Экспедиция

О. Фролов

Экспедиция

I

Сидящий за большим письменным столом, седой грузный человек отложил в сторону несколько листов с напечатанным на них текстом и задумался.

«Вот так и неожиданность! Этого ёще только не хватало. И ничего кардинального сделать нельзя. Будет скандал! Да еще какой ... Прогремим на весь мир. А нам нужна тишина. Тишина!»

Он нажал вмонтированную в поверхность стола кнопку. Дверь кабинета распахнулась и в дверном проёме застыл, ожидая приказания, молодой парень с военной выправкой.

– Курт, – сказал сидящий, - немедленно разыщите и вызовите ко мне Релинга.

Он в вашей приемной, герр оберст.Да?Так точно! Несколько минут назад вошел с просьбой о незамедлительном приеме его вами. Я как раз собирался вам доложить, но вы опередили меня, вызвав.Пусть заходит! Для всех остальных я занят, телефонные звонки переключи на себя.Слушаюсь, герр оберст, – парень исчез и через секунду в кабинет буквально вбежал небольшого роста моложавый мужчина с папкой в правой руке.Вы читали, герр оберст? – взволнованно спросил он.Что именно?Вот! – Релинг извлек из папки сложенную вчетверо газету и положил ее на стол перед хозяином кабинета – Я обвел это место синим.Это? Это читал. Мне недавно принесли обзор вчерашней прессы.И что вы думаете? Это же ...Что я думаю? Я думаю, что для начала вам надо сесть.Извините, – Релинг сел в одно из двух кресел, стоящих у письменного стола. Что я думаю, я скажу позже ... А пока я хочу услышать, что думаете вы.Я думаю, что надо не допустить этого. Если позволить русским сделать это, то тогда все, что нам удалось создать и благодаря чему мы, как вы знаете, добились, на мой взгляд, впечатляющих результатов, придется не только остановить, но и .... – Релинг замялся, но все же решился и произнес, – уничтожить! Уверены?Да! И как вы собираетесь помешать русским?А вот это я не знаю ....И поэтому вы пришли ко мне, чтобы я сказал вам, что для этого надо сделать. Так?Да.А, если допустить, что я не скажу, что тогда?Тогда ... Тогда ...Да, что тогда?Тогда ... – Релинг замолчал.Что?Но вы же скажите ... А, вот, и нет. И знаете почему?Почему?Потому, что я не знаю, что сказать.

Релинг удивленно посмотрел на хозяина кабинета.

II

Что, удивил? – усмехнулся хозяин кабинета. – Привыкли, что я всегда знаю, что надо делать.Так точно!А надо отвыкать. И начинать самостоятельно вырабатывать и предлагать решения. Напомню, мы вступили в фазу, за которой последует прямая конфронтация с Советами, а раз так, то каждый на своем месте должен генерировать идеи для того, чтобы победа фатерлянда настала как можно быстрее. Так точно! – Релинг чуть было не выскочил из кресла, но во время одумался. – Но позвольте вопрос, герр оберст ..Слушаю.Каждый на своем месте должен генерировать идеи, значит ли это, что он может не учитывать мнение старшего по званию и должности?Если оно высказано, то нет.Ясно! – Релинг встал. – Разрешите идти?Идите, но через два дня ваши предложения должны быть у меня на столе.Так точно, герр оберст! - Релинг сделал шаг к двери и остановился, обернувшись.Что ещё?Простите, герр оберст, но вы действительно не знаете, что делать?Вы забываетесь, гауптман!Никак нет! Просто я не могу поверить, что такое может быть.И правильно делаете, – улыбнулся хозяин кабинета, – кое-какие мысли о возникшей проблеме, у меня, конечно, есть ... Могу ли я поинтересоваться какие? – осторожно поинтересовался Релинг.Зачем?Ну, чтобы ... чтобы учесть в своих предложениях ...Нет! Идите!Слушаюсь! – гауптман вышел из кабинета, плотно закрыв за собой дверь.

«Вот так всегда, – подумал хозяин кабинета, – не может без указаний старшего по званию и должности. Да и не он один. Это как вода: есть русло – она течет, нет его – стоит, ждет, когда русло появится. Одно хорошо: как потечет, так, уж, и не остановить. Так и Релинг: чуть получит указание, тут же начнет исполнять. Исполнитель он действительно отличный, ему бы еще научиться прокладывать русла, цены бы ему не было.»

