Олеся Оленичева.

Шахматная партия



скачать книгу бесплатно

Из размышлений её вывел писк младшей сестрёнки, которая тянула за руку и звала домой. Опомнившись, она поняла, что всё это время полёта стояла и нагло пялилась на Никиту. Осознав своё бедственное положение, она резко отвернулась и стремительно зашагала домой. Да так быстро, что сестре пришлось скакать за ней вприпрыжку.

Марта же стояла рядом и молча наблюдала за этой сценой. В её глазах читалось удивление, и только теперь она начала понимать странное поведение своей подруги. Когда Марта посмотрела на Никиту, ему ничего не оставалось, как пожать плечами, попрощаться и направиться в сторону своего подъезда. Так и остался этот день в недосказанности. Но также он внёс свои коррективы в жизни каждого.

Домой Ева влетела как ракета, которая произвела выброс топлива. Адреналин гулял по крови, и это было невыносимо. Слишком большое количество, поэтому сложно справиться.

«Как дура! Как дура! – кружилось в голове. – Это же надо было так опозориться! Теперь весь двор будет надо мной смеяться», – не выдержав такого напора чувств, она разрыдалась в подушку.

Мама проявила мудрость и дала дочери время успокоиться, а пока занялась Лерой в соседней комнате. Она уже давно заметила изменения. Ведь хорошо знала свою дочь и прекрасно понимала, что если Ева сама не захочет поделиться, то её бесполезно о чём-либо спрашивать. Ну и, конечно же, догадывалась, что это всё из-за нового мальчика, которого все очень бурно обсуждали во дворе. И как бы ни хотелось подойти к дочери и обнять, приласкать и ободрить, она понимала: ещё не время. В таком состоянии любой человек не готов воспринимать какую-либо информацию, а жалость спровоцирует ещё больший поток слёз.

В этом возрасте всё может полететь прахом в один миг. Каждая маленькая трагедия разыгрывается в мозгу подростка до неимоверных размеров. И слышать в такие моменты слова «всё будет хорошо» – это равносильно непониманию всей масштабности трагедии. Это ещё больше отталкивает подростка и увеличивает пропасть между ним и родителями. Поэтому оставалось только ждать, пусть сердце матери и сжималось от осознания того, что её ребёнку сейчас плохо, но помочь она ничем не могла.

Все мы, в определённые моменты жизни, переживаем этот этап. Конечно, каждой матери хотелось бы, чтобы её ребёнок пережил его без сильных потрясений. Но ни одной ещё не удалось уберечь от первой любви своё дитя. Единственное, что остаётся, это хотя бы «подстелить» помягче, чтобы при падении ребёнок не сильно пострадал.

Сердце матери немного успокоилось, когда слёзы дочери закончились, и можно стало ненавязчиво заглянуть в комнату, и, может быть, удастся вывести её на разговор. Этот порыв остановил телефонный звонок:

– Алло, – тишина. – Алло! – более настойчиво, произнесла мама Евы.

Ей ничего не ответили, но в трубке отчётливо слышалось дыхание, которое говорило о том, что это далеко не сбой на линии.

– Ох уж эти подростки!

Заглянув в комнату, она отдала трубку Еве:

– На, это видимо тебя.

Взяв трубку, Ева услышала только короткие гудки.

Всё внутри сжалось от ощущения потери, но сознание подсказывало, что это он. Она прижала трубку к груди, умоляя повторить попытку… и он не заставил себя долго ждать. Не сговариваясь каждый из них знал, что должен сделать. Она ждала – он позвонил.

Она подпрыгнула от внезапности звонка, руки задрожали и покрылись испариной. Сердце чеканило свой особый ритм. Паника сковала. А что она ему скажет? Но желание услышать его голос победило, и она сняла трубку, прислушиваясь к тишине. Голос Никиты застал её врасплох, и Ева невольно вздрогнула:

– Привет. – Такое ощущение, будто он обращался напрямую к её сердцу.

