скачать книгу бесплатно
Автомобиль за считаные минуты донёс до отеля притихших молодых людей, которые не пытались анализировать происходящее между ними, но явно чувствовали звеневшее в воздухе волшебство вне зависимости от того, верили в него или нет.
* * *
Джаеш был собран и сосредоточен. Гостиная его номера превратилась в кабинет. Когда Савитри, постучавшись, заглянула в номер, он проводил видеоконференцию. На секунду оторвав напряжённый взгляд от ноутбука, он кивнул ей на кресло, и та тихонько присела, успокоенная привычным видом начальника за работой.
«А ведь чего только не напридумывала, дурная голова! – упрекнула она себя мысленно, вспомнив, как переволновалась, когда портье передал ей приказ Джаеша зайти к нему в номер сразу после завтрака. – Во всём виновата духота!» – тут же оправдала себя девушка. Действительно, она плохо спала и дважды бегала в душ, не считая принятой вечером перед сном ванны. Кондиционер исправно работал, охлаждая воздух до приятной температуры, но едва девушка смыкала веки, как внутренний жар разливался по венам, словно и не кровь в них текла, а жидкий огонь. И во всём она винила карие глаза, появлявшиеся перед внутренним взором, что-то шепчущие ей в полусне губы, касающиеся уха, скользящие по щеке, а потом накрывающие её губы сладким томительным поцелуем.
– Конспектируй! – отрывисто бросил Джаеш, повернув к ней дополнительный экран монитора с информацией, шедшей бегущей строкой под окошками с участниками конференции.
Коротко поздоровавшись, Савитри торопливо достала блокнот и ручку, включаясь в работу и выбрасывая из головы прошедшую ночь. Конференция длилась почти час. Сначала девушка ещё старалась вникать в фиксируемый объем информации, но уже скоро «поплыла» и переключилась в автоматический режим. Когда в беседе образовывалась пауза, а это случалось, когда начальник обдумывал предлагаемые пути решения проблемы, Савитри украдкой рассматривала его. В такие моменты он постукивал ручкой по столу, хмуря брови. Иногда его губы шевелились, словно он проговаривал какие-то мысли. Она только один раз видела его за такой работой, и тогда у неё не было времени, чтобы отвлекаться на что-то, кроме бумаги и ручки, так она боялась упустить важные детали беседы. Сейчас же вся информация дублировалась на экране, и она могла перевести дух вместе со всеми, дожидаясь его вердикта.
Она изучала его лицо, отмечая усталый вид и не присущую ему бледность. Интересно, он завтракал? На столе не было ничего, кроме стакана с водой, а Савитри знала, что по утрам он любит кофе с горьким шоколадом. И ещё у него диабет. Принял ли он таблетки? Девушка хмурилась, вглядываясь в выверенные движения, выискивая признаки вероятного недомогания. «Как закончится конференция, надо будет спросить», – подумала Савитри и снова взялась за ручку – Джаеш, чётко выговаривая каждое слово, ставил задачу Ануджу Сингху.
…Джаеш захлопнул ноутбук и нажал на кнопку на мониторе, отключая конференц-связь. Основное сделано. И, хотя почтовый ящик усиленно мигал о наличии множества писем, он решил сделать небольшой перерыв в работе. «Надо поесть», – вяло толкнулась в сознание мысль, напоминая о том, что он не завтракал, да и лекарства до сих пор не принял.
– Вам надо поесть, – созвучно его мыслям произнесла Савитри.
– Что, прости? – удивился совпадению Джаеш, оборачиваясь от окна, к которому он по привычке подошел, чтобы восстановить внутреннее равновесие.
Савитри передёрнула плечами, подумав о том, что раньше бы испугалась холодного высокомерия, звучавшего в его голосе, а сейчас готова настаивать.
– Вы не завтракали, – она не спрашивала – утверждала, и Джаеш машинально кивнул, подтверждая. – Вот! А вы же знаете, что вам нельзя пропускать приём пищи, – воодушевлённая кивком, затараторила Савитри. – И лекарство вы, наверное, не приняли. Где оно у вас?
Растерявшись такому напору вскочившей с кресла и энергично жестикулирующей девушки, Джаеш показал на дипломат, около которого лежала небольшая плоская коробочка с лекарствами. Тепло, разливавшееся в груди при виде хозяйничающей девушки, сосредоточенно наливавшей в стакан воду и выдавливающей из блистера таблетку, смывало усталость и растворяло рабочие планы в желании отдаться заботливым рукам. И его не получалось игнорировать, как бы ему этого ни хотелось. «Джаеш Сингх! – мысленно попытался воззвать к своему рассудку мужчина. – С каких это пор ты млеешь от выказанного участия?». «Возможно, с тех пор, как оно идёт от сердца?» – сам себе ответил Джаеш, послушно принимая таблетку и воду из рук Савитри.
А Савитри, помявшись немного, всё-таки решилась:
– Я бы заказала вам еду, но то, что вы едите… Я в этом не разбираюсь.
– Ничего, я сам закажу, потом, – рассеянно ответил Джаеш. – Сегодня мы на выставку не поедем, поэтому у тебя есть пара-тройка часов свободного времени. Сначала заедете к доктору – я договорился, он посмотрит твои глаза. И не возражай, это приказ! – повысил он голос, увидев недовольное личико девушки. – Потом делай, что хочешь. К четырём часам возвращайся. – Джаеш помнил, с каким жадным любопытством Савитри рассматривала город. – Правда, – взглянул он на часы, – машина будет только через час. Так что пока пообедай. И да, координаты врача у водителя, твой приём и при необходимости лечение будут оплачены за счёт фирмы.
