Путь вперед «Без падений»

Олег Бореко

Путь вперед "Без падений"

ЧАСТЬ 1. ДАТЧИКИ ДАВЛЕНИЯ

В отделе электроинструментов пахло пластиком, металлом и безнадёгой. Марк, 24 года, старший продавец сети «СтройГигант», пялился не столько в монитор, сколько в мерцающий LED-экран над своей кассой. На нём горели цифры: 39 432 000. Личный рейтинг: 7-е место из 8. А чуть ниже, красным, пульсировала цифра плана: 70 500 000.

До конца его испытательного срока оставалась ровно неделя. Ровно семь дней, чтобы начальство решило: станет ли он Начальником отдела продаж с полным пакетом стабильности… или ему вежливо вручат коричневый конверт. Разрыв на экране был не просто цифрой. Это была стена, которая с каждым днём становилась выше и толще, отгораживая его от премии, а значит – от возможности вздохнуть полной грудью. От права остаться.

Система в «СтройГиганте» стала осязаемой. Каждое утро начиналось с «планерки-выжималки» у бледного от кофеина начальника смены, который выкрикивал цифры, как приговор. «Коллега Давыдов уже на 65%! – глаза начальника буравили именно Марка.

– Кто в хвосте, тот и вылетает! Всем понятен алгоритм?». Рядом ехидно похрустывал суставами Андрей, тот самый «Давыдов», коллега-подхалим, уже примерявший на себя роль будущего старшего смены. Он ловил каждый взгляд начальства, словно мячики, и бросал Марку сочувственные ухмылки, от которых тошнило сильнее, чем от утренней пробки.

По другую сторону торчала Ирина из бухгалтерии, смотревшая на Марка с немым укором – она-то знала, что следующий расчётный период для него может стать последним. Они не были людьми, а скорее датчиками давления, встроенными в стены этой ловушки.

И его «дневной марафон» – подъём в 6, сборы сына, дорога в сад, пробка, работа, пробка, сад, ужин, сказка на ночь, падение без сил – был теперь гонкой с одним финишем: выжить, чтобы остаться. В 24 он чувствовал себя не мужчиной, а набором функций: отец, муж, добытчик. Функция «Марк» – вычеркнута.

И он гордился этой своей взрослой, ответственной жизнью. Искренне гордился. Жизнь удалась. Основные ценности – семья. Он не бесшабашный студент, а опора. Счастье – это когда есть ради кого стараться. Лена – замечательная, любящая. Она приняла его сразу и целиком, а его ответственность – дорогого стоит. Она никогда не перечила, потому что Марк, из последних сил, не давал поводов. «Просто надо продержаться эту неделю, – убежденно думал он, – Перейти Рубикон. Тогда можно будет сделать следующий шаг».

Но сегодня начальник, проходя мимо, не просто шлёпнул его по плечу. Он ткнул пальцем в экран с рейтингом, будто в незаживающую рану. «Давай, Марк, двигай! Клиенты сами не придут!». В этом жесте не было злости. Было равнодушие огромной, бездушной шестерёнки к маленькой, застрявшей песчинке.

В этот вечер в их квартире на 30м2, было тихо и по-семейному уютно.

– Как день? – спросила Лена, укачивая на руках Сёмку.

– Нормально, – буркнул Марк, сдирая с шеи дурацкий галстук. Он не мог сказать «отвратительно». Не мог обрушить на неё тошноту от бетонных цифр и взгляда Давыдова. Он видел, как она тает, стараясь сохранить этот хрупкий уют.

– Уложишь Сёму? – тихо попросила она и улыбнулась, машинально гладя свой живот, где уже шевелилась новая жизнь.

– Как обычно, улыбнулся Марк теплой и любящей улыбкой в ответ, заканчивая скромный ужин. Приготовленный с любовью. Только мягкий голос жены мог спокойно выдернуть Марка от его состояния трудоголика. – Чай допью и начнем укладывать.

Лена положила Сёму в кроватку. Малыш кряхтел и ворочался, сопротивляясь сну. Он ждал папу.

