Рейчел Хокинс.

Royals



скачать книгу бесплатно

Он пожимает плечами:

– Он симпатичный мужик, так что, надо сказать, я не возражал. Но, так или иначе, с тех пор – точка, я больше не пью. Не из-за Юэна, конечно, а из-за всего остального… – папа машет рукой. – Наркотики, аварии, загубленная жизнь…

Открывая бутылку, он указывает ею на Алекса:

– Кстати, расскажу тебе отличную историю. Прежде чем завязать навсегда, я устроил последний загул. Это было как раз в Шотландии, с участием одной из ваших тамошних косматых коров. Я не в курсе, знаешь ли ты их поименно, но ту корову звали Элиза. Или нет, Элспет.

Папа бредет обратно на кухню, продолжая вещать о Шотландии, коровах и каком-то угнанном поезде, а я смотрю на Алекса, который сидит на кушетке, сцепив руки между коленей. Моя сестра садится рядом и гладит его по плечу.

– Добро пожаловать, – негромко говорю я.

НЕВЕСТА НАДЕЛА КЛЕТЧАТОЕ

Или наденет? Может быть, хотя бы пояс? МЫ НАДЕЕМСЯ. Итак, шотландский принц Александр объявил о своей помолвке с куклой Барби – прошу прощения, с Элли Винтерс (а-а, что за имя! так зовут главную героиню какого-нибудь сериала, действие которого происходит в недрах южных штатов! Но подождите, теперь нам наверняка придется называть ее Элеонорой, потому это звучит ПО-КОРОЛЕВСКИ). Так или иначе, Элеонора-а-не-Элли уже давным-давно встречается с этим бакланом, я имею в виду принца Александра, поэтому никто особенно не удивился, хотя, конечно, в Шотландии уже много лет не было свадеб в королевском семействе… а если взять это конкретное семейство, скорее всего, будет НЕЧТО.

Свадьба состоится в декабре в Эдинбурге – бла-бла, всякие свадебные мелочи, пусть об этом пишут другие блогеры – а мы перейдем к САМЫМ ГЛАВНЫМ ВОПРОСАМ:

1. Себ придет с девушкой? И если да, можно это буду я?

2. Состоится ли мальчишник? И если да, то скольких по итогам арестуют, вышлют из страны, убьют?

3. У Элеоноры-а-не-Элли вообще есть родственники, способные приехать на свадьбу, или она бот? (Мое мнение вы знаете.)

4. Нет, я серьезно. Почему мы буквально ничего не знаем о ее семье? Все постоянно треплются о членах королевской фамилии, их сестрах, братьях и лондонских кузенах, но почему нам не рассказывают о родных Элеоноры-а-не-Элли? А?…

Глава 5

– Твой новый родственник просто супер, – говорит Изабель.

Я хмурюсь, глядя на нее поверх ноутбука.

Мы сидим за маленьким столиком в углу «Кофемолки», единственной в Пердидо кофейни, и хотя предполагается, что мы готовимся к экзамену, ежу понятно, что Изабель лазает в интернете в поисках чего-то совершенно другого.

– Во-первых, – говорю я, – он мне еще не родственник, а во-вторых, ты больше не помогаешь мне игнорировать всё, что связано с Элли?

Посасывая сквозь соломинку холодный мокко с белым шоколадом, Изабель даже не удосуживается принять виноватый вид.

– Ну, это было раньше, когда Элли просто встречалась с принцем, и о свадьбе еще речи не шло, – произносит она. – И раз уж ты намерена ее игнорировать, должен же кто-то тебя прикрыть.

– Читая дурацкие сплетни в интернете? – спрашиваю я, дуя на поверхность своего чая с цветками апельсина.

– Читая дурацкие сплетни в интернете, – не сводя глаз с экрана, подтверждает Изабель. – Это большая жертва.

Но я на всё готова пойти ради нашей дружбы, Дэз.

– Да ты просто ангел, – отвечаю я, закатывая глаза.

Я возвращаюсь к тесту, который открыт на экране, несколько секунд тупо гляжу на одни и те же слова и вновь поворачиваюсь к Изабель.

– Есть там что-нибудь обо мне?

Изабель качает головой, и ее черные волосы падают на грудь.