– Доктор? Машина? – переспросила Савитри, не понимая, о чём он говорит.
Джаеш отвлёкся от планшета, над которым уже склонился, проверяя почту, поднял недоумевающий взгляд на застывшую на пороге девушку. Пожал плечами.
– Ну да, я заказал тебе автомобиль с водителем. Он позвонит, когда подъедет. Иди, – он уже вчитывался в первое загруженное письмо, не провожая Савитри взглядом и не услышав её тихого и растерянно-благодарного:
– Спасибо.
Савитри тихонько прикрыла за собой дверь и растерянно зашла в свой номер. Мистер Сингх… Джаеш джи… Ненавязчивая забота, которой он небрежно окутывал её, внезапно проступила сквозь тщательно лелеемое равнодушие к нему. Не хотела она этого видеть или, может, действительно не замечала? Он так много делал для неё и при этом совсем не ждал благодарности. А она – благодарность, тихая и нежная, единожды вырвавшись на волю, желала быть услышанной и принятой. Но… Как она могла выразить её? Он был мужчиной, её начальником, и, кроме простого «спасибо», она не могла ничего себе позволить. Разве что проявить ответную заботу. Губ коснулась мягкая улыбка, а в голову пришла идея…
Савитри вспомнила, что Джаеш джи так и не заказал еду, поэтому, решившись, вышла из номера и быстро сбежала вниз по ступеням, не став дожидаться чересчур тихоходного лифта. Портье, хоть и удивлённый её просьбой, тем не менее, проводил её на кухню ресторана, пригласив шеф-повара. Волнуясь и путаясь в словах, Савитри постаралась объяснить солидному мужчине в большом белом колпаке на голове, какие блюда любит её начальник и что ему срочно необходим полноценный обед из самых свежих и качественных продуктов. Невозмутимый, как скала, мужчина принёс Савитри меню и помог ей с выбором, попутно объясняя, из чего состоит то или иное блюдо. Заверив, что ещё в течение получаса всё будет готово и доставлено в номер мистера Сингха, а кофе с горьким шоколадом – прямо сейчас, уже улыбавшийся к тому времени шеф-повар проводил забавную девчушку к выходу из кухни, по дороге прихватив с собой в качестве презента ей коробочку с ладду. Расставались они почти что друзьями, и Савитри на прощание пообещала занести дяде Ахилу редкий рецепт джалеби, по которому её отец делал эту сладость и который принёс популярность его кондитерской в Лакхнау. Радостно хлопнув в ладоши и убедившись, что Джаеша джи накормят, Савитри поспешила в свой номер. У неё была куча планов – она сможет посмотреть город!
Глава 10
Борьба с сердцем
– Что, простите? – переспросил Джаеш изумлённо, но тут же, поняв, уточнил: – Вы имеете в виду мою сотрудницу?
– Я не знаю, девушка назвалась Савитри и просила приготовить для вас всё самое свежее и качественное, чуть ли не сама выбирала продукты. Я и подумал, что она ваша невеста, – оправдывался шеф-повар Ахил, хитро улыбаясь, благо мистер Сингх не мог видеть его. – Такая забота редка в наше время для постороннего человека. Что-нибудь ещё желаете, мистер Сингх?
– Нет, спасибо, – сухо поблагодарил Джаеш, успев взять себя в руки. Отключил телефон и остановил собравшегося уходить официанта, который привёз такое изобилие еды. Достав две купюры, он отдал их молодому человеку, кратко пояснив: – Вам и шеф-повару, – отмахнувшись от благодарности и дождавшись, пока останется в своём номере один, он опустился в кресло и приподнял крышку, с удовольствием втянув аромат грибного супа.
– Савитри Далмия… – он усмехнулся, чувствуя, как тают последние неосознанные сомнения в выборе спутницы жизни, а сердце затапливает нежная благодарность к немного сумасшедшей, но такой чистой девушке. – Надо же, совсем не зная меня, умудрилась угадать с моими любимыми блюдами.
Действительно, несмотря на то, что ему нечасто удавалось отведать их, а возможно, именно благодаря этому, то, что выбрала Савитри, нравилось ему всегда. Грибной крем-суп с острыми сырными гренками, ризотто с белыми грибами и стручковой фасолью и салат из свежих овощей. И если на первое появление официанта, принесшего кофе, посыпанный крупной стружкой горького шоколада, он только улыбнулся, ощутив в этом благодарность девушки за предоставленное свободное время, то второе появление того же молодого человека удивило его настолько, что он лично связался с шеф-поваром, который и объяснил ему происхождение обеда.
Забота…
Это слово ассоциировалось с одним именем. Чарви, сестра. Тепло её рук было единственным, которое не давало уходить в запределье тоски по маме, которое оберегало брата во время недомоганий, удерживало в нём живыми чувства любви, сострадания, доверия. Она следила за его питанием и состоянием здоровья, включая осмотры врачей в его график так, что он узнавал об этом от Амана или секретаря чуть ли не за полчаса до времени приёма.
Она и была заботой.
