Буква «Ты»

Леонид Пантелеев

Буква «ты»

© Нюренберг И. О., ил., 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Че́стное сло́во

Мне о́чень жаль, что я не могу́ вам сказа́ть, как зову́т э́того ма́ленького челове́ка, и где он живёт, и кто его́ па́па и ма́ма. В потёмках я да́же не успе́л как сле́дует разгляде́ть его́ лицо́. Я то́лько по́мню, что нос у него́ был в весну́шках и что штани́шки у него́ бы́ли коро́тенькие и держа́лись не на ремешке́, а на таки́х ля́мочках, кото́рые переки́дываются че́рез пле́чи и застёгиваются где́-то на животе́.

Ка́к-то ле́том я зашёл в са́дик, – я не зна́ю, как он называ́ется, на Васи́льевском о́строве, о́коло бе́лой це́ркви. Была́ у меня́ с собо́й интере́сная кни́га, я засиде́лся, зачита́лся и не заме́тил, как наступи́л ве́чер. Когда́ в глаза́х у меня́ заряби́ло и чита́ть ста́ло совсе́м тру́дно, я захло́пнул кни́гу, подня́лся и пошёл к вы́ходу.

Сад уже́ опусте́л, на у́лицах мелька́ли огоньки́, и где́-то за дере́вьями звене́л колоко́льчик сто́рожа.

Я боя́лся, что сад закро́ется, и шёл о́чень бы́стро. Вдруг я останови́лся. Мне послы́шалось, что где́-то в стороне́, за куста́ми, кто́-то пла́чет.

Я сверну́л на бокову́ю доро́жку – там беле́л в темноте́ небольшо́й ка́менный до́мик, каки́е быва́ют во всех городски́х сада́х; кака́я-то бу́дка и́ли сторо́жка. А о́коло её стены́ стоя́л ма́ленький ма́льчик лет семи́ и́ли восьми́ и, опусти́в го́лову, гро́мко и безуте́шно пла́кал.

Я подошёл и окли́кнул его́:

– Эй, что с тобо́й, ма́льчик?

Он сра́зу, как по кома́нде, переста́л пла́кать, по́днял го́лову, посмотре́л на меня́ и сказа́л:

– Ничего́.

– Как э́то ничего́? Тебя́ кто оби́дел?

– Никто́.

– Так чего́ ж ты пла́чешь?

Ему́ ещё тру́дно бы́ло говори́ть, он ещё не проглоти́л всех слёз, ещё всхли́пывал, ика́л, шмы́гал но́сом.

– Пошли́, – сказа́л я ему́. – Смотри́, уже́ по́здно, уже́ сад закрыва́ется.

И я хоте́л взять ма́льчика за́ руку. Но ма́льчик поспе́шно отдёрнул ру́ку и сказа́л:

– Не могу́.

– Что не мо́жешь?

– Идти́ не могу́.

– Как? Почему́? Что с тобо́й?

– Ничего́, – сказа́л ма́льчик.

– Ты что – нездоро́в?

– Нет, – сказа́л он, – здоро́в.

– Так почему́ ж ты идти́ не мо́жешь?

– Я – часово́й, – сказа́л он.

– Как часово́й? Како́й часово́й?

– Ну, что вы – не понима́ете? Мы игра́ем.

– Да с кем же ты игра́ешь?

Ма́льчик помолча́л, вздохну́л и сказа́л:

– Не зна́ю.

Тут я, призна́ться, поду́мал, что, наве́рно, ма́льчик всё-таки бо́лен и что у него́ голова́ не в поря́дке.

– Послу́шай, – сказа́л я ему́. – Что ты говори́шь? Как же э́то так? Игра́ешь и не зна́ешь – с кем?

– Да, – сказа́л ма́льчик. – Не зна́ю. Я на скаме́йке сиде́л, а тут каки́е-то больши́е ребя́та подхо́дят и говоря́т: «Хо́чешь игра́ть в войну́?» Я говорю́: «Хочу́». Ста́ли игра́ть, мне говоря́т: «Ты сержа́нт». Оди́н большо́й ма́льчик… он ма́ршал был… он привёл меня́ сюда́ и говори́т: «Тут у нас порохово́й склад – в э́той бу́дке. А ты бу́дешь часово́й… Стой здесь, пока́ я тебя́ не сменю́». Я говорю́: «Хорошо́». А он говори́т: «Дай че́стное сло́во, что не уйдёшь».