Пейдж Тун.

Одно идеальное лето



скачать книгу бесплатно


И вот уже Дайсон лижет мне лицо.

– Ай!

– ДАЙСОН! – вопит Джо.

Я отталкиваю пса, но у меня истерика. Джо поднимается вверх по тропе, пытаясь бежать.

– Прости! – Тяжело дыша, он подбегает ко мне. Оттягивает низ своей футболки и вытирает ею слюни Дайсона с моих щек. Я смеюсь и не могу остановиться.

– Бестолковый пес наносит новый удар, – говорит он.

Он ощупывает мое лицо кончиками пальцев, чтобы убедиться, что не осталось слюны. Его руки медлят. Мои смешки иссякают, и я прямо встречаю его взгляд, а бабочки тем временем роятся в желудке.

– Боже, ты мне нравишься, – вдруг говорит он, и в ту же секунду я понимаю, что он собирается меня поцеловать. Сердце начинает колотиться как безумное. Я запрокидываю голову ему навстречу, и его губы прикасаются к моим – сначала нежно, а потом все более страстно. Понимаю, это банально, но у меня в голове словно взрывается фейерверк. Я ощущаю странное, непривычное покалывание во всем теле.

Он отрывается от меня, но не отстраняется. А потом словно из ниоткуда возникает огромный слюнявый собачий язык и лижет меня в щеку.

– Ай! – снова вскрикиваю я.

– Дайсон, отвали! – кричит Джо, отталкивая пса прочь. Мы переглядываемся и начинаем смеяться. – Когда буду целовать тебя в следующий раз, надо убедиться, что его нет рядом.

– Я не хочу так долго ждать, – возражаю я, притягивая его к себе. По-прежнему улыбаясь, он касается меня губами.


Мы бредем обратно к моему дому, держась за руки. Меня не покидает восхитительное чувство покалывания. Мы не торопимся, но все равно доходим до дома куда быстрее, чем хотелось бы. Машины моей мамы нет.

– Хочешь зайти перекусить? – с надеждой спрашиваю я.

– Гм… – Он смотрит на часы.

– Мамы нет, – добавляю я.

– Ладно, тогда давай.

Улыбаясь до ушей, я веду его к входной двери.

– Как думаешь, куда она уехала? – спрашивает он, заходя за мной, но оставляя Дайсона во дворе. Мы заперли калитку, чтобы он точно не убежал.

– Наверное, сидит где-нибудь на пляже, рисует.

– У вас здесь есть какие-нибудь ее работы?

– В оранжерее. Потом тебе покажу. Будешь сандвичи?

– С удовольствием.

– Ветчина с сыром? Арахисовое масло? Что тебе нравится?

– Ты, – с улыбкой говорит он, притягивая меня для нового поцелуя. Он прижимает меня к столешнице, я обнимаю его за шею. Поцелуй заканчивается куда быстрее, чем хотелось бы.

– Но об этом я тебе уже говорил, – добавляет он. – Так что ветчина и сыр. Давай помогу.

Мы вместе делаем сендвичи и несем их в сад, чтобы там перекусить. Мы останавливаемся в оранжерее, чтобы взглянуть на мамины картины.

– Совсем не разбираюсь в искусстве, но они мне нравятся, – говорит Джо.

– На мой взгляд, это главное. Ведь разве не в этом смысл? Нравится или не нравится?

– Думаю, да. Всезнайка.

– Я предпочитаю мегамозг.

Хихикая, он выходит вслед за мной в солнечный сад. Мы садимся на мягкую, упругую траву, и Джо вгрызается в сандвич.

Я тоже откусываю кусочек, хотя не особенно голодна. Мой желудок заполонили бабочки.

– Мне нравится этот дом, – замечает Джо.

– Уютный, правда? А твой паб расположен в таком чудесном месте! Ты живешь наверху?

– Да.

– Наверняка у тебя потрясающий вид из окна.

Он кивает:

– Моя спальня – единственное, что мне там нравится. Она выходит на поля, а не на заднюю парковку. Возможно, я бы ценил ее еще больше, если бы рядом постоянно не околачивались родители.

– Там шумно?

– Я не в этом смысле.

– Да я понимаю. – Я улыбаюсь, и он ласково прикасается к моему лицу.

