Регина. Детство

Ольга Семина

Регина. Детство

Глава 1. Тихая гавань.

Аннотация

Эта книга посвящается моим дорогим и любимым родителям, благодаря которым я стала той, которой являюсь сейчас. Все мое детство было пронизано ощущениями тепла и безопасности. Это являлось для меня ощущением «дома». Читая данную книгу, надеюсь, что читатель вновь сможет почувствовать себя ребенком через теплоту моих детских воспоминаний.

Время-песок, утекающий стремительно сквозь пальцы.

Песчинки-воспоминания, наполняющие нашу жизнь.

1.

Медные пряди волос Регины светились на солнце, звонким пением птички радовались тёплым дням. Учитель физкультуры, Сергей Анатольевич, добрый, семидесятипятилетний сухопарый, подтянутый, высокий и абсолютно не сгорбленный болезнями старости мужчина стоял недалеко от строя ребят пятого класса. Мальчики и девочки всегда предвкушали его задания на уроках физкультуры. Несмотря на свой возраст он умел организовать урок так, чтобы все были заняты и довольны своими успехами. Ему нравилось работать в школе, жизнь здесь кипела, от того он и не уходил на пенсию находясь в столь почтенном возрасте.

«На старт! Внимание! Марш!», – чеканно отбивалась эхом по всему стадиону. Крики детей неописуемый восторг, все обнимающая атмосфера царила на территории спортплощадки. Холодная свежесть и влажность травы смешалась в воздухе.

«Теперь Регина и Настя!»

Девочки вышли на полосу старта. Они были напряжены, сосредоточены и немного напуганы. Раздался свисток и как пара породистых лошадей, они быстро начали набирать разбег, переходя постепенно полностью на галоп. Со скоростью летящей стрелы они преодолели практически синхронно финишную полосу. Отдышавшись, порадовались за успехи друг друга, ведь Настя и Регина были друзьями. К сожалению детей, прозвенел звонок с урока. Это значит надо бежать за портфелями и идти на английский. Регина была распределена в немецкую группу.

Классный руководитель, женщина шестидесяти лет, с постоянно накрашенными красной помадой губами, почти уговаривала детей из её класса пойти в немецкую группу. Школьники упирались, все хотели быть современными, чтобы эти знания для чего-нибудь им сгодились в дальнейшей жизни. Валентина Степановна представила детям двух не молодых учителей: Людмила Владимировна Козусева – учитель английского языка и Вера Васильевна Углова – учитель немецкого языка. Затем по списку она называла фамилии ребят, а те отвечали коротко: английский или немецкий. Очередь дошла до Регины, все ее друзья выбрали английский. Однако, она ответила «Немецкий». Все повернулись, странно, совсем не глупая девочка, а выбирает никому не нужный немецкий. Регина знала от старшей сестры, Лены, что английский преподавался очень слабо Людмила и Владимировной. От Веры Васильевны же веяла какой-то надежностью, дисциплиной, хотя она и видела её впервые.

Огромная крона деревьев была видна в окно кабинета второго этажа. Яблони обширно разрослись и заполнили всю приусадебную территорию. «Ребята! Но! Давайте, ещё двое в немецкую группу! Кто-нибудь!», дети тихонько хихикали, но никто не хотел переходить. Вера Васильевна улыбалась, она понимала, что чем меньше группа, тем выше будет результат обучения. Людмила Владимировна тоже понимала, что группа слишком большая и ей это очень не нравилось, но и сделать с этим она ничего не могла. В немецкую группу из 25 ребят записались только 10, остальные пошли на английский.

Регина, придя на урок по немецкому языку, радовалась, что у неё появился предмет, который отличался от всех и был ей очень интересен. В период, когда не было компьютеров дома, телефоны были только стационарные и то ни у всех; для нее было чудом узнать что-то совсем другое. Звучание немецкого языка было таким своеобразным понятным для неё и учителя и совсем непонятным другим. Это и было удивительным. Не похожее ни на что, что-то космическое и как будто тайное для всех, завораживающее, манящее.

Регина читала книги из домашней библиотеки родителей и бабушки, которую она посещала на каникулах. В библиотеке тоже был не великий выбор для чтения. Регина иногда приходила туда. Но к пятому классу она поняла, что найти интересную книгу ей самой тяжело, а сотрудники библиотеки работают в формате «вопрос-ответ». То есть, если нет конкретного автора и названия, то ответ будет в виде пожатия плечами библиотекарем. Очень сложно найти книгу для человека, не знаю его характера, привычек.