В том числе и по этой эгоистичной причине он не отпустил её в дом Шьямала, когда Чарви вышла замуж. Тот, впрочем, и не настаивал, предпочитая набегами появляться в Шантиване.
И вот теперь эта девчонка…
Оставив размышления, Джаеш приступил к трапезе. Правда, перед этим он открыл планшет и после недолгого поиска сделал онлайн заказ вечерней одежды. Себе и Савитри. Настроение было хорошим, и его не смогли испортить ни рабочие звонки с очередными форс-мажорными проблемами, ни разговор с Чарви, туманно поведавшей, что тётя Сарика подозревает своего сына в связи с некоей бедной девицей и в доме, похоже, собирается буря. «Будем решать проблемы по мере их поступления», – неожиданно философски подумал Джаеш, нажав на кнопку отбоя. Встал и потянулся, разминая затёкшие мышцы. Взглянул на часы. Пожалуй, он может себе позволить водный массаж перед тем, как заказ привезут.
* * *
Савитри стояла, спрятавшись от дождя под раскидистым баньяном. Защита была слабой – с неба словно хлынул водопад. Но тут, под деревом, ливень рассыпался на забавные ручейки, вода переливалась с ветки на ветку, с листка на листок, торопясь вниз, к не успевающей впитывать такой объём влаги земле. Стайка галдящих ребятишек весело возилась во всё более расширявшихся лужах. Остальные прохожие торопились добраться до укрытий, выискивая не затопленные участки дороги.
– Давай, Савитри, – пробормотала девушка, – надо всего лишь добежать до автомобиля.
Водитель припарковал машину неподалёку, и ему было бы несложно доехать до неё, но ливень стоял стеной, и уже в паре шагов от себя практически невозможно что-либо разглядеть. А телефон она забыла в машине. Но смысла стоять тут тоже не было. Жаль, что она не увидит остальные достопримечательности, а особенно обсерваторию Джантар-Мантар, но зачем ехать, если небо сплошь затянуто тучами и льёт как из ведра?
Хорошо ещё, что до ливня она успела взобраться на Сарга-Сули и полюбоваться Джайпуром с высоты. Правда, немилосердно измазала шальвар-камиз в голубином помёте. Птицы облюбовали маленькие окошки башни, используя их в качестве гнезд. Зато ей посчастливилось увидеть маленьких голубков, так смешно выглядывающих из-под маминых крыльев. А их родители были равнодушны настолько, что даже не просыпались при виде людей. Тогда, почти взлетев на самую вершину башни, Савитри замерла в открытой всем ветрам сводчатой арке, очарованная раскинувшейся под ногами панорамой. Как всегда бывает на высоте, ухнуло сердце, и на краткий миг бессознания захотелось сделать шаг вниз, поймав ощущение полёта. Расправить несуществующие крылья, наслаждаясь потоками воздуха и невесомостью.
Да, вчера они тоже любовались с Джаешом Джайпуром, но высоту ресторана и высоту башни было не сравнить, и вид разнился очень сильно. Сорок два метра над землёй. Услышав от вещавшего рядом для туристов гида эту цифру, девушка изумилась. Она так быстро забралась на такую высоту, подъем на верхнюю площадку занял от силы минут пять. Влага – предвестник дождя – уже тогда висела в воздухе, напитывала собой одежду, волосы. Оседала на лице. Эта часть Джайпура казалась бы тусклой, накрытой плотным тяжёлым одеялом туч, если бы не розовато-охристый камень построек старого города, придававший этой части нежную тёплую дымку. Это было очень красиво…
Но хватит воспоминаний! Надо выбираться из-под баньяна, пока можно замочить ноги только до щиколоток. Ливневая система практически не справлялась с водой, и лужи соединялись между собой, образуя широкие озера. Накинув на голову дупатту, Савитри стремглав бросилась к автомобилю. Ливень обнял новую жертву, окружив её водой быстрее, чем это сделали бы воды Ганга. Повизгивая, когда брызги воды из луж касались её лица, девушка быстро нырнула в автомобиль. Водитель уже протягивал своей пассажирке большое полотенце.
– Я всегда вожу с собой несколько, – пояснил он удивленной девушке. – Сезон муссонов. Обивку жалко, – пробормотал он себе под нос, но Савитри услышала и торопливо промокнула шальвар-камиз. Особо это не помогло, но всё же ткань с высоким ворсом послушно впитала часть воды с одежды.
– Куда дальше? – вопрос не застал Савитри врасплох. Раз уж ливень помешал окончанию её прогулки, то пора привести себя в порядок. Не так уж много времени осталось до отведённых Джаешом джи четырёх часов.
– В отель, если можно, – попросила девушка, продолжая выжимать волосы в полотенце. Пытаясь отвлечься от неприятных ощущений, вызванных тем, что она снова очутилась в железной коробке, вернулась мыслями к любезно подаренному её шефом дню в Джайпуре.
Доктор – солидный мужчина, – проверив её глаза непонятным прибором и вполне стандартными процедурами вроде «посмотрите направо, а теперь налево», никаких проблем не обнаружил, но прописал увлажняющие капли, которые тут же и выдал ей. Когда она попыталась узнать стоимость приёма и лекарств, запамятовав, что Джаеш джи говорил ей про оплату, врач сказал, что всё включит в стоимость счёта, который направит в «DC-дизайн». И, как тогда, тёплая благодарность к оказавшемуся таким заботливым мужчине коснулась её сердца. «Надо будет узнать у дяди Ахила, не разозлился ли Джаеш джи», – боязливо подумала Савитри о выраженной немного странным способом благодарности. Сердце забилось быстрее в предчувствии реакции её противоречивого шефа на вольность сотрудницы.