– Могло бы быть шумно, если бы я проводил в спальне время, – объясняет он. – Но я предпочитаю гулять с Дайсоном. В любом случае чаще всего я работаю по ночам и поднимаюсь наверх последним.

– Ты так много работаешь.

– Да.

– Уже удалось скопить много денег на машину?

– Все идет как надо. Хотя они платят мне очень мало и часть денег я отдаю за аренду, поэтому нужно больше времени, чем мне хотелось бы.

– Может, устроиться куда-то еще, где лучше платят?

– Тогда придется уезжать и добавится проблема с поиском жилья. Но скоро я так и поступлю. Осталось продержаться еще несколько месяцев.

Меня переполняет печаль. Мы с Джо знакомы всего несколько дней, но мысль о расставании через шесть недель уже невыносима.

– Ты не голодная? – Он кивает на едва надкушенный сандвич.

– Нет, – качаю я головой.

Он ложится и притягивает меня к себе для поцелуя. Звук подъехавшего автомобиля заставляет нас друг от друга отпрыгнуть.

– Наверное, мама вернулась.

– Я лучше пойду. – Он встает.

– Тебе не обязательно убегать…

– Мне все равно пора возвращаться. Смена начинается через час.

– Ладно. – Я расстроена.

Он выходит на дорогу через садовую калитку. Я провожаю его и вижу, что мама пытается открыть дверь машины, не задев Дайсона. Пес начинает возбужденно лаять.

– Извините! – кричит Джо. Похоже, ему частенько приходится извиняться за свою дворнягу. Он спешит к машине, хватает Дайсона за ошейник и оттаскивает его, чтобы мама смогла выйти.

– Привет, – здоровается она. Немного прохладнее, чем обычно разговаривает с моими друзьями. Я начинаю нервничать. Похоже, она до сих пор не может простить вчерашнее поведение мамы Джо.

– Здравствуйте, миссис… Простите, я не знаю фамилии Элис.

– Симмонс, – хором отвечаем мы с мамой. – Но ты можешь звать меня Мэри. Хорошо погуляли?

– Да, прекрасно.

Я понимаю, что Джо волнуется, хоть и по другой причине, чем я, и проникаюсь к нему еще сильнее – если это вообще возможно.

– Мне нужно идти, – говорит он, с трудом удерживая Дайсона.

– Я тебя провожу, – говорю я, указывая на входную калитку. Он выходит и отпускает ошейник Дайсона. Собака уносится прочь.

Джо оборачивается, чтобы закрыть ворота, я остаюсь по другую сторону.

– Завтра будешь здесь? – спрашивает он.

– Завтра и ближайшие шесть недель, – с улыбкой отвечаю я.

– Пять с половиной, – поправляет он, и у меня екает сердце. – Зайти утром? – невозмутимо спрашивает он.

– Отличная мысль.

Ложь. До завтра ждать слишком долго.

– Хорошо. В девять не рано?

– Нет.

Лучше в шесть. А если в пять, я была бы счастлива. Сегодня вечером – вообще прекрасно. На самом деле, идеальный вариант – если бы ты не уходил вообще.

– До встречи. – Он смотрит через мое плечо на маму, достающую из машины последние сумки. Она заходит на кухню, и он начинает уходить.

– Джо! – кричу я, и он оборачивается. Я машу ему, чтобы вернулся, и наклоняюсь через калитку.

– Ты кое-что забыл.

Он улыбается и быстро меня целует, а потом отворачивается, чтобы уйти.

– Подожди, – я беру его за руку. – Какая у тебя фамилия?

– Стрикволд.

– Джо Стрикволд, – повторяю я.

– Не так-то просто выговорить. – Он делает шаг вперед, и мои пальцы соскальзывают с его бицепса в теплую ладонь.

– До завтра?

– Да, – киваю я, быстро сжимая его руку. Он уходит.

Глава 6

– Я вижу, ваши отношения продвинулись на новый уровень, – поддразнивает мама, когда я пружинящей походкой возвращаюсь на кухню.

– Ты все видела, да? – К моему лицу приливает кровь.

– Было сложно не увидеть. Тут же окно.

– Как прошел день? – Я спешу сменить тему. К счастью, она мне это позволяет.