Он придвинул к себе телефонный аппарат, снял трубку, поднес ее к уху и набрал номер.

III

Вызываемый абонент ответил тот час.

Привет, дружище, – произнес оберст. – Не отвлекаю? Привет. Нет, на сегодня все лекции прочитал, собираюсь домой.Ну и как твои студенты?Студенты как студенты, но до нас им далеко. Помнишь, как мы в университете ...Я все помню. Извини, но сейчас не до воспоминаний.Понял. Опять нужна консультация?Да, и прямо сейчас, по телефону.Спрашивай.Ты читал сообщение о том, что заявили русские относительно обнаруженных летописных записей?Конечно.И что ты думаешь?Россия огромная страна с богатой историей, и нельзя исключить, что время от времени могут вскрываться новые факты и их источники.То есть ты хочешь сказать, что суть их заявление реальна?Вполне. Я, естественно, источников не видел, но на основе ранее известных исторических фактов, полагаю, что это может быть. А твои коллеги– «русисты» такого же мнения?В целом да.Я правильно понял, что что-то смущает?Есть некоторые сомнения, точнее ощущение того, что русские что-то не договаривают.Что именно?Не привели точных названий и дат обнаруженных летописей, не продемонстрировали их.И как это можно объяснить?По разному: может быть титульные листы не сохранились или заглавия выцвели, страницы требуют реставрации, а, значит, бережного обращения. В принципе такое вполне может быть, но я, будь на месте русских, вряд ли удержался и хотя бы фотографии, но продемонстрировал. Но это мы – немцы, русские, как ты знаешь, другие ..., Знаешь, как у них говорят: «Мы – русские медленно запрягаем, но быстро ездим». Так, что думаю, придет время и они все покажут и все расскажут.«Если мы дадим им время для этого, – подумал оберст. – А мы не дадим! Фюрер решение принял и мы это решение выполним!»Что ты молчишь? – прервал его размышления собеседник.Думаю. Скажи, а у тебя или у кого-либо из твоих коллег не будет возможности в ближайшее время пообщаться с русскими историками?Нет. Ты же знаешь, все гуманитарные контакты с Советами с недавних пор прекращены. Ни мы к ним, ни они к нам ни ногой.А почтовая переписка?Тем более невозможна. Не мне тебе об этом рассказывать.Да, извини. Ну, что же, спасибо за консультацию.Да не за что, ты же знаешь: я всегда рад помочь.Знаю и ценю. Одна просьба: если что-либо узнаешь нового, сообщи.Непременно. Кстати, а как на счет посидеть в ресторане?С удовольствием, но сейчас много работы. Как-нибудь позже.Ну, что ж, позже, так позже. Я рад был тебя слышать.И я. До свидания.До свидания.

Оберст положил телефонную трубку.

«Хорошо иметь друга – крупного специалиста по России и Советам, – подумал он. – Плохо то, что друг-профессор не хочет перейти в штат абвера. Мы бы с ним таких результатов достигли, что без преувеличения стали бы легендой немецкой разведки.»

IV

Оберст встал из-за стола и, прохаживаясь по кабинету, стал размышлять.

«Судя по всему, русские действительно, открыли, как говорится, неизвестную страницу своей истории. А коли так, то непременно решат удостовериться в этом. Как? Для этого есть один способ: организовать археологическую экспедицию. И скорее всего откладывать ее не будут. Скоро лето, а лето - самая благоприятная пора для археологов. Но кто войдет в состав экспедиции? Сколько человек в ней будет? Учитывая удаленность и труднодоступность территории вряд ли в экспедиции будут участвовать люди в возрасте, в ней будут сравнительно молодые археологи, способные не только много ходить, но и нести довольно большой груз. И потом, раскопки в полном объеме они, конечно, проводить не будут, их задача найти место, на котором в последствии и начнутся археологические изыскания. Вот только, начнутся ли? Начнутся, если мы им позволим. А мы не позволим! Вернее, должны сделать так, чтобы изыскания не начались. Но как это сделать сейчас, пока не началась война с Советами? Когда начнется война, русским будет не до археологии. А после нашей победы и подавно, ибо не будет русского государства».