Первый урок прошёл тихо и спокойно, даже Женька, который постоянно срывала уроки сидел смирно и работал. Восемь человек старательно писали в тетрадках буквы, а после пробовали читать слова. Второй урок был уже начат с небольшой проверочной. Строгая учительница невысокого роста, около 160 см, в удобных туфлях на плоской подошве, серой юбке и красной блузке смотрела на детей светло-голубыми глазами и спрашивала слова по-русски, они же должны были отвечать на немецком. В дальнейшем это уже стало традицией. Регине нравились эти проверки, она обладала хорошей памятью, но плохим вниманием. Все работы она писала на «отлично», в отличие от других ребят. Регина никогда не хвасталась своими способностями. Да и зачем, они, итак, были очевидны другим.

Родители Регины к слову сказать, были тоже далеко не глупыми людьми, но часто они недооценивали себя. Папа в своём детстве, в большинстве времени рос с бабушкой. Он плохо учился, от того, что им не занимались его родители. Им было некогда, частые ссоры занимали всё их время. В итоге все эти перебранки закончились разводом. Мама нашла другого мужчину, отец был женат после ещё пять раз. Естественно, до Сергея, отца Регины, не было дело никому, поэтому он часто убегал с уроков на речку или в лес, где природа успокаивала его, как мать и отец, которых у него, по сути, не было. После развода мать снова вышла замуж за умного, статного мужчину; тогда она не подозревала, что, когда они находились оба в браке, это имело для него эффект новизны, но после узаконивания их отношений всё сойдёт на нет. К тому же от первой жены у него было пятеро детей, а его жена, очень красивая женщина, просто не выдержала в какой-то момент, похождения своего мужа, покончила с собой. Мать Сергея, Тамара, знала, что у её жениха есть жена и дети. Но это её не останавливало. Ее мама и сестры часто пытались отговорить ее от «выгодного жениха», но нет, ничего не получалось. Николай, муж Тамары, отец Сергея тоже не испытывал особого интереса к сыну и после развода также быстро женился и вычеркнул его из своей жизни. Сергей же, десятилетний мальчик, приходя домой очень быстро понял, что это больше не его дом. Даже большой роскошный дом, сад с цветами, беседка и качели не могли заменить или дать даже хоть каплю любви, родительской заботы. Поэтому в конечном итоге он переехал жить к бабушке, доброй, понимающей, недалеко живущей от дома ее матери женщине. Место у неё дома не было, не было и огромного дома, как и сада с беседкой и цветами. Всего было две комнаты. В одной была кровать, в другой диван и стол. В комнате жила с ней младшая дочь, на диване спала Бабушка, а под кухонным столом спал Сергей, папа Регины, тогда ещё десятилетний, беззащитный подросток. Бабушка вырастила его добрым и очень отзывчивым, даже чересчур отзывчивым считала Регина. Так ведь и есть на самом деле, те кто не могут помочь себе, залатать свои душевные раны, часто помогают всем, стремятся утешить и излечить каждого насколько хватает их сил. У Сергея же была не просто рана, сквозная дыра, состоящая из безразличия, ненужности, равнодушия людей, которые первый должны были защищать от враждебно настроенного мира, от передряг, встречающиеся любому человеку в детстве. Вся эта нескончаемая череда трагичных событий, ударов судьбы поспособствовала тому, что он сам вынужден был бороться за себя, утешать себя. Он рано начал ходить в лес, на рыбалку, кататься один и с другом на лыжах, драться, бить других, отбиваться от собак. А когда ему становилось горько, что с ним так всё произошло, что он, по сути, сирота при живых родителях, он уходил, уезжал на природу для восстановления. Никто не мог заменить ему родителей, поэтому будучи даже уже взрослым обиженным, он постоянно как бы пытался получить внимание матери, её заботу, любовь. Всё тщетно в ее груди был давно запечатан гранитный камень. Тамара видела в сыне, не родного сына, а бесплатную рабочую силу, которую она с лихвой использовала. Сергей видел, что она его лишь использует и каждый раз его это возмущало, волновало, глубоко ранило, он мог грубо ответить ей, но всё равно всегда приезжал и работал на благополучие её новой семьи. С отчимом они были чужие. У отчима с его мамой родилась дочь, Света, которая купалась во внимание родителей. Она была избалованна, надменна и принимала все их хлопоты вокруг неё как должное. Такое же отношение унаследовала и её дочь Вика. Видимо, в этой семье всё наследуются через отношения к родителям. Две дочери Сергея, Елена и Регина были скромными, воспитанными, сообразительными девчонками. Вика же, как специально, пошла в свою мать, не имела тяги к образованию, спорту и кажется, кроме времяпрепровождения дома и растраты денег направо и налево не обладала никаким талантом.

