Олег Таругин.

Десантник. Дорога в Москву



скачать книгу бесплатно

Однако секундой спустя, когда будущанская экипировка вдруг «расслабилась», Ирина, торопливо ощупав себя, признала, что ничего особенно страшного не произошло. Просто хорошо подогнанный по фигуре слитный комбинезон – и не более того. Где нужно – подчеркивает все положенные физиологией выпуклости и впадины, где нужно – скрывает лишнее. По крайней мере, на затянутую в латекс женщину-кошку из какого-то старого фантастического фильма она уж точно больше не похожа! Ладно, сойдет… а кое-кому, будем надеяться, так и вовсе понравится! А вот бронежилет девушка натягивала, с помощью Степанова подгоняя по размеру, уже без особого желания, поскольку оный (по ее субъективному мнению), существенно портил общий эффект. Но и спорить с десантником, понятно, не стала – да и кто б ее слушал-то?

– Ну чего, мужики, вроде нормально приоделись? – Десантник с ухмылкой оглядел товарищей, летуна с Батищевым, все еще инстинктивно пытавшихся одернуть непривычную форму. – Даже на людей стали похожи, чесслово. Вась, да не расправляй ты комбез, нормально все! Сидит, как уставом и положено. А главное – защищает.

– Непривычно как-то… – смущенно прокомментировал особист. – Я эту чудо-одежку и не чувствую вовсе, больно уж ткань странная, и не хэбэ, и не шерсть… вроде как и не шибко толстая, а притом прочная! Хоть и не натирает нигде, и не висит. Чудеса, да и только!

– Привыкай, Михалыч! – пожал плечами десантник. – Нам в этой, как ты ее обозвал, одежке, еще воевать и воевать. Смотришься ты, кстати, на ять, вон немец согласен…

Разглядывавший преобразившихся русских Ланге на всякий случай энергично кивнул, выдав фразу, понятную даже Степанову – классическую, можно сказать:

– Ja, ja, nat?rlich!

Выглядел при этом абверовец – не описать. Поскольку удивляться чему бы то ни было он перестал еще во время открытия межвременного портала, сейчас майор испытывал просто нечеловеческую усталость. Перегруженный невероятными событиями сегодняшнего дня разум окончательно отказывался воспринимать новую информацию, не говоря уж о том, чтобы ее анализировать. Майору Ланге отчаянно хотелось спать.

– Вот, – осклабился Леха, – уже и заговорил, как человек, даже я понял! Видать, тоже фильмы для взрослых смотрел. А ежели серьезно, фриц, по ходу, совсем сдулся, нужно будет ему перед выходом стимулятор вколоть, иначе скоро на себе тащить придется. Так что, выдвигаемся, мужики?

– Да, пора, – согласился Локтев. – Запихивайте вещи в ящик, следов оставлять нельзя.

Дождавшись, пока товарищи закинут в опустевший контейнер старую одежду, старший лейтенант бросил внутрь какую-то металлически блеснувшую таблетку сантиметров пяти в диаметре и пинком захлопнул крышку:

– Всем отойти, сейчас полыхнет. – Заметив заинтересованный взгляд Батищева, пожал плечами. – Смотреть можно, это не плазма, не ослепит. Главное, близко не стоять, температура высокая. Сейчас… собственно, вот уже.

Леха сделал шаг вперед: происходящее его тоже заинтересовало, хоть он и догадывался, что никакого секрета тут нет, спецназовец просто бросил внутрь «кофра» нечто вроде термитного заряда.

Так и оказалось: крышка и боковые стенки неожиданно поплыли, проседая и сминаясь; лицо, несмотря на несколько метров расстояния, обдало сухим жаром с каким-то едким химическим запахом.

Как ни странно, горелыми тряпками и пластиком отчего-то не пахло, хоть внутри сгорела куча вещей: плотный Васькин комбез, его и особистское хэбэ, Иркины синтетические шмотки, нижнее белье и обертки от комбинезонов. Несколько секунд – и от контейнера не осталось даже следа, лишь легонько дымилась спекшаяся от чудовищной температуры, почерневшая земля в том месте, где он только что находился.