Она ещё сильнее вцепилась в трубку и, запинаясь, смогла выговорить:

– Привет. – Молчание повисло между ними, и оно было гораздо красноречивей, чем слова. Им обоим, так много хотелось сказать друг другу, но что-то мешало.

– Я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи, – только и смог произнести он дрожащим голосом.

– Спокойной ночи, – повторила его слова Ева… гудки… и облегчение.

«Значит, я тоже ему нравлюсь!» – довольно подумала она.

После звонка тревога испарилась, и осталась только уверенность в себе, завтрашнем дне… и в нём.

На следующий день Ева отправилась на прогулку, возлагая большие надежды на встречу. Как обычно, друзья собрались во дворе, но не хватало самого главного человека в её жизни. Один из друзей зашёл за Никитой, но его не оказалось дома. Компания разделилась на две команды для игры в «Казаки-разбойники», так и прошёл вечер. Одна часть Евы развлекалась, а вторая томилась в ожидании.

Когда начало темнеть, ей ничего не оставалось делать, как в расстроенных чувствах отправиться домой. Открыв дверь квартиры, она почувствовала манящий запах ужина и услышала ласковый, наигранно безразличный голос матери:

– Ева! Тебе звонил какой-то мальчик и просил перезвонить ему, как придёшь с прогулки. Вот его номер, – сунув листок бумаги дочери в руки, она ушла обратно на кухню, бросив многозначительный взгляд.

– Да, кстати, иди ужинать, – повседневным тоном, добавила мама, а Ева бросилась в комнату.

Сердце таранило грудную клетку, а руки пробрала мелкая дрожь, которую, казалось, уже ничем не остановить. Телефон… Где телефон? Мысли бежали с огромной скоростью, сбивая одна другую. Куда бежать? За что хвататься? И что нужно сделать?

«Так, Ева, возьми себя в руки! Соберись, возьми в руки телефон и просто набери номер! Ага, легко сказать, но сложно сделать!» – мысленно отчитала себя она.

Чёткое понимание, что нужно сделать и связанное по рукам и ногам тело, сжатые крепко челюсти, которые предательски не дают даже открыть рот, не говоря уже о том, чтобы произнести хоть одно слово. Казалось, ничего не может уже победить это нелепое состояние.

«Так, нужно сделать два глубоких вдоха – выдоха и успокоиться!» – только через пять минут дыхательной гимнастики Еве удалось расслабиться и набрать заветный номер телефона.

«Только бы он сам взял трубку, только бы он сам…» – судорожно умоляла она.

– Алло! – непрошеная слеза покатилась по щеке: выходили ранее пережитые эмоции, и вся гимнастика пошла насмарку.

«Да, что происходит?! – уже вмешалась злость на свою слабость. – Неужели так сложно просто сказать „привет“?»

Это всего лишь маленькое невинное слово, которое совсем не сможет выдать всей палитры чувств, плещущихся в маленьком теле.

– Привет, – охрипшим голосом наконец-то смогла вымолвить Ева.

– Привет, Ева! Что у тебя с голосом? Ты что, заболела? – забеспокоился Никита.

«Вот, что он делает? Переживает или стебётся надо мной?» – подумала она, и тут же ответила: – Нет, просто во рту пересохло, я тут… пела… да, пела, немного. А ты где был сегодня? Мы заходили за тобой, чтобы гулять позвать. Мама твоя сказала, что тебя нет, – затараторила она.

– Я был немного занят. Ты сможешь на несколько минут к подъезду выйти? Я подойду, надо поговорить.

– Да, конечно, сейчас выйду, – от волнения она даже забыла, что на улице уже поздно, и надо бы отпроситься у мамы.

Пробежав мимо удивлённых родителей, она начала обуваться в коридоре.

– Ева, а ты ничего не забыла? – возмущённо спросила мама.

– Я надену куртку, мам, я не замёрзну, – не поняв вопроса, выпалила она.

– Если ты не поняла, то я не об этом! Ты куда собралась? – в недоумении одёрнула мать.