Наталья, жена Сергея, мама Елены и Регины, также имела не самую высокую самооценку. Хотя сложно судить о человеке, не побывав на его месте. Против поездок к матери Сергея, Тамаре, Наталья не сопротивлялась и думала, что, возможно, это сможет наладить их отношения, сына и матери. С каждым разом эти поездки заходили всё дальше, сначала помочь, потом уже обязан. Она поняла, что она никогда не сможет заменить Сергею мать, а агрессия на нарциссическую мать вымещается на неё. Наталья хотела занимать только своё место, только свой стул, стул жены, не матери.

Родители Натальи были простыми людьми, не стремящимися накопительству, богатству. В семье Натальи было пятеро детей, между собой дружные ребята. Своим дочерям она часто говорила, что её воспитывали в духе послушания, ведь родителям нельзя перечить. Однако, здесь через несколько лет её терпение лопнуло, она отказалась ездить каждые выходные к Тамаре, чтобы убирать, готовить, полоть, садить, копать, косить. Сергей часто ездил один. Он понимал, что это брешь в груди, пробитая его матерью, влияет на все последующие отношения в жизни и справиться с ней он не мог.

Лене и Регине нравилась их семья. Сергей много занимался с ними: учил их кататься на велосипеде, плавать, драться, играть в баскетбол, в шахматы, шашки, карты. Каждое воскресенье они проводили в роще на лыжах; часто ходили на концерты, в цирк. Возможно, поэтому Лена увлеклась танцами, даже выступала на сцене. Много посещали разных выставок, спектаклей. Часто играли всей семьёй в жмурки. Культурно-досуговая программа была организована на пять с плюсом. Многие дети даже завидовали, видя, как искренне он заботится о своих детях, какое участие он проявляет к ним. Одним словом, Сергей делал всё, чтобы его дочери никогда в своей жизни не почувствовали, то, что почувствовал он свои 10 лет и последующие подростковые годы. Наталья полностью поддерживала его в этом. Они любили друг друга, это было главное для них. Конечно, ругались как все, но это были всегда временные штормы в этой тихой гавани.

Глава 2. Другая.

На улице ударили первые заморозки. Снег шел уже несколько дней. Маленький город N засыпало снежной солью, наполняло уютом, затопленных печей маленьких частных домиков. Деревянные двухэтажные бараки стояли, нахохлившись в ряд. Дворник уже с утра колотил крыльцо от льда.

«Здравствуйте!», – звонко обратилась Регина к дворнику, спускаюсь по крыльцу. Она его знала, он работал с того момента, как они переехали в эту квартиру.

Сегодня суббота, а значит всего три урока. «Люблю субботу», – подумала она. Знала бы она, что эта мысль в ее в голове закрепиться на долгие годы еженедельных субботних утр.

«Здравствуйте», – дворник остановился, подождал пока она прошмыгнет мимо. Наполняясь чувством довольства, вспоминая вкусный завтрак с отцом, который пришёл со смены и по своему обычаю сделал ей кофе с молоком, она шла бодрым шагом по двору. Из дома напротив выглянула заспанная девочка Настя.

«Привет!»

«Привет!», – Регина улыбнулась.

Настя хотя и была из неблагополучной семьи, но почему-то они быстро подружились. Семья не определяющий фактор, важный, но не определяющий. Много учёных, писателей и просто очень талантливых людей появились в этих самых благополучных семьях.

Выйдя из своего двора сзади, их догнал Пашка из 6-го подъезда. «Подождите меня!» Все в сборе можно идти. Своей разно массовой компанией они двинулись к школе, ломая лёд под ногами.

В здании школы было тепло, краснощекие дети сняли тёплые куртки и побежали вверх по лестнице мимо дежурных и других школьников. На втором этаже, подходя ближе к столовой, они почувствовали притягательный запах свежей выпечки. У кабинетов стояли толпы детей, ждали учителей. Неистово громко аж до звона в ушах прозвенел звонок. Учителя один за другим выходили хороводом из учительской. К шестому классу шёл плотный мужчина со шрамом на лице и без двух пальцев на правой руке, учитель ИЗО. Иногда он вел себя грубо с мальчишками, мог поднять их за шкирку и выкинуть из класса, как маленьких разбаловавшихся котят. Кроме ИЗО он вел труды у мальчиков, черчение в старших классах. К Регине он относился с уважением, она очень хорошо рисовала, так как ходила после школы ещё в художественную школу и на секцию коньков. Поэтому, когда у них начался блок живописи, то все нарисованные Региной огурцы, помидоры, лук, морковь и другие овощи, представленные как пособие для обучения, были немедленно после урока конфискованные с целью представления их на школьной выставке. Как и косметичка, сшитая ею из парчи бежевого цвета в золотую полоску на уроке трудов. Регина не любила шить, не умела, но хорошо видела, благодаря развитому художественной школой вкусу, что с чем лучше, красивее сочетается. Ее часто хвалили учителя, что вызывало зависть у других детей.