«Хрен его знает, может, никакой и не термит, уж больно температура высокая, – мельком отметил Степанов. – Почва, по ходу, реально оплавилась».

– Все, – прокомментировал космодесантник, затаптывая затлевшие листья и траву по контуру испарившегося вместе с содержимым контейнера. – Время, уходим.

– Простите, товарищ старший лейтенант, – неожиданно подал голос нахмурившийся особист. – Вы упоминали про переданные вашим командованием документы…

– Не волнуйтесь, тарщ капитан, – понимающе усмехнулся космодесантник. – Все при мне и в полной сохранности. Собственно, вот.

И продемонстрировал небольшой, размерами с самую обычную бумажную книгу – если, конечно, подобные еще остались в далеком будущем, – контейнер.

– Все тут.

– Тут?! – не сдержался особист. – В этой коробке? Да что ж туда влезет-то?

– Ну да, внутри… а, кажется, понял, о чем вы. Это не бумага, а электронные носители плюс простенький голографический проектор с адаптером, который при необходимости можно будет запитать от местной электросети. Бумажные документы, согласитесь, как-то не слишком разумно с собой тащить, да и откуда им в спецлаборатории взяться? Секретность опять же, без пароля не откроешь.

– Понял, спасибо, – смутился Батищев, мысленно отругав себя за недогадливость. Товарищ старший лейтенант кругом прав: какие уж тут бумажные документы? У самого в трофейной полевой сумке электрический… в смысле, электронный планшет лежит, так что мог бы и догадаться. Высокие технологии, понимаешь ли, – вроде бы так их Степанов называл? Хотя, ежели подумать, отчего именно высокие-то? Вроде не летают, угу…

И задал следующий вопрос:

– Попробуем догнать товарища генерала Макарова с бойцами? А если не удастся – идем своим маршрутом, я правильно понимаю?

– Не совсем, товарищ капитан, – неожиданно покачал головой тот. – Есть предложение получше. Достаточно сомнительное, если уж начистоту, ну а вдруг да повезет?

Особист на несколько секунд откровенно завис, переваривая неожиданную информацию. Леха, собственно говоря, тоже.

– Не понял? Какое еще предложение? Почему раньше не сообщили?

– Виноват, не успел. Да и времени не было, сами же видели.

– Да уж видал… – хмыкнул Иван Михайлович, сосредоточенно хмурясь. – Ну и?

– В семи километрах на северо-восток расположен полевой аэродром. По состоянию на сегодняшнее утро там находилось как минимум два транспортных самолета и несколько последних уцелевших истребителей местного ИАПа.

– А мы-то тут каким боком? Зачем нам самолет? Нам бы к своим поскорее выбраться.

– Михалыч, а я, кажись, понял всю глубину его глубин, – задумчиво пробормотал Леха. – Пока до своих доберемся, пока разбираться станут, шпионы мы или вовсе даже наоборот – кучу времени потеряем. Не силой же твоих коллег в обратном убеждать? Да и про группу нашу много кто узнает, а оно нам нужно? Лишние свидетели, сам понимаешь, не маленький. А так – есть реальный шанс поскорее отсюда убраться, за каких-то пару часов добравшись если не до самой Москвы, так хоть куда-нибудь поближе. В твоем времени Чкаловский аэродром уже построили?[3]3
  Степанов плохо знает историю: аэродром на юго-восточной окраине Щёлково построили еще в 1932 году. Хотя понятно, что «Чкаловским» он тогда еще не назывался.


[Закрыть]

– Какой еще Чкаловский? – не понял Иван Михайлович.

– Ну, тот, что в пригороде Щёлково, километрах в тридцати от столицы?

– А, ты про этот. Построили, конечно, еще лет девять тому. Да только кто ж нас в самолет-то посадит? – пожал плечами особист. – С какого такого перепугу? Ни документов нормальных, ни хрена не имеем?

