Ларри Нивен.

Мир-Кольцо. Строители Мира-Кольца (сборник)



скачать книгу бесплатно

– Я был очарован ею, – сказал он. – Мы знали друг друга несколько лет, даже встречались. А потом однажды ночью у нас состоялся разговор, и – бум! Я влюбился. Думаю, и она тоже. В ту ночь мы с ней не пошли спать – в смысле, вместе. Я попросил ее выйти за меня замуж, но она мне отказала. Она делала карьеру и заявила, что у нее нет времени на брак. Но мы решили отправиться в недельное путешествие по Амазонскому национальному парку, организовав своего рода заменитель медового месяца. Вся последующая неделя состояла из взлетов и падений. Сначала – взлетов. Я купил билеты и забронировал отель. Ты влюблялась в кого-нибудь так сильно, что считала, будто ты его недостойна?

– Нет.

– Я был молод. Потратил два дня, убеждая себя, что достоин Паулы Черенковой. И мне это удалось. А потом она позвонила и отменила поездку – даже не помню почему. У нее нашелся какой-то предлог. В ту неделю я пару раз приглашал ее на ужин, но ничего не произошло. Я пытался заставить себя не давить на нее – а она, вероятно, даже не догадывалась, как мне было тяжело. Меня бросало то вверх, то вниз, словно мячик на резинке. А потом она опустила шлагбаум. Я ей нравился, и нам хорошо было вместе. Мы могли быть лучшими друзьями. Но я оказался не в ее вкусе, хотя думал, что мы любим друг друга. Возможно, она тоже так считала… где-то с неделю. Нет, она не была жестока – просто не осознавала, что происходит.

– Но что значит «сердечная травма»?

Он посмотрел в серебристые глаза Тилы Браун. Ее безучастный взгляд говорил о том, что она не поняла ни слова.

Луис имел дело с инопланетянами. Следуя инстинкту или знаниям, он научился чувствовать, когда некое понятие являлось слишком чуждым, невозможным для их восприятия или использования в общении. И сейчас он столкнулся с тем же фундаментальным пробелом в переводе.

Какая же чудовищная бездна разделяла Луиса Ву и двадцатилетнюю девушку! Неужели он и в самом деле радикально состарился? И если так – оставался ли он все еще человеком?

Тила бесстрастно смотрела на него, ожидая пояснений.

– Невмирс! – выругался Луис, поднимаясь на ноги, и комочки земли медленно скатились с подола его халата.

Кукольник Несс рассуждал на темы этики. Прервав себя (почти в буквальном смысле – он вещал обоими ртами, к удовольствию слушателей), он ответил на вопрос Луиса. Нет, от агентов никаких сообщений пока не поступало.

Говорящий-с-Животными, окруженный не меньшим количеством поклонников, растянулся на траве подобно большому оранжевому холму. Две женщины чесали его за ушами. Странные уши кзина, способные разворачиваться, словно розовые китайские веера, или плотно прижиматься к голове, были широко расставлены, и Луис разглядел вытатуированный на каждом из них узор.

– Ну как? – крикнул он. – Умно я придумал?

– Угуррр, – даже не пошевелившись, промурлыкал Говорящий.

Луис неслышно рассмеялся. Кзин, конечно, грозный зверь, но кто станет бояться кзина, который позволяет чесать себе за ушами? Гости Луиса чувствовали себя непринужденно, и столь же раскованно держался Говорящий.

Любому созданию крупнее полевой мыши нравится, когда его нежно гладят.

– Они сменяют друг друга, – проурчал кзин. – К самке, которая меня чешет, подходит самец и намекает, что неплохо бы уделить такое же внимание и ему, после чего они вместе удаляются, а ее место занимает новая самка. Как же это, должно быть, интересно – принадлежать к расе, где разумны оба пола!

– Порой это приводит к чудовищным сложностям.

– Правда?