– Приехали, мэм, – голос водителя разогнал неясные чувства, которые очередной раз за день накрыли девушку с головой. Но как назвать их, если при малейшей её попытке поймать неуловимое то растворялось в сознании, рождая новую непознаваемую и беспокоящую эмоцию?
Торопливо поблагодарив водителя, Савитри выскочила под ливень. Над ней тут же раскрыл зонт швейцар и проводил до двери, распахивая дверь перед VIP-гостьей. Войдя в холл, Савитри решила не откладывать расспросы и, радостно поздоровавшись с молодым человеком, который и провожал её к шеф-повару утром, проследовала знакомым маршрутом. Выяснив у дяди Ахила, что Джаеш джи пообедал и тарелки вернулись пустыми, Савитри ещё раз поблагодарила того за помощь и отправилась в номер. Пора было готовиться к вечеру.
Она так и не разобрала сумку до конца, и анаркали лежали в ней. Решив достать их перед тем, как принять душ, чтобы отдать горничной для глажки (раньше она пыталась сама найти утюг, но девушка, которую она попросила о такой странной услуге, только удивилась и мягко заверила Савитри, что её шальвар-камизы вычистят и погладят), девушка открыла дорожную сумку.
– О, Богиня! – Савитри растерянно шлёпнулась на пол рядом с сумкой, расстроенно глядя на её внутренности. Смесь масел, которую она готовила сама и использовала для увлажнения волос, разлилась. Неведомым образом плотно закрытая крышка приоткрылась, и содержимое вытекло на одежду. Теперь и сумка, и оба наряда представляли собой жалкое зрелище. – Я же не успею вывести эти пятна, – девушка чуть не плакала от огорчения. Кроме шальвар-камиза, одеть было нечего. А ей, хоть она и не признавалась в этом сама себе, так хотелось принарядиться…
Вызвав горничную и объяснив ей ситуацию, она отдала испорченные анаркали, услышав в ответ, что та постарается привести их в порядок. Но времени оставалось так мало, а голос девушки звучал так неубедительно, что Савитри смирилась с тем, что покрасоваться не получиться. «Ну и ладно, Савитри, – невесело подумала она. – В конце концов, ты привыкла к своей одежде. И она очень красивая!» Подбодрив себя таким образом, Савитри отправилась в душ, прихватив сумку в надежде очистить её от смеси масел.
* * *
Постучав в соседний номер, приоткрытая дверь которого явно указывала на то, что хозяйка внутри, но не дождавшись ответа, Джаеш вошёл в комнату. В спальне, гостиной и кабинете Савитри не оказалось. На террасу он выходить не стал, услышав плеск воды и пение, доносившиеся из ванной комнаты. Очевидно, девушка готовилась к вечеру.
– Сумасшедшая, – пробормотал Джаеш характеристику девушки, которая оставила открытой дверь номера. Но мысль о выговоре не задержалась в голове, внезапно сменившись неизвестно откуда взявшимися картинами.
… округлые очертания груди, мягкий изгиб бёдер, змейки влажных локонов, струящихся по выгибающейся спине. Дорожка поцелуев по влажной коже. Вздрагивающая, льнущая к нему девушка. Кружащая голову смесь ароматов невинности и возбуждения. Манящие нежные губы. Забывшие о скромности руки, притягивающие его голову к себе для долгого поцелуя. Обжигающее дыхание и хриплые стоны…
– Чёрт! – выругался Джаеш вполголоса и запустил пальцы во влажные после принятия ванны волосы. – Что за?! – торопливо перевёл взгляд с двери, ведущей в ванную комнату. С трудом собрался с мыслями, вспоминая причину, по которой зашел к своей сотруднице. «Oh, really? – прошептал внутренний голос. – К сотруднице?..». Хватит! Джаеш раздражённо прошёл в спальню и бросил на кровать внушительных размеров плоскую коробку, не заметив, что к ней осталась приколота карточка, содержанию которой он только ухмыльнулся. После чего вышел из номера и с грохотом захлопнул дверь. Помедлил и подёргал за ручку, убедившись, что замок сработал и дверь закрылась, а после этого зашёл к себе. Телефонный звонок спас его от самоанализа, переключив внимание на семейные заботы.
Снова звонила сестра с новостями про Ануджа. Результатом двухдневной войны Ануджа и Сарики определился временный победитель. Тётя согласилась на брак грозящего уходом из дома сына, но только в соответствии с традициями – тот женится после старшего брата, Джаеша. Джаеш ухмыльнулся, подумав, что тётя свято верит в его непоколебимость насчет отказа от семейных уз. И вполне может проиграть, так как он всерьёз обдумывал вариант женитьбы на одной сумасшедшей девчонке.
Впрочем, Шантиван и так казался ему периодически сумасшедшим домом. Все эти интриги, затеваемые от чрезмерной женской активности, избытка энергии и отсутствия возможности реализовать её в чём-либо другом, частенько приводили к сценам. Громким слезам тёти с порывами уйти из дома, причитавшей, что её никто не любит и не ценит в этом доме. Гордому молчанию нани, демонстративно не замечающей простоватую и шумную невестку, мечущейся между ними в попытках найти компромисс Чарви. Возможно, только Джаеш видел, что все эти сцены в глубине души устраивали обеих – и нани, и тётю, находивших в этой борьбе своеобразное удовольствие, оживлявшее их скучную по сути жизнь.