Поскольку космодесантник промолчал, отвечать пришлось Степанову:

– Вот как раз документов у нас столько, что Гитлер бы удавился, чтобы на них хоть краем глаза глянуть! И доставить их нужно как можно скорее! Дальше объяснять?

– Не нужно, – насупился Батищев. – Понял я все. Только глупо это. Вы что, самолет этот захватывать, что ль, собрались?

Десантник незаметно подмигнул ошарашенному летуну, внимательно прислушивающемуся к разговору:

– Зачем сразу захватывать? Мы ж не террористы какие. Просто одолжим на время, верно говорю, тарщ старший лейтенант? Я правильно твою гениальную идею истолковал?

– Правильно, – фыркнул Локтев. – Грузимся, взлетаем – и курс на Москву. Тем более ты вон уже и место присмотрел, как я понял. Всяко проще, чем каждому второму объяснять, откуда мы такие красивые взялись. А если еще и воздушное прикрытие у нас будет, так и совсем здорово.

– Бред какой-то, товарищи… – совсем поник головой Иван Михайлович. – Это что ж получается, у своих боевой самолет угонять станем? Да это ж трибунал!

– Во-первых, не боевой, а военно-транспортный, – мягко поправил Степанов. – А во-вторых, не угонять, а взять во временное пользование с разрешения местного командования. Во благо Родины, понятно, и в связи с особыми обстоятельствами. Мы ж вроде как сверхсекретная разведгруппа Ставки Верховного Главнокомандования, не забыл? Кстати, сам же и предложил нас подобным образом залегендировать, когда с товарищем генералом шли знакомиться. Тем более нам с Васькой подобное не впервой, мы с ним уже такое делали, помните?

Услышав последнюю фразу, летун возмущенно вскинулся (впрочем, благоразумно промолчав), а Батищев раздраженно буркнул под нос нечто вроде «ох, сколько ж ты болтаешь-то не по делу, разведка»…

– Хорошо, в целом я ваш план, товарищи, понял. Скажу честно, он мне активно не нравится, но попробовать стоит. Особенно ежели ничего угонять не придется и местное руководство нам содействие окажет. Добро, идем к аэродрому, там осмотримся и решим, что да как.

– Может, и не придется, – с готовностью согласился Леха, переглянувшись с Борисовым. – Зато, ежели что, у нас свой пилот имеется, про запас, так сказать. Причем, классный!

– Лех?! – охнул сержант, округлив глаза. – Ты чего, совсем с ума спятил? Я ж тебе еще на фрицевском аэродроме говорил, что только истребителем управлять могу! Ну, или той тарахтелкой, на которой мы линию фронта пересекли. Не справлюсь я с такой дурищей, и сам убьюсь, и вас всех угроблю! И не подумаю даже за штурвал сесть, как ни проси!

– Ладно, это я так, от избытка чуйств… – ухмыльнулся Степанов. – Успокойся. Найдется, кому самолетом управлять.

– Время теряем, – раздраженно напомнил космодесантник, последние несколько минут не участвовавший в дискуссии. – «Третий», «Пятый» – вперед, затем остальная группа, «Второй» и «Четвертый» – замыкают. Пошли…

Несмотря на достаточно серьезное расстояние – семь кэмэ по бурелому отнюдь не то же самое, что столько же по шоссе, – до цели дошли одним рывком, без привалов и прочих остановок. Даже пленный, видимо, осознав серьезность момента, не ныл, стоически выдерживая заданный ритм. Да и с чего б ему ныть, в его-то положении? Сказали вперед – значит вперед, особенно учитывая введенный стимулятор, после которого Ланге попер по лесу наравне с остальными. Впрочем, было и еще кое-что.