– Прекрасно. Я ходила в Лалуорт-Коув, насобирала там всякой всячины. Нашла окаменелость, что-то вроде морской улитки. Хочу вернуться туда завтра утром. Тебе тоже стоит сходить. Там очень красиво.

– Гм, нет, не могу, – отвечаю я. – В девять за мной зайдет Джо.

– Опять Джо? – Ой. Знакомый тон. – А вы с ним не слишком часто видитесь?

– Боже, мама, мы знакомы всего несколько дней, – возмущаюсь я. Ненавижу, когда она задает мне такие вопросы. В конце концов, мне уже восемнадцать. – Я думала, ты хочешь, чтобы я нашла здесь друзей?

– Друзей? Так вы друзья? – с сарказмом спрашивает она.

– Сама знаешь…

– Я просто не хочу, чтобы страдала твоя учеба.

– Она не пострадает. Впереди еще куча времени. Я все сделаю, – заверяю я нарочито прохладным тоном.

Она улыбается:

– Думаю, ты знаешь, что делаешь.

– Знаю. Так что, покажешь окаменелость?


На следующее утро мы с Джо возвращаемся к Танцующему Рифу. Тревожное чувство не покидало меня всю ночь, а теперь только усилилось. Я не могу выпустить его из рук. Он такой теплый и идеальный. К моему изумлению, похоже, он чувствует то же самое.

– Я мог бы целовать тебя целый день, – говорит он.

– А есть тебе не надо?

– Нет.

– А пить?

– Нет.

– Мне тоже, – признаюсь я.

– Не могу оторваться от твоих глаз, – говорит он, вглядываясь в них, почти испытующе. – Самые зеленые, что я видел.

– Мне тоже нравятся твои глаза.

– Скучный карий.

– Они совершенно не скучные. В них словно есть какой-то внутренний свет. Они темные, но будто искрятся.

Он начинает смеяться.

– Не вредничай! – кричу я, хлопнув его по руке. – Знаю, звучит слегка банально, но это правда.

– Откуда твои родители? – вдруг спрашивает он.

– Оба англичане, но бабушка по папиной линии была китаянкой.

– Откуда она была?

– Из Пекина, но родители увезли ее в Британию еще в детстве. Мой дедушка был англичанином.

– Мне и не показалось, что в имени «Элис Симмонс» есть что-то китайское.

– Ну да.

– Ты знаешь язык?

– Китайский? Нет. Мне бы хотелось, но папа всегда говорит по-английски.

– Возможно, ты сможешь выучить его в университете.

Я задумчиво смотрю вперед.

– Хорошая мысль. У меня есть возможность взять языковой модуль. Надо будет узнать, когда туда приеду. – Я перевожу взгляд на него. – Се се!

– Что это значит?

– Спасибо, – улыбаюсь я. – За идею.

Он изумленно качает головой:

– Ну ты и мегамозг!

– Итак, Джо Стрикволд, когда ты приедешь навестить меня в Кембридже?

– Джо Стрикволд – ты даже не запнулась!

– Я упражнялась: Джо Стрикволд, Джо Стрикволд, Джо Стрикволд.

– Впечатляет. Элис Симмонс, Элис Симмонс, Элис Симмонс – о твое имя тоже можно сломать язык.

– Элис Стрикволд. Боже, так еще хуже.

– Придется мне сменить фамилию на что-нибудь попроще, прежде чем ты за меня выйдешь, – шутит он.

Меня охватывает легкая дрожь. Я понимаю, что слишком тороплю события.

– Эй, ты так и не ответил на вопрос.

– Насчет Кембриджа? – уточняет он. – Возможно, к тому времени ты будешь сыта мною по горло.

– Сомневаюсь.

– Ты не захочешь, чтобы я тебя стеснял, когда встретишь всех этих остроумных всезнаек.

– Уверена, ничего подобного не случится.

– Ты не можешь знать наверняка.

– Могу. Я не собираюсь встречаться с каким-нибудь пижоном из Кембриджского университета. В любом случае сомневаюсь, что я в их вкусе.

– Тебя не отвергнет ни один мужчина.

– Перестань! – смеюсь я. – Что за ерунда?

– Ты красивая.

Он пожимает плечами, словно это очевидно, хотя прежде мне никто такого не говорил.