Марк с кружкой чая подошёл к окну. За стеклом гудел, мигал и не знал сна чужой город. «Семь дней. Семь дней до приговора. А план – бетонная стена. Тупик. Полный тупик». Мысли кружились, натыкаясь на одни и те же стены.

Он попытался мобилизоваться, как учили на тренингах, которых за плечами Марка было уже не мало. «Надо включить внутренние ресурсы! Вспомнить про активные продажи! Про то, что каждая проблема – это возможность…» Но в голове была пустота и гуляющий ветер. Словно кто-то нажал кнопку «сброс» и стёр не только бесполезные методички, но и саму веру в то, что он может что-то изменить.

«Эх, – с тоской подумал он, – сейчас бы на минутку на тот тренинг по „личностному росту и энергетическому резерву“… Я бы там подзарядился…» Но тренинг давно кончился, а его «резерв» был вычерпан до дна, до самой ржавой крошки на дне пустой банки.

Марк допил чай, подошёл к кроватке и сел на краешек. Сёма сразу затих, уставившись на него огромными синими глазами.

И Марк запел.

Они с Леной называли это «вечерним волшебством». Просто колыбельной слово было мелко. Марку стоило только открыть рот и взять первую ноту, как в комнате что-то менялось. Воздух становился плотнее, теплее, будто наполнялся мёдом. Его тихий, чуть хриплый голос превращался в инструмент, создающий не песню, а пространство. Пространство абсолютного покоя и безопасности.

Он пел не слова из детства – он пел тишину звёзд за окном, тепло одеяла, нежность маминых рук. Каждый раз это была новая, рождающаяся здесь и сейчас мелодия, которую он будто не сочинял, а вспоминал. Сёма замирал, его дыхание становилось ровным, но он не спал – он путешествовал в этом звуковом мире.

Лена не ушла на кухню. Она присела в старое кресло рядом с кроваткой, поджав под себя ноги, и обняла колени. Она смотрела на мужа, забыв обо всём. О горах неглаженного белья, о счетах, о своём усталом теле. Она слушала.

И тут – это случалось всегда, но каждый раз неожиданно – в её глазах вспыхивал огонёк. Это было похоже на то, как луч заходящего солнца находит в глубине озера спрятанный самородок и на секунду заставляет его гореть изнутри.

Не просто взгляд любви или умиления. Это было озарение. Волна чистого, ничем не обусловленного восхищения, которое шло не к отцу её детей, а к нему – к Марку, который мог творить такую тихую магию. Этот золотистый свет в её карих глазах пульсировал в такт его голосу, то разгораясь ярче на высокой ноте, то мерцая тёплым, ровным сиянием в низких, бархатных пассажах. В этом огоньке жила вся их история – первое свидание, смех в лицо ветру, две полоски на тесте, и та самая первая, неловкая колыбельная, от которой Сёма тогда, новорождённый, внезапно затих. Это был их секретный код, их общая вселенная, в которую не было входа ни системе, ни долгам, ни страхам.

И Марк, певший для сына, втайне жил ради этого мгновения – ради этого преображения в глазах жены. Пока длилась песня, и этот свет не гас, цифры над кассой, ухмылка Давыдова и давящий взгляд начальника – переставали существовать. Они оставались где-то снаружи, за толстым, звуконепроницаемым стеклом этого маленького, нерушимого мира.

ЧАСТЬ 2. ПРОЯВИ СЕБЯ В ПОЛЕ

Следующий день начинался, как и все дни за последний год Марка – с безупречного ритуала. В 5:30, пока город спал тяжёлым сном, Марк уже стоял у окна, делая лёгкую гимнастику. Мистер Безупречность. Так в шутку называла его Лена, но в этой шутке была гордость.

Душ, свежая рубашка, тщательно отглаженный костюм, который даже после года носки выглядел достойно. Он чистил обувь до зеркального блеска – это был его доспех. В 24 года он выглядел и вёл себя как состоявшийся управленец, заточённый во временную роль. Он будил Лену нежным прикосновением к щеке.

