Ольга Обская.

Научиться быть ведьмой



скачать книгу бесплатно

Глава 7. Краткость – сестра таланта, а молчание – золото

Вероника и Наташа стояли перед лекционным залом, где должна была проходить первая пара. Подруги не спешили зайти в аудиторию, потому что до начала занятий оставалось больше десяти минут, а насидеться за учебный день они еще успеют.

– Девочки, привет! – поздоровался подошедший к ним Никита.

Вероника вскользь окинула парня взглядом. Ей было интересно, какую тактику обольщения он изберет. Во внешнем виде одногруппника не произошло ровным счетом никаких изменений: его небрежная прическа не приобрела аккуратных очертаний, да и одет он был в точности в то же самое, что и вчера. Что ж – надо отдать Никите должное: по крайней мере, он придумал что-то покреативней, чем сразить Веронику своей внешностью.

– Привет! – снисходительно улыбнулась она и направилась в сторону входа в аудиторию, оставив парня в компании Наташи. Вероника решила, что пока она не раскусит тактику Никиты, она не будет давать ему форы, то есть не предоставит возможности общаться с ней.

Ника пристроилась за свою парту, ожидая, что подруга тоже вот-вот присоединится к ней. Однако Наташа появилась в аудитории только через несколько минут одновременно со звонком, оповещающим о начале занятий. Она прошла мимо Вероники и почему-то села за парту сзади, а вошедший в лекционный зал следом за Наташей Никита бесцеремонно плюхнулся на место, которое всегда по праву принадлежало рыженькой подруге, а не нахальному брюнету.

У Вероники, обескураженной происходящим, тут же в голове родилась обличительная речь, состоящая из двух пунктов: о беспросветной наглости некоторых товарищей и о непростительном пособничестве врагам некоторых друзей. Пламенный спич, который должен был закончиться решительным требованием отменить странную рокировку, уже готов был сорваться с губ, но был остановлен не менее взволнованными словами неожиданного союзника.

– Никиточка, как же так? Ты почему от меня пересел? – хлопая длинными ресничками, растерянно спросила Леночка.

Никита поднялся с места и подошел к бывшей соседке по парте. Наклонившись к аккуратненькому ушку одногруппницы, он что-то прошептал ей. И – о чудо! Губы Леночки расползлись в счастливой улыбке:

– А-а-а, понятно. Спасибо, Никиточка!

Вероника совсем потеряла дар речи и забыла, что там такого пламенно-обличительного хотела сказать. С толку ее сбивал вопрос, как этому прохвосту Никите удалось заставить двух девушек плясать под его дудку, а одну из них еще и благодарить его за это. Она собиралась срочно выяснить, чем парню удалось подкупить одногруппниц, но нарушил ее планы вошедший в лекционный зал профессор Валентин Семенович.

– Добрый день, молодые люди! – поприветствовал он студентов сухим скрипучим голосом.

Валентин Семенович, или Кощей, как называли его студенты за преклонный возраст и худощавое телосложение, читал предмет O9V1 – «свойства особых объектов неживой природы, способных к аккумуляции в себе биоинформации», а проще говоря, свойства амулетов, оберегов и артефактов.

Сама дисциплина и особенно практические занятия по ней входили у Вероники в число самых любимых, а вот преподавателя, который читал лекции, она, мягко говоря, терпеть не могла. Старый тощий профессор обладал прескверным зрением, но вместо контактных линз или хотя бы очков носил пенсне. И это в XXI веке! Но не факт пренебрежения к достижениям современной офтальмологии до глубины души возмущал Веронику. Ее раздражала закоснелость преподавателя, его пристрастие к догмам, нежелание разнообразить учебный процесс, сделать его соответствующим современности, да и к тому же Валентин Семенович был редким брюзгой. Ходили слухи, что профессор работает в Университете со дня его основания, то есть уже 65 лет, а это означало, что самому преподавателю уже под 90. Может, у кого-то вызвала бы уважение такая преданность профессии, но Вероника была искренне уверена, что Валентину Семеновичу давно пора на пенсию.

– Тема сегодняшней лекции амулеты Древнего Египта, – проскрипел профессор.

– Валентин Семенович, расскажите нам лучше про Большой бубен, – с места выкрикнул Никита.

– Что?! – взвизгнул преподаватель, обводя пристальным взглядом аудиторию. – Кто это посмел говорить без разрешения? В наше время за такое студента бы запросто выгнали с лекции…

– За что? – невинно пожал плечами Никита. – За тягу к знаниям?!

