Нина Кавалли.

Я, мой убийца и Джек-потрошитель



скачать книгу бесплатно

– Как располагается этот коридор относительно тела испытуемого?

– От шеи – вниз, за позвоночником. Чем ниже спускаемся, тем глубже погружение в прошлое.

– А если испытуемого у вас перед глазами нет и найти его нет возможности, как бы вы поступили?

– Хм, подойдет любой его образ. Лучше всего фотография. Но можно взять и портрет, и личную вещь, и что-то, что он создал: картину, написанную им книгу, скульптуру, да даже глиняную вазу. Но контакт, боюсь, может выйти менее… как бы это сказать?.. четким, что ли.

Судар сдвинул брови, и на его губах появилась странная усмешка.

– Что? Неправильно рассуждаю? – не выдержала я.

– Да нет, вы хорошо соображаете, – заявил он, пододвигая к себе зачетку. – Можете развиваться и дальше, опираясь на уже полученные знания. Не так часто встречается, между прочим.

Размашистый росчерк ручки, хлопо?к – и Государь придвигает ко мне уже закрытую зачетку.

– Диплом будете писать под моим руководством. Консультировать вас станет аспирант Вильянов.

Верите – нет, я от счастья чуть со стула не свалилась. Наконец-то я познакомлюсь с Игорем Вильяновым, наконец-то он обратит на меня внимание. Я блаженно зажмурилась и представила его, безупречного красавца, со знанием дела что-то мне объясняющего. На моем лице наверняка появилась глупая улыбка.

– Что с вами, Александрова? – вернул меня на грешную землю голос Судара.

Открыла глаза. Несмотря на мои ужимки, черный маг остался невозмутим и холоден.

– А, нет, все в порядке, Горан Владиславович. Хочу сказать, что согласна.

– Александрова, вашим согласием поинтересуюсь в последнюю очередь. Я вас перед фактом ставлю: диплом пишете у меня. И точка. Есть вопросы?

От его безапелляционного тона я только ошарашенно замотала головой.

– Вот и хорошо, – Судар вложил зачетку мне в руку. – Тогда можете быть свободны. Всех благ.

Я так лихо соскочила со стула, что едва не оступилась и не упала. Со стороны, наверное, казалось, будто спасаюсь бегством. Но не успела моя рука открыть дверь аудитории, как меня окликнули.

– Чуть не забыл, Александрова. Зайдите в мой кабинет через два часа. Выберу вам тему диплома и дам кое-какие пояснения.

И вот тут меня прошиб пот, а в солнечное сплетение вонзился холод – необъяснимый страх, предвестник опасности. Предчувствия никогда не подводили: визит в кабинет Государя несет в себе необъяснимые неприятности, перемены, но не к лучшему. Да что угодно, только для меня это будет не в плюс.

На негнущихся ногах вышла из аудитории, кое-как отбрыкалась от вопросов сокурсников, фальшиво улыбаясь, и побрела по коридору, ища укромное местечко, где никого нет. Нужно поразмыслить в одиночестве.

С раннего детства я обладала даром предчувствовать опасность. Если, собираясь утром в школу, ощущала противный холодок в районе солнечного сплетения, значит, в этот день в школе что-то случится: либо подерусь, либо училка устроит выволочку, либо обвинят в чем-то, к чему непричастна.

Источник опасности всегда оставался для меня загадкой, а вот сам факт… предчувствие не подвело ни разу. Правда, несильно-то оно мне помогало. Если, к примеру, я шла в школу в опасный день, неприятность случалась, а если не шла, пыталась избежать нервотрепки, то на следующий день все было еще хуже. Проблема не исчезала, а увеличивалась, подобно снежному кому. Уже в университете я научилась хотя бы иногда избегать того, о чем предупреждало меня подсознание. И сегодня какая-то пакость непременно произойдет, когда приду в кабинет Государя. Может, не ходить?

А что? Экзамен закончится, могу сказать, будто сокурсники уволокли отмечать, я выпила и забыла о наставлении. Но ведь завтра черный маг меня точно растерзает, или даст тему диплома посложнее, или… Да мало ли? Власти у него достаточно, чтобы испортить мне жизнь. Ладно, придется идти и надеяться, что не случится ничего сверхужасного. Надо просто перетерпеть встречу, пережить этот день.