– Пока нет. Но «Город королей» я еще не читала.

– Пожалуйста, подумай над тем, что ты сейчас сказала, а затем спроси себя, не стыдно ли тебе.

Изабель отмахивается от меня одной рукой, второй продолжая стучать по клавишам.

– Да этих блогов сотни. Кое-где пишут вообще про все королевские дома в мире. Есть очень серьезные сайты. Вот, например, «Королевский вестник» и «Из жизни монархии».

Она поворачивает ноутбук, показывая мне экран. Там открыт «Королевский вестник». Страница увенчана изображением британского флага. Ниже – красивые фотографии английской правящей семьи.

– В основном эти блоги ведут американцы, – объясняет Изабель и снова щелкает. – А вот «Болтовня», журнал, в котором пишут о мажорах для мажоров. Ну, типа, «в каком отеле самый лучший консьерж» и «с кем из слуг можно целоваться».

– Очаровательно, – буркаю я, разглядывая набранный гигантским шрифтом заголовок и фотографию хмурого аристократа с коктейлем в руке.

– Есть еще «Голову с плеч» и «Город королей», и вот это уже жесть, – заканчивает Изабель и вновь поворачивает ноутбук к себе.

– И поэтому они самые популярные? – намекаю я.

Изабель пожимает плечами:

– Хотела бы я сказать «нет», но… да, они у меня в избранном. Наверное, Элли была права, когда сказала, что никому нет особого дела до вас, пока вы живете во Флориде, а королевская семья не сходит со страниц шотландской прессы.

Сдвинув брови, она встречается со мной взглядом:

– Это хорошо или плохо?

– Хорошо, – отвечаю я, облегченно вздохнув.

Сколько бы Элли ни твердила, что наша жизнь практически не изменится, до сих пор я не особенно ей верила. Но прошло две недели после официального объявления о помолвке, и, хотя это всё было очень пышно, в центре внимания по-прежнему только Элли и Александр.

– Кстати, людям Элли нравится, – объявляет Изабель, двигая соломинкой вверх-вниз в стакане, чтобы размешать лед. – Ну, может быть, некоторые пижоны недовольны, что Алекс женится на американке, зато простые люди двумя руками «за».

– Ты только что сказала «простые люди». Больше мы с тобой не подруги. Всё было хорошо, но…

Иза вытаскивает соломинку из стакана, стряхнув на меня несколько капель холодного мокко.

– Я просто пытаюсь обрисовать тебе обстановку, Дэз. Я – твоя группа поддержки.

Я вытираю лицо салфеткой и бросаю ее в Изабель:

– Нет, ты просто читаешь сплетни. И потом, это не имеет никакого отношения ко мне.

Прищурив темные глаза, Изабель облокачивается на стол.

– Ты правда так думаешь? – спрашивает она.

Я пожимаю плечами, и мне становится неуютно.

Да, да, я не сумею совсем уж этого избежать, но, возможно, дело ограничится кратким курсом придворного этикета перед свадьбой, а потом я вернусь домой и продолжу жить той жизнью, в которой не нужно знать, какой глубины должен быть реверанс.

– Ну и что там на этих сайтах пишут про моего шикарного пока-еще-не-родственника? – спрашиваю я – в основном чтобы отвлечься от собственных мыслей.

В другом углу кофейни сидят Ханна Контрерас и Мэдди Пейн; они смотрят в нашу сторону, и у меня такое ощущение, что шепчутся они именно о нас. И Ханна, и Мэдди – мои приятельницы (когда живешь в маленьком городке, всю жизнь поневоле общаешься с одними и теми же людьми), но я никогда еще не была предметом сплетен, и, честно говоря, мне это не нравится.

– Ну, пишут, что он расстался со своей девушкой, – сообщает Изабель. – Какая-то аргентинка, тоже совершенно шикарная, у которой брат – знаменитый игрок в поло. Чтобы немного развеяться, он со своими приятелями уехал в Монако, а потом…

Она наклоняется к экрану и щурится.

– Один из друзей Себа заметил, как какой-то тип их фотографирует, и решил с ним подраться. Он толкнул его в фонтан. Себ вытащил фотографа и на следующий день прислал ему чек на крупную сумму, чтобы расплатиться за испорченный фотоаппарат.

