скачать книгу бесплатно
– Извини, что без предупреждения, но телефон ты пока не завел, а сотовая связь будет у вас в следующем веке.
– Кому нужны в тайге ваши новомодные штучки? Ни пожрать, ни подтереться. Лишний вес и полная морока от старухи. Заходи, раз приехал.
– Со мной еще трое.
– Зови, хата большая. Уместимся.
Валерий свистнул. Из кузова машины выпрыгнули на дорогу двое. Третий появился из-за борта. Все были одеты по-походному, как и знакомый старика.
Сняв обувь и повесив куртки на вешалку слева от двери, мужчины расположились за столом на веранде
– Дело у нас к тебе, дед, – без вступления начал приезжий.
– Оно понятно, без делов-то кто в нашу глушь сунется? – ответил Михеич, сворачивая самокрутку.
– Слух идет, где-то здесь в ваших местах неизвестный зверь объявился. Лучше тебя тайгу никто не знает. Проводишь?
Старик невозмутимо пыхнул газетной сигарой, окутываясь дымом.
– А на што он вам сдался?
– Отловим. Продадим. Нам деньги, науке польза. Тебе слава и деньги. Представь, во всех газетах твою фотографию напечатают, а под ней заголовок – «Великий охотник раскрыл еще одну тайну планеты».
– Тайны тишину любят. Треск это. Пустое.
– Так отведешь или нет?
– Почему не отвесть, отведу, если охота не пропадет.
– А почему это она пропасть должна?
– Непонятные дела в последнее время в матушке-тайге происходят. Не знаю, кто вам чего напел, но лучше бы сейчас вглубь не соваться.
– Не темни. Если что знаешь, рассказывай.
Михеич поерзал на табурете, устраиваясь поудобнее и собираясь с мыслями.
– Дело было весной, почитай, месяца четыре назад. Выполз из тайги человек, аккурат на меня. Я с озер возвращался. Деревня наша, как на ладони. Собаки мои лай подняли, будто зверя какого посадили. Да слышу, что-то не так. Сигнал подают, будто боятся чего-то. Я поспешил. Гляжу, человек лежит, грязный, в одном исподнем. Думаю про себя, кто это из наших так нажрался и почему здесь валяется. Перевернул мужика на спину и обомлел. Лицо почти не людское, гладкое. На голове ни волосинки, кожа зеленью отдает. Вместо носа – две дыры. Изо рта сверху вниз торчат два клыка. Уши удлиненные, как у волка, покрытые густой шерстью. Ногти на руках длинные, загнутые, и очень твердые, наподобие когтей. Когда я его перевернул, он схватил меня за руку и начал что-то быстро бормотать. Если хотите знать мое мнение, то это был не бред. Он что-то говорил на непонятном языке. Похоже, у него был жар. Я попытался вырваться из его захвата, но ничего не получилось. Тогда я стал читать молитву и осенил его и себя крестным знамением. Это не помогло. Будь он нечистой силой, враз бы сгинул. Неожиданно его губы произнесли слово «пить». Достав флягу, я стал его поить. Сделав несколько глотков, это чудище произнесло еще одно слово – «урочище» и, вытянувшись, умерло. Дошел я до деревни, взял лопату и вернулся обратно. Решил, неча народ смущать. Закопаю от греха подальше, и всего делов. Человеком он был, не сомневаюсь. Нечисть поганая с ним все и сотворила. Короче, вертанулся, а его нет. Я туда-сюда. Ни следа, ни его самого. Ни с чем в деревню и вернулся, и об этом деле ни гу-гу. Вам первым сказываю.
– Михеич, а ты, случайно, не с пчельника шел, где у тебя жбан медовухи припрятан? Может, принял на грудь, чтоб веселее было в дороге?
– А это видел? – старик расстегнул рубаху и обнажил левый бок.
Внимательным слушателям открылась смуглая гладкая кожа, и ничего больше.
Валерий присвистнул.
– Что теперь скажешь?
– К чему это он? – спросил один из приезжих.
– Деда лет пять назад медведь погладил, – пояснил Валерий. – Четыре таких шрама было, что никакой косметолог не взялся бы править.
– Вот я и говорю, что все, что рассказал – это присказка, сказка впереди будет, – торжественно заявил старик, запахивая рубаху.