Когда в очередной раз Виктор Геннадьевич в восхищение поднял рисунок Регины, показывая другим, Саша, которая завидовала тому, что имела Регина: семью, художественные способности, любящих родителей, старшую сестру, внимание учителей и много ещё чего крикнула: «Конечно, опять её рисунок показывают! Она же в художественную школу ходит!» Регина почувствовала ощущение, как будто её уличили в чём-то незаконном, в воровстве или обмане. Виктор Геннадьевич сказал: «Ну и что?! Что теперь? Да, ходит. Это ведь красиво!» Дети всегда с изумлением смотрели на её работы. Она как будто всегда была выше их. Таких детей было несколько. Они общались между собой и, естественно, учителя, чтобы сохранить эту ячейку, садили их вместе за парты. Пашка и Настя не входили в это число. Чем дальше шло время, тем становилось сильнее, заметнее разделение ребят на тех, кто хорошо учился, средне и совсем плохо. Пашка и Настя учились совсем плохо. Регина не пыталась их подтягивать, ей нравилось с ними, она знала их ещё до школы, ценила не за оценки, а за то, что они были добры по отношению к ней. Местами ей было непонятно, почему мама и папа Насти пьют или Пашкины родители развелись и теперь он живет с мамой и старшей сестрой. Непонятно, почему их родители не проводили время с Пашкой, Настей, в отличии, как родители Регины проводили время с ней и сестрой. Поэтому, когда одноклассники пытались высмеять её за что-то, за зубы, за кудрявые, русые волосы, отливающие медью, небольшой рост, это било по ее самооценке оставляла небольшие следы удара, но отскакивало от неё. В детстве дети очень жестокие судьи по отношению друг к другу. Никто не выходит не осмеянный оттуда. Не важно за что, за внешность, фамилию, происхождение. Родители на этом пути- друзья, старшие товарищи, которые с рождения дают оценку тебе, показывают, как строить взаимоотношения с окружающим миром. Если твой друг постоянно пьян, не обращает внимания на тебя или бросает тебя, оставляю без поддержки жестоким миром, ты становишься мягким как глина для того, чтобы другие люди, не заботящиеся о твоём благополучии, лепили из тебя, что им хочется, утоляли свою жажду боли, потому что они сами остались в мире без самых важных друзей, родителей.

«Сегодня рисуем профиль женщины»– объявил Виктор Геннадьевич. Он подошёл к доске, взял мел и медленно стал выводить женское лицо, затем короткими отрезками набросал ей локоны волос, сделал волнистую чёлку. Этот процесс он провёл несколько раз. Дети не спеша вырисовывали у себя в альбомах. На ИЗО Регина сидела с Наташей, спокойной, волевой, белокурой, голубоглазой девочкой с точеными чертами лица. Её внешняя изящная красота никак не совпадала с тем, что она уже много лет посещала секцию борьбы и даже ездила на соревнования. Регина была не против дружить с ней, но Наташа входила в другую компанию. Компанию очень развитых девочек, которые вели себя вульгарно, вызывающе не по годам. Они вешались на мальчишек, курили, пили алкоголь, часто не ночевали дома.

После ИЗО должно быть две литературы. Самый скучный в мире предмет, по мнению Регины. Ее забавляли рассказы, повести. Заучивание стихов было просто пыткой. Ещё с первого класса, разучивая стихи с мамой, затем рассказывая их у доски перед классом, она заметила за собой особенность. Каким-то странным образом слова из стихотворения выстраивались у неё в голове не в стихотворной форме, а в прозе. Те же самые слова, которые были в стихе, она меняла местами, сохраняя смысл, заложенный автором. Учительница только удивлялась, как ловко она делает замены, она никогда не снижала за это оценок.

Валентина Степановна, красногубая учительница, была просто полностью поглощена своим предметом. Две литературы проходили как поэтические чтения. Валентина Степановна ставила стул посередине и начинала читать. Сначала это были стихи Фета, Блока, затем на втором уроке она читала рассказы, которые ей самой нравились. Дети уставали от такого стиля проведения, к концу второго урока, они уже лежали на партах, немного засыпая. Только звонок с урока оживлял их и полностью мобилизовывал. Сонные ребята хватали рюкзаки, бежали в раздевалку и домой.