– Да. Выходные прямо как у нас, – говорю я, поворачиваясь к своему экрану спиной. – Понятно.

Изабель хихикает и отхлебывает кофе.

– По крайней мере, будет о чем поговорить на свадьбе.

Она вновь разворачивает ноутбук ко мне. Там огромная фотка Себастьяна в шикарном костюме. На лице сияющая улыбка, одна рука приветственно приподнята. Волосы у него темнее, чем у Алекса, но вспышка фотоаппарата подчеркнула их рыжеватый оттенок. Впрочем, глаза у Себастьяна такие же синие, как у брата, и, ей-богу, они сияют даже на размытом снимке.

Справа и слева от принца стоят какие-то парни, один на целую голову ниже Себа, с мрачной ухмылкой и темными кудрями, другой белобрысый, радостно улыбающийся в камеру.

Изабель постукивает по ним розовым ногтем.

– Они неразлучны с Себастьяном. В прессе их называют «Королевскими Мародерами». Парни из каких-то зверски богатых семей, которые учатся с Себом в одной школе или типа того.

– С Себом? – повторяю я, и на сей раз у Изабель хватает совести немного покраснеть.

– Я прочитала тонны этой фигни в интернете! – заявляет она. – А его на всех сайтах и во всех журналах называют Себ. Учти, Дэз. И мы еще не дошли до принцессы Флоры. Вот там настоящий скандал…

Я качаю головой и вновь принимаюсь за тест.

– Чем меньше я знаю, тем лучше. Я просто хочу пережить свадьбу, вернуться домой, а всё это… – я указываю на экран, имея в виду вебсайт, пьяного Себастьяна, его беспутных богатеньких друзей и так далее, – всё это пусть остается Элли.

Изабель делает гримасу, ставит ноутбук на стол и углубляется в чтение.

– Страшно жаль, что близкое соседство с такими классными парнями тебя не радует.

– Тебе оно тоже ни к чему, – напоминаю я, – потому что у тебя есть Бен.

При упоминании своего парня Изабель просто жмет плечами:

– Бен говорит, я могу делать что хочу. И если в числе моих желаний – потискаться с принцем…

– Замолкни!

Я швыряю в нее скатанной салфеткой, и Изабель снова хохочет.

А потом ставит локти на стол.

– Знаешь, а я серьезно. Не в том смысле, что я хочу потискаться с Себом – хотя, конечно, в этом смысле тоже, – но вообще ты присмотрись повнимательней. Надо знать, во что влезаешь.

Я гляжу на экран перед собой, прикусив губу:

– Я ни во что не влезаю. Нас всех втянула Эл. Они с Алексом сказали, что в нашей жизни ничего не изменится.

Изабель замолкает, и я отрываюсь от контрольной. Подруга сидит, откинувшись на спинку стула и слегка сузив темные глаза. Это значит, что Изабель Алонсо намерена донести до меня некую истину.

– Дэз, – говорит она (ну вот, пожалуйста). – Почему ты такая упрямая?

Придвинувшись ближе, она хватает меня за руку и трясет ее.

– Принц, Дэйзи. Замки. Перед тобой открывается целый новый мир, и ты должна… – Иза выпускает мою руку, стискивает кулаки, зажмуривается и открывает рот, изображая немой вопль восторга.

Я смеюсь и стукаю Изабель карандашом.

– Я вовсе не… – я передразниваю ее жест. – Потому что это не мое. Я не обязана любить то, что любит Элли. А теперь отстань…

Я не хочу это обсуждать даже с лучшей подругой, но Иза безжалостна:

– О нет. Не надо тоскливых «ах, если бы». Давай, колись.

Искоса взглянув на нее, я жму плечами и думаю, с чего начать. Наконец я придумываю пример:

– Помнишь, когда я училась в четвертом классе, мои родители спятили и решили съездить на машине на запад?

– А. Инцидент в Великом каньоне, – говорит Изабель, понимающе кивая, и я нацеливаю на нее карандаш.

– Именно. И вот в последний день мы оказались в Калифорнии, и я, разумеется, захотела посмотреть Загадочный Дом Винчестеров.

– Разумеется, – повторяет Иза.

