня дома в Москве очень сложно. А вырвать из плотного графика, когда параллельно ведешь несколько крупных проектов в разных странах, еще сложнее. Поэтому хитрый лис, который после недавнего развода отчаянно жаждал встречи, буквально меня похитил. Предложил встретить в аэропорту, пообщаться по дороге. В этом я по наивности не смог ему отказать. Думал, переживает мужик, поддержу его, выслушаю.
Только Арсений, не предупреждая, затащил меня прямиком в свой клуб, усадил за стол и сказал, что никуда не отпустит, пока мы не напьемся до поросячьего визга, как в студенческие времена, и не покутим от души. Не сказать, что звучало сильно заманчиво, но и сбежать от него так просто теперь я уже не мог.
– Вижу, в какой ты норме. Даже здесь не вылезаешь из смартфона, – ухмылялся он, вероятно сожалея, что не запер мою мобилу вместе с рабочим ноутом в багажнике своего новенького мерина.
– Благодаря одному хорошему другу переношу завтрашние утренние совещания и встречи, – пояснил я, вылезая из календаря, где все наконец раскидал, а теперь бегло просматривал результаты последнего тестирования. – Мы сейчас новое приложение обкатываем. Занятная вышла игрушка, – с гордостью поделился я.
– Что-то интересное?
– Да, шутки ради поспорил с одним талантливым парнишкой из Силиконовой долины, чей проект окажется успешнее.