– Не тяни кота за хвост, Михеич, рассказывай.
– Ну, слухайте дальше. С неделю я не в себе пребывал, все это чудище мерещилось. На седмицу решил клин клином вышибить. Собрался и двинул на Чудово озеро, от него и название Чудово урочище пошло. Отмахал тридцать верст – лес, как лес. Хвостатые мои впереди бегут, а будто понимают, что мы не на охоту вышли. Зверя не ищут, не шумнут, впереди тенями мелькают. Странности начались, когда я до поваленной сосны дошел. Сел перекурку устроить, а спички одна за другой тухнут, будто задувает кто. Плюнул я и дальше пошел. Собачки мои стали к ногам жаться, дальше двух сажень от меня не отходят. Сам чувствую, не так что-то деется, а что, понять не могу. Троп там, почитай, никаких нет, напрямки идем к зимовью, что в самом центре стоит. Встал тут мой Клык неожиданно, уши прижал, хвост под брюхо, рычит, но вперед ни шагу. Чувствует псина впереди опасность, а мне не по глазам. «Взять», – командую. Только сделал он шаг вперед, как сила неведомая приподняла беднягу, откинула сажени на три, да об сосну, благо, не до смерти. Оторопь меня одолела. Собак успокоил, на створки взял. Идти али вертаться, думаю. Ну, ты меня знаешь, упертый я. Принял решение – сполняй. Прочитал наскоро молитву и вперед двинулся. Обошли мы то место нечистое стороной. Краем болота идем, слышу, чавкает что-то и приближается в нашу сторону, будто человек из трясины ноги вынимает. Спрятался, смотрю: мать честна, двое таких же оборотней, о котором я рассказывал, по трясине шастают, да не проваливаются, супостаты. Обычному человеку там хода нет, хлябь бездонная, а им хоть бы хны. Один что-то в сторону бросил. Прошли краем и исчезли. Я к кустам. Гляжу, рука человеческая погрызенная. Тут уж меня такая оторопь взяла, что дай бог ноги сделать. Только повел меня леший или какая другая сила нечистая. Никогда в тайге не плутал, а только отмахал две версты и ни одного пня знакомого не встретил. Солнце, как положено, слева светит, речушка-безымянка уже должна быть, ан нет ее. Взял левее и ходу прибавил. Лес пошел совсем необычный, сосны враскоряку стоят, иные черным мхом до самых верхушек покрылись. Тронул я тот мох стволом карабина, он пылью пошел. Плешь на стволе образовалась, древесиной желтоватой отсвечивает. На пожар похоже, но не он. Принюхался, не пахнет паленым, да и кроны целы. Нежданно-негаданно на полянку вышел. Не было той полянки. Хотя один черт ведает, была – не была, лес-то незнакомый. Из-под камня ручей пробивается, да по неглубокой впадинке течет. Осмотрелся вокруг, мать честна, ЗИЛ неподалеку в кустах стоит. Подхожу, дверь кабины открываю, а там скелет человеческий. Ну, этим-то меня на испуг не возьмешь, насмотрелся на мертвяков в Отечественную. Только, что странно, машина как новая, а скелету, почитай, с год будет. Как такое могло произойти, да и ходу в тайгу транспорту никакого нету. Присел у ручья, напился. Тихо вокруг, птицы не слышно, шишка не упадет. Самокрутку свернул, а она возьми, да сама и загорись, я еще спичку не успел поднесть. Отдохнул малость, потом в бардачке машины поковырялся. Только ничего там не было, пепел один. Уже совсем уходить собрался, как вылетели из ручья три маленьких ярких шара, и ну кружить надо мной. Повертелись, повертелись, да нырь в воду. Тут будто на меня просветление нашло: где нахожусь, знаю, куды выходить, тоже. Уже позже сообразил – видно, решил местный хозяин, что я в его владениях задержался и не нужон боле. Вот и двинул в обратку. По дороге еще одну малую странность видел. Медведь не медведь, быстро мелькнул, только на спине у него что-то типа попоны.
– Панцирь, что ли? – спросил один из слушателей.
– Во, во, как у черепахи. Вот теперича и думайте, нужно ли вам в тайгу ходить. На второй день в баню пошел, глядь, а шрамов-то и нет.