– По-моему, ты тоже великолепен.

– Иди сюда, поцелуй меня.

Я делаю, как велели.


Наше расставание днем просто невыносимо. Часы без него тянутся медленно, как никогда прежде. Я еще никем так не увлекалась. И да, я называю это увлечением, хотя в голову уже не раз приходило слово на букву «Л». Голос разума твердит, что для подобных слов еще, мягко говоря, рано, но боже, как же он мне нравится. На самом деле, «нравится» – не то слово. Я обожаю его… Схожу по нему с ума… Нет, ни одна из этих фраз тоже не подходит. Я нуждаюсь в нем. Одержима им. Это больше похоже на правду. Хотя и не собираюсь ему об этом рассказывать. Он решит, что я не в себе, и сбежит куда подальше. Похоже, у меня период медового месяца.


Папа приезжает в пятницу днем, и за ужином я практически не могу сосредоточиться, пока он рассказывает о своей рабочей неделе. Уверена, мама знает, что со мной не так. Она распланировала для нас троих забитые до отказа выходные, и я уверена, что она пытается держать меня подальше от Джо, не зная, что он занят в пабе. После ужина я пытаюсь смотреть телевизор, потому что читать бесполезно, но даже это не помогает отделаться от мыслей о нем. Мне все время хочется пойти через поле к пабу, чтобы его увидеть, но я слишком боюсь встречи с его родителями.

Когда мама и папа отправляются спать наверх, я выхожу к калитке и стою там, вглядываясь во тьму. Глупо, но мне кажется, что так я становлюсь немного ближе к нему.

Жаль, у него нет мобильного и ему нельзя позвонить – он откладывает все деньги на машину.

Я сажусь на скамейку. Ясная ночь, в небе ярко светят звезды. В отличие от Лондона здесь нет оранжевого сияния от уличных огней. Это красиво.


Вчера я наконец раскололась и рассказала Лиззи про Джо. Восстановление ее мамы после операции проходит неплохо, хотя они еще не знают, удалось ли вырезать всю опухоль. На следующей неделе у Сьюзан начинается химиотерапия, и ей придется очень непросто, как и моей подруге, которая будет видеть, как ее мама проходит через настоящий кошмар.

Лиззи удивилась, что я встретила парня, – и удивилась еще сильнее, что я с ним целовалась. Мы обе думали, что будем вести здесь тихую жизнь. Она старалась делать вид, что очень за меня рада, но я-то знаю – ей хочется тоже весело поводить время здесь, и чтобы с ее семьей не происходили все эти ужасные вещи.

Похоже, мне пора отправляться в постель. Я собираюсь встать, но замираю. Это… Дышит собака?

– Джо? – тихо спрашиваю я.

– Элис?

Я встаю и бегу к калитке.

– Ты где? – шепчу я в темноту и вдруг вижу его, идущего со стороны поля. Дайсон уже у калитки, виляет хвостом. Он припадает к земле, готовый залаять, и мои рефлексы срабатывают куда быстрее, чем я ожидала, потому что я выбегаю из калитки, наклоняюсь к нему и начинаю гладить его что есть сил, прежде чем он успевает издать хоть какой-то звук. Я не хочу, чтобы он разбудил родителей. Их окна выходят на задний сад, но лучше не рисковать.

Джо подходит ко мне, я встаю и обнимаю его за шею.

– Что ты здесь делаешь? – восторженно спрашиваю я.

– Гулял с Дайсоном, и ноги сами привели сюда. Я тебя не преследую, – добавляет он.

– Я была бы не против.

Он улыбается:

– Зачем ты здесь сидишь?

– Тебя жду, – с улыбкой отвечаю я.

Его поцелуи нежны, даже нежнее, чем прежде. Мне вдруг хочется заплакать. Очень странное чувство.

Дайсон скулит и валяется в грязи у наших ног. Джо смотрит вниз, на него, а потом снова на меня. Странное желание заплакать исчезает.

– Твой папа приехал? – спрашивает он.

– Да.

– Они спят? – Он кивает в сторону дома.

– Думаю, да.

– Он бы убил меня, если бы узнал, что я сижу тут с его дочерью.

Я хихикаю:

– Мне уже есть восемнадцать.

– Неважно. Если бы ты была моей дочерью…

– Какая грязная мысль!