Странно другое. Прежде Горан Судар никогда, ни единого раза, не брал девушку писать диплом, в аспирантки и тому подобное. Работал исключительно с парнями. Что изменилось? Да, любопытство снедает, но от него, говорят, кошка сдохла. Не последовать бы и мне за нею.

Ах да, я не рассказала о Горане Сударе. Вроде бы он иностранец, хотя говорит без акцента. Несмотря на суровость, мрачность и самоуверенность, ему вряд ли больше тридцати двух. Если представите черного мага в современной одежде – костюме-двойке или джинсах с водолазкой, – это будет как раз Судар, заведующий кафедрой черной магии, доктор наук. Волевое лицо; длинный, тонкий, кажущийся хищным нос; рот хоть и большой, но губы жесткие, слегка надменные. Брови густые, черные. Взгляд тяжелый, хмурый, а глаза – умудренные опытом. Именно зеркала души добавляют лишних лет к его тридцати с небольшим. Довершает образ черного мага шрам на правой щеке, причем едва заметный и очень необычный: будто в мышцы лица вогнали несколько толстых игл и вынули, а отверстия, оставшиеся после, так и не заросли. Они больше похожи на четыре слишком широкие поры, чем на шрам. Откуда у него такая отметина? Она почти не вредит внешности: издали не видна, а вблизи никакого отторжения не вызывает. К изъяну быстро привыкаешь.

Магички-преподавательницы находят Судара чрезвычайно привлекательным, вешаются на него одна за другой. Мне их интерес к мрачному типу не понять никогда. А девушки-студентки мага боятся, как огня. А я боюсь? Да вроде не очень. Не знаю. Есть в нем нечто настораживающее и даже зловещее.

Сидя и размышляя на подоконнике в глухом закутке, не заметила, как пролетели два часа. Пора идти к нашему садисту, получать тему диплома и ценные указания темнейшего.

Расположение этажей и коридоров в нашем университете – тема отдельная. Если подниматься по главной лестнице, можно дойти только до третьего этажа и все, предел. Новички всегда попадаются в эту ловушку. А если на втором миновать парочку незаметных коридоров, дошагаешь и до пятого. И другого способа забраться на верхний этаж нет.

Как раз на пятом этаже и располагается кабинет… Я подошла и прочла табличку.

Судар Горан Владиславович

Заведующий кафедрой черной магии, д. м. н., профессор

Толкнула дверь. В приемной секретарь за полукруглой стойкой что-то споро набирал на клавиатуре. Повернулся на звук открывающейся двери, окинул меня равнодушным взглядом и снова уставился в экран монитора. Моя скромная персона совершенно не занимала блондина Лешу Ярыгина: низко летаю, мелко плаваю. Будь я деканом или самим ректором, он бы засуетился. А на меня… ну, зачем время и силы тратить?

Немного стушевавшись, я начала переминаться с ноги на ногу и поглядывать на стулья у стола секретаря, позволявшие посетителям ожидать, откинувшись на мягкие спинки, приглашения самого? профессора черной магии.

– Да чего ты мнешься? – лениво и немного презрительно бросил Ярыгин, снова начав стучать по клавишам, сверяясь с какой-то бумагой. – У себя. Ждет. Входи, – на секунду перестал вбивать буквы и жестом руки указал на дверь кабинета.

Вот так, максимально информативно. Ни тебе привет, ни тебе конфет – сразу входи. В немногословии и конкретике есть свои плюсы. Эти качества начальник Ярыгина, безусловно, ценит.

Поразительно, но Судар мог нанять себе красотку-секретаршу с ногами от ушей. Но и тут взял парня. Ориентация у него, что ли, специфическая? Или он женоненавистник?

Постучала, услышала «Войдите!» и протиснулась внутрь. Кабинет был огромным и незаурядным. Обычно хозяева помещений не заморачиваются – делают из своего убежища евростандарт. И эффектно, и дорого, и рабочая атмосфера как-никак. Не таков кабинет Судара. Черный маг явно отдает предпочтение винтажному стилю, поняла я, вертя головой. Под ногами широкий ковер, в котором утопают ноги. Не новая дрянь, а вещь, сделанная на совесть, не вчера и не сегодня. Может, настоящий персидский? Я не настолько спец. Окна прикрыты тяжелыми шторами, создающими полумрак. Из мебели два добротных серванта, забитые папками с документацией и компьютерной мелочевкой, прямоугольный стол и ряд стульев, такой же, как в приемной. Лепнина на белоснежном потолке. Люстра массивная, большая, с крупными каплями. Хрусталь? Говорят, он красиво звенит. Преобладание в интерьере благородного бордового и шоколадно-коричневого цветов с толикой золота делают помещение мрачным, богатым и эффектным.