Регина с Пашкой уже пошли через свой двор, как Пашка сказал: «А пошли дальше.»

«Куда?», – спросила Регина.

«А вот туда.»– показал рукой на два двухэтажных здания из кирпича и проход между ними.

Регине были известны эти места, они все облазили своей компанией. Они пересекли проход между зданиями, с другой стороны одного из зданий, на первом этаже которого были магазины одежды, продуктов, парикмахерской. Дорога же была перекопана и разбита, видимо, снова проверяли городские сети. Огромные лужи превратились в хрустальные катки. «О! Пошли!», – сказал Пашка. Ему не терпелось проверить крепость льда. «Осторожно!»– Регина шагнула с опаской ботинком на хрупкий лёд. Он начал трескаться, белые нити расползлись от её стопы во все стороны, лёд не лопнул.

«С чего ему ломаться! На улице -20!», – сказал Пашка с умным видом, искоса глядя своими карими глазами на Регину. Они начали проверять и другие лужи и так вошли в азарт, что совсем забыли про Настю, им было весело.

Тут раздался голос среди треска льда, смеха и веселья. Это шла Настя. Сбитая фигура, не имеющая лишнего веса, появилась на горизонте.

«Ау! Ау! Ничего не забыли?», – с хитринкой спросила Настя и в тот момент показалось, что даже её веснушки начали смеяться у нее на носу, щеках.

Регина И Пашка остановились. Пашка поправил шапку, затронув белокурую чёлку. «Нет! Не забыли! А тебе что надо?», – нагрубил Пашка. Вероятно, он был возмущён тем, что их веселье нарушили. Он уже давно предлагал Регине нести её портфель до дома. Она отказывалась. Настя же, видя это, говорила: «Понеси мой!». «Ещё чего!», – бурчал Пашка. «Сам хочешь нести! Вот! На! Неси!», – не понимала Настя, в конце концов отступала и все тащили свои рюкзаки сами, ни капли не обижаюсь, но кроме Пашки, наверное. Настя посмотрела на Регину: «Ничего?» «Да, нет. Ничего.», – не смело ответила Регина. «Ну тогда я пошла!» Настя уже развернулась в надежде, что сейчас ситуация изменится. Минуту простояв, она повернулась: «Растеряша!», – она стала расстёгивать замок ранца, доставать пакет со сменкой. Это были кроссовки Регины. «Ой!», – у Регины едва не навернулись слёзы. Как это произошло, что она оставила пакет со сменкой на лавке у раздевалки. «Ой! Всё потеряла!», – Настя, как строгая учительница заговорила. «Моя сменка! Спасибо, Настя!» «Пожалуйста, больше не забывай!», – Настя расплылась в улыбке, а голубые глаза стали совсем добрыми, мягкими. В такие моменты Регина понимала, за что она любит Настю. «Ладно, мне домой пора.» «Я тоже домой», – ответил Пашка. «Кто со мной на базу? – заявила Настя. «Зачем?»– спросила Регина. «Просто», – жестами, показывая, как передает ящики с пивом. Пашка и Регина ухмыльнулись, ничего не поняли. Дети побрели домой, Настя на оптовую базу напитков.

Оптовой базой владел муж Светы, Женька. Мама Регины, Наташа была кладовщиком на этой базе. База находилась на первом этаже в том же доме, в котором жила Регина. С балкона можно было наблюдать все отгрузки, которые происходили. Наташа знала всех предпринимателей этого города. Вечером Регина, Лена и папа смотрели телевизор, когда мама пришла с базы. Она поставила чайник и зашла в зал. «Что делаете?», – спросила мама. «Кино смотрим», – по-доброму посмотрел папа на маму. «Может поедим?», – спросила мама. Все быстро подскочили, запрыгали. Все были рады, что все вместе. За столом каждый что-то говорил. Тёплая атмосфера семьи, где всех любят, где рады друг другу. «Кстати, Регина, Настя на базе ящики таскает, ее мама знает, что она работает с парнями-грузчиками? Скажи ей, она же надорвется, нельзя. Она же девочка.» Регина знала из-за чего Настя таскает ящики на базе. Деньги. Она получала небольшую сумму за свой труд. После шла на рынок и покупала, что хотела, чипсы, сухари, печенье, газировку. Она не ждала своих родителей, а находила способы получить желаемое сама. Такая маленькая взрослая поднимала тяжелую ношу ответственности за своих родителей.