Девушка у левого плеча кзина, с разукрашенной звездами и галактиками черной кожей и белыми, как хвост кометы, волосами, подняла взгляд.

– Тила, иди сюда вместо меня, – весело прощебетала она. – Что-то я проголодалась.

Спутница Луиса послушно присела возле громадной оранжевой головы.

– Тила Браун, познакомься – Говорящий-с-Животными, – сказал Луис. – Надеюсь, вы оба…

Неподалеку послышалась нестройная музыкальная трель.

– …понравитесь друг другу. Что там такое? А, это ты, Несс. Что?..

Из глоток кукольника раздавались поразительные звуки. Несс грубо втиснулся между Луисом и девушкой.

– Тила Яндрова Браун, идентификационный номер IKLUGGTYN?

– Да, меня так зовут, – удивленно, но без тени страха ответила та. – Номера я не помню. В чем проблема?

– Мы уже почти неделю разыскиваем тебя по всей Земле, и вдруг я нахожу тебя на сборище, где оказался лишь случайно! Придется мне серьезно потолковать со своими агентами.

– О нет, – тихо произнес Луис.

Тила неловко поднялась:

– Я ни от кого не скрывалась, ни от тебя, ни от каких-либо других инопланетян. Так в чем проблема?

– Погодите! – Луис шагнул между кукольником и девушкой. – Несс, Тила Браун совершенно не подходит на роль исследователя. Выбери кого-нибудь другого.

– Но послушай…

– Одну минуту, – поднялся и встрял кзин. – Луис, пусть травоядный сам подбирает членов своей команды.

– Да ты только посмотри на нее!

– Посмотри на себя, Луис. Меньше двух метров ростом, чрезмерно стройный даже для человека. Ты что, не исследователь? Или Несс?

– Невмирс! Что все это значит? – требовательно спросила Тила.

– Луис, – поспешно сказал Несс, – давай вернемся в твой кабинет. Тила Браун, у нас есть к тебе предложение. Ты не обязана его принимать, даже выслушивать, но оно может тебя заинтересовать.


Спор продолжился в кабинете Луиса.

– Она соответствует моим требованиям, – настаивал Несс. – Мы должны оценить ее как вариант.

– Не единственная же она на Земле!

– Нет, Луис. Вовсе нет. Но мы не сумели связаться ни с кем из остальных кандидатов.

– Эй, в качестве кого меня тут обсуждают?

Кукольник начал объяснять. В процессе беседы оказалось, что Тила Браун нисколько не интересуется космическими полетами, никогда не бывала дальше Луны и не имеет ни малейшего желания отправляться за пределы Известного космоса. Не возбудил ее любопытства и квантовый гиперпривод второго рода.

Почувствовав, что девушка окончательно сбита с толку, Луис вновь счел нужным вмешаться:

– Несс, ну и по каким критериям нам подходит Тила?

– Мои агенты искали потомков тех, кто выиграл в Лотерею рождений.

– Сдаюсь. Ты и впрямь сумасшедший.

– Нет, Луис. Приказ получен от самого Замыкающего, того, кто возглавляет нас всех. Его здравомыслие не подлежит сомнению. Позволь мне внести ясность.


Для людей контроль над рождаемостью давно не представлял никаких сложностей. Под кожу на предплечье пациента вживлялся крошечный кристалл, которому требовался год, чтобы полностью раствориться, и в течение этого года пациент не мог зачать ребенка. В прошлые века для того же самого использовались куда более неуклюжие методы.

Примерно к середине двадцать первого века население Земли стабилизировалось на восемнадцати миллиардах. Комиссия по рождаемости, специальное подразделение ООН, приняла и проводила в жизнь соответствующие законы, которые не менялись в течение пятисот с лишним лет: пара могла завести не более двоих детей, причем Комиссия решала, кто станет родителем и сколько раз. Она могла дать одной паре право на дополнительных детей и лишить другую права на детей вообще, на основе желательных или нежелательных генов.

– Невероятно, – ахнул кзин.