– Ой! – Он строит гримасу и тихонько бьет меня кулаком по руке. – Что делаешь завтра?

– Ты ведь работаешь, да? – уточняю я, прежде чем ответить.

– Да.

Ну тогда…

– Поедем в какой-то замок у моря.

– Портленд?

– Вроде да. Ты бывал?

– Нет. Но с удовольствием бы съездил.

– Поедем с нами?

– Не забывай, у меня работа.

– Скажи, что заболел!

– Ага, притом что родители сразу смогут это проверить? И проверят, – добавляет он. – Нет. В любом случае тебе нужно провести время с отцом. Не хочу быть незваным гостем.

– И не будешь! – Я упорно пытаюсь уговорить его, хотя понимаю, что он не придет.

Он улыбается и целует меня. Снова.

– Иди домой, – говорит он, отстраняясь и растирая мои руки своими всегда теплыми ладонями. – Ты замерзла.

– Иди посиди немного со мной на скамейке, – уговариваю я.

Он сомневается, но кивает.

– Хорошо.

– Заведи его внутрь, чтобы не лаял.

– Ладно.

Довольная собака протискивается через приоткрытую калитку, и я задерживаю дыхание, когда он забегает на парковку, хотя знаю, что проход в сад закрыт и он не сможет лаять под окнами у родителей. В любом случае мне уже все равно. Я удержу здесь Джо любой ценой.

Мы садимся на скамейку и прижимаемся друг к другу. Он обхватывает меня руками и набрасывает мне на плечи свое пальто. Я утыкаюсь лицом ему в шею.

– Щекотно, – хихикает он, и я его туда целую. – Перестань, – с тихим смехом говорит он. Потом наклоняется, чтобы поцеловать в шею меня.

– Ой, – шепчу я, стараясь не завизжать. И правда щекотно.

– Видишь? – Он поднимает в темноте одну бровь. Я поднимаю руку, чтобы прикоснуться к приколотому туда серебряному колечку.

– Больно было?

– Не очень.

– У тебя было много девушек?

Вопрос возник из ниоткуда.

– Не особенно, – отвечает он.

Что значит «не особенно»?

– Что значит «не особенно»?

Пусть он считает меня чокнутой, мне плевать.

– У меня ни с кем не было ничего серьезного.

– Что значит «серьезного»?

– Элис! – со смехом восклицает он. Он что, смутился?

– У тебя было много парней?

Он задает встречный вопрос, прежде чем я успеваю выпытать что-то еще, но я еще доберусь до сути. Он просто не знает.

– Нет, – отвечаю я, и добавляю с улыбкой: – Не особенно.

– Что значит «не особенно»?

– У меня тоже ни с кем не было ничего «серьезного».

Он больше не улыбается, как и я. Он нежно меня целует.

– Я не выдержу без тебя целые выходные, – бормочет он.

– Я тоже.

– Мне зайти утром, сходим погулять? У тебя будет время?

– Да.

Я найду время.

– А вечером, после закрытия, сможешь зайти?

Он кивает, и мы снова целуемся.

Глава 7

На следующий день я в ступоре гуляю вокруг замка Портленд, разглядывая работу Генриха VIII. Он построил замок в 1540 году в целях защиты от франко-испанского вторжения, и это все, что мне о нем известно, помимо того, что он очень большой и очень серый. Все остальное время я пребываю в другом мире. Хотя взгляды, которыми обмениваются родители, не укрылись от моего внимания. Папа пытается поднять вопрос, когда мы остаемся наедине.

– Мама рассказала, ты встретила мальчика.

У папы короткие каштановые волосы, как у моего деда, и узкие глаза, как у бабушки.

– Угу, – неопределенно отзываюсь я.

– Надеюсь, ты все же находишь время…

– Позаниматься, да, папа, – перебиваю я его с зевком. – Похоже, вы с мамой забыли, что я планировала поехать на эти каникулы с Лиззи, и вряд ли бы проводила все время за чтением в спальне, если бы она была здесь. Какая разница?

– Ну, – бормочет он. – Лиззи – это Лиззи.

– А Джо – это Джо. Он занимает у меня не больше времени, чем занимала бы Лиззи. Даже меньше, потому что ему приходится работать.