– Молодой человек, кто вам позволил меня перебивать? – продолжал брюзжать профессор.

– Акакий Акакиевич, – не моргнув глазом нашелся студент.

По аудитории прокатился смешок.

– Как понять? – нахмурился преподаватель.

– На прошлой лекции Акакий Акакиевич рассказывал нам про восточносибирское шаманское течение Улаха Еттэ, или «Обратная сторона». И про артефакт, который Объединенному ведьмовскому сообществу удалось заполучить, когда течение самоликвидировалось. Но подробней про этот артефакт профессор нам не стал рассказывать, сославшись на то, что это сделаете вы.

– Не мог он вам такого сказать, потому что нет никакого смысла изучать Большой бубен. Этот артефакт мертв, то есть он не работает, и никто не знает, есть ли заклинание, которое заставит его работать. Кроме того, несколько лет назад он был украден из хранилища ведьмовского сообщества.

– Украден?! И что, до сих пор не найден? – поинтересовался Егор, который, как только что заметила Вероника, уже успел воспользоваться тем, что Никита пересел, и занял его место возле Леночки.

– Его ищут, но не так интенсивно, как это делали бы, если украденный артефакт был живой.

– Наверно, артефакт обладал невероятной силой, раз заинтересовал кого-то, несмотря на то что мертв. Как вообще кто-то мог решиться на такой опасный поступок ради недействующей вещи? – теперь уже и Вероника решила вступить в разговор с лектором.

– Большой бубен действительно обладал интересными свойствами. Тот, кто умел играть на нем, мог задавать ритм Вселенной. Но артефакт мертв, так что украден был, скорее всего, каким-то коллекционером просто как раритетная в ведьмовском мире вещь, ценная не своей магической силой, а интересной историей.

– А что значит «задавать ритм Вселенной»? – поинтересовалась Вероника.

– Это значит – управлять временем.

Новая формулировка не стала девушке понятней, поэтому она снова переспросила:

– А что значит «управлять временем»?

– Так, стоп! – Валентин Семенович вдруг со всего маху хлопнул ладонью по учительскому столу. – Почему вы, Двинская и компания, постоянно уводите меня от темы занятия?! Повторяю, сегодня мы говорим об амулетах Древнего Египта. А кто посмеет еще раз перебить меня, будет выгнан с лекции и, более того, о его дерзком поведении будет сообщено Дисциплинарному совету.

Последняя угроза отбила желание как у Никиты, так и у Вероники продолжать злить лектора – попасть два раза подряд на заседания Совета было бы слишком опасно. Им пришлось сосредоточиться на конспектировании слов профессора, ведь тот, конечно, запомнил, кто терзал его вопросами, и на следующем занятии начнет опрос с излишне любопытных студентов. В отличие от других преподавателей Валентин Семенович не потрудился залить конспекты своих лекций в университетскую электронную библиотеку, а это означало, что надо по старинке переносить слова педагога ручкой на бумагу.

– Слушай, Никита, – не выдержала в середине лекции Вероника. Она хоть и старалась вникать в повествование Валентина Семеновича, но все равно продолжала терзаться мыслью, каким образом ее одногруппник ухитрился оказаться с ней за одной партой, при этом никого не обидев и не разозлив, но это, конечно, не считая самой Вероники. – Что ты там Леночке на ухо нашептывал?

– Да так, ничего, – самодовольно улыбнулся Никита.

– Говори, – процедила Ника, – а то получишь у меня.

– Поцелуешь – скажу.

– Ага. Щас.

– Ладно уж, – снисходительно прошептал Никита. – Я ей сказал, что пересесть меня попросил Егор. Что Леночка ему очень нравится и все такое.

– Егор и правда просил?

– Когда-то просил, а вот сегодня я подумал-подумал да и решил, почему бы не помочь хорошему парню.

– Значит, ты временно на две недели уступил Лену Егору, чтобы выиграть у меня пари? – ехидно прошептала Вероника.

– Ну, что-то вроде того, – хмыкнул Никита.

– А ты не подумал, что не факт, что Леночка потом снова переключится на тебя? А? – злорадно сверкнула глазами Ника.

– А вдруг мне не захочется переключаться на Леночку, – подначил Никита, – вдруг ты так меня поцелуешь, что я…

– И не мечтай. Никакого поцелуя не будет. Лучше возвращайся на свое старое место, пока не лишился своей единственной воздыхательницы.

Звонок, возвестивший об окончании первой пары, заставил молодых людей прекратить пикировку и осознать, что содержание второй половины лекции осталось для них тайной.