– Почему? Для восемнадцати миллиардов человек, оказавшихся в ловушке примитивных технологий, на Земле стало чересчур тесно.

– Если бы Патриархия попыталась провести подобный закон для кзинов, мы бы истребили ее подчистую за подобную дерзость, – сказал Говорящий-с-Животными.

Но люди не были кзинами. В течение полутысячи лет закон безотказно работал, а затем, двести лет назад, пошли слухи о злоупотреблениях в Комиссии по рождаемости. Случившийся в итоге скандал привел к радикальным изменениям в законодательстве.

Каждый человек теперь имел право один раз стать родителем, независимо от состояния своих генов. В дополнение он мог автоматически получить разрешение на второго и третьего ребенка, если тесты показывали его высокий интеллект или он обладал полезными физическими способностями вроде транса Плато или абсолютного чувства направления, а также при наличии генов, позволяющих продолжить спок существования, например телепатии, естественного долголетия или идеальных зубов.

Право на ребенка можно было купить за миллион звезд – почему бы и нет? Умение делать деньги считалось испытанным и проверенным фактором успешного выживания. К тому же таким образом пресекались любые попытки подкупа.

Тот, кто еще не использовал свое право на первенца, мог сразиться на арене. Победитель получал права на второго и третьего ребенка, а проигравший терял право на первого и собственную жизнь. Все по-честному.

– Я видел подобные сражения в ваших развлекательных шоу, – сказал Говорящий. – Мне казалось, они дерутся ради забавы.

– Нет, все серьезно, – ответил Луис, и Тила хихикнула.

– А лотереи?

– Сейчас будет и о них, – кивнул Несс. – Даже при наличии биозамедлителя, предотвращающего старение, каждый год на Земле умирает больше людей, чем рождается…

Ежегодно Комиссия суммировала количество смертей и эмиграций, затем вычитала из него количество рождений и иммиграций – получалось число дополнительных прав на рождение, которые и разыгрывались в новогодней лотерее.

Участвовал в ней любой желающий. Тем, кому повезло, можно было иметь десять или двадцать детей – если, конечно, считать это везением. Даже осужденных преступников не исключали из Лотереи рождений.

– У меня самого было четверо детей, – сказал Луис Ву. – Один – благодаря лотерее. Ты бы мог познакомиться с троими из них, если бы прибыл сюда на двенадцать часов раньше.

– Все это выглядит странно и запутанно. Когда численность кзинов становится слишком велика, мы…

– Нападаете на ближайшую планету людей?

– Вовсе нет, Луис. Мы сражаемся друг с другом. Чем нас больше, тем больше шансов, что один кзин оскорбит другого, и наша проблема с перенаселением решается сама собой. Нас всегда было на порядок меньше, чем ваших дважды восемь в десятой степени людей на одной планете.

– Кажется, я начинаю понимать, – сказала Тила Браун. – Мои родители оба выиграли в лотерею, – она нервно рассмеялась. – Иначе я бы вообще не родилась. Если так подумать, то мой дед…

– Все твои предки в течение пяти поколений рождались благодаря выигрышам в лотерею.

– В самом деле? Не знала!

– На этот счет имеются точные сведения, – заверил ее Несс.

– Вопрос остается по-прежнему, – заметил Луис. – Что дальше?

– Те-кто-правит во флоте кукольников пришли к заключению, что люди на Земле выводят породу самых везучих.

– Ха! – воскликнул Луис.

Тила Браун наклонилась в кресле, охваченная любопытством. Наверняка она никогда раньше не видела сумасшедшего кукольника.

