Валентин Пономаренко.

Сказание о земле Сибирской, или Планета обезьян. Роман



скачать книгу бесплатно

© Валентин Владимирович Пономаренко, 2017


ISBN 978-5-4483-5043-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Исторический роман


Сон в летнюю ночь, а не ночь перед Рождеством

.


«Россию невозможно победить военным путем. Её можно победить только путем разложения изнутри». Клаузевиц, военный теоретик кайзеровской Германии

Где тут правда, а где вымысел, не знаю даже я. Решайте сами.

…А в этот край таёжный только самолётом можно долететь

Огромная Сибирь, распростёртая от Дальнего Востока до Урала, спала. На тропу зимы вышел морозный январь; мела метель, снег, метровыми сугробами, поглотил тайгу, дороги и населённые пункты. Вековые ели, раскачиваясь своими верхушками, где-то далеко в небесах, закрывали небо в чёрных тучах и не давали солнечному свету даже днём пробиться к замёрзшей земле. Пушистые хлопья крепко держались за ветки, лишь изредка, спадая лавиной под ноги елям, но метель, не прекращая свой хоровод, снова накрывала тайгу далёкой сказкой Снежной королевы, и на тысячи километров, во все стороны света, острыми иглами стояли непроходимые леса.

Казалось, что мир, ещё вчера кипевший и бегущий, внезапно затих, укутался в песцовые шубы и замер, в ожидании роковой неизвестности.

А она – эта неизвестность, уже носилась по одной шестой части земной суши, взрывая сердца, ломая мечты, судьбы и надежды миллионов. Лет тридцать назад, она выпрыгнула из небытия, чтобы растерзать бескрайнюю страну. Страну, со славной историей, Верой и людьми, так беззаботно отдавших свои жизни и землю, набитую сокровищами, маленьким жадным и злым гномикам, долгое время бродивших дрожжевой пеной по задворкам, помойкам да воровским малинам. И эта пена, и жадные гномы, без зазрения совести, запустившие свои когтистые и сияющие бриллиантами колец пальцы в российскую сокровищницу, всё увереннее и настойчивее стягивали страну в страшную пропасть, имя которой – безвестие и полное забвение, как истории, так и самой страны, называемой Россия. На осколках которой, как и на развалинах Византийской империи, должны будут возникнуть новые государства с новыми народами, которые будут презирать и ненавидеть ту бывшую великую страну. Они в считанные годы постараются стереть из мировой памяти сами слова: Россия и русский народ. Чтобы весь мир знал:

Не было такой страны никогда, не было такого народа – русские, а были и есть только те, которые живут здесь и сейчас.

…Уже пятый год шла война. Война странная, без ядерных взрывов, танковых атак и ракетных ударов. Без воздушных боёв, ракетных стрельб подводных лодок и тысяч десантных парашютов, снегом падающих на натовские колонны. Всё это стояло в ангарах, бухтах и шахтах.

Но бои шли: стреляли солдаты, стреляли орудия и танки, то тут, то там, вспыхивая трассами снарядов и пуль.

Однако всё это тут же накрывалось шквальным огнём натовских самолётов и вертолётов, и снова наступала тишина.

Москва молчала, радары были выключены, а над бескрайними сибирскими просторами барражировали натовские бомбардировщики, да в космосе – спутники, осматривая и выискивая то, что могло ответить непредсказуемостью и пламенем баллистической ракеты, уносящей неуправляемую термоядерную реакцию к берегам США.

Их радары работали, противоракеты находились в боевой готовности, а в Белом доме уже попивали шампанское, фактически, празднуя победу над ненавистной Россией, не

простив ей год сорок пятый и, восстановив планы «Барбаросса», через многие десятилетия.

Но, ни Белый дом, ни Европа, ни Азия даже не догадывались, что именно здесь, в затерянной Богом тайге кипела жизнь. Настоящая боевая жизнь группы Ракетных Войск Стратегического Назначения, созданных именно для того, чтобы в самый тяжёлый для страны момент, сделать то, что, либо спасёт её от захвата и порабощения, либо уравняет всех перед Богом. Стерев в ядерную пыль всё, что находится между шестидесятой и тридцать пятой параллелями северного полушария земного шара…

…То, о чём я хочу рассказать, уходит глубокими корнями не только под корни вековых елей, а дальше – в глубины земли, но и в далёкое прошлое нашей страны, к тем историческим событиям, после которых мир мог стать совершенно другим – уничтоженным и изуродованным оспенными воронками ядерной войны.