– Да, дед, порассказал ты нам, – протянул Валерий. – Если бы раньше тебя не знал, то за охотничьи байки, под пол-литру рассказанные, принял бы. Что скажешь, Семен? – обращаясь к одному из товарищей, спросил он.
– Насчет шаров все понятно. То, что собачку на сосну бросило, тоже ясно. Когда НЛО посадку совершает, то после него в округе различные аномалии происходят. О принципах работы их двигателей мы можем только что-то предполагать, но существует теория, что все эти шары и силовые ловушки – земного происхождения. Так магнитное поле Земли реагирует на постороннее воздействие. Постепенно аномалия на нет сходит, при условии, что это не роботы-разведчики были, но и они не вечны. Если тарелка где-то рядом находилась, то, улетая, их заберет, что в глухомани изучать, не первый год к нам летают. Вот с мутантами проблема посерьезнее. Не могут мутации враз происходить. Время для этого нужно. Мутант тот, которого Михеич нашел, в исподнем был. Одежда могла сохраниться только при условии, что изменения в организме произошли очень быстро. Такое возможно только при хирургическом вмешательстве, по-другому никак. Убежал подопытный из секретной лаборатории, только такое объяснение напрашивается. Можно, конечно, допустить, что вкололи человеку препарат, и изменения сразу полезли, но это тогда тоже из области инопланетных технологий. Теперь насчет черного мха и скелета в кабине – это вполне возможно и при наших технологиях. Испытывали военные в полевых условиях какой-нибудь излучатель, а машина случайно под удар попала.
– А скажи, Михеич, те двое, что по болоту шли, в одежде были или без? – задал вопрос Валерий.
– А хрен его знает, не упомню, да и кусты мешали хорошо рассмотреть.
– Тебя, дед, сейчас бы в лабораторию, да анализы взять, томографию сделать, биополе исследовать, – задумчиво сказал один из приезжих.
– Ишь, какой шустрый. Сам по малой нужде в банку ходи. Не был я в этих лечебницах весь свой век, а сейчас и подавно не пойду.
– Ну, как хочешь. Если рога на лбу не вырастут, то, может, и обойдется.
– Это тебе женка рога наставляет, пока ты тута валандаешься. У меня все в полном поряде, – обиделся охотник.
– Не обижайся, Михеич, это он так, к слову, про рога. Мог про хвост сказать, который вырасти может.
–Тьфу, – презрительно сплюнул дед и начал сворачивать новую самокрутку.
– Значица, так, – решил он, сделав пару затяжек. – Ежели не передумали идти, то сейчас баньку стопим, помоетесь с дороги. Старая пока на стол сгоношит. Выйдем завтра поутру. До поваленной сосны я вас доведу, а дальше, извиняйте, как-нибудь уж сами. Направление, куда идти, укажу.
– Ты, Михеич, не торопись. Если струхнул маленько, так и скажи. Здесь все мужики сидят, не раз по краю хаживавшие. Через свой страх каждый из нас не раз переступал. В страхе позору нет, он человека только осторожным делает. Нужен ты нам в тайге. Очень прошу, подумай. Без собачек твоих нам, похоже, тоже не обойтись.
– Ладно пока. Утро вечера мудренее, – произнес, поднимаясь, охотник. – Заносите свои причиндалы в избу. Машину во двор загоните. Спать, как обычно, будете на сеновале.
Все встали из-за стола. Вскоре на подворье задымилась баня. У поленницы двое крепких мужчин замахали топорами.
– Красота-то какая, – один из них взвалил на спину двухпудовую чурку с воткнувшимся в нее колуном. – Эх, – колун взлетел над головой и рухнул обухом на заскорузлый пень. Чурка раскололась на две половины, разлетевшиеся в разные стороны.
– От работы удовольствия больше, – признался Валерий, тоже помахивая топором. – Спортзалу здесь не с чем равняться. От такой работы кровь предков начинает играть в жилах. Тысячи лет они вот так рубили головы врагам, – вгоняя лезвие топора в чурку, произнес он. – Генетическая память мышц. Временами ощущение такое, будто топор в шлем тевтонского рыцаря врезается или малахай татарина разрубает.