– Мам, ну мне очень надо! Я ненадолго, я к подъезду, я никуда от подъезда не отойду, обещаю, на пять минуточек всего, – умоляла Ева.

– Посмотри, на улице уже темно, – неумолимо стояла на своём мама, но, когда увидела, что по щекам Евы потекли слёзы, она поняла, насколько для неё важны эти пять минут.

– Пять минут, не больше! И от подъезда ни на шаг!

Ева схватила кофту и выбежала из квартиры, словно боялась, что мама может передумать. Когда она вышла на улицу, её сердце рухнуло прямо в пятки, воздух куда-то исчез, а дышать стало невозможно. Прямо перед ней стоял тот самый объект её обожания, который не давал ей спокойно существовать вот уже несколько недель.

Лето близилось к концу и вечера становились холоднее, поэтому Ева смогла быстро прийти в себя, получив порцию пронизывающего воздуха в лёгкие. Если бы не сумерки, то было бы видно, как её щёки предательски накрыл румянец.

Никита сидел на маленьком заборчике возле подъезда и крутил в руке ромашку. Увидев Еву, он выкинул цветок в траву и быстро подскочил на ноги. Зачем он это сделал? По его грандиозному замыслу, именно эту ромашку он планировал подарить Еве. Но по каким-то необъяснимым причинам его план провалился. Он так уверенно чувствовал себя, когда готовил речь, шёл к подъезду. Даже ожидание его не волновало. Но в самую ответственную минуту всё самообладание и уверенность в себе испарились. И что теперь говорить? В голове всё перемешалось. Единственное желание, которое не покинуло его – это прикоснуться к ней.

Он после вчерашнего звонка всё обдумал: что хочет сделать, что сказать, о чём спросить. Всё казалось предельно ясно, совсем по-другому, нежели сейчас. В эту минуту сама природа пришла им на помощь и подсказала. Сильный порыв ветра заставил Еву съёжиться от холода.

– Замёрзла? – робко спросил Никита и кинул взгляд на естественно алые губы Евы. Не пухлые и не узкие, но такие привлекательные, что он частенько любовался ими.

– Немного, – застенчиво ответила Ева, он тут же снял куртку и накрыл её плечи. От прикосновений по телу пробежал ток, разгоняя мурашки.

03.03.2016 г./Олеся Оленичева
Глава 3

Всё это время две пары глаз с интересом наблюдали за их действиями. В одном взгляде читалось упоение от зарождавшегося чувства, а в другом – физическое сладострастие.

– Посмотри, что творит похоть! Как это прекрасно, так неумело, но возбуждающе! – не выдержав, воскликнул Люцифер.

– Это первая любовь, – поправил его Яхве, – но тебе не понять…

– Пф! Я не верю в любовь. Я отсюда чувствую запах страсти, я чувствую всплеск их гормонов. Ещё немного, и их разорвёт от этих эмоций и тогда их будет не удержать. Какая же это любовь?! Просто пока ещё у них мозгов не хватает для того, чтобы понять, что нужно делать дальше, – усмехнулся Люцифер, уверенный в своей правоте. – Думаю, самое время разыграть право первого хода. Предлагаю так: если их поцелуй будет страстным и пылким, то хожу я, если похоть уступит место более возвышенным чувствам, и они не перейдут грань, то первый ход твой, Отец!

– Договорились, – лёгкая тень улыбки, говорившей о его победе, мелькнула на устах Отца.

***

Посмотрев Еве в глаза, Никита уже не смог оторваться. Рука сама потянулась к приоткрытым губам. Вдох. Воздуха явно не хватало, лишь ощущение, будто задыхается.

Дрожащие пальцы скользнули по щеке, а второй рукой он притянул Еву ближе. Широко раскрытые глаза её тут же закрылись, и внутри всё сжалось. Она не могла поверить, что это происходит именно с ней. И именно с Никитой.