В мае 1963 года Первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв вызвал на свою дачу «Бочаров ручей» нескольких очень доверенных руководителей, чтобы обсудить одну весьма болезненную мысль, давившую его уже более полугода, и которую он решил обязательно воплотить в жизнь.

Правительственная резиденция «Бочаров ручей» была построена в 1955 году, на базе, заложенной ещё Ворошиловым дачи, в далёком тридцать четвёртом году, в районе города Сочи, где был уникальный микроклимат, привлекавший, в своё время, многих высокопоставленных имперских аристократов. Дача была не только историческим местом отдыха, но и отголоском репрессий 37 – 38 годов; ведь именно здесь, в 38 году, был арестован, а позже расстрелян, Василий Константинович Блюхер.

Многочисленные сталинские дачи, разбросанные по Кавказу, не прельщали новых руководителей страны, и сочинская резиденция, пришлась, как нельзя, кстати, постепенно стерев из памяти валтасаровы ночи пьяных застольев страха, времён Вождя всех народов.

Хрущёв долго и тщательно выбирал людей, которым готовился доверить свои мысли и опасения, поскольку это должны быть люди, преданные именно ему, к тому же, показавшие себя, как настоящие патриоты и своим трудом доказавшие служение делу социализма. После долгих раздумий и бессонных ночей, он остановился на пятерых, но именно генералов тех направлений, которыми они руководили.

Министр обороны Родион Яковлевич Малиновский был Маршалом, а не генералом, но он руководил всей армией Советского Союза. На столь высокий пост Хрущёв назначил его после снятия Жукова, которого он очень боялся, так как фраза Маршала, брошенная Молотову, Маленкову и Кагановичу: «Армия против этого решения, и ни один танк не сдвинется с места без моего приказа», просто потрясла Первого секретаря, хотя и сказана была в его защиту. За это, в октябре 57 года Георгия Константиновича отправили на пенсию. Стало быть, именно Хрущёву Малиновский был обязан своим высоким постом.

Вторым в списке оказался Устинов Дмитрий Фёдорович, вся жизнь которого была связана с оборонной промышленностью страны, а в последние годы с созданием ракетно-ядерного щита Отчизны. Когда в июне 1957 года, Молотов, Маленков и др. предприняли попытку сместить с поста Первого секретаря ЦК Хрущева, Устинов был в числе тех, кто выступил в его защиту. Никита Сергеевич очень ценил Устинова как крупного специалиста и организатора военного производства, но особенно не приближал и в круг своих близких соратников не вводил.

Однако для решения будущей задачи, Дмитрий Фёдорович был крайне необходим, так как лучше него, оборонку не знал никто.

Из партийных соратников был приглашён Анастас Иванович Микоян. Для Хрущёва, имя Анастаса Микояна, связано с подавлением антикоммунистических выступлений в Польше и Венгрии в 1956 году, а также с расстрелом рабочих в Новочеркасске в 1962 году, куда Микоян выехал как представитель Президиума ЦК.

К тому же, после 1957 года Микоян становится одним из главных доверенных лиц Хрущева. Он совершает поездку по странам Азии, а в 1959 году для подготовки визита Хрущева посещает США, ведёт переговоры с Фиделем Кастро об установлении советско-кубинских отношений; в 1962 году активно участвует в урегулировании «Карибского кризиса», ведя лично переговоры с Кеннеди и Кастро.

Приглашённый академик Игорь Васильевич Курчатов (добавим академику три года жизни) руководил атомным проектом и его соображения могли быть решающими в обсуждении планов, подготовленных к предстоящему совещанию.

Что касается последнего приглашённого, то Сергей Павлович Королёв, для Хрущёва, был человеком не просто особым, а Академиком мировой политики с большой буквы!

Первый искусственный спутник земли совершил такой переворот в мировом сознании, который не смогла сделать вся советская пропаганда, с её мощнейшим идеологическим аппаратом. И когда Хрущёв это осознал, наши победы в освоении космоса всегда преподносились им, как неоспоримое доказательство преимуществ социалистического строя.