«Интересно, кого выбрал Анудж?» – подумал Джаеш, располагаясь на диване в гостиной со стопкой свежей прессы. Интриги интригами, но семью девушки необходимо проверить. Двоюродный брат был очень простодушным человеком, и Джаеш хотел быть твёрдо уверенным в том, что девушка полюбила именно его, а не статус и деньги семьи Сингх, до того, как даст согласие на этот брак.
Чиркнув пару строк знакомому, который славился тем, что умел быстро и незаметно собирать необходимую информацию, мужчина отправил электронное письмо и позволил себе небольшую передышку, погрузившись в поверхностное чтение газет. Но непривычно плотный обед сделал своё дело, нагнав сонливость. Джаеш, как и большинство индийцев, привык часто обходиться без завтрака и обеда, что было противопоказано при его заболевании, перенося основной приём пищи на ужин. До выезда на ужин к ювелиру оставалось ещё больше часа, и он позволил себе прикрыть глаза, расслабляя сознание. Уже через минуту он крепко спал.
* * *
Савитри вышла из ванны, пританцовывая. В душе расцветало предчувствие чего-то хорошего, важного. Всё тело словно наполнилось пузырьками воздуха, смыв ненастный день. Девушка фыркнула, а потом не выдержала и громко рассмеялась, отжимая волосы огромным пушистым полотенцем. Она потешалась над собой, точнее, над тем, что случилось в ванной комнате.
Сидя в большой ванне, Савитри нечаянно нажала какую-то кнопку, которая невесть с чего располагалась на дне. В ту же секунду мощные потоки бурлящей, наполненной неисчислимыми пузырьками воздуха воды наполнили ванну. Она взвизгнула, вскочила и в одно мгновение оказалась на полу ванной комнаты, рассматривая круглыми глазами кипящую воду. Выскочив из ванны так быстро, она даже не поняла, изменилась ли температура воды из-за этой водно-воздушной атаки. Нерешительно потрогав поверхность воды, она облегчённо выдохнула. Та была приятно тёплой. Походив вокруг ванны, Савитри разобралась, и как включается эта функция, и откуда бьют мощные струи воды, и даже как их регулировать. Решительно забравшись обратно и отладив по своему вкусу «котёл ведьмы», как она в сердцах его обозвала, девушка получила массу удовольствия, плескаясь в игривых завихрениях щекочущих и мягко разминающих мышцы струек. Под конец она вовсе разомлела от массажного эффекта, да так, что чуть не уснула прямо в воде. Её привёл в чувство громкий хлопок. Снова вскочив в ванной и закономерно поскользнувшись, Савитри с трудом сохранила равновесие, ударившись пяткой о небольшой выступ сливного отверстия. Зашипела от боли, но тут же похолодела от мысли о том, что кто-то мог войти к ней в номер. А если это Джаеш джи? Он же может заглянуть в ванную! Тело загорелось при мысли о том, как его взгляд скользит по ней обнажённой. Охнув от неожиданных мыслей, она торопливо схватила полотенце и, закутавшись в него почти с головой, так как его размеры напоминали скорее простынь, чем скромный кусок ткани, долженствующий им быть, она несмело приоткрыла дверь ванной комнаты. Оглядев гостиную, задержала взгляд на закрытой двери. «Какая ты глупая, Савитри! Он бы просто не смог войти!» – посетовала она на свои необоснованные подозрения, но на всякий случай почти на цыпочках подбежала к двери, ведущей в спальню, проверив и её тоже. Заглянув для очистки совести и в кабинет, девушка выдохнула. Никого. Вернувшись в ванну, она быстро закончила с волосами, смывая с них любимую маску, остатки которой ей удалось спасти из той самой бутылки. И вот сейчас, закутавшись в длинный, предоставленный отелем халат, Савитри сушила волосы. Расчесав влажные, источавшие густой аромат жасмина пряди, она нахмурилась, вспомнив про анаркали. Мысленно перебрав свой нехитрый гардероб, состоящий из трёх шальвар-камизов, один из которых требовал глобальной чистки после подъёма на Сарга-Сули, Савитри решила, что наденет ярко-розовый с зелёными вставками наряд. Войдя в спальню, чтобы проверить, всё ли с ним в порядке, она не сразу увидела появившуюся на кровати коробку.
– Что это? – только шлёпнувшись на кровать и задев бедром непонятный предмет, разглядела она помеху. Внимание привлекла золотистая карточка, приколотая симпатичной булавкой к крышке коробки. Аккуратно отцепив её, Савитри нетерпеливо развернула, вчитываясь в одно предложение. «Для мистера и миссис Джаеш Сингх».
– Что?! – скорее недоумённо, чем возмущённо, выпалила Савитри и откинула полупрозрачную крышку, под которой угадывалось нечто серебристое. Неверяще скользнула рукой по дорогой шёлковой ткани серебристого цвета. Достала из коробки и разложила на кровати роскошную ленгу-чоли. Вышивка серебряной нитью разных оттенков от почти молочного до чернёного украшала кружевной подол и пояс переливающейся лунным светом ленги. Судя по поясу, юбка предусматривала посадку на бёдрах, оставляя обнажённым животик очень низко. Чоли заканчивалась сразу под грудью, но, благодаря небольшим рукавчикам, закрывающим плечи, выглядела не вызывающе. А воздушная, почти прозрачная дупатта завершала самый изысканный наряд, который девушка видела в своей жизни.