– Но параллельно с этим в одном колледже в Сан-Франциско, куда думала поступать Элли, был день открытых дверей, и она хотела поехать туда. Тогда мои родители сказали, что мы пробудем в Калифорнии два дня, а не один. Сначала съездим в колледж, а потом сделаем то, что хочу я.

Изабель склоняет голову набок.

– Справедливо, – произносит она, и я киваю.

– Проблема в том, что в колледже мы наелись креветок и отравились, поэтому никакого дополнительного дня не вышло. Никакого Дома Винчестеров. Я так понимаю, это была судьба…

– А по-моему, бактерии, но всё равно, продолжай.

– Я имею в виду, что всегда бывает так. Сначала то, что хочет Элли, а потом то, чего хочу я – если останется время. И я даже злиться не могу, потому что Элли всегда хочет чего-нибудь такого – поехать в колледж, поработать в благотворительном обществе, отправиться летом в Гватемалу, чтобы преподавать английский…

Я раскрываю ладонь и пытаюсь удержать ее прямо.

– Элли всегда думает о чем-то важном и правильном.

Опустив руку, я вновь пожимаю плечами:

– А я просто люблю осматривать странные дома, ходить на выставки и всё такое… и я понимаю, почему то, чего хочет Элли, главнее. Но… ее свадьба с Алексом значит, что отныне дела Элли всегда будут на первом месте. До конца жизни мы будем строить планы на Рождество, учитывая ее расписание. Как я уже сказала, я не могу на нее злиться. Я всё понимаю. Но…

Мой голос обрывается. Изабель молчит.

Я качаю головой.

– Поменьше думай про Элли и побольше про Ки-Уэст, – говорю я, постукивая кончиком карандаша по экрану ее ноутбука. – До поездки две недели, а мы еще костюмы не придумали.

Если что-то и способно отвлечь Изабель от разговоров о Себастьяне, то только предстоящая поездка в Ки-Уэст. Она кивает и театрально подмигивает.

– Ты права. Давай не будем отвлекаться.

Мы прикидываем планы – что надеть и куда пойти, – и тут краем глаза я замечаю Ханну и Мэдди. Я знаю обеих с третьего класса, но они подходят так робко, как будто я – совершенно посторонний человек. И у меня сжимается сердце.

– Приве-е-ет, Дэйзи, – говорит Мэдди, накручивая на палец светлую прядь.

Мои волосы были примерно такого же цвета до того, как я их глобально перекрасила.

– Ну, привет.

– Э… твоя сестра.

Вот. Как будто и так всё понятно. Я киваю. Изабель откидывается на спинку и наблюдает за ними обеими, барабаня ногтями по пластмассовому стаканчику.

– Ты ведь поедешь на свадьбу, да? – спрашивает Ханна.

У нее черные волосы, как у Изабель, но короткие, чуть выше плеч.

– И тебя покажут по телику?

Мэдди переступает с ноги на ногу и придвигается ближе.

– И ты туда переедешь? В Шотландию?

Глаза у Ханны становятся круглыми.

– То есть… ты теперь будешь принцессой, да?

Вздохнув, я отхлебываю чай, прежде чем ответить.

– Вообще-то, мне не разрешается об этом говорить. – И понизив голос до шепота, я добавляю: – Из соображений безопасности.

У Ханны и Мэдди глаза лезут на лоб. Они делают шаг назад. Изабель ухмыляется, а затем придает лицу серьезное выражение и говорит:

– Да, ей пришлось подписывать разные бумаги и всё такое. Если Дэйзи об этом расскажет, у нее будут проблемы. Я серьезно. Крупные проблемы.

– Иза! – резко перебиваю я и озираюсь, как будто кто-то за нами наблюдает. – Ты же знаешь, что будет, если нас подслушают!

Я мрачно гляжу на Изабель и провожу пальцем по горлу. Та сглатывает и великолепно изображает испуг.

– Господи… – выдыхает Ханна, а Мэдди смотрит на меня, разинув рот.

– Просто… не спрашивайте об этом, ладно? – говорю я, и обе так энергично кивают, что я серьезно пугаюсь, как бы у них не переломилась шея.

Они возвращаются к себе за столик, перешептываясь и заметно побледнев.