– Да, есть чем русскому человеку гордиться, – ответил напарник.
После парной все собрались за столом, вспоминая под хозяйскую медовуху прошлые походы в тайгу.
– А помнишь, дед, как на Чудовом озере года четыре назад то ли русалки, то ли водяной с тебя во время купания трусы стащили? – усмехаясь, спросил Валерий.
– Коряга то была, зубоскал.
– Тогда что ты кричал, как резаный?
– Вот завтра пойдем, посмотрю я на тебя.
– Ты, Михеич, зря думаешь, что напугал нас своими россказнями. В нашем деле чем непонятней и страшней, тем интересней. Сегодня за какой-нибудь артефакт или старинную амфору такие деньги отвалить могут, что и не снилось. Вон Володя на государство сколько лет горбатился, а что заработал? Мы собрались на Средиземное море прогуляться, но, думаю, еще успеем. Больше, чем на недельку, у тебя не задержимся. Николай у нас – голова, – кивая на молодого парня, увлеченного поеданием грибов, пояснил он. – Нашел нам кораблик на дне, который в восемнадцатом веке золотишко перевозил, да затонул в шторм. Вот поднимем мы его и закатимся в Монте-Карло. Узнают там, как русские дайверы гулять могут.
– А почему у вас урочище Чудовым называется? – спросил Николай, отрываясь от понравившейся закуски.
– Чудово от слова «Чудо», – пояснил Валерий. – Рядом с озером раньше древнее капище находилось. Остатки алтаря и огромного идола до сегодняшнего дня сохранились. Сам увидишь. Обряды всякие в честь бога Велеса наши предки проводили. Чудесные исцеления, ворожба, предсказания. Вот из древности и повелось Чудово урочище. Место, где чудеса происходят.
– Похоже, они и до сегодняшнего дня не закончились, – произнес парень.
– Кстати, ты зря иронизируешь. Предки умнее нас были. Капище не на всяком месте ставили, а только на местах силы. Современная геофизика такие места энергетическими или аномальными зонами называет. В таких местах при соответствующем психологическом воздействии или самовнушении действительно очень много странных и необъяснимых, на сегодняшний день, вещей происходило, и до сегодняшнего дня происходит. Есть теория, что именно такие места своей энергетикой привлекают НЛО. Якобы там и находятся входы и выходы в параллельное пространство.
– Вы мне все-таки скажите, кого вы ловить приехали, и каким таким макаром это делать будете? – перебивая говорившего, спросил слегка захмелевший Михеич.
– Кого ловить? Да хоть того же медведя в панцире, про которого ты рассказывал, или, к примеру, тех двоих мутантов, что по болоту прогуливались, человечинку пожевывая. Было бы кого ловить, а как – нет проблем. Слыхал про пневматические ружья, стреляющие шприцем или стрелкой со снотворным? Если попал в кого-то, подходи и пакуй, как спящего младенца. Разрядники у нас с собой. Можно в рукопашную на того же медведя идти. Сети – капрон, слона удержат.
– Теперича понятно. Я вот все сидел и думал, зачем это я у отца всю свою жизнь охотничьему делу учился? Он у меня и на тигров ходил. Лов – дело трудное, это уметь надо. Вот, к примеру, на што этих самых мутатов приманивать будете? В перву очередь, небось, для наживки надо какого мужика али бабу поймать. Могет, кто из вас заместо наживки служить будет? Куды класть наживу, тоже знаете, и где эти ваши мутаты обретаются, вам доподлинно известно. А их зрение, а слух, а обоняние? Про их повадки я уже и не говорю. Что они делать будут, когда за ними погоня зачнется? Тигр, например, петлю делает и на след охотника встает. Кабы нам самим в дичь не обратиться.
– Не волнуйся, Михеич. За обоняние не скажу, а вот слух и зрение у нас лучше, чем у любого мутанта. Да и силенкой бог не обидел. Как сказал один мой хороший знакомый из южного государства – «С помощью аллаха и двух пулеметов можно очень многого добиться».
– Это как же?
– Про приборы ночного видения ты что-нибудь слыхал или про датчики движения? А еще есть тепловизоры и аппаратура, которая писк комара за километр услышит.