Мое внимание привлекла статуэтка на подоконнике. Обычно в кабинетах мужчин если и есть такая вещица, то это обязательно обнаженная девушка, навечно замершая в изящной позе для услады глаз владельца, а у Судара – два серебристых дельфина, выпрыгивающих из морской волны. Мне захотелось подойти поближе, рассмотреть морских млекопитающих.

Слишком увлеклась созерцанием окружающего пространства. Ненавязчивое покашливание заставило вспомнить, зачем сюда пришла. Государь сидел за столом, возвышаясь в кресле, словно на троне. Судя по терпкому аромату, перед ним сервизные чашки именно с кофе. Маг не один. Напротив вольготно расположился собеседник. Гость полностью откинулся на спинку широкого стула, держа большим и указательным пальцами ручку чашки, отставив мизинец чуть в сторону. Ноги свободно вытянуты к двери, то есть в данный момент прямиком ко мне, одна щиколотка закинута за другую. Незнакомцу на вид лет пятьдесят, седой, среднего телосложения, внешность на удивление располагающая. Одет в строгий костюм, белоснежная рубашка выглядывает из-под лацканов, одноцветный галстук туго сжимает воротничок.

Гость с удовольствием отпил кофе, поставил чашку на блюдце и искренне улыбнулся, созерцая мою ошарашенную физиономию.

– Это Геннадий Михайлович, – сухо представил собеседника Судар, снисходительно окинув меня взглядом и явно чего-то ожидая. – Лея, моя студентка.

– Очень приятно, – вежливо кивнула я седому мужчине, теребя в руках ремешок своего маленького кожаного рюкзака.

– Лея, красавица, рад знакомству! Наслышан о вас, – елейным голосом пропел Геннадий Михайлович и даже привстал, что явно предполагало более тесное приветствие. Я опасливо глянула на Государя, маг кивнул. Сделав пару шагов, остановилась перед гостем и протянула руку для пожатия. Геннадий Михайлович обхватил мою кисть, шепча комплименты, которых я уже не слышала. Почему? Я посмотрела в глаза этого приятного вежливого человека, и мне стало страшно. По-настоящему страшно. Я не понимала, почему так испугалась, но колени подкосились, пальцы рук и ног в момент превратились в ледышки, а живот скрутило, к горлу подступила тошнота. Приступ на нервной почве? Волновалась из-за экзамена, а реакция наступила только сейчас? Нет, страх нагонял на меня именно гость Судара. Пока стояла и дрожала, как осиновый лист, хозяин кабинета и его гость о чем-то оживленно говорили, но слова уходили будто в воду, не достигая моих ушей.

Я снова начала слышать звуки, когда Геннадий Михайлович уже давно выпустил мою руку, сел и продолжил потягивать горячий ароматный напиток.

– Лея, душа моя, позвольте проводить вас. Уважьте старика.

После этих слов я готова была бросить вещи и кинуться наутек, бежать и не останавливаться, пока силы не иссякнут. Внутренний голос не кричал – вопил: «Опасно! Беги! Скорее!»

– Нет! – взвизгнула я, отскакивая от нового знакомого.

Разочарованный отказом мужчина решил сменить тактику. Повернулся к Судару и попросил:

– Позвольте проводить вашу студентку, Горан.

– Нет, Геннадий Михайлович, она пришла не с вами знакомиться, а по важному делу. Нам надо обсудить тему диплома, – Судар поднялся с кресла, извлек из кармана брюк пачку, вложил в рот сигарету, даже не потрудившись ее зажечь.

– Не беда, я подожду в коридоре, – не уступал седовласый мужчина.

– Нет!!! – гаркнул Государь так, что вздрогнула не только перепуганная я, но и спокойный расслабленный гость.

– Что ж, очень жаль, – как ни в чем не бывало протянул Геннадий Михайлович, судя по интонациям, нисколько не обидевшийся на повышенный тон.