– Ты только представь себе лотереи, Луис. Представь эволюцию, – продолжал Несс. – В течение семисот лет ваше размножение ограничивалось численно: два права рождения на человека, двое отпрысков на пару. Иногда кто-то мог выиграть третье или получить отказ в первом из-за генов диабета или чего-то подобного. Но у большинства людей было по двое детей. Потом закон поменялся. За прошедшие два столетия от десяти до тринадцати процентов в каждом поколении рождались по праву выигравшего в лотерею. Что определяет, кто выживет и даст потомство? На Земле – везение. А Тила Браун – дочь шести поколений тех, кто участвовал в лотерее и выиграл…

Глава 3
Тила Браун

Тила лишь беспомощно хихикала.

– Не верю, – сказал Луис Ву. – Можно унаследовать густые брови, но не везение!

– Но ведь можно унаследовать телепатию.

– Это не то же самое. Телепатия – не какая-то парапсихологическая способность. Механизмы в правой теменной доле мозга давно определены, просто у большинства они не работают.

– Когда-то телепатию считали разновидностью парапсихологии. Теперь ты заявляешь, что везение таковым не является.

– Везение – это везение, – стоял на своем Луис.

Ситуация казалась Тиле курьезной. Но Ву понимал то, чего не понимала она: в словах Несса не было и намека на шутку.

– По закону больших чисел может сложиться и так и этак, – сказал Луис. – Стоит шансам обернуться не в твою пользу – и ты выходишь из игры, подобно динозаврам. Кости выпадают независимо от…

– Считается, что некоторые могут ими управлять.

– Значит, я выбрал неподходящую метафору. Суть в том…

– Да! – прорычал кзин (когда он хотел, от его голоса сотрясались стены). – Суть в том, что мы должны согласиться с выбором кукольника. Итак, Несс, корабль принадлежит тебе. Где четвертый член нашей команды?

– Здесь, рядом с тобой!

– Невмирс… одну минуту! – поднялась Тила.

Серебристая сетка, как металл, блестела на ее голубой коже, огненные волосы развевались в потоке воздуха от кондиционера.

– Все это нелепо и смешно, – заявила она. – Я никуда не полечу. Зачем это мне?

– Слушай, Несс, выбери кого-нибудь другого, – предложил Луис. – Наверняка найдутся миллионы подходящих кандидатов.

– Не миллионы. У нас есть несколько тысяч имен и номера телефонов или частных телепортационных кабин. Каждый из них может похвастать пятью поколениями предков, рожденных благодаря выигрышным лотерейным билетам.

– Ну и в чем тогда проблема?

Кукольник начал расхаживать по комнате, объясняя:

– Многих мы исключили сами, поскольку они явные неудачники. Что касается остальных, то, увы, больше никто не доступен. Когда мы звоним, их нет на месте. Когда перезваниваем, телефонный компьютер неправильно нас соединяет. Когда мы просим кого-то из членов семьи Брандт, звонит каждый телефон в Южной Америке. На нас поступают жалобы, и это чрезвычайно мешает.

Топ-топ-топ. Топ-топ-топ.

– Ты даже не сказал, куда вы отправляетесь, – заметила Тила.

– Я не вправе раскрывать нашу цель. Однако ты можешь…

– Во имя красных когтей Финейгла! Так трудно сказать?

– …можешь изучить голограмму, возьми у Луиса Ву. Это единственная информация, которую я сообщаю на данном этапе.

Луис протянул ей изображение голубой ленты на черном фоне позади сверкающего белого диска. Пока Тила разглядывала снимок, Ву заметил, как она багровеет от ярости.

Когда девушка наконец заговорила, слова вылетали из ее рта по одному, словно мандариновые семечки.

– Никогда не слышала ничего смешнее. Ты рассчитываешь, что мы с Луисом помчимся за пределы Известного космоса в компании кзина и кукольника, зная лишь, что там нас ждет голубая лента и яркая точка? Это просто… какой-то бред!

– То есть ты отказываешься? – уточнил Несс.

Брови девушки взлетели вверх.

– Мне нужен прямой ответ, – настаивал он. – В ближайшее время мои агенты подыщут другого кандидата.

– Да, – сказала Тила Браун. – Да, я отказываюсь.