Ощущение, как будто нечто очень большое и тёплое переворачивается в груди. Это мешало сделать следующий вздох. Ева почувствовала горячее дыхание на щеке и мягкое, еле заметное прикосновение тёплых губ к уголку рта.

Её первый поцелуй. Хотя поцелуем-то это особо и не назовёшь. Он просто коснулся её своими губами и замер на несколько секунд.

И его первый поцелуй, с которым Никита не знал, что делать. Просто порыв настолько сильный, что оба не смогли остановиться. Буря эмоций переполняла их.

Раскрасневшись, то ли от жара, то ли от смущения, они отодвинулись друг от друга и виновато опустили глаза. Нужно объясниться, но слова застряли в горле, образовав ком. Ни одна мысль, носившаяся в это время в головах, не смогла найти выход. Казалось, прошла целая вечность, пока юные создания начали приходить в себя и осознавать, что пора начать говорить.

Никита посмотрел на пальцы, которыми держал руку Евы, нервно перебирая ими по гладкой ладони своей девочки, и ощутил, как миллионы разрядов проходят сквозь них и утопают в хрупкой руке. Потом поднял взгляд на губы и задохнулся от всполохов памяти о поцелуе.

– Я весь вечер думал о тебе…

«Что он только что сказал? Он что-то спросил? Может, он, что-то предложил мне? Он, наверное, предложил прогуляться. А если не погулять… Если опять получится невпопад, и я опять буду выглядеть по-дурацки? Так я и есть дура. Боже… Он как будто, на другом языке говорил… может, мне вообще показалось?» – мысли бешено бились о стенки черепа и оставались считанные секунды до того, как вскипит мозг.

– А мы с ребятами сегодня весь вечер в «Казаки– разбойники» играли, – поднимая глаза, смогла вымолвить она.

– Ты мне очень нравишься, Ева! – не сдавался Никита.

«Что… он опять что-то произнёс? Я, наверное, с ума схожу! Надо закрыть глаза, досчитать до десяти, а потом открыть и это всё закончится. Может это вообще сон?» – Ева закрыла глаза и попыталась вспомнить порядок цифр до десяти.

«Может, я её напугал? Она, наверное, испытывает ко мне только дружеские чувства. Какой же я болван! Надо было подождать. Ну вот, всё испортил! И зачем я попёрся к ней? Может, она сейчас собирается с силами, чтобы врезать мне?» – думал Никита, делая шаг назад.

От этого движения Ева открыла глаза и попыталась понять, о чём он думает глядя на неё. Вопрос… в его глазах стоял немой вопрос и ожидание ответа.

– Извини, я не расслышала…

«Ну вот, она издевается надо мной. Она ведь всё прекрасно слышала. Ахринеть, я еле сказал это, а она ещё и издевается! Лучше бы пощёчину дала!» – волна злости прокатилась по всему телу.

– Я спросил, ты выйдешь за меня замуж?!

– Ты серьёзно это говоришь? Но ведь мы совсем ещё маленькие, нам нельзя! – нервно засеменила Ева.

– Не парься! Это я твой слух проверил, – сказал со злостью Никита, махнув рукой, и, пожелав спокойной ночи, отправился домой, оставив ничего не понимающую Еву одну у подъезда.

«Это что сейчас было? И как мне надо это понимать? Может, это шутки такие у мальчишек? А может он просто поспорил с кем-нибудь? Клоун! – негодование настолько захлестнуло её, и она так сильно топнула ногой, что острая боль тут же вернула на землю. – Идиот! Пусть только ещё посмотрит в мою сторону!»

***

– Ну, что, Отец! Вижу, похотью здесь пока не пахнет, поэтому первый ход твой!

– По праву! – довольно улыбаясь, произнёс Яхве и величественно присел за стол, где стояли шахматы.