Он обошел меня по дуге, улыбаясь и восхищенно разглядывая. На его лице, кроме сожаления, улавливалось что-то жуткое, темное, леденящее. Гость попрощался с хозяином кабинета и почти бесшумно покинул помещение. Я с облегчением услышала, как щелкнула и дверь приемной. Ушел. Совсем.

Повернулась к Судару. Черный маг стоял ко мне вполоборота, брезгливо пожевывая губами незажженную сигарету.

– Как же я их ненавижу, – с раздражением в голосе прервал он молчание. Вынул изо рта никотиновую пакость, сломал пальцами и кинул в ведро.

– Кто он? – титаническим усилием воли подавляя внутреннюю дрожь, выдавила я наконец.

Государь, сохраняя непроницаемое лицо, вернулся к креслу и снова сел, вальяжно откинувшись на спинку, на несколько мгновений соединив пальцы рук перед собой.

«Что ж вы тянете кота за самое дорогое?» – подумала, но вслух, конечно, ничего не сказала.

– Серийник, – ответил он так буднично, будто речь шла о погоде. Даже в окно мельком глянул.

– Серийник?! – голосовые связки подвели, и восклицание, вырвавшееся из моих уст, больше походило на писк. – Серийный убийца? Маньяк?! – наконец прежний голос вернулся ко мне.

– Совершенно верно, – хозяин кабинета загадочно улыбнулся, наслаждаясь произведенным эффектом и моей реакцией.

– Вы что?.. Вы совсем охр… озверели? – вовремя сменила я идеально подходящее к случаю слово на не самый логичный вариант. – Зачем представили меня маньяку?! – последнее слово просто проорала на весь кабинет. – Он же меня теперь…

– Не тронет, – устало закатил глаза Государь. – Я приказал скрутить его на проходной. Сейчас там, помимо охранников, целый наряд полиции.

Я схватилась за голову. Знала, что завкафедрой ненормальный, но чтобы настолько…

– Зачем? – упрямо повторила я, убирая руки от головы и впиваясь полным негодования взглядом в черного мага.

– Это был ваш последний экзамен, Александрова. И вы его с успехом выдержали. Поздравляю!

– Что? – вскинулась я.

Боже, как хотелось схватить что-нибудь тяжелое и двинуть этому самодовольному павлину по башке!

Судя по веселой ухмылке, мой внутренний порыв не остался для Судара тайной. Все по моему лицу прочел, гад.

– Что, что, – недовольный, видимо, беспросветной тупостью студентки, повторил мой вопрос черный маг. – Я же видел: у вас зубы едва не стучали, когда он с вами заговорил. Такой дар – большая удача и столь же большая редкость.

Не знала про такую свою особенность. Не могу даже предположить, откуда она взялась.

Когда была еще совсем ребенком, родители внушали не разговаривать на улице с незнакомцами, и уж тем более не идти к ним домой за сладостями или игрушкой. Да, именно так некоторые маньяки заманивают к себе детей, а потом расправляются. Но видимо, зря мне это объясняли. Я от природы недоверчива до умопомрачения.

Простой пример из жизни. Мне тогда года три было. Стояли с мамой на остановке, ждали автобус. Подошел приятный мужчина с привычным комплиментом:

– Какая красивая девочка!

Я насупилась.

Вроде никакой опасности не должна ощущать: я же под защитой самого всесильного (ведь так кажется ребенку) и дорогого человека – мамы. Однако же…

Мужчина присел на корточки и протянул мне конфетку.

– На! Это тебе.

Я злобно зыркнула и спряталась за маму. Родительница начала меня журить за неласковость, а мужчина ее остановил. Объяснил, что такое отношение к незнакомцам мне чрезвычайно пригодится в жизни: люди всякие бывают.

Сама я этого эпизода не помню, но мама пересказывала много раз.

Когда подросла и пошла в школу, был всплеск изнасилований в лифтах. Мне запретили садиться в кабину с кем попало. Зря. Всю жизнь поднималась на свой этаж по лестнице, если шла одна: без родственников или стайки друзей.

– Почему, когда я отказалась пойти с этим… Геннадием Михайловичем, – чуть не выплюнула чертово имя, скривив губы, – он просил разрешения проводить у вас?