– Ника, вы чего с Никитой всю лекцию перешептывались? – подмигнула Наташа подруге, когда они вышли из лекционного зала и направились в другую аудиторию. – Раскусила, что он там придумал, чтобы тебя охмурить?

– Наташ, да что он умного может придумать? Вот весь его план, видимо, в этом и состоит – крутиться у меня перед глазами, пока меня тошнить от него не начнет. И вообще, зачем ты ему подыграла? – нахмурилась Вероника.

– Это все для твоего же блага, – начала объяснять подруга. – Сегодня перед первой парой он мне сказал, что выполнит любое мое желание, если я соглашусь две недели посидеть за другой партой.

– Ого, любое?! – Глаза Вероники заискрились. – Ну? Ты придумала что-нибудь этакое?

– Какое этакое? – засмеялась подруга.

– Например, чтобы он на перемене залез на учительский стол и громко прокукарекал три раза.

– Господи, Ника, что за детский сад! Я придумала кое-что получше.

– Ну?

– Я взяла с него обещание, что он больше никогда не будет заключать с тобой пари.

– Наташ, ну это же так скучно… – разочарованно протянула Вероника.

– Зато благоразумно! – ответила подруга, придав голосу поучительную интонацию старшей сестры. Вообще-то девушки были ровесницами, но по непонятной причине Наташа чувствовала ответственность за свою бедовую подругу, с которой у них было удивительное душевное родство и диаметрально противоположные темпераменты.

– Слушай, а на практические занятия этот ваш договор тоже распространяется? – ужаснулась Вероника. До ее сознания дошло, что ближайшие две недели ей придется делать лабораторные работы в паре с Никитой.

– Распространяется. Но не сокрушайся уж так, – улыбнулась Наташа, почувствовав нотки паники в голосе подруги, – это же всего на несколько дней.

Девушки зашли в аудиторию, где должна была проходить вторая пара – практические занятия по предмету P31i, «запись и чтение информации с астрономических объектов вселенского масштаба», а проще говоря, астрология.

Никита уже сидел на отвоеванном хитростью месте и поджидал Веронику. Стрельнув в его сторону колючим взглядом, она пристроилась рядом, а ее подруга опять заняла парту сзади. Веронике не нравилась перспектива делать лабораторные работы в паре с Никитой, ведь это, как правило, предполагало тесное сотрудничество, а как можно сотрудничать с человеком, который на спор решил влюбить тебя в себя? Но если попробовать оценить ситуацию с разных сторон, к чему всегда призывала ее рассудительная Наташа, то можно заметить и плюсы от такого вынужденного сотрудничества. У Вероники уже было две двойки по предмету P31i за неправильно выполненные работы, а в паре с Никитой у нее наверняка появится шанс исправить оценки, не зря же он – отличник по всяким цифро-буквенным предметам.

В аудиторию вкатился молодой розовощекий профессор Павел Борисович. Именно вкатился – он умел так быстро перебирать своими короткими ножками, что складывалось впечатление, что передвигается преподаватель на цирковом колесе. Между собой студенты именовали Павла Борисовича не иначе, как Колобок – то ли за эту его способность к плавному передвижению, то ли за абсолютно лысую большую и, несомненно, очень мудрую голову.

– Здравствуйте, дорогие мои! – обратился профессор к второкурсникам. – Сегодня у нас преинтереснейшая тема: персональные послания.

У Павла Борисовича все студенты были «его дорогими» и все темы были «преинтереснейшими». Объяснялось это тем, что сам профессор являлся на удивление добродушным и легким в общении человеком, неисправимым оптимистом и где-то даже идеалистом.

Павел Борисович принялся объяснять новую тему, перекатываясь из одной части аудитории в другую и отчаянно жестикулируя, видимо, чтобы облегчить студентам усвоение материала.

– Дорогие мои, вы немного уже научились читать по звездам и знаете, что астрологическая информация рождается не самими небесными светилами. Они только являются ее носителями, в чем-то похожими на бумагу, на которой напечатаны ваши учебники, или, к примеру, на электронную память смартфона нашей Леночки, которая уже десять минут что-то увлеченно читает с экрана вместо того, чтобы слушать лекцию.

Студенты захихикали, а Леночка, покрывшись румянцем, быстро выключила свою игрушку и спрятала в сумочку. Если бы включенный смартфон заметил какой-нибудь другой преподаватель, то наверняка выгнал бы студентку из аудитории, еще и пригрозив Дисциплинарным советом, ведь пользоваться телефонами во время занятий было категорически запрещено, но добросердечный Павел Борисович удовольствовался лишь вскользь произнесенным замечанием.