– В таком случае напоминаю, что по законам Земли ты должна хранить в тайне все, что здесь услышала. Получишь гонорар за консультацию.

– Кому я могу рассказать? – театрально рассмеялась Тила. – Кто мне поверит? А ты, Луис, правда готов отправиться в это дурацкое…

– Да – Ву уже думал о другом, в том числе о том, как тактично избавиться от ее присутствия. – Но не прямо сейчас. Праздник все еще продолжается. Тила, будь так добра, переключи музыкальный автомат с четвертой ленты на пятую. А потом скажи всем, кто будет спрашивать, что я вернусь через минуту.

Когда дверь за ней закрылась, он продолжил:

– Окажите мне любезность, да и себе тоже. Позвольте мне самому оценить, насколько тот или иной человек годится для прыжка в неизвестность.

– Ты знаешь, какие требования важнее всего, – сказал Несс. – У нас пока нет даже двух кандидатов, из которых можно было бы выбирать.

– У вас их десятки тысяч.

– Не совсем так. Многие не соответствуют критериям, других никак не получается найти. Однако просвети меня, чем данная персона не подходит, с твоей точки зрения?

– Она слишком молода.

– Все кандидаты – из поколения Тилы Браун.

– Из породы счастливчиков? Ладно, не стану спорить. Я знаю людей куда более сумасшедших, и даже на этой вечеринке найдется парочка таких. К тому же ты сам видел, что она отнюдь не страдает ксенофилией.

– Но и ксенофобией тоже. Никого из нас она не боится.

– В ней нет искры. Она не… не…

– Она не из тех, кому не сидится на месте, – сказал Несс. – Ее устраивает то, что есть, и это действительно недостаток. Ей ничего не хочется. Но как мы могли об этом узнать, не спросив?

– Хорошо, выбирай своих кандидатов, – махнул рукой Луис и направился к выходу из кабинета.

– Луис! Говорящий! – послышалась за его спиной трель кукольника. – Сигнал! Мой агент нашел другого!

– Да уж конечно, – разочарованно произнес Ву, открыв дверь.

Напротив него, в дальнем конце гостиной, еще на одного кукольника Пирсона таращилась Тила Браун.


Луис медленно просыпался. Он помнил, как надел шлем для сна и настроил его на час. Вероятно, это и произошло час назад. Разбудить должно было неприятное ощущение тяжести на голове после выключения шлема…

Но шлема не было.

Луис резко сел.

– Это я сняла его с тебя, – сказала Тила Браун, – чтобы ты поспал.

– Ох… который час?

– Семнадцать с минутами.

– Я оказался плохим хозяином. Как вечеринка?

– Осталось человек двадцать. Не беспокойся, я им сказала, что сделала. Все решили, это правильно.

– Ладно, – Луис скатился с кровати. – Спасибо. Присоединимся к гостям?

– Мне нужно с тобой поговорить.

Он снова сел, чувствуя, как постепенно проходит сонный дурман.

– О чем?

– Ты в самом деле собрался в это безумное путешествие?

– В самом деле.

– Не понимаю – зачем?

– Я в десять раз старше тебя, – ответил Луис Ву. – Мне не нужно зарабатывать на жизнь. А чтобы быть ученым, не хватает терпения. Когда-то я пытался писать, но это оказалось чересчур тяжело, чего я никак не ожидал. Что остается? Развлекаюсь.

Она покачала головой, отбрасывая на стены огненные отблески.

– Не похоже на развлечение.

– Скука – мой худший враг, – пожал плечами Луис. – Она убила немало моих друзей, но я ей не по зубам. Когда мне становится скучно, я отправляюсь куда-нибудь рискнуть жизнью.

– Разве не стоит хотя бы знать, насколько велик риск?

– Мне хорошо платят.

– Деньги тебе ни к чему.

– Человечество нуждается в том, что есть у кукольников. Послушай, Тила, тебе рассказали про корабль со вторым квантовым гиперприводом. Он единственный в Известном космосе способен меньше чем за три дня преодолеть световой год. И он летит почти в четыреста раз быстрее!