Что скрывать, теперь мне не давал покоя сей вопрос. Выглядело все чрезвычайно странно: мужчина, обращающийся с просьбой прогуляться со студенткой к ее преподавателю. Государь мне не отец, не дядя и не брат.

Ответ черного мага добил, как и спокойствие, с которым информация была доведена до моего сведения.

– Все просто. Гипноз. Я мог загипнотизировать вас, Александрова, и вы пошли бы, куда скажут.

От приватного общения с Государем у меня начали трястись поджилки, глаза на лоб лезть и мурашки по спине бегать.

И тут, как говорится, Остапа (то есть меня) понесло. Не выдержала. Орала и скандалила, как никогда, а Судар терпеливо выслушивал мои оскорбления, угрозы, наблюдал за выплесками ненависти с невозмутимостью, достойной восхищения. Если бы лицо профессора не выглядело таким спокойным, предположила бы, что ситуация его забавляет.

Выдохлась я довольно быстро.

– Идите-ка знаете куда с вашим гипнозом, маньяком и прочими извращениями! – огрызнулась я напоследок и метнулась к двери.

– Стоять! – приказал Судар. – Он еще до проходной не дошел. Не советую убегать. Мой кабинет – самое безопасное место сейчас.

Уточнять, кто такой «он», не было необходимости. Серийный убийца здесь, в университете, ждет меня. Судар – настоящий дьявол. Предвидел мою реакцию и специально подстроил ловушку. Ага, выбирай: либо смерть от рук маньяка, либо работа у меня и на меня. До такой многоходовки мог додуматься только чертовски изворотливый, опасный и совершенно беспринципный ум. «Я вас познакомил, чтобы проверить способности». Чепуха! Государь понял о существовании таковых раньше, а маньяк – для другой цели. Шах и мат мне одним ходом. А заодно и урок на будущее: сопротивляйся или нет, Судар все равно добьется своего.

И главное, он не угрожал вслух. Ни словом не обмолвился, что на кону жизнь. Будь над ним кто властен, я бы даже обвинить его не смогла. Тонкая игра. Игра мастера.

Конечно, остановилась, как вкопанная, и повернулась, с ужасом взирая на черного мага. Он пренебрежительно махнул в сторону одного из стульев рядом со столом, и я покорно села, бросив в ноги рюкзак. Да, выбитая из колеи, лишенная возможности сопротивляться.

Так начался разговор о моей дипломной работе и не только. Еще о моей работе на профессора. Я влипла. Крепко влипла.

Глава 2. Дипломная работа

Я глядела в пол и слышала только голос Государя. Ни за мимикой, ни за передвижениями дьявола наблюдать не было ни сил, ни желания.

– Официально будете изучать изменения, отклонения, аномалии в эфирных телах маньяков и их жертв как до убийства, так и во время него. Это и будет темой вашего диплома.

Неофициально вам нужно получить от жертв маньяков их время. Что вас удивляет? Не встреть жертва своего убийцу, могла бы прожить еще несколько дней, месяцев, лет, а иногда – десятилетий. И тем ценнее жертва, чем больше был бы отпущенный ей срок.

– Почему именно жертвы серийников? Ведь какое-то время должны были еще прожить и самоубийцы, и жертвы несчастных случаев, и жертвы бытовых убийств.

– Правильные вопросы задаете, Александрова. Правильные. Дело в том, что ужас, трансформированный в желание жить, у жертвы маньяка достигает запредельного уровня. Только его можно собрать и без последствий вживить другому. Теперь вы понимаете, зачем это нужно.

У самоубийцы время гиблое, опасное. Жертва несчастного случая часто не успевает осознать, что умерла. Какой тут выброс? Где отчаянное желание выжить? Жертва бытового убийства безумно хочет выжить, но ее желания почему-то никогда не хватает, чтобы обнажить годы жизни и передать их. Только жертвы серийников – ключ ко времени. И об этом почти никто не знает. Станете об этом молчать и вы, иначе… – в голосе черного мага звучала неприкрытая угроза.

– Да, буду молчать, – хмуро согласилась я.

А куда деваться? Государь меня в порошок сотрет и пыль по ветру развеет, не отягощая себя угрызениями совести. И никто ему слова не скажет. С ним предпочитают не связываться. Даже ректор