– Так вот. Сегодня мы и поучимся заносить информацию на звездное небо, – продолжил профессор, сопроводив одобрительным взглядом благоразумные действия проштрафившейся студентки. – Для начала это будет небольшое персональное послание. Буквально несколько слов. Каждый работает в паре со своим соседом по парте. Задание понятно?

– Не совсем, – откликнулся Дима, который остался без напарника, после того, как его друг Егор получил возможность сидеть рядом с Леной. – Что это должно быть за послание? И как мы можем его оставить, если сейчас день и звезд не видно.

– Послание может быть любым. Все что захотите. Но минимум три слова. А для того чтобы его оставить, не обязательно видеть звезды. Видеть их нужно, чтобы читать. Я вам расскажу методику, и вы сможете залить свои мессиджи прямо сейчас. А вечером каждый из вас прочтет то, что его сосед по парте хотел ему сказать. Понятно?

– Да. Теперь понятно. Но кому мне писать послание, если мой сосед по парте сбежал? – с грустной улыбкой развел руками Дима.

– Работайте в паре с Наташей. У нее сегодня, похоже, тоже нет напарника.

Павел Борисович самозабвенно стал объяснять методику второкурсникам, а те старательно выполнять все его инструкции, и когда до конца пары оставалось минут 10, у профессора сложилось впечатление, что все студенты готовы к финальной части задания.

– Теперь вы все знаете – приступайте! – весело скомандовал преподаватель и, наконец прекратив носиться по аудитории, уселся за учительский стол.

Вероника посмотрела на Никиту. Тот сидел сосредоточенный, с легкой улыбкой на губах. Все понятно – записывает для нее какую-нибудь гадость, еще и улыбается, представляя, как перекосит Нику, когда она прочтет его мессидж. «Ну, сейчас я тебе тоже такого напишу!» – злорадно подумала Вероника, перебирая в голове варианты пообидней. Может вот так: «Никита – ты осел!», или «Такого идиота я еще не встречала», или «Что ты пялишься на небо как придурок?». У Ники было еще много идей, но вспомнив о том, что краткость – сестра таланта, она все же решила остановиться на первом варианте.

Вероника сосредоточилась. Еще секунда – и звездное небо отобразит на себе ее слова… Стоп! Она ощутила, как непонятное еле заметное щемящее чувство прокатилось в ней. Что за ерунда? Ника передернула плечами, чтобы стряхнуть с себя то, что мешает ей выполнить задание профессора. Но оно, это странное чувство, не стряхивалось, а наоборот, расползалось по ней и постепенно добралось до головы, трансформировавшись в мысль. И эта мысль категорически не нравилась Веронике, но факт оставался фактом – она не хочет, чтобы ее глупое обидное послание, в доли секунды преодолев миллиарды световых лет, отобразилось на далеких холодных и величественных ночных светилах только для того, чтобы позлить соседа по парте. Нужно было придумать что-то другое – нейтральное. Только что?..

Аудиторию заполнил веселый звонок, который означал конец занятия, а вместе с ним и всего учебного дня, ведь в расписании на субботу у второкурсников значилось всего две пары. Звонок затих, а Вероника ничего нейтрального так и не придумала и задание профессора осталось невыполненным.

– Ребята, попрошу еще минутку внимания, – обратился Павел Борисович к расслабившимся студентам. – Учитывая, что послания вы оставили персональные, я не смогу их прочитать. Так что за эту лабораторную работу оценки ставить друг другу будете вы сами. Надеюсь на объективность. А теперь можете расходиться. Веселых вам выходных, мои дорогие!

– Ну, кому выходные, а кому и общественно-полезный труд, – с сарказмом заметил Никита. – Вероника, ты же помнишь, нам с тобой после обеда нужно будет пять часов в библиотеке отработать.

– Помню, – вздохнула девушка. Прекрасная у нее выдалась суббота: во-первых, она уже заработала еще одну гарантированную двойку по P31i, а во-вторых, впереди ее ждет пять часов общественно-полезных работ в пыльной библиотеке.

Глава 8. Астрологические послания

– Пойдем поужинаем в «Стекляшке», – предложил Никита, когда они с Вероникой вышли из университетской библиотеки, отработав свои пять общественно-полезных часов, – наверно, проголодалась?