Варианты физического уничтожения или исчезновения в результате пленения экспедиции он отверг, понимая, что это вызовет дополнительное пристальное внимание к территории и немедленному началу широких поисковых работ, в которых будет участвовать большое количество людей, в том числе и военнослужащих РККА. А там, где военные, там оружие, там, где оружие, и до боевых столкновений не далеко.

Вариант ухода с территории также не подходил. Ее оставление привело бы к утрате ценнейшего секретного объекта, обеспечивающего германским войскам в грядущей войне с Советами определенное стратегическое преимущество.

Оставался один, но трудно исполнимый вариант: не позволить экспедиции обнаружить секретный объект. А для этого вынудить ее идти маршрутом, прохождение которого ни в коем случае не выведет экспедицию к этому объекту. Но как это сделать? Внедрить своего агента в ее состав было, и это отчетливо понимал оберст, не реально. Следовательно выход был один – экспедиция, должна была оказаться, в ситуации, в которой из-за непреодолимых препятствий была бы, вынуждена прекратить движение и вернуться обратно ничего не обнаружив.

Подготовку этой ситуации и создание непреодолимых для экспедиции препятствий оберст решил поручить гауптману Релингу, если тот через два дня не представит нечто такое, что сделает не нужным создание такой ситуации. А в то, что Релинг сможет такое предоставить, оберст не верил.

«Придется перебросить его на объект, чтобы организовывал и контролировал ситуацию. А с возвращением придется подождать ... Вернуть его сухопутным путем с переходом границы – большой риск: могут задержать, а там, глядишь, и «разговорят» его, неизвестно же как он долго сможет, да и сможет ли вообще молчать. А как «заговорит», об объекте придется забыть: Советы от него ничего не оставят.

Так, что возвращение будет тогда, когда начнутся военные действия, да и то не сразу, а лишь как объект начнут использовать по его предназначению. И Релинг будет нести ответственность за его готовность! Кстати, может и возвращать его не придется ...»

V

Как думаешь, – спросил, стоящий у окна и смотрящий на открывавшуюся из него панораму Москвы, военный с двумя ромбами на петлицах, – немцы клюнули?Трудно сказать, – ответил стоящий рядом военный с тремя шпалами на петлицах. – Если наши предположения верны, то несомненно, если же нет, то вряд ли.И что ты предлагаешь?Продолжать осуществление выработанного и утвержденного плана. В любом случае мы в выигрыше: во-первых, проверим правильность наших предположений, и, во-вторых, испытаем на деле новичков.Хорошо. Но, Владимир Кириллович, готовь их так, чтобы если что, и за себя постоять могли и задание выполнили.Именно так и будет. Они прекрасно понимают, что им предстоит. Даже в свое свободное время самостоятельно тренируются.А как с их научной подготовкой, они же официально «археологи»?Обзорные курсы лекций им читают преподаватели из университета.Они, что видят их лица?Никак нет, преподаватели отгорожены ширмами. И потом, все они дали подписки о не разглашении, да и отбирали мы их строго, все они предварительно прошли проверку.То есть любая случайность исключена?Убежден, что да.Это хорошо, что убежден. Но помни, убеждение не основание для самоуспокоенности ...Я помню и потому принял меры, чтобы приглашенные преподаватели при чтении лекций не могли пересечься с нашими «археологами». Для них даже сделаны отдельные вход и выход из здания.Думаешь обзорных лекций хватит для того, чтобы они или кто-либо из них выступили с сообщением о результатах «археологического» поиска? Хватит, да и мы их без научной поддержки не оставим, привлечем, правда, других преподавателей для придания должной научности тексту сообщения. Хотя, конечно, лучше бы обойтись без сообщения.Нельзя. Раз уже объявлено о подготавливаемой экспедиции группы молодых аспирантов-энтузиастов, все будут ждать результата, так, что без сообщения не обойтись.Понимаю, но всё же ... Мы «засветим» их.Не всех. Особо способных и отличившихся для службы у нас, а такие, я уверен, будут, «светить» не станем, а тех или кого из них «засветим», направим своими негласными представителями в соответствующие учебные и научные учреждения, подобрав им в них административные должности. Не могут же все участники экспедиции в раз исчезнуть: кто-то останется на виду, а другие, если кто и поинтересуется, якобы, все время в различных археологических экспедициях, «не вылезают» из них.Ясно. В установленный срок начала уложитесь?Несомненно.Очень хорошо .Разрешите идти?Да, ступай ...