Механически перебирая ногами, Рудольф анализировал ситуацию. Введенный непонятной коробочкой со вполне понятным красным крестом на крышке препарат подействовал как первитин, взбодрив и придав мыслям скорость и ясность, но при этом не вызвав ни туманящей разум эйфории, ни ощущения мнимого всемогущества. Обратного пути у него теперь нет. Вызов бомбардировщиков, смешавших с землей передовой отряд 17-й ТД, был зашифрован его личным ключом. Это однозначная и несомненная государственная измена. И теперь, как ни изворачивайся, доказать обратное уже не удастся. Слишком много жертв, чтобы оправдаться… Даже если он каким-то немыслимым образом предоставит суду неопровержимые доказательства вмешательства непреодолимой силы, которая походя взламывает лучшие немецкие шифры. Но разве дадут ему такие доказательства? Вон даже мини-телевизор и тот отобрали, а все остальное – не более чем пустые и ничем не подтвержденные слова.

Значит, остается одно: и дальше идти с пришельцами из будущего (угу, будто у него есть выбор!) до самого конца, каким бы оный конец ни оказался. А уж там – посмотрим. В конце концов, он целый майор Абвера, носитель, так сказать, ценной информации, и русские это наверняка прекрасно понимают. При этом Ланге в глубине души подозревал, что никакими столь уж сверхценными сведениями, о которых не знают его пленители, он, простой сотрудник Abwehrkommando-3, и не обладает, однако из последних сил прогонял подобную мысль. Раз взяли с собой, накормили, да еще и вкололи этот чудо-препарат, после введения которого он ощущает себя полным сил, значит, имеют на него определенные планы, что уже внушает надежду. Главное, не совершить какую-нибудь ошибку, иначе испарится, словно тот ящик, от которого не осталось даже следа…

Глава 2

Проблемы начались, когда до конечного пункта осталось меньше километра. Сержант Берг, продолжавший прослушивать радиоэфир, внезапно сообщил:

– Командир, я кое-что интересное поймал! Немцы близко, судя по пеленгу, в аккурат между нами и аэродромом!

– Какие еще немцы? – искренне опешил Локтев. – Мы ж от реки прилично отошли, откуда им тут взяться? Переправу мы качественно расхреначили, в лучшем случае к утру восстановят?

Рыжеволосый веснушчатый спецназовец пожал плечами:

– Откуда мне знать, какие именно немцы? Понятно, что фашистские, а насчет остального? Насколько понимаю автоперевод, это разведбат той дивизии, передовому отряду которой мы укорот возле Гливина устроили. Переправились немного в стороне, ты ж карту видел, бродов тут достаточно, да и Березина – отнюдь не Волга или Днепр.

– А раньше почему не засек?

– Так они раньше и не трепались, режим радиомолчания выдерживали. А сейчас сообщают своим, мол, вышли в район цели.

– Понятно… – Старший лейтенант несколько секунд размышлял. – Интересно, и что им тут нужно? Да еще и на ночь глядя?

– Так аэродром и нужен, что ж еще? – хмыкнул Йохан. – Хотят захватить целехоньким, чтобы взлетку для своих нужд использовать. Перебросят самолеты – и станут наших бомбить. Не сейчас, понятно, а когда основные силы переправятся.

– Уверен? – все еще продолжал сомневаться Локтев.

– Практически как в самом себе! – хмыкнул космодесантник.

Старлей снова ненадолго задумался. В принципе все логично. Вот только задачей немецкой разведки, вероятнее всего, является не только и не столько аэродром. Это, скорее, приятный бонус. По пути, так сказать. Главная же цель – разведать, что впереди. А вот про непонятную диверсионную группу они вряд ли в курсе, не тот уровень. Кстати, насчет тех, кто в курсе

– А та зондеркоманда?

– Она-то тут при чем, командир? – неожиданно подал голос Родимов. – Эти уроды к будущему наступлению вообще никаким боком, поскольку исключительно по нашу душу прибыли. Да и наплевать, не найдут они нас. А найдут – так мы их с превеликим удовольствием на ноль перемножим, уж я – так точно все силы приложу. Не о том речь. Я про эти самые разведбаты читал немного, их еще какой-то историк прошлого – кстати, из твоего времени, Лех – «тараканьими усами» назвал[4]4
  Данное образное сравнение приводится Ю. Веремеевым в книге «Мифы и правда о плане «Барбаросса», Москва, изд-во «Алгоритм», 2011 г.