Чему так загадочно улыбался, знал только он сам, но то, что в этой улыбке читалось умиротворение, не скрылось даже от Люцифера, которому чужды эти эмоции. Отец и сын вместе остановили время и через мгновенье, запустили его с новой силой, стерев линию судьбы, начертанную при рождении для Евы. После этого её жизнь оказалась полностью в их руках, и представляла собою загадку даже для них самих.

– Ох, уж эти люди! И как у тебя хватает терпения? Нет ничего хуже глупого существа, а иногда их глупость бывает безгранична. Мне иногда даже кажется, что некоторые из них умирают ещё глупее, чем рождаются.

– Ты не понимаешь, Люцифер. Они рождаются наивными, а некоторые из них способны пронести эту наивность и непосредственность через всю свою жизнь. И это прекрасно. Между наивностью и глупостью очень тонкая грань, такая же, как между разумностью и безумием, любовью и страстью. Для каждого эта грань своя. Вот скажи мне, сын мой, ты считаешь себя разумным существом?

– Пф! Безусловно! – фыркнул Люцифер.

– А вот люди считают, что только безумный может получать удовольствие от страха и боли других существ.

– Значит, они считают, что те, кто наделены властью – безумны?!

– Они безумны даже, считая, что наделены ею, – без заминки парировал Яхве.

Только Отец мог заставить Люцифера задуматься над жизнью и её смыслом. Пусть даже и ненадолго. Он уже и забыл, каково это – часами размышлять над брошенной фразой Отца. Теперь Люцифер точно знал, чем займётся, пока Еве не исполнится четырнадцать лет, а ждать осталось совсем не долго.

03.03.2016 г./Олеся Оленичева
Глава 4

Сегодня самый счастливый день её жизни. И она знала, что далеко не последний. Всё самое интересное только начиналось, а недосказанность первого поцелуя улетучилась вместе с тем пронизывающим ветром.

С самого утра Еву ждал сюрприз в виде лопоухого щенка немецкой овчарки. Она давно просила питомца и вот её мечта осуществилась. Долго над кличкой она думать не стала, да и выбор ограничивался буквой «Д». Собака куплена в клубе, а там свои особые правила. Ева посмотрела на нового друга, он смешно загнул голову в бок и большие уши повалились.

– Джон, – позвала она собаку и та с радостью побежала к новой хозяйке.

А самое главное событие этого дня – знакомство Никиты с родителями. Заочно, конечно, они знались, но официально представлены друг другу не были.

Младшая сестрёнка бегала в панике, узнав, что на день рождения придёт тот красивый мальчик, которого она облюбовала ранее. Лера была полностью уверена, со всей своей детской наивностью, что позвали его исключительно ради неё. Девочка по-быстрому перемерила все свои самые лучшие платья и, в конце концов, остановилась на голубом в горошек, которое выгодно подчёркивало большие голубые глаза. В нём она выглядела неотразимо, просто маленькая принцесса. Вымотав окончательно всем нервы, малышка с видом «её высочества» уселась во главе стола, в ожидании. Воспользовавшись её минутой славы, все спокойно вздохнули и смогли заняться своими делами.

Первой Еву поздравила лучшая подружка, прибежав задолго до начала праздника, помочь с приготовлениями. Ну и конечно поддержать именинницу, ведь, помимо всего, в этот день должно состояться знакомство Никиты с родителями, из-за чего Ева очень переживала, и ни на минуту не могла отвлечь мысли от этого. Очень хотелось, чтобы всё прошло гладко.

– Ну, что, где наш самый главный гость? – мягко спросила мама, подмигивая и ставя вазу с салатом на стол за несколько секунд до того, как позвонили в дверь. Новоиспечённый охранник тут же навострил уши-локаторы, звонко тявкнул и, буксуя на гладком полу, ринулся к двери.

Посмотрев на маму и мысленно попросив открыть, Ева бросилась в комнату к зеркалу, желая убедиться хорошо ли выглядит. Ну и проверить оба ли глаза и уха на месте. А то вдруг опять что-нибудь не увидит или не услышит. В последнее время с ней часто такое случалось, когда она находилась рядом с объектом вожделения.