– Это мне? – прошептала Савитри и, подчиняясь женскому инстинкту, уже протянула руку, чтобы примерять невероятную роскошь, но в голове некстати всплыли слова, написанные на карточке. Возмущение и смущение сплелись в единый клубок. «Возможно, горничная решила помочь мне, одолжив вместо испорченных анаркали этот костюм?» – не успела она додумать эту мысль, как тут же отмела её – наряд был баснословно дорогим, она прекрасно знала, как выглядит высококачественный шёлк, насмотревшись за время работы на дорогие модели «DC-дизайн». Неужели Джаеш джи? Но при чём тут миссис Сингх?!
Нахмурившись, Савитри отдёрнула руку, зависшую над манящей тканью и, потуже затянув пояс бесформенного, но полностью скрывавшего её тело халата, вышла из комнаты с твёрдым решением разобраться в намерениях начальника. Из его номера как раз выходила горничная со стопкой полотенец, поэтому она не стала стучать, сообщая о своём визите, а быстро проскользнула внутрь, пока девушка не закрыла за собой дверь. Запоздало подумала о том, что надо было переодеться. Да, халат не показывал ни единого кусочка её тела, но мысль о том, что она не в своей привычной одежде, да ещё и пришла в номер к мужчине, едва не заставила её повернуть обратно. Но изумление от поступка Джаеша джи – а теперь она была уверена, что это он купил то изящное чудо, оставленное на кровати, – перевесило голос разума, поэтому она решительно толкнула дверь, ведущую в гостиную. И замерла, сделав пару шагов. Мужчина спал на диване, неудобно запрокинув голову. «Иди обратно», – шепнул ей инстинкт самосохранения, но ноги сами поднесли к дивану. Зачем? Она не знала. Мягкая улыбка тронула её губы, отражая неожиданную нежность. Во сне черты лица Джаеша расслабились, чёлка разметалась по лбу, отчего он выглядел невероятно красивым. Красивым и мужественным. Четко очерченные губы молодого человека притягивали её взгляд словно магнит. Она пыталась смотреть куда угодно, но взгляд возвращался к его губам, которые оживляли воспоминания о поцелуе. Первом, отданном добровольно…
Савитри сама не заметила, как присела на краешек широкого дивана, пытаясь разобраться во вспыхнувшем разноцветье чувств, вызываемых этим человеком.
* * *
Что-то изменилось… Низкая чувственная нота жасмина соединялась с тонким ароматом чистоты, и мужчина сквозь лёгкую дрёму мгновенно ощутил присутствие рядом девушки. Савитри. Он немного приоткрыл глаза, взглянув на неё сквозь ресницы и задержал дыхание. Взгляд упёрся в нежную ямочку между ключицами. Ничем не прикрытую. Губы мгновенно пересохли, отзываясь на близость небезразличной девушки, и он рефлекторно облизал их, не отводя взгляда от манящей картины. А Савитри, не заметив, что он проснулся, как завороженная, потянулась убрать мешавшую ей любоваться мужчиной прядку волос со лба, не замечая, что полы халата приоткрылись, приоткрыв грудь. Волнение от близости мужчины будоражило, сливаясь с ощущением запретности, заставляя её прикасаться к нему, словно во сне. Там, где нет границ и запретов. Поэтому она и не сразу почувствовала судорожный вздох мужчины, чьи глаза ласкали нежную кожу. Мягко перехваченное запястье, несильный рывок – и Савитри почти лежит на Джаеше, не успев осознать изменение реальности. А дальше… Его губы стремительно приблизились, замерев на секунду возле её, давая шанс очнуться. Но она просто не смогла. И задержала дыхание, когда он накрыл её рот своим, первым же прикосновением затягивая в омут чувственности.
Джаеш с трудом контролировал поцелуй, удерживая себя в рамках нежности. Но скопившаяся жажда не дала шанса ограничиться мягкой лаской и, оторвавшись от сладких губ только для того, чтобы выдохнуть сквозь зубы её имя, он поцеловал её снова. Всерьёз капитулируя перед разгоравшейся страстью. Впервые врываясь в неё требовательным языком, прикусывая пухлую нижнюю губу. Задавая ритм, посасывая, углубляя поцелуй, становившийся всё более откровенным и жарким. Тело среагировало на сладость её губ, отзываясь напрягшимся естеством. Не привыкший сдерживаться, Джаеш подтянул девушку на себя, скользнул рукой в волосы на затылке, притягивая к себе ещё ближе Савитри, зачарованную ощущениями собственного вспыхнувшего тела.
– Нет! – почувствовав настойчивые пальцы на своём плече, с которого они спускали мешавшую ласкам ткань, девушка очнулась. Вырвалась из рук, суетливо поправляя халат и отскакивая от дивана на несколько шагов, заставив Джаеша застонать от остро чувствуемой потери.
– Я… хо… тела… я, – безнадёжно запуталась в словах Савитри, даже не подумав разозлиться на Джаеша за ласки. Это она, она виновата! Она пришла в таком виде в номер к мужчине! Она касалась его, мечтала о его поцелуе! Паника охватила девушку, впервые столкнувшуюся со своей чувственностью, и она, развернувшись, выбежала из номера, даже не услышав оклик Джаеша:
– Савитри!