VI

Владимир Кириллович вернулся в свой кабинет, сел за письменный стол и, привычно расположившись в кресле, начал «прокручивать» в голове все этапы задуманного и уже реализуемого задания, решающую роль в выполнении которого должна была сыграть группа из пяти только-только зачисленных в штат молодых людей.

Отбирал их для участия в выполнении задания он сам, оценивая интеллектуальный уровень и степень физической подготовленности, имеющиеся навыки и умения каждого кандидата в «археологи» ...

Им предстояло провести поиск на территории, рядом и вокруг которой была замечена подозрительная активность самолетов без опознавательных знаков. Проведенная воздушная разведка этой территории ничего не дала, через плотный полог из густых зеленых ветвей лесных деревьев и кустарников разглядеть ничего не удалось.

Прочесывание территории силами нескольких воинских частей было весьма затруднительно. Для этого их надо было перебросить из мест дислокации, развернуть и обустроить полевые лагеря, что требовало больших затрат, в том числе финансовых и временных. Но главное, перемещение такого большого воинского контингента, равно как и использование его для прочёсывания территории не осталось бы без внимания, спугнуло бы тех, кто мог находиться на ней, они могли бы переместиться из нее в другую местность.

В этой связи было принято решение ограничиться направлением специально подготовленной группы, которая, находясь в свободном поиске, могла бы исследовать интересующую территорию.

Учитывая это и во избежание вполне вероятных попыток уничтожения группы, было решено замаскировать ее деятельность как археологическую экспедицию.

С помощью известных ученых-историков и литературоведов, была придумана вполне правдоподобная легенда об обнаружении в летописных источниках неизвестных ранее фактов о существовании в далеком прошлом на интересующей территории некого городского поселения.

Легенда была официально обнародована не только внутри страны, но и в зарубежной прессе, как было обнародовано и то, что пятеро аспирантов в инициативном порядке и с энтузиазмом, свойственным молодости, решили отправиться в археологическую экспедицию, чтобы найти подтверждение открытия, сделанного историками.

Это обезопасило от уничтожения членов этой экспедиции, результаты которой заинтересованно ожидали ученые многих стран мира, в первую очередь Европы. Расчет был на то, что те, кто бы задумался об ее уничтожении, непременно пришли к выводу о том, что пропавшую экспедицию или даже хотя бы одного ее члена обязательно начнут искать по всей территории, в следствие чего тайное использование территории в дальнейшем было бы невозможным. А, если бы были найдены доказательства того, кто это совершил, международный скандал был гарантирован.

В этом случае обменом дипломатическими нотами все бы не завершилось. Последствия этого скандала могли быть любыми, даже самыми неожиданными, включая полный разрыв дипломатических отношений и объявление войны.

VII

Группа «археологов» готовилась к выполнению задания с учетом того, что точный срок ее нахождения на интересующей территории был не известен, как неизвестно было и то, с чем или с кем ей предстоит там столкнуться.

Ясно было только одно, избежать встреч с дикими зверями ей не удастся. В этой связи к ее подготовке были привлечены опытные охотники, обучавшие «археологов» не только распознавать следы и виды животных и птиц, но и охотиться на них, поскольку они должны были стать естественным источником мясной пищи. Рассказывали охотники и о повадках диких зверей, учили неслышно ходить по лесу, ориентироваться в нем.

Не была забыта и рыбная ловля в реках, прудах и озерах, с ее особенностями «археологов» несколько дней знакомили не менее опытные, чем привлеченные охотники, специально приглашенные рыболовы.

И, конечно, «археологи» получили четкое представление о съедобных лесных ягодах и грибах.

В результате каждый из «археологов» стал обладателем бесценных знаний и навыков по выживанию в незнакомой лесной местности.