– Любимая, пора. Сёму собирать.

– Ты уже как новый пенёк, – улыбалась она сквозь сон, гладя идеальную складку на его рукаве. В её утреннем голосе была та самая душевность, что могла растопить лёд. – Красавчик мой. Удачи сегодня.

– Всё будет, – целовал он её в макушку, и в этом кратком моменте был весь их мир: тёплый, уютный, хрупкий.

За плечами Марка был не только университет, но и целая библиотека мотивационных книг и десятки тренингов. «Лидерство в условиях кризиса», «Нейрохакинг продаж», «Из грязи – в князи за 100 дней». Он был прокачен донельзя. Жили они тогда в съёмной однушке, работал «кем придётся», пока родители, собрав последние сбережения, не помогли с первым взносом за их нынешние 30 метров и старенький, но свой, автомобиль.

Постоянной работы не было. Марк, с навыками супервайзера в резюме, рассылал его на должности начальника отдела продаж, коммерческого директора. Он бегал по собеседованиям так, что подмётки стирались в пыль.

Воспоминание-вспышка №1:

«Марк, ваше резюме впечатляет, – говорил менеджер по персоналу с холодными глазами. – Но у нас принцип: без опыта управления в ритейле – даже не junior. У вас его нет. Следующий».

Воспоминание-вспышка №2:

«Вы переоцениваете свою ценность на рынке, молодой человек, – снисходительно улыбался седовласый директор. – Начинать надо с низов. А вы сразу в князи? Мечтатели нам не нужны. Мы свяжемся».

Но время шло, а денег с подрядов катастрофически не хватало. И вот – озарение. Ответ от «СтройГиганта». На повторном собеседовании Марк был блестящ. Он говорил о KPI, конверсии, клиентском опыте так, что остальные кандидаты казались статистами.

Диалог с Директором (ключевой):

Директор одного из огромного магазина крупной сети строительных материалов, мужчина с пронзительным взглядом хищника, откинулся в кресле.

– Хорошо говорите. Очень. Но слова – это воздух. Хочешь кресло начальника отдела? Прояви себя в поле. В зале. Я даю тебе шесть месяцев испытательного срока и персональный план продаж. Справишься – должность твоя. Не справишься… Ну, продавцов нам всегда не хватает. Если, конечно, захочешь остаться. Согласен?

Марк чувствовал подвох, но это был ШАНС. Тот самый трамплин.

– Согласен. Я его выполню.

Дома радости не было предела. Лена плакала, обнимая его.

– Я так за тебя рада! Ты это заслужил, ты… ты настоящий.

– Это только начало, Лен. Начальник отдела здесь – это через год управляющий по региону. У них такая карьерная лестница, – его глаза горели. Он уже видел эти ступени.

И самое главное – ему выдали аванс. Подъёмные. Деньги, которых так не хватало. А вечером они, смеясь и плача, смотрели на две полоски на тесте. Второй малыш. Казалось, сама судьба даёт им зелёный свет.

Но сегодня, на работе, посетителей было в разы больше, а продаж – ноль. Что бы он ни делал – всё разбивалось о стену равнодушия. И тогда в его голове, как нажатая на повтор пластинка, зазвучал Голос. Голос Его Коуча с того самого, самого дорогого и «самого эффективного» тренинга «Путь Альфы».

«НЕ ОПУСКАЙ РУК! – гремел в памяти бархатный, проникновенный голос, заглушая шум магазина. – Ты слышишь меня? Не позволяй себе расслабляться! Только ВПЕРЁД!

Мир не принесёт тебе успех на блюдечке с голубой каёмочкой. Сегодня ты – НИКТО. И рискуешь остаться НИКЕМ на всю свою жалкую жизнь, если прямо СЕЙЧАС не примешь решение. Решение СТАТЬ. Лидером. Ты готов стать им? ПРЯМО СЕЙЧАС?»

В памяти вспыхивала картина: зал, сотни лиц, истеричный рёв: «ДА-А-А!». И его собственный голос, сорванный от крика.