– Да кому нужна такая скорость?

У Луиса не было настроения читать лекцию о взрыве ядра, и он просто сказал:

– Давай вернемся на вечеринку.

– Нет, погоди!

– Ладно.

Она нервно провела длинными изящными пальцами по огненным волосам, и ее руки блеснули в отраженном свете.

– Невмирс… даже не знаю, как сказать. Луис, ты сейчас в кого-нибудь влюблен?

– Вряд ли, – удивленно ответил он.

– Я правда похожа на Паулу Черенкову?

В полутьме спальни Тила напоминала пылающую жирафу с картины Дали. От ее волос исходило оранжево-желтое сияние, и в его свете она казалась тенью, очертания которой подчеркивали отблески шевелюры. Но память Луиса восполняла подробности: идеальные длинные ноги, конические груди, утонченная красота маленького личика. Впервые он увидел ее четыре дня назад, под руку с худым как жердь Тедроном Доэни, которого пригласил к себе на юбилей.

– Мне показалось, будто ты и есть Паула, – сказал Луис. – Она живет на Мы Это Сделали, где я познакомился с Тедом Доэни. Увидев вас вместе, я подумал, что на Землю Тед и Паула прилетели на одном корабле. Но вблизи я заметил разницу. У тебя красивее ноги, но походка у Паулы изящнее. И лицо у нее… пожалуй, холоднее. Возможно, это лишь туман воспоминаний.

Из-за двери раздались раскаты компьютерной музыки, дикой и чистой, но словно незавершенной без дополнявших ее световых эффектов, невидимых здесь. Тила беспокойно переступила с ноги на ногу, и на стене вздрогнули тени.

– Каков твой план? – спросил Луис. – Не забывай, у кукольников есть выбор из тысяч кандидатов. Они в любую минуту могут найти четвертого члена команды. И мы улетим.

– Что ж, ладно, – ответила Тила.

– А до этого – останешься со мной?

Она кивнула, взмахнув огненной гривой.


Кукольник объявился два дня спустя.

Луис и Тила сидели на лужайке, наслаждаясь солнцем и с убийственно серьезным видом играя в магические шахматы. Луис пожертвовал коня, о чем теперь сожалел. Тила руководствовалась то логикой, то интуицией, и Ву ни разу не угадал, каков будет ее очередной маневр. Сражалась она не на жизнь, а на смерть.

Тила покусывала губу, размышляя над следующим ходом, когда к ним, издавая низкий звон, подкатил робот-слуга. С экрана монитора на его груди смотрели два одноглазых питона.

– Давай его сюда, – лениво распорядился Луис.

Тила быстрым изящным движением поднялась с земли:

– У вас наверняка есть секреты.

– Возможно. А ты куда?

– Пойду почитаю… И не смей прикасаться к доске! – добавила она, пригрозив ему пальцем.

Возле дома Тила столкнулась с кукольником и небрежно помахала ему. Несс отскочил от нее на шесть футов.

– Прошу прощения, – пропел он. – Ты меня напугала.

Изумленно шевельнув бровью, Тила скрылась за дверью. Кукольник остановился рядом с Луисом и поджал под себя ноги. Одна его голова не сводила взгляда с Ву, другой он нервно вертел, озираясь по сторонам.

– Она может за нами шпионить?

– Конечно, – удивленно ответил Луис. – Сам знаешь – от шпионского луча на открытом пространстве не защититься. Ну и?..

– Возможно, кто-то или что-то за нами наблюдает. Лучше пойдем к тебе в кабинет.

– Нет в мире справедливости! – произнес Луис, которого вполне устраивала и лужайка. – Несс, хватит крутить головой. У тебя такой вид, будто ты боишься до смерти.

– Да, мне страшно, хотя, конечно, моя смерть мало что значит. Сколько метеоритов падает на Землю за год?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14