[Закрыть]
.

– Поясни? – нахмурился старший лейтенант. – Кстати, таракан – это насекомое такое? С этой планеты?

Услышав последнюю фразу, Степанов с трудом сдержал улыбку, обменявшись с Иваном Михайловичем быстрым взглядом. Особист, равно как и летун, откровенно хлопали глазами, видимо, не понимая, как можно не слышать про тараканов. Ирка же и вовсе изо всех сил кусала губы, пытаясь не расхохотаться. Слыхано ли, про тараканов не знать?! Хорошо им там, в будущем, живется, не то что в студенческом общежитии родного универа!

– Ну да… – стушевался Михаил. – Земное насекомое. Ползает в темноте по щелям и норкам, ощупывает пространство впереди себя усами. Так и у немцев. Если главные силы дивизии – это тело насекомого, то разведывательный батальон – его усы, выброшенные вперёд порой на десятки километров. Очень такие длинные усы. Натолкнутся на оборону – отскочат, не ввязываясь в затяжной бой, под прикрытие основных сил; найдут щёлочку, подходящую для прорыва, – доложат по радио. Потому и на ночь глядя – таракан тоже скрытность любит. Под Борисовом у них не срослось, под Гливином тоже, а переправляться-то нужно. Значит, нащупывают местечко для завтрашнего наступления. Сейчас только самое начало августа, фрицы во все дырки в обороне лезут, с потерями не считаясь. Блицкриг же, главное, темп не снижать! Мы им, конечно, неслабо вломили, но на уровне всей Второй панцергруппы эта победа вряд ли будет воспринята как нечто катастрофическое. Даже с учетом гибели Гудериана. Спишут на особо упорное сопротивление русских и прочую неразбериху. Да и потери от дружественного огня никто не отменял. Ну, как-то так…

– Полагаешь, нам эти разведчики хоть чем-то опасны? – усмехнулся Локтев.

– Нам – нет, – пожал плечами спецназовец. – Вот только учитывай, что им по штату полагались минометы, противотанковые пушки, полсотни пулеметов и три десятка бэтээров, не считая всяких мотоциклов. Возможно, что и легкие танки, но точно не скажу. По меркам этого времени – достаточно серьезная сила. Мы-то отобьемся, понятно, тем более никто не говорит, что они всем скопом сюда рванут, вот только снова засветимся по полной программе. Поскольку с радиосвязью у фрицев все в порядке, информация достаточно быстро дойдет до камрадов нашего герра майора, которые не менее быстро сложат два и два. И передадут сведения командиру той самой айнзацкоманды, указав, где именно нас искать. Потому предлагаю уходить без конфликта, то есть скрытно.

– Товарищ капитан? – космодесантник повернулся к Батищеву. – Ваше мнение?

– Полностью согласен с товарищем сержантом, – со всей возможной серьезностью кивнул тот. – Нам сейчас лишний шум ни к чему. У нас своя задача. Государственной важности, между прочим! Разведка, а ты чего молчишь? – Особист неожиданно взглянул на Леху. – Не похоже на тебя. Неужели сказать нечего?

Степанов и на самом деле молчал, задумчиво хмуря брови. Поскольку просто не знал, как им теперь следует поступить. Идея с самолетом было хороша. Даже очень хороша, особенно с точки зрения истосковавшегося по небу бывшего десантника. Да и поднадоели ему эти их блуждания по лесам со всеми сопутствующими пострелушками, если честно. Пока им просто нереально везло, особенно после появления Локтева со своими «Терминаторами». Вот только продолжаться бесконечно подобное по всем законам жанра (и жизни, ага) не могло. Ну, и чего делать? Попытаться все-таки догнать генерала Макарова, как того и хотел особист? Учитывая потерянное время, осуществить подобное теперь практически нереально. Тем более скоро начнет темнеть. Скорее всего, окруженцы уже соединились с регулярными частями РККА, или это произойдет в самое ближайшее время. При этом Павел Григорьевич был проинструктирован, что в случае раздельного выхода к своим рассказывать про «секретную группу Ставки» можно, а вот упоминать Батищева и остальных (кроме пленного, понятно) – крайне нежелательно. Во избежание ненужных инсинуаций, так сказать. В Москве – совсем другое дело, ну так то в Москве…