– Да, я наслышан.

– О пабе?

– О его родителях.

Я вздыхаю:

– Он совсем на них не похож.

– Может, и так, но никто не может избежать влияния генов.

– Джо избежал, – резко отвечаю я.

Не хочется напоминать ему о моем возрасте, но если он продолжит в том же духе, придется.

– Послушай, – уже мягче говорю я, – это последнее лето до моего отъезда из дома. Позволь мне им насладиться.

Он обнимает меня рукой за шею:

– Хорошо, милая. Я сказал достаточно.

Меня вдруг переполняет великодушие.

– Вам надо познакомиться. Я представлю его тебе на этих выходных.

Он кивает, и мы возвращаемся к уроку истории.


Обещанию папе придется подождать, потому что Джо приходит повидаться со мной только после полуночи, и мои родители к тому времени уже отправляются спать. Мы сидим на скамейке почти два часа. Когда он уходит, я совершенно разбита, и у меня не остается сил даже расчесать волосы или снять макияж. Я особо не крашусь – только тушь и немного карандаша для глаз – но мои ресницы точно слипнутся утром.

Будильник вырывает меня из глубокого, глубокого сна в семь утра. Я на автомате перевожу его в режим дремоты, но потом резко вскакиваю с кровати и спешу в ванную. Он должен прийти к восьми, а в девять мы с мамой и папой поедем смотреть «Великана из Серн-Эббас» – пятидесятиметровую фигуру, вырезанную на склоне холма, – а потом отправимся в Национальный парк Эксмор. Я не шутила, когда сказала, что мама распланировала забитые донельзя выходные.

Но к восьми часам Джо не появляется. В восемь двадцать пять я возвращаюсь домой, потому что начался дождь. К восьми сорока я уже лезу на стены, а без пяти девять начинаю всерьез беспокоиться.

– Может, он просто проспал, – успокаивает меня мама. – Поехали, милая, нам пора. У вас уже все равно не будет времени на прогулку.

Как бы мне ни хотелось, я соглашаюсь при условии, что мы поедем через паб.

Мы сидим в папиной машине и направляемся к главной дороге, когда я вижу его, бегущего через поле к нашему дому.

– СТОЙТЕ! – кричу я. Папа жмет на тормоза. Я вылезаю из машины и бегу. – ДЖО!

Облегчение, которое он испытывает при виде меня, ощутимо физически.

– Прости! – Он наклоняется вперед, тяжело дыша. – Я бежал всю дорогу.

– Где ты был? Я волновалась! – восклицаю я.

– Прости, пожалуйста. – Он выглядит виноватым. – Я проспал.

– Проспал? – Я хлопаю его по руке и усмехаюсь. – А я думала, с тобой что-то случилось! Уже собралась заехать в паб, убедиться, что все в порядке.

– Правда? – Он улыбается мне в ответ, по-прежнему тяжело дыша. – Ты была готова даже увидеться с моими родителями, чтобы узнать, как я?

– Конечно!

Он смотрит мне через плечо:

– Это твой папа?

– Да. – Я корчу гримасу. – Вчера вечером я должна была сказать тебе, что он хочет с тобой познакомиться.

Похоже, Джо обеспокоен.

– Хорошо, – выпрямляется он.

Мы с трепетом направляемся в сторону машины. Папа опускает стекло.

– Привет, – здоровается он, когда мы подходим ближе.

– Папа, это Джо. Джо, папа.

– Здравствуйте, мистер Симмонс. Миссис Симмонс, – кивает он маме, сидящей на переднем пассажирском сиденье, пока пожимает папину руку, высунутую из окна. Я рада, что папа остался в машине. Все и так более чем формально.

– Джим и Мэри, – дружелюбно говорит папа, направляя большой палец на себя и на маму. – Элис сказала, ты живешь рядом?

Джо указывает через поле:

– В пабе в соседней деревне.

– Может, мы заедем туда, когда поедем назад.

Похоже, мне пора возвращаться в машину.

– Было бы здорово, – отвечает Джо, и я внутренне содрогаюсь. У меня нет никакого желания возвращаться в паб в ближайшее время.

– Дай мне минуту, – прошу я папу, и он поднимает стекло. Я веду Джо к задней части машины, где нас не видно.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7