– Не знаю, – равнодушно пожала плечами Ника. От усталости у нее не было сил даже на обычную пикировку. Кропотливая скучная работа навевала на нее тоску.

– Пойдем! Там же пирожные вкусные, – выдал веский аргумент Никита.

– Надо тогда Наташе позвонить, ее тоже позвать.

– Она, скорее всего, уже поужинала в студенческой столовой. Пойдем вдвоем.

– Это что, твой план по обольщению в действии? – наконец нашла в себе силы съязвить Вероника.

– А ты думаешь, что ужин со мной несет реальный риск для тебя влюбиться в меня? – не остался в долгу Никита.

– Еще чего, – засмеялась Ника, – даже сто пятьсот ужинов тебе не помогут. Ладно, так уж и быть, пошли.

Молодые люди выскочили на улицу и направились по знакомому маршруту. Морозец был крепкий, градусов тридцать, не меньше, но для привыкших к сибирским холодам студентов сегодняшняя погода казалась вполне приятной для прогулок, тем более было безветренно и ясно. Небольшие сутулые фонари, примостившиеся по обеим сторонам дорожки, ведущей к кафе, выхватывали у темноты ровные яркие круги искрящегося синего снега. Веронике нравилось наступать на границу раздела света и тьмы, из-за этого некоторые шаги получались короткими, а некоторые – гигантскими. Никита с полуулыбкой наблюдал за затеянной Никой нехитрой игрой, стараясь удержаться от подтрунивания.

Возможно, Вероника до самого кафе развлекалась бы таким незамысловатым образом, но в какой-то момент заметила, что не хватает очередного светящегося круга. В чем дело? Наверно, один из фонарей поломан. Она подняла голову вверх проверить свою догадку. И вдруг резко остановилась от внезапно охватившего ее сильного чувства. Прекрасного светлого чувства, что мир вокруг нее восхитителен, в нем царят гармония и совершенство. В первый момент Вероника не поняла, почему все вокруг стало казаться ей таким необыкновенно красивым: фонарные столбы в стиле ретро, гигантские сосны с пушистыми лапами и звездное небо, видневшееся рваными кусками в просвете крон… Звездное небо – вот в чем причина волшебного чувства, захватившего ее. Звезды, разбросанные по Вселенной на миллиарды световых лет, равнодушные и безмолвные, тем не менее несли в себе послание, адресованное персонально Веронике, послание от того, кто сейчас стоял рядом, послание, которое ни разу не прозвучало в виде слов, слетевших с его губ.

«Вероника, ты прекраснее этих ночных светил, на которые сейчас смотришь!»

– Понравилось? – голос Никиты вернул Нику в реальность, и сказочные чувства, во власти которых она находилась последние несколько секунд, улетучились. Возвратившаяся к Веронике способность мыслить логически тут же подсказала ей причины такого сентиментального послания. Совершенно очевидно – ни о каких романтических порывах речь не идет, это просто один из пунктов плана по обольщению.

– Глупо! – резко выпалила Ника.

– Значит – понравилось, – сделал проницательный вывод Никита. – Кстати, мне твое – тоже.

– Что «тоже»? – опешила Вероника.

– Твое послание мне тоже понравилось, – услужливо расшифровал парень, хотя был уверен, что спутница его и с первого раза прекрасно поняла.

– Но я же ничего не посылала. Как может понравиться «ничего»?

– Не «ничего», а молчание. Причем, обрати внимание, многозначительное молчание. То, что ты не стала язвить, о многом говорит – процесс пошел, – объяснил Никита с самодовольной улыбкой. – И кстати, тебе от меня пятерка за эту лабораторную.

Эх, с каким бы удовольствием Вероника сейчас залепила снежком по этой нагло ухмыляющейся физиономии, но она сдержала свой гневный порыв, решив, что даже такое вопиющее поведение может быть истолковано самовлюбленным молодым человеком как проявление симпатии с ее стороны.

Чтобы у Никиты не было соблазна продолжить за ужином раздражающие Веронику игры в обольстителя, она решила взять направление беседы в свои руки. Разговор про Бегемотика показался ей прекрасной нейтральной в смысле романтики темой и к тому же очень полезной. Вероника надеялась, что, возможно, Никита знает что-то новое по поводу странного исчезновения Матвея Тимофеевича и поделится с ней этой информацией. Новые факты очень бы помогли ее детективным изысканиям, которые пока сильно пробуксовывали – Вероника так ни на шаг и не продвинулась в деле, от которого зависит ее дальнейшее пребывание в Университете.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25