Значит, уходить своим маршрутом? Но куда именно и в каком направлении? И когда, прямо сейчас? Переход по ночному лесу – вовсе не легкая прогулка. Приборы ночного видения, понятно, круто и высокотехнологично, но они имеются только у космодесантников, остальным придется топать вслепую, рискуя подвернуть, а то и вовсе сломать ногу. Что лишь доставит отряду хлопот, поскольку дальше раненого придется уже тащить. Ждать рассвета? Тогда нужно подыскать подходящее для ночлега место. Это им с летуном несколькими днями раньше («а кажется, будто уже как минимум неделя прошла, если не больше», – автоматически подумал Степанов) было просто: забрались поглубже в чащу, развели бездымный костерок, перекусили трофейными консервами да завалились спать до утра, не заморачиваясь всякими условностями вроде боевого охранения. Сейчас у них, как ни крути, какой-никакой, но ОТРЯД, еще и с военнопленным. Да еще и фрицы рядом… и принесло ж этих евроинтергаторов столь не вовремя! Может, все-таки попробовать опередить фашистов, первыми добравшись до аэродрома? Вдруг да получится? Ведь перебьют летунов, как куропаток…

Тяжело вздохнув (Батищев немедленно подозрительно нахмурился), Степанов буркнул:

– Михалыч, вот как на духу – не уверен. Ты ж в курсе, я никогда за словом в карман не лез, но сейчас – честное слово, не знаю! Ладно, не играй лицом, сейчас обрисую свои соображения, – Алексей вкратце пересказал собственные мысли.

– Рискованно, Леша, – покачал головой Локтев. – Если прикинуть по времени, у нас в лучшем случае будут буквально какие-то минуты на погрузку и взлет. И то, если полностью исключить любое сопротивление местных. Пока их убедим, фрицы по-любому до аэродрома доберутся. Даже если успеем загрузиться, не факт, что взлетим – я, хоть местный транспортник даже издалека не видел, примерно представляю, сколько ему времени на разбег и отрыв от земли потребуется. Одна пулеметная очередь вслед – и все, полыхнем прямо на взлете. Мы-то в бронекомплектах, может, и выживем, если высота и скорость небольшими окажутся, а вот для вас – без вариантов. Или сгорите, или об землю размажетесь.

– Да понимаю я все… – раздраженно буркнул Степанов. – И признаю твою правоту. Вот только летунов да баошников[5]5
  Степанов имеет в виду батальон аэродромного обслуживания – авиационно-техническая часть, занимающаяся ремонтом, заправкой, пополнением боекомплекта, охраной и т. д. самолетов.


[Закрыть]
жалко, постреляют пацанов ни за грош. С другой стороны, судя по карте, нам все одно мимо аэродрома идти, можем нашим хоть сигнал какой подать.

– Сигнал? – не понял старлей.

– Да хоть гранату на взлетке рвануть! – дернул плечами Алексей. – Или из пулемета по кронам деревьев засадить. Охрана всполошится, глядишь, и фрицев не проворонят. Если успеют свои зенитки на прямую наводку развернуть, немцам точно мало не покажется, у них ведь наверняка тридцатисемимиллиметровые автоматы в наличии имеются. Для 61-К что бронетранспортер, что легкий танк – так, на один укус, насквозь прошьют и не заметят.

– Не вступая в бой? – подозрительно нахмурился особист. Впрочем, насколько Леха успел узнать Батищева, в глубине души предложение ему понравилось: Иван Михайлович, несмотря на все перипетии первых недель войны, все еще не мог равнодушно проходить мимо требующих помощи товарищей. Даже с учетом внезапно свалившейся на его голову ответственности в виде стратегически важной информации.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

сообщить о нарушении