– Чёрт! – выругался Джаеш в который раз за сегодняшний день. Почему он не сдержался?! Теперь девчонка будет себя корить за то, что позволила своему телу отреагировать на его ласки. Воспоминание её робкого ответа на его жаркий поцелуй прошило тело словно молнией. Вспышка желания была почти болезненной, заставив задержать дыхание и хрипло выдохнуть. «Надо поговорить с ней», – подумал он, сам не зная, чем успокоить девушку в такой ситуации. Ноги сами несли его вслед за забравшей покой. «Надеюсь, только его», – мелькнула странная мысль.
Дверь, конечно же, была приоткрыта. Что за дурацкие привычки у девчонки! Хотя что у них дома красть… Савитри бегала по комнате, яростно жестикулируя и что-то бормоча себе под нос. Увидев его, она встала как вкопанная и вцепилась обеими руками в горловину халата, усиленно стягивая её сжатыми кулачками.
– Джаеш джи, простите меня, – голос дрожал, но она вскинула голову вверх, не давая пролиться слезам. «Уже хорошо, – подумал Джаеш, приятно удивившись тому, что Савитри даже в таком состоянии назвала его по имени. – Осталось убрать уважительную приставку “джи” и…» – он не дал сформулироваться мысли до конца, сделав к девушке пару шагов. Она попятилась от него, глядя испуганными глазами. Чёрт!
– Савитри, пора собираться на ужин. Одежду доставили, ты посмотрела размер? И ещё, если успеешь, просмотри газеты, надо найти информацию по неделе моды, – Джаеш говорил первое приходящее в голову с одной целью – отвлечь её от случившегося. Поставив задачу, уточнил: – Я спущусь вниз, мне надо кое-что узнать у владельца отеля, а ты забери прессу, она в моем номере, – он развернулся, чтобы уйти. Савитри уже приходила в себя, испуг исчез, в глазах появилась сосредоточенность. Вот и хорошо. Ему не нужна испуганная своей реакцией девушка. Кивнув, он положил запасной ключ-карту от номера, который всегда носил с собой, на стол и поспешил выйти, потому что воспоминания о том, как она тянулась к нему, снова вызвали однозначный отклик тела.
– И… это всё? – её голос остановил мужчину на пороге. – Вы больше ничего не хотите мне сказать? – она говорила растерянно, словно он должен был объявить ей выговор за то, что… «Relax!». Стоя к ней спиной, Джаеш бросил через плечо:
– А что ты хотела услышать? Я не собираюсь просить прощения за то, что поцеловал тебя. Я не жалею об этом, – закрытая дверь отгородила его от Савитри, и он, зайдя в номер за телефоном и кредитной картой, направился в ресторан отеля выпить кофе. Со льдом. С большим количеством льда.
* * *
Савитри ещё с минуту стояла, глядя на закрывшуюся за Джаешом дверь. Мысли хаотично разбегались, уступая место эмоциям, которые тоже смешались, не позволяя выделить доминирующую. Почему-то на лицо рвалась улыбка. «Я не жалею об этом». «А я?» – пробилась крамольная мысль, удивившая настолько, что девушка ахнула. «Конечно же, жалею! – пылко принялась она убеждать себя. – Это неправильно – так целоваться с мужчиной, который не является твоим мужем! Это ужасно!».
– Прости, Богиня, – кинулась девушка к статуэтке Подруги, которую привезла с собой и уютно устроила на прикроватной тумбочке. И замолчала, взявшись за уши. Она чувствовала неимоверный стыд за произошедшее, временно отодвинутый на задворки сознания визитом Ар… начальника. Сердито насупившись на собственные мысленные оговорки, Савитри вздохнула. И ещё раз. Пора было собираться, и надо как-то успеть выполнить поручение начальника. Пообещав Подруге самые вкусные джалеби из тех, которые напечёт, как только приедет домой, она подавила неуместное желание спуститься к дяде Ахилу и попросить разрешения воспользоваться кухней ресторана, чтобы приготовить успокаивающую сладость.
Торопливо переоделась, не желая того, но обращая внимание на удовольствие, которое дарила скользящая по телу нежная ткань. Не щадя, быстро расчесала спутавшиеся волосы и заплела их в свободную косу сложного плетения, которое выходило у нее очень легко и делало повседневную причёску вечерней. Не удержалась от искушения и взглянула на себя в зеркало перед тем, как выйти из номера. И застыла, поражённая своим видом. На неё смотрела лихорадочно блестевшими глазами изысканная красавица. Горящие щёки и припухшие губы ярко выделялись на воздушном образе, словно сотканном из лунного света. Ленга-чоли идеально село по фигуре, подчёркивая все её достоинства, превратив угловатую в жизни девчонку в изящную девушку. Встряхнув головой, она улыбнулась своему отражению и пожалела, что некому её сфотографировать. Вот бы порадовалась Кашви за свою сестрёнку. Ласково погладив чудесную ткань, девушка вышла из номера.
* * *
…Глаза невидяще смотрели на фотографию, на которой был изображён Джаеш джи и мисс Кашьяп. Под ней сообщалось, что они объявили себя официальной парой и строились догадки, когда и как состоится помолвка молодых людей.