«Вы готовы стать ПОБЕДИТЕЛЯМИ?»

«ДА!»

«КТО ВЫ?»

«МЫ ЛИДЕРЫ!»

Голос коуча становился интимным, доверительным: «И вы ими станете. Идите. Всегда. Только вперёд. Не нойте. Не распускайте соплей. Только вперёд. Дойдёте ли вы? ДА. Я знаю. Возможно, не с первого раза. Возможно, не со второго. Вы будете ПАДАТЬ. И ВСТАВАТЬ. И ИДТИ ДАЛЬШЕ. Такая дорога – это и есть дорога в жизнь! В РАЙ! И знайте: каждый раз, когда вы падаете – РАДУЙТЕСЬ! Радуйтесь, потому что благодаря тому, что вы упали, КТО-ТО ДРУГОЙ ДОШЁЛ ВПЕРЁД! Запомните эту мысль! И в следующий раз пройдёте на несколько шагов дальше!

Где живёт результат? Где рождается успех? ТАМ, ГДЕ НАДРЫВ! Там, где РВЁТСЯ! Там, где БОЛЬШЕ НЕТ СИЛ! Там, где КОНЧАЕТСЯ ВЕРА… но ПРОДОЛЖАЕТСЯ ВАШ ПУТЬ! Путь ВПЕРЁД! БЕЗ… ПАДЕНИЙ! Не верите мне? Тогда поверьте ИМ!»

В памяти, как тогда на огромном экране, всплывали счастливые лица. Люди у бассейнов, на фоне яхт, с ключами от дорогих машин. «Это мои миллионеры. Мои ученики. Они были такими же, как вы. И они СМОГЛИ. Откуда я знаю, что это правда? – голос приобретал торжествующие нотки. – Всякий раз, когда мой ученик становится миллионером, я получаю от него чек благодарности. На ОДИН МИЛЛИОН рублей. Вот оно – истинное доказательство эффективности!»

На внутреннем экране Марка, как и тогда, поплыли скриншоты банковских переводов: 1 000 000, ещё 1 000 000… Презентация длилась бесконечно. «Они смогли. Сможете и ВЫ».

Голос стих, оставив после себя гулкую пустоту и звон в ушах. На табло монитора цифра едва сдвинулась: 43 000 000. До плана – световые годы. До конца срока – неделя.

Марк был опустошён. Просто пустая оболочка в идеальном костюме. Пять месяцев он держался. Коллеги, те самые «датчики давления», шептали ему ещё в начале: «Марк, план-то завышен на 30%. Директор таких никогда не утверждает. Это игра». На что Марк тогда уверенно, почти надменно, улыбался: «Всего на 30%? Отлично. Значит, есть куда расти». Он видел в этом вызов, проверку на прочность. Теперь это выглядело глупой бравадой.

Фиаско. Факап. Полный провал. Что будет? Вышвырнут как неудачника? Оставят продавцом, чтобы каждый день тыкали носом в его же амбиции? Репутация, которую он так хотел построить, рассыпалась в прах.

«Не нойте. Не распускайте соплей», – эхом отозвался в голове Голос.

Марк физически сглотнул ком в горле. «Надо идти. Довольно падений. Если я упаду – чей-то успех… Нет. Чёрт с тобой, коуч. Я не буду падать. Я буду идти. Тупо. Прямо. Без чувств. Просто идти».

Но как зайти в дом? Как смотреть в глаза Лены, в которых ещё вчера горел тот самый огонёк веры? Эта мысль резала, как нож. Острая, физическая боль под рёбрами.

Работа работой, но Лена и Сёма ни в чём не виноваты. Они не должны нести ответственность за его крах.

Машина сама привезла его к дому. Марк заглушил двигатель, но не выходил. Он сидел в темноте салона, глядя на освещённые окна своей однушки. Там – его мир. Там – его причина. И там же – его самое страшное разочарование.

«Я пройдусь, – тихо сказал он сам себе. – Пусть мысли проветрятся».