– Мы – зло, – замечает Изабель, разбалтывая лед в стакане.

Я пожимаю плечами.

– Надо действовать на опережение.

Позволив Изабель вновь погрузиться в чтение сетевых сплетен, я вновь возвращаюсь к контрольной. Надо перекусить какими-нибудь морепродуктами по пути домой. Стресс требует калорий, поэтому…

– О господи! – вскрикивает Изабель, и я вскидываю голову.

На мгновение мне кажется, что она увидела таракана или, не дай бог, змею – Изабель смертельно боится всего ползучего. Но потом я замечаю, что ее глаза по-прежнему устремлены на экран, а лицо под загаром сереет. И я понимаю, что это хуже любой змеи.

Эксклюзивное интервью: «Дэйзи Винтерс бросила меня, потому что метит повыше!»

Похоже, Элеонора Винтерс – не единственный в своей семье человек с КОРОЛЕВСКИМИ амбициями. Майкл Дорсет, недавний бойфренд Дэйзи, который согласился дать нам эксклюзивое интервью, утверждает, что теперь, когда Элеонора стала из подружки принца Александра его невестой, Дэйзи увидела перед собой иные перспективы.

«Дэйзи всегда была спокойной девушкой, – сказал Майкл. – Ну, такой невозмутимой… ей было [неценз.] то, что другие про нее подумают. Но она изменилась с тех пор, как Элеонора начала встречаться с принцем Александром. А когда они обручились, Дэйзи со мной и говорить перестала».

Когда мы спросили, не думает ли Майкл, что Дэйзи положила глаз на брата Александра, принца Себастьяна, мистер Дорсет только пожал плечами. «Не удивлюсь. Разумеется, голова у нее теперь забита всем, что связано с Элли».

Затем мистер Дорсет сыграл для нас песню, которую посвятил Дэйзи Винтерс – песню, которая, по его словам, оставила эту девушку, надеющуюся скоро войти в королевскую семью, РАВНОДУШНОЙ.

Мы так и знали!

Ну, дорогие читатели, разве я не задавался вопросом, где же, черт возьми, семья Элеоноры-а-не-Элли? И разве вы не пришли мне на выручку, дорогие мои? ПРИШЛИ. ТАК ВОТ. Мы узнали, что мисс Элеонора связана с $$$. Конечно, не с такими ***ми деньгами, как те, за которые она собирается замуж, но тем не менее. Ее отец был рок-звездой – хотя о-о-очень недолго, – а мама пишет детективы, в которых героев очень мило убивают в маленьких городках. «Хозяина местной булочной насмерть затыкали лопаточкой для торта!» Типа того. Но мы всё это ЗНАЛИ, поэтому самое большое открытие – что у нашей Элеоноры-а-не-Элли есть КЛЕВАЯ МЛАДШАЯ СЕСТРЕНКА. Прикладываю фотку, которую мне прислали. Оо-о-о, какие волосы. Мисс Элеоноре ЭТО НАВЕРНЯКА НЕ НРАВИТСЯ. У меня в детстве была кукла Русалочки с точно такими же волосами. Короче. Ее зовут Дэйзи (а ее отец когда-то написал песню «Цепь из маргариток»? [2]2
  «Дэйзи» по-английски означает «маргаритка» (примеч. пер.).


[Закрыть]
, и это отдельно доставляет), и она учится в старшей школе (вот почему мы до сих пор мало о ней знали, если верить моим источникам – стремная королевская семейка хотела, чтобы Дэйзи оставили в покое, потому что ей еще нет восемнадцати, но, по-моему, это глупо, учитывая, сколько знаменитых малолеток я видел в журналах, но неважно). У ее придурочного бывшего парня взяли интервью, и он сказал, что она бросила его, потому что, типа, у Дэйзи, как и у мисс Элеоноры, КОРОЛЕВСКИЕ АМБИЦИИ. Она работает, с ума сойти, в МАГАЗИНЕ, ииии я даю вам ссылку на ее страничку в Фейсбуке. Да, я в курсе, что попаду в ад, мне терять нечего, поэтому ДАВАЙТЕ ЗАЖИГАТЬ! Блог у девочки довольно унылый, имхо, но ладно. По-моему, наша старшеклассница не против прыгнуть в постель к кому надо, а?