– А зачем тебе такие большие глаза и уши? А это, чтобы лучше видеть и слышать тебя, милый мой! – пошутила она сама с собой, подмигнула и успокоилась.

Выйдя из комнаты, Ева увидела «картину маслом». Сестрёнка уже успела отобрать букет цветов у Никиты, и, крепко вцепившись в его руку, тащила к столу.

– Смотри, подрастёт и уведёт у тебя жениха! – подшутила мама и постаралась отвлечь Леру.

Пока они ушли на кухню искать вазу для цветов, Никита спокойно смог подойти к имениннице и звонко чмокнул в щёку.

– С днём рождения, Ева!

– Спасибо, – промямлила она, раскрасневшись, от пристального внимания окружающих.

– С Днюхой! – поздравил Еву Сергей, вечно улыбающийся мальчишка с волосами цвета бронзы и веснушчатым лицом. Таких называют «Подарок солнца». Парень протянул подарок и поцеловал именинницу в щёку.

Всё мероприятие прошло как нельзя лучше. Все остались довольны, кроме маленькой королевы, которая сидела в углу, надув и без того полные губки, привлекая к себе тем самым чрезмерное внимание.

***

Просторное помещение в молочно-белых тонах, мраморный пол, белые почти прозрачные шторы на золочёных рамах. Лёгкий ветерок бережно заставляет их колыхаться, пропуская свежий воздух и аромат сада внутрь. Солнечные лучи сверкают, отражаясь на ставнях. В стороне от окна стоят два мягких кресла обитые бежевой кожей, между которыми находится стеклянный журнальный столик, и всё это расположилось на белом мягком ковре с густым длинным ворсом. На столике лежит шахматная доска с замысловатыми зелёными и красными фигурами, отбрасывающими на стены солнечные зайчики. У открытого окна, выходящего на веранду, стоит статный, седовласый старец в белых одеяниях. Он устремил свой взгляд вдаль и о чём-то глубоко задумался.

Сегодня для него особенный день. Сегодня ему необходимо взять на себя ответственность за дальнейшую жизнь на земле, своей дочери Евы. Приняв решение, он отвернулся от окна и направился к столику. Сев в кресло, провёл рукой по шахматной доске, и фигуры засверкали ещё сильнее, а их цвета стали ещё более насыщенными. Вдалеке послышались шаги приближающегося гостя. Твёрдой поступью в покои Отца следовал Люцифер.

– Здравствуй, Отец! А я смотрю, ты меня уже ждёшь?

– Приветствую тебя, сын мой! – царственно ответил Яхве.

– Могу я поинтересоваться, как ваше здоровье? – хоть они возглавляли два противоположных лагеря и многие их отношения охарактеризовали, как противостояние, но в то же время они были очень близки друг другу и зла уж точно не желали. Просто случилось так, что однажды они стали двумя противоположными частями целого.

– Здравствую! Спасибо, что интересуешься, приятно.

– Да я так, просто спросил, боялся, что отсрочить игру придётся, если вам нездоровится, – закрылся от сентиментальностей Люцифер. Он всегда любил Отца, но старался не показывать своих слабостей, ибо считал это уделом людей.

– Вижу у тебя тоже всё замечательно, рад за тебя. Слышал, Лилит носит очередного ребёнка?

– О, да! Но с твоим количеством детей мы уж никак не сравнимся, – усмехнулся Люцифер.

– Вы все мои дети, ты же знаешь это… Что же, пришло время для первого хода. Так как положение обязывает, то первое, что я могу сделать – это преподнести первым ходом благословенный дар, который поможет любому в решении жизненных задач и согреет в трудные минуты. Я даю ей дар любви. Это сила, которая способна победить всё, если правильно ей пользоваться. Представляю, через что ты захочешь её протащить, твоя сила соблазна слишком велика, чтобы она смогла противостоять. Но любовь сильнее, – с этими словами Яхве сделал свой ход:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Поделиться ссылкой на выделенное