«Тебе нет до этого дела!» – приструнила она себя. Губы девушки непривычно сурово поджались, и она торопливо перевернула страницу, на которую смотрела уже минут пять, даже не осознав этого. Чувство, расцветавшее в душе, сжалось и поникло, унося с собой радостное предвкушение вечера и чего-то ещё. Автоматически доделав работу, она аккуратно сложила газеты и вышла из номера, тихо закрыв за собой дверь. Захотелось услышать голос Шьямала, и она вспомнила, что не перезвонила ему, увидев утренний пропущенный звонок. Бережно расправив дорогую ткань, чтобы не повредить не свою вещь, Савитри села на стул и набрала номер телефона своего друга. И, возможно, будущего мужа.
– Алло, Шьямал джи…
Стук в дверь раздался спустя несколько минут, во время которых Шьямал успел рассказать, что через неделю приезжают его родители для того, чтобы сделать предложение одной девушке. Савитри поняла… Волна паники окатила её буквально на мгновение, но она тут же вспомнила о газетном снимке и шутливо поинтересовалась об имени его избранницы. Но ответить Шьямал не успел – Джаеш вошёл в номер, и она торопливо попрощалась с ним, объяснив, что пришёл её начальник. Тот и не думал настаивать, отключив телефон едва ли не быстрее девушки. Но Савитри уже не думала о нём, налетев, как на стену, на восхищённый взгляд, которым медленно исследовал её Джаеш. Он, взгляд, словно прикосновение, скользил по её телу, начиная со щиколоток, выше и выше, пока глаза не встретились.
Сжигающий солнечный свет и лунная прохлада соединились в одно целое так легко и непринуждённо, как и полагалось предназначенным. И ни у одного не было желания прерывать восхищение мужского и мягкое смущение женского, застывших перед вечностью единым целым. Вот только мир не желал оставлять их в покое, разрушив хрупкое волшебство ластящихся друг к другу душ.
– Да, Аман? – на ощупь найдя трубку телефона, Джаеш ответил на телефонный звонок, не отрывая взгляда от преобразившейся Савитри. А она, едва услышав резкий звук, отвела глаза от мужской фигуры, ругая себя за то, что снова потеряла связь с реальностью.
«Да что со мной такое? – едва не вскричала вслух девушка, чувствуя горячее волнение каждой клеточкой тела от присутствия своего начальника. – Может быть, я простыла под дождём?». Рука дёрнулась ко лбу – проверить температуру, но усилием воли она удержалась от этого жеста, не желая расспросов о своём самочувствии. Очень кстати вспомнилось практически озвученное предложение Шьямала и заметка в газете. Савитри была уверена, что тётя и родители не будут возражать против её замужества со Шьямалом. И она тоже. Спокойствие предрешённости заморозило волнение, и у неё получилось заговорить с начальником, не выказав никаких эмоций.
– Всё готово, Джаеш джи, – прохладным, но чуть дрогнувшим на его имени голосом отчиталась Савитри о выполнении задания, едва он отключил связь, попрощавшись со своим заместителем.
– А? – вынырнул из своих мыслей мужчина, внимательно глядя ей в глаза. Он пытался понять, что изменилось в чувствах стоящей напротив девушки. Складывалось впечатление, что те стены, которые выстраивала она до этого, а он с лёгкостью рушил, были картонными. А сейчас она отгораживалась от него всерьёз, отдаляясь душой, замораживая то, что соединяло их.
– Я про информацию, – спокойно пояснила девушка, окончательно взяв себя в руки. – Нам, наверное, надо выезжать? – она показала на часы, которые – Джаеш мельком бросил взгляд – подтверждали её правоту. Он внезапно успокоился, поняв, как ему казалось, природу изменившегося поведения Савитри.
– Ты права. Идём, – галантно пропустил он вперёд девушку и, когда она проходила мимо него, чуть качнулся к ней, произнеся тихо, почти прошептав: – Ты изумительно выглядишь.
Бархатные интонации голоса, помимо желания Савитри, вызвали внутреннюю дрожь. Она искоса взглянула на него, но его глаза обволакивали таким теплом и светились такой искренностью, что ей не оставалось ничего другого, кроме как принять комплимент.
– Благодарю, – было очень трудно, но она выдержала равнодушный тон, старательно не замечая лукавую усмешку в прищуренных глазах. Чудилось, что он понимает все её намерения и готов ответить на каждое её действие в попытках защитить себя противодействием. Вскинув голову, что также не осталось незамеченным Джаешом и верно расшифровалось им, как готовность к борьбе, она подошла к двери лифта и нажала кнопку вызова. Спокойно стоящий рядом мужчина обжигал, но она не подавала вида, прося Богиню дать ей сил выдержать предстоящий вечер.
* * *
Двое молчали в автомобиле, не в силах подобрать нейтральной темы для беседы. А возможно, испытываемое ими было так глубоко, что казалось невозможным разрушать это пустой беседой. Вязкую смысловую тишину мог бы разбавить телефонный звонок, но, как назло, аппараты молчали. Накрапывал мелкий дождь, постепенно усиливаясь и обещая перейти в очередной поток воды. Дворники бесшумно смахивали мелкие капли с лобового стекла, ненадолго возвращая чёткость расплывавшемуся перед глазами миру. Оба погрузились в себя, пытаясь разобраться в своих эмоциях, но на удивление всё ярче чувствуя присутствие рядом другого. Того, о ком думали.