(«Я так и знал!!» – Город Королей)

Глава 6

– По-моему, это как-то несправедливо, когда тебе говорят, что ты шлюха, хотя за минувший год у тебя был ровно один парень.

Даже через экран я вижу, как Эл напрягается. Она устремляет сердитый взгляд в крошечную камеру.

– Дэйзи, это не смешно.

Мы все – мама, папа и я – сидим в столовой, вокруг моего ноутбука. Элли в Эдинбурге, в квартире, которую снимает пополам с другой девушкой, своей коллегой по издательству; учитывая разницу во времени, она, как правило, говорит шепотом, когда связывается с нами в экстренных случаях по скайпу. На Элли по-прежнему деловой костюм (два часа ночи!), и, как ни странно, мне даже отчасти жаль ее. «Домой в пять – или умереть» – это практически мой девиз.

Возможно, именно поэтому я стараюсь не грубить.

– Поверь, Эл, я знаю, что это не смешно. Ведь именно мне пришлось удалить свою страничку на Фейсбуке. И, кстати говоря, она была не такой уж унылой. Я выложила туда фотки с прошлогодней поездки в Уильямсбург!

– Мне кажется, мордокнига – сейчас наименьшая из наших проблем, – замечает папа.

Он сидит рядом со мной и пьет клюквенный сок из винного бокала.

Мама курит. Она бросила десять лет назад, но по-прежнему выкуривает примерно три сигареты в год, когда что-то отмечает или когда нервничает.

И я точно знаю, по какому поводу она дымит сейчас.

– Подумаешь, какой-то один пост в интернете, – говорит мама, тыча сигаретой в неуклюжую глиняную пепельницу, которую я слепила для нее два года назад, когда увлекалась керамикой.

Предполагалось, что у пепельницы будет форма руки, но, честно говоря, она получилась похожей на клешню. Тем более что я покрасила ее в зеленый цвет.

– Это же не в газете и не по телевизору. Кто вообще читает, что там пишут в интернете?

– Гораздо больше людей, чем вы думаете. Даже у низкопробных блогов, вроде «Города королей», примерно миллион посетителей в месяц, – произносит голос за кадром.

Элли смотрит направо, а затем слегка поворачивает ноутбук.

На экране появляется женщина в кремовом жакете с клетчатым шарфиком. На вороте блестит золотая брошка. Гладкие темные волосы заправлены за уши. На вид ей может быть как двадцать пять лет, так и пятьдесят. Не понять.

– Мама, папа, Дэйзи, это Глиннис, – говорит Элли.

Теперь мы видим только половину ее лица, потому что большую часть экрана занимает Глиннис.

– Она…

Элли замолкает, и темно-красные губы Глиннис раздвигаются в улыбке.

– Давайте назовем мои функции посредническими, – предлагает она, выговаривая это слово с особым тщанием. – Я постараюсь уладить всё, что нуждается в улаживании.

Она вновь сверкает зубами, и папа издает недовольное ворчание. Он с такой силой ставит свой бокал на стол, что сок расплескивается.

– Знаю я вас, – говорит он, кивком указывая на Глиннис. – Вы – те, кто не позволяет ничему просочиться в газеты. «Звезда не может дать интервью, потому что устала». Как будто звезды устают.

Глиннис по-прежнему улыбается. Я впечатлена. Мой папа, в общем, самый мягкий человек на свете, но когда у него появляется этот пронизывающий взгляд, я живо вспоминаю, что когда-то он удерживал внимание целого стадиона.

– Пусть так, – бодрым тоном отвечает Глиннис.

В отличие от моей сестры и Алекса, у нее настоящий шотландский акцент.

– Ну, мы с вами договорились, Винтерсы? – спрашивает она.

Я чувствую, как при этих словах у меня между лопаток выступает холодный пот. До сих пор я рассуждала так: если делать вид, что в интернете ничего страшного не написано, то ничего страшного и не будет. Примерно так же, как думала, что свадебная суматоха меня не затронет – ну, за исключением того, что придется появиться на церемонии. Изабель сказала бы, что это наивно. Лично я считаю, что это самосохранение.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

сообщить о нарушении