Однако из всех приглашённых, Королёв был единственным осуждённым врагом народа. Он добывал золото на Колыме, много раз мог погибнуть. Но Судьба, будто специально спасала его, чтобы в недалёком будущем он вознёс страну Советов на небывалую высоту и сделал её могучей и уважаемой во всём мире. Испытав на себе ужасы лагерей, пытки и побои следователей, он плакал, когда умер Сталин, не мог работать несколько дней, нося в душе горе утраты Вождя. При этом он не затаил в сердце зло и ненависть к своей стране, не стал писать в зарубежных изданиях повести и статьи о том, что сам пережил в лагере и шаражках. Сергей Павлович любил свою Родину, свою работу и сделал всё, чтобы никто не мог снова напасть и попытаться уничтожить его страну. К тому же, он был настоящий патриот, и всегда стремился к тому, чтобы мы во всём была первыми: в спутнике, в Гагарине, в Терешковой, а особенно в Луне. Но не его вина, что Луна досталась американцам. К тому времени его уже не было в живых…

На другой день, после приезда приглашённых, Хрущёв собрал совещание. Оно проходило в расширенном составе – обычное: оборонные вопросы, о новых заводах, и прочее, и прочее. Затем был обед, много разговаривали о космосе, минувшем «Карибском кризисе» и налаживании прямой связи с президентом США. В общем, всё, как обычно.

Но в четыре часа Никита Сергеевич пригласил к себе уже упомянутую пятёрку и предложил прогуляться по берегу моря. Был конец мая, установившаяся жара уже не требовала пиджаков, все были одеты в светлые рубашки с короткими рукавами, правда, в тёмных брюках, и только Хрущёв, как всегда, развевался своим белым костюмом да красовался рубашкой с украинской вышивкой.

Шли по белому песку, гальке. С моря дул лёгкий, но уже по-летнему обжигающий ветерок. Все молчали, болтал только Первый секретарь. Становилось как-то грустно от теряемого времени, но, пройдя с полкилометра, Хрущёв остановился, посмотрел в морскую даль и сказал:

– А ведь ничего этого могло уже и не быть. Земля бы сгорела, море выкипело, и ни одной живой души на тысячи километров.

Я позвал Вас, товарищи, для того, чтобы поговорить о далёком, а может и не совсем далёком будущем. Мне уже полгода не даёт покоя, этот чёртов «Карибский кризис». Мы, в Президиуме ЦК, в те дни, много взвешивали и прикидывали все последствия возможной войны и всё-таки не решились, остановились в метре от катастрофы. Война войной, но расстановка сил была и пока остаётся не в нашу пользу. Вот смотрите, у них на тот момент имелось 6000 ядерных зарядов. У нас только триста!!! И с доставкой огромный перевес.

И не забывайте, что именно Америка первой и единственной сбросила атомные бомбы, давая нам понять, что теперь они диктуют условия всему миру. Правда, чисто по-американски: раз по зубам не получат, значит можно смело бомбить.

Мы осознали, что перед таким ударом страна, практически, беззащитна. А разместив ракеты на Кубе, достигали определённого паритета. Наши ракеты средней дальности на кубинской территории, имея дальность стрельбы до 4000 км, могли держать под прицелом Вашингтон и около половины авиабаз стратегических ядерных бомбардировщиков США, с подлётным временем менее 20 минут.

Но это так, своеобразное предисловие к кризису. Теперь представьте, что война, всё-таки началась. Поражение неизбежно. Да, мы нанесём свой удар, и США достанется тоже, но мы полностью теряем страну, людей и наш социалистический строй. После такой войны стране уже никогда не оправиться. Со временем она будет порабощена и исчезнет с лица земли, как когда-то исчезла Византия.

Однако возможна и другая ситуация. Я тут недавно собрал специалистов историков по империям: Римской, Византийской, Австро-Венгерской, да и наша страна была империей. Так вот я задался всего одним вопросом: почему они распались?

Что касается России, тут всё просто… Здесь сработали социальные законы и капиталистический строй перешёл в социалистический, да и само государство сохранилось и доказало свою социалистическую силу.

В остальных империях социальный строй не менялся. Да, одни распались, но сохранили те государства, что их составляли.

Но вот одна империя исчезла с лица земли навсегда. Это Византия. И её гибель заинтересовала меня больше всего. Когда историки меня проконсультировали, я убедился, что мои опасения не напрасны.

Это и будет темой нашего разговора. Дело в том, что Византийская империя погибла из-за внутреннего разложения. Там история длинная, и я не собираюсь её рассказывать. В связи с этим, я стал задумываться над тем, что и в нашей стране, через какое-то время, в ЦК, или в правительство, могут прийти люди, весьма слабые в идейном отношении. Люди, повернувшие свой взор к западу и покусившиеся на их капиталистические ценности. Давайте трезво смотреть в будущее.

Наполеон построил империю. Сколько она просуществовала? Всего 15 лет!!! А ведь был уверен, что навсегда.

«Тысячелетний» Третий Рейх, сколько просуществовал? 12 лет!!!

Это сегодня мы сильны, мы понимаем, что коммунизм – это будущее человечества, но что будет через пятьдесят, сто лет, мы предсказать не можем. Я даже не исключаю смены политического строя. Но если люди будут после этого жить лучше, как бы строй, ни назывался, и государство будет процветать – это хорошо. А если жизнь станет катастрофически ухудшаться, начнётся разложение общества. Неужели Вы думаете, что запад не воспользуется этим. И в один роковой момент, руководство страны, распустит армию и впустит войска НАТО на русскую землю. А я знаю, что нам ничего не простят. Ни Октябрь, ни Победу в Гражданской войне, ни в Великой Отечественной. Всё припомнят и поступят, как с Византией. Разграбят, нацию вырежут и заселят европейскими народами.

Так вот, я долго думал и пришёл к выводу, что мы уже сейчас должны принять определённые защитные меры, против возможного уничтожения нашей страны.

Что я предлагаю. Необходимо, глубоко в Сибири, создать сверхсекретный центр, с определённым количеством баллистических ракет, оснащённых термоядерными зарядами, которые будут запущены только в том случае, если страна будет погибать.

Понимаю, что это задача не одного года, да и потребует она огромных средств. Но средства мы постараемся изыскать. Ваша задача – разработать подробный план строительства, типы и количество ракет и зарядов. Всю структуру и жизнеобеспечение подземного центра. О главной цели будет знать очень узкий круг людей. Но на строительство и реализацию научных и технических задач мы привлечём всех, кого нужно. Сразу хочу предупредить, что этот центр, не будет проходить ни в каких отчётах, его просто не будет. Не исключаю, что в будущем мы сумеем договориться с США о сокращении ядерных наступательных вооружений, и сокращаться будем. Единственное, чего мы никогда не тронем, это то, что обсуждаем сегодня. Задачу Вы поняли. Даю Вам месяц.

– Да, Игорь Васильевич, – Хрущёв обратился к Курчатову, – ты там попридержи своего ястреба Сахарова. А то я уже видеть его не хочу из-за его милитаристических взглядов. Сначала присылает мне записку, где предлагает вокруг Штатов, в океанах, утопить термоядерные заряды, и в случае войны все их сразу взорвать. Когда я ему сказал, что пострадают другие государства, он ответил, что ему наплевать на других. Потом просто в истерике убеждал меня взорвать на Новой Земле стомегатонную бомбу. Мы взорвали 50 Мт. Она и так шума на весь земной шар наделала. Ты напомни, что академика ему дали досрочно не за особую одарённость, а потому, что он русский. В противовес академикам евреям. Вот только эти наши учёные евреи никогда не призывали уничтожать земной шар.

…Эх, Никита Сергеевич! Думаю, ты не раз перевернёшься в гробу, когда русский академик Сахаров будет поливать свою страну последней грязью.

Он часто будет клясться именем морали, и апеллировать к заповеди: «Не убий!». Но напишет в 1973 году приветственное письмо генералу Пиночету, назвав совершённый им переворот и казни началом эпохи счастья и процветания в Чили, хотя его последователи-правозащитники не любят об этом вспоминать. Так же, как и всячески отрицают то, что в конце 70-х годов он напишет президенту США письмо с призывом нанести превентивный ядерный удар по Советскому Союзу, ради принуждения СССР к соблюдению «Прав человека». В 1979 году он опубликует на страницах ведущих западных изданий письмо с осуждением введения советских войск в Афганистан. Хотя до этого он не публиковал таких писем ни с осуждением американской войны во Вьетнаме, ни ближневосточных войн Израиля. И не станет осуждать ни войну Англии и Аргентины за Фолклендские острова, ни американское вторжение в Гранаду или Панаму. Как «настоящий интеллигент и гуманист», он будет осуждать только свою страну. Очевидно, полагая, что осуждение других стран – дело их интеллигентов и гуманистов…

А вот еврей Эйнштейн академиком не был. Он был только профессором. Но именно этот гений все последние годы своей жизни посвятил борьбе за уничтожение ядерного оружия, да и бомбу он не делал. Уж слишком неблагонадёжным был для ФБР.