– И все эти ваши штучки вы с собой в тайгу потащите?
– Все не все, но кое-что возьмем, особенно магнитометры.
– А это что за зверь такой?
– Прибор, определяющий местонахождение и силу магнитного поля, измеряет и мощность гравитации. Если говорить проще, то гравитационную ловушку, которая кинула твоего Клыка об дерево, он сразу определит.
– Хитро.
– Ты все же скажи, пойдешь с нами на Чудь или как?
– А куды от вас денешься? Кто за вами, непутевыми, присмотрит? Вы ж горазды только палить, да портить. А ежели что с вами случись? Грех на душу не возьму. Вместе пойдем.
– Вот это правильно, это по-нашему.
– А ежели правильно, то слухать меня будете и, что скажу, то и делать.
– Не дребезжи, Михеич, посуду побьешь. Что тайги касаемо, нет тебе равных. Как скажешь, так и будет. А в отношении мутантов или медведя твоего сами разберемся.
– Ну, если так, давайте на боковую. Утром до света вставать, – закончил разговор охотник, поднимаясь.
Гости ушли на сеновал, а старик вышел во двор, сел на лавочку и еще долго курил свой ядреный самосад.
Поднял он охотников рано. Небо на горизонте только начало светлеть, а деревенские петухи еще не пропели свою побудку.
Наскоро умывшись и глотнув горячего чая, они забрались в машину. Валерий сел за руль, дед устроился на пассажирском сидении, остальные залезли в кузов.
– Тронулись с богом, – охотник осенил себя крестом.
Прогретый мотор, тихо урча, будто боясь растревожить деревню и утреннюю тишину, вывел машину на взгорок по проселку. В утреннем тумане темнела кромка леса, и машина, набирая скорость, устремилась к ней.
Въехав под деревья, водитель включил фары.
– Левее возьми, – указал старик. – Как раз на сосну и выйдем. И не газуй, не в городе. Лес шума не любит.
Часа полтора, виляя между соснами, грузовик шел по лесу.
– Все, приехали, – сообщил охотник.
Валерий выключил мотор, и пронизывающая тишина девственного леса заполнила все вокруг. Несколько секунд в кабине молчали, прислушиваясь к окружающему пространству.
– Чтобы что-то услышать, надо слушать в тишине, – сказал водитель.
– Кто это так умно выразился? – спросил Михеич.
– Не помню, какой-то японец. Вычитал где-то.
– Командуй своим архаровцам, – щелкая замком двери, приказал охотник, выпрыгивая из кабины.
– Вылезайте. Дальше пойдем пешком, – Валерий подошел к заднему борту и повернул рычаги запоров.
Сидящие внутри встали и понесли к краю кузова рюкзаки и коробки. Дед наблюдал за суетой со стороны. Когда разгрузка была закончена, четверка начала экипировку. Забросив на спины небольшие рюкзаки, трое из охотников повесили себе на грудь по небольшому прибору, от которого тянулся короткий, не более метра, кабель, оканчивающийся приспособлениями различной формы. Одно было похоже на зонтик диаметром не более пятнадцати сантиметров, но направленным вогнутой стороной вперед, другое – средних размеров двузубой вилкой, третье – торчащим вперед металлическим стержнем.
Пощелкав тумблерами на пультах управления, трое, взглянув на своего командира, кивнули, подавая знак, что аппаратура работает. При этом двузубая вилка, которую держал Николай, начала медленно и бесшумно вращаться. Валерий тоже кивнул, и каждый из мужчин вставил себе в ухо по небольшому шарику.
– Михеич, это тебе, – Валерий протянул такой же шарик охотнику и сунул в карман его куртки синий коробок, не больше спичечного.
– Зачем это?
– Связь, – объяснил гость. – Если ты нас слышишь, то, значит, мы не дальше, чем в двух километрах.
– А как лес слушать?
– Второе ухо на что?
Старик покрутил шарик в руке и осторожно вложил его в ухо.
Группа была готова к движению. На поясах у всех четырех висели охотничьи ножи. Николай забросил на плечо карабин. У Валерия на плече стволом вниз висела вертикалка. На грудь он приспособил непонятного вида ружье, цевье которого разделялось на четыре ствола. У Володи на боку висел четырехствольный пистолет.