Это, а также полученные познания в истории и археологии, в сочетании с мощной физической и безукоризненной стрелковой подготовкой, с учетом, что каждый член группы был вооружен и располагал таким запасом патронов, какой мог нести исходя из своих физических данных и общего веса поклажи, гарантировало, на сколько это можно было представить, успех экспедиции, если с ней на интересующей территории не произойдет нечто, что предвидеть невозможно.

Владимир Кириллович при каждом удобном случае подчеркивал, что каждый член группы должен постоянно быть готовым к неожиданностям, откуда, от кого бы и какие бы не происходили.

Быть в постоянном напряжении - это тяжело, - говорил он, - это может сказаться на психическом состоянии, поэтому стремитесь использовать любую возможность, чтобы хотя бы ослабить напряжение. Шутите, делайте гимнастические упражнения, старайтесь отдохнуть, высыпайтесь. Но помните, отдых и сон для вас возможны, если во время их кто-то из вас занят их охраной. В крайнем случае спите по очереди. Старайтесь высыпаться, недосыпание неминуемо скажется, на вашем психическом и физическом состоянии. Как этого добиться, вам предстоит решать уже там, на территории, где вам предстоит действовать. Но готовиться надо уже сейчас.

Мнимые «археологи» отчетливо понимали это и чрезвычайно ответственно относились к подготовке экспедиции, учась действовать в ситуации, когда помощи и поддержки получить будет невозможно и вся надежда только на себя самого и своих товарищей.

Понимая, что во многом успех экспедиции зависит от правильной организации ее деятельности, Владимир Кириллович неоднократно подавал рапорт о включении его в состав этой группы в качестве ее руководителя, но каждый раз получал отказ. Причина отказов была одна и та же: его возраст, не соответствующий возрасту членов группы: как ни как он был почти на десять лет старше любого из них. Да и его безукоризненная военная выправка ни как ни вязалась с обликом учёного. Приказ был один: подобрать и назначить командира группы из числа ее членов.

Чем он и занимался, буквально с первого дня внимательно присматриваясь к каждому из пяти ее членов. изучая их ...

VIII

В документах, которыми их снабдили, у каждого из них были другие фамилии и отчества. Имена же оставили им изначальные: Алексей, Степан, Петр, Николай и Федор, предварительно оговорив с каждым, что ни один из них не признается, что его имя подлинное. Это было нарушение, но об этом знали только они, Владимир Кириллович и еще трое из вышестоящего командования.

Сохранение первоначальных имен позволяло избежать случайных оговорок, поскольку подчас ошибочно названное имя станет поводом для, услышавшего или узнавшего об этом, противника взять в негласную «разработку» того, кто оговорился. А результатом такой «разработки» вполне может быть провал как самого «разрабатываемого», так и тех, кто находится с ним в контакте, равно как и невыполнение задания.

Постепенно он выделил двоих: Петра и Федора.

Они были своего рода «локомотивами», тянущими за собой остальных членов группы, личными примерами показывающие и доказывающие, что раз смогли они, то смогут и другие. При этом Петр и Федор не были конкурентами, не боролись за лидерство между собой, им просто было комфортно действовать в тандеме. Они буквально понимали друг друга с полуслова, с намека, жеста.

Но начальник экспедиции, он же командир разведывательной группы мог быть только один. Двоевластие было невозможно. Надо было выбирать …

И Владимир Кириллович выбрал, но как сделать так, чтобы его выбор не разрушил сложившийся тандем? Чтобы ни у кого из тандема не появилось из-за принятого им решения ни малейшая частичка, нет, не обиды, а чувства собственной неготовности возглавить группу?

Способ был один: выслушать мнение каждого из тандема по вопросу, кто из них мог бы быть командиром разведывательной группы, после чего обосновать свое уже сформированное решение. Откровенный разговор между умными людьми - верное средство избежать недопонимания.

И такой разговор состоялся. Петр и Федор оказались готовы к нему, и сразу заявили, что обсуждали вопрос о командире между собой, придя к единому мнению, что им должен стать Петр. Так, что Владимиру Кирилловичу даже не пришлось особо обосновывать сделанный им выбор. Кандидатура выбранная им и кандидатура, озвученная тандемом, полностью совпали.

Три остальные члена группы, когда им сообщили о кандидатуре Петра, возражений не имели. Приказом Петр был назначен командиром разведгруппы - начальником «археологической» экспедиции.