А что касается морали и прав человека, то, как сказал один очень умный человек: «Тот, кто создал водородную бомбу, должен сидеть тише травы и не заикаться о борьбе за права человека и нормы человеческой морали. Его «гениальное» детище в секунду может стереть с лица земли миллионы человеческих жизней, сведя на нет, не только право на свободу слова, но и на саму жизнь.

Думаю, к Сахарову однозначно подходят слова Уинстона Черчилля:

«Кто в молодости не был революционером – у того нет сердца.

Кто в старости не стал консерватором – у того нет мозгов».

Муж Елены Боннер будет терзать усопшую душу Хрущёва, как и сердце Екатерины ?? в Петропавловской крепости Петербурга, он будет терзать душу Потёмкина в Херсонской крепости и подвиги адмирала Ушакова, лежащего в Санаксарском монастыре. Это будет терзать стойкость адмирала Нахимова во Владимирском соборе Севастополя, а также сердца сотен тысяч русских и советских солдат, лежащих в землях Тавриды.

И только покойный Ельцин будет спать спокойно. Плевать он хотел, что после преступного подписания Беловежского соглашения мир окажется в сантиметре от мировой войны, как когда-то из-за острова Куба, а теперь, из-за полуострова Крым!!!

Хрущёв немного помолчал, потом заговорил снова:

– Военную доктрину применения ракет этого центра мы разработаем на Президиуме ЦК. И все вопросы политической стороны я сообщу на следующей встрече. А теперь – работать. Вы люди опытные, вам и карты в руки.

…Когда Хрущёв говорил эти слова в далёком Ставропольском крае уже работал заведующим отдела партийных органов Ставропольского крайкома КПСС тридцатидвухлетний Михаил Горбачёв, успев побывать два года назад делегатом ХХII съезда КПСС. Да, да, именно того съезда, на котором принимали программу построения Коммунизма, и на котором из мавзолея вынесли Сталина. И уже тогда, только подумайте, на съезде, принимавшем Программу построения Коммунизма, этот оборотень с партийным билетом мечтал об уничтожении этого самого Коммунизма.

Через много лет он скажет на семинаре в Американском университете «Girne-American university» в Турции: «Целью всей моей жизни было уничтожение коммунизма, невыносимой диктатуры над людьми. Меня полностью поддержала моя жена, которая поняла необходимость этого даже раньше, чем я. Именно для достижения этой цели, я использовал свое положение в партии и стране». А ведь врал гад, врал. Чтобы он, выкормыш партии, живущий на всём дармовом, мечтал о её уничтожении?

Фигушки!

А на Урале, в это время, только что назначили главным инженером свердловского домостроительного комбината тоже 32-х летнего Бориса Ельцина. Так вот, этот строитель, отдадим ему должное, пользовался плодами номенклатуры всю жизнь, обещая, конечно, уничтожить привилегии, но только у других. Сам же купался в них до последних дней своей номенклатурной жизни.

И эти два человека сыграют такую роковую роль в истории нашей страны, что опасения Никиты Сергеевича окажутся пророческими.

…Уже на второй день, после закрытого совещания, работа закипела, охватив институты, заводы и конструкторские бюро от Владивостока до Брестской крепости.

В Президиуме ЦК тоже прошли совещания по политическому и военному обеспечению того, что нигде не числилось, но в нужный момент взорвётся грандиозным салютом ракетных стартов.

Как в сказке – «Пойди туда, не зная куда. Запусти то, не зная что».

Минул месяц, научный и производственный планы были готовы, и уже в Кремле состоялось их обсуждение.

Докладывал Устинов, совещательный состав был строго ограничен, а в докладе содержались предложения каждого направления, но в полном объёме поставленной задачи.

Дмитрий Фёдорович открыл папку и не спеша, чётко и доходчиво начал изложение научного и технического планов создания специального, сверхсекретного объекта стратегического назначения:

– Товарищи, я зачитаю проект подземной базы ракет стратегического назначения, предназначенной для боевого применения только в случае непосредственной угрозы гибели нашего государства. Ни при каких других обстоятельствах: будь то ядерная война, в которой мы побеждаем, смена государственного строя, захват части нашей территории или гражданская война, база должна молчать и оставаться засекреченной, если только не будет принято решение на самом высоком уровне, о её полной ликвидации.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное