Песня невского ветра

Екатерина Полло

Песня невского ветра

Глава 1

Фелис сидела на крыше Эрмитажа и скучающе наблюдала за прохожими внизу. Под ней с грохотом промчался старенький жёлтый трамвай. Какой-то малыш заголосил, пока мама вела его за руку через дорогу. Неподалеку парочка влюблённых нежно целовалась на набережной. Простые вещи, которые Фелис больше никогда не испытает. Она умерла неделю назад.

Ещё месяц назад у неё, популярной молодёжной певицы, было всё - завершался её концертный тур по городам России, в дороге она сочиняла новые песни, были планы поехать в отпуск в Турцию и даже попробовать наконец-то, после длительного перерыва, устроить свою личную жизнь…

За окном междугородного автобуса проносился бесконечный зелёный поток – деревья и поля. Положив блокнот на колени поверх дорожной сумки, она стала записывать пришедшие на ум строчки:

Я лечу по жизни, как комета…

«Банально и глупо!» - оборвала себя Фелисия и перевернула страницу. Обычно в дороге просыпалось вдохновение… но, видимо, не в этот раз.

Автобус въехал в Кострому. С первого взгляда она показалась певице очень уютной. Светлые улицы с невысокими современными домами соседствовали с широкой, величественной Волгой, на берегу которой отдыхали люди. «Кострома в каждом сердце» - гласил баннер. Жители праздновали годовщину основания города.

Автобус притормозил у ресторана «Метелица». «Интересное название», - подумалось Фелисии. Она сошла по ступеням на землю, оставив гитару в автобусе. Её взгляд тут же приковал красивый домик справа от ресторана. Он напоминал теремок из сказки: деревянный с белыми узорчатыми наличниками на окнах и с теми же белоснежными, узорчатыми перилами балкончиков. Подле домика выступали местные нарядные аниматоры. - Это знаменитый терем Снегурочки, - пояснила одна из попутчиц, вставшая рядом. - В Костроме он - визитная карточка.

В ресторане «Метелица» всё было пропитано атмосферой новогоднего праздника, несмотря на то, что на улице август! Помещение оформлено в голубых и белых оттенках. Зал украшен разноцветными шарами и маленькими искусственными ёлками, на стёкла окон приклеены узоры инея.

«С Новым Годом, папа, С Новым Годом, мама,

С Новым Годом Поздравляем вас, друзья. От Москвы до Бама, Питера и Камы Счастья пожелаем мы тебе, страна», - звучало из динамиков.

«Новый год круглый год!» - провозглашено было в меню. Даже температура воздуха в зале была намеренно прохладной, зимней. В туалетной кабинке по громкой связи читали сказки… Фелисия слушала их со смехом.

Туристический автобус двинулся дальше, а Фелисия осталась в Костроме и продолжила свой путь на такси. У неё намечалось концертное выступление в этом светлом городе.

Она подъехала к концертному залу «Губернский». Девушка-капельдинер проводила её к большой сцене, показала гримёрку. Фелисия созвонилась со звукорежиссёром. К счастью, он ответил, что прибудет с минуты на минуту. В ожидании его девушка успела распеться, включив сборник вокальных упражнений на Ютубе. Дальнейшая настройка сценического звука прошла без неприятных неожиданностей. И гитара, и головной микрофон, и фонограмма вступительной песни были в порядке.

Оставалось полчаса до начала концерта. Певица скрылась за кулисами. Там было темно, таинственно. Фелисия опустилась на стул и прикрыла глаза. Главное - любить своего зрителя. Тогда страха перед огромной толпой не будет. Невозможно бояться того, кого искренне любишь. «Я люблю вас, я люблю вас…» - шептала себе под нос Фелисия, прислушиваясь к звукам в постепенно заполняющемся зрителями зале. Зазвучал проигрыш её любимой песни – яркой, пробуждающей к жизни «Алегрии» из репетуара артистов цирка Дю Солей. Тревога исчезла. Фелисия широко улыбнулась и вышла на сцену. Зрители встретили её бурными аплодисментами. Она запела. От волнения голос звучал неуверенно. Но во время исполнения припева Фелисия успокоилась, начала петь сочнее, свободнее. Последний куплет певица исполнила на русском языке, чтобы передать зрителям посыл «Алегрии»:

- Радость жизни - как прекрасная песня,

Радость жизни - это нежность любви,

Радость жизни – сумасшедший крик.

Разноцветный миг

С тобой…

Закончив петь, Фелисия обратилась к зрителям:

- Дорогие мои, любимые! Я впервые в Костроме. И мне здесь уже очень нравится. Ваш город наполнен радостью. И созвучен моей сегодняшней концертной программе «Счастье внутри». Пусть каждый из вас наполнится счастьем через мои песни!

С этими словами певица взяла в руки лежащую на кресле в центре сцены гитару, села и запела уже авторскую композицию. Голос певицы звучал звонко и нежно, как ручеёк.

Фелисия не хотела быть звездой. Звезда на небе неизмеримо далеко, так далеко, что представить страшно. Фелис любила людей и хотела быть с ними в искреннем контакте. Ей нравилось даже просто наблюдать за незнакомцами на улице или в метро. А уж петь для них доставляло ей ни с чем не сравнимое удовольствие.

- Все желающие могут подняться ко мне на сцену и петь вместе со мной! Или просто подпевайте со своих мест, - обратилась к зрителям Фелисия.

Спустя минуту к ней неожиданно поднялась девочка-подросток с глазами на мокром месте.

- Фелис, можно тебя обнять? – шёпотом попросила она, приблизившись вплотную к певице.

- Конечно, дорогая, - улыбнулась артистка, обеспокоенно глядя на девочку. – Что у тебя случилось, малышка?

- Я так одинока, меня никто не понимает. Я устала от этой жизни… - заплакала фанатка, уткнувшись лицом в плечо певицы.

Зрительный зал изумлённо затих.

- Это очень хорошо, что сейчас ты здесь. Возможно, мои песни подскажут тебе, что делать дальше, - зашептала ей на ушко Фелисия.

- Я хочу с тобой дружить, Фелис. Ты такая светлая. – Девочка с надеждой посмотрела на певицу.

- Хорошо, я не против, - легко согласилась добрая артистка. – У тебя есть ручка и бумажка? Я напишу тебе свой телефон.

Никого не стесняясь, Фелисия села на корточки перед креслом, оставила на бумажке автограф, заветные семь цифр и несколько тёплых слов для девчонки.

- А мы продолжаем концерт! – крикнула она в зал. – Следующая песня называется «Моя любовь».

За время концерта к ней на сцену поднялись ещё несколько человек, чтобы обнять или передать подарок. А последнюю песню из концертной программы зрители пели хором вместе с Фелисией.

За кулисами счастливую певицу встретила какая-то важная женщина в пиджаке:

- Я бы не рекомендовала вам приглашать столько людей на сцену. В связи с последним терактом в Москве мы усилили охрану…

- Я не думаю, что я настолько знаменита, чтобы людям захотелось меня расстрелять, - пошутила Фелисия. – Я люблю людей. Мне не страшно.

- Ваша беспечность может дорого обойтись, - поджала губы женщина.

- Умереть на сцене – это счастье, - парировала ей Фелис и пошла в гримёрку, с трудом удерживая в руках обилие цветов.

Уже следующим утром она мчалась на автобусе во Владимир и переписывалась с девочкой-фанаткой. Интернет то и дело пропадал, но девочка была рада даже редким сообщениям от любимой певицы.

А вечером был концерт в «Арт Холл»...

- Если негде на земле мне греться, значит, солнце - это я... - пела Фелисия. Неожиданно на высокой ноте голос певицы сорвался. Горло пронзила острая боль. Фелис прервала песню. Сделала глубокий вдох через боль, попытавшись запеть снова. Но вместо слов из горла выходили только сдавленные хрипы...

Глава 2

Второй день за окном шумел дождь, созвучный её настроению. В родной питерской квартире-студии было очень одиноко. Фелис накинула дождевик и вышла на улицу. Даже в вечернем сумраке купол Исаакиевского собора светился, как маяк. Она зашла во французскую пекарню «Гарсон» и застыла перед витриной с выпечкой.

- Вы будете заказывать? — услужливо спросила девушка-продавщица.

Фелис откинула мокрый капюшон, за которым скрывались длинные пряди ярко-рыжих волос. Глядя в глаза девушке, певица коснулась пальцами сначала рта, затем горла и покачала головой.

- Вы немая? — догадалась продавщица. Фелис кивнула и указала пальцем на булочку с творожным кремом, украшенную клубникой.

- Либо операция, либо вы молчите не менее месяца, - сказал врач-отоларинголог в конце приёма вечером после того злополучного концерта.

- Молчать совсем? - хриплым шёпотом уточнила Фелис.

- Совсем. Иначе о карьере певицы можете забыть.

В пекарне звучала избитая песня «Paroles». Сев за свободный столик, Фелис сделала первый глоток ароматного кофе и принялась ненавязчиво наблюдать за посетителями. Две пожилые дамы напротив без умолку болтали, лакомясь тирамису.

- А я сегодня иду на оперу «Евгений Онегин», - важно произнесла первая - полная женщина с массивными гранатовыми серьгами в ушах и алыми бусами на шее. — Обожаю оперу. Классический оперный вокал не идёт ни в какое сравнение с современной попсой. Сейчас каждый может назвать себя певцом и петь какую-то чепуху. А вот в Мариинку только избранные попадают.

- Согласна, - активно закивала её подруга, худенькая старушка в сером пальто. — Я вчера вечером случайно «МУЗ-ТВ» включила. Там рассказывали, что певица Фелис голос потеряла. Что-то себе повредила… не помню… Петь не умеет, короче, а всё равно на эстраду лезет.

Фелисия вспыхнула. Захотелось вскочить и сделать замечание этим диванным критикам. Да, она самоучка, но её песни нравятся людям! И она их сочиняет сама, между прочим! К глазам подступили слёзы обиды.

Быстро допив кофе и без удовольствия затолкав в себя булочку, Фелис выбежала на улицу и, уже не сдерживаясь, заплакала. Медленно бредя вдоль старинных домов, она с тревогой думала о том, вернётся ли к ней когда-нибудь её голос. Прошла неделя молчания, а девушка уже ужасно соскучилась по пению. Немного поколебавшись, Фелис осторожно запела шёпотом инди-композицию Marytale:

- Ты не знаешь себя, у тебя же так много имён...

Назовут тебя то ли зверем, а то ли духом...

Озорно смеясь, обнажаешь свой лик под полной луной…

И она тебе шепчет тайны свои на ухо...

- Девушка! Девушка, вы забыли свой билет! — вдруг окликнули её сзади. От неожиданности Фелисия вздрогнула и поскользнулась на мокром от дождя асфальте. Чья-то рука ухватила её за локоть, не позволяя упасть.

- Я?.. Билет?.. — хрипло прошептала Фелисия и тут же поморщилась от боли в горле.

- Я под столиком вашим его обнаружила. Билет в Мариинский театр терять нельзя.

Наконец Фелис догадалась, кто это — продавщица из «Гарсона». На этот раз она решила промолчать, чтобы не тревожить свои несчастные голосовые связки. Продавщица сунула ей в руку билет и быстро попрощалась.

Несколько секунд Фелисия молча стояла под дождём, осмысляя произошедшее. Продавщица ошиблась! Билет наверняка принадлежал пожилой поклоннице оперы. Но почему же его нашли именно под столиком Фелис?

Ночью ей снилось, что она сидит в партере Мариинского театра. А на сцене оперным сопрано поёт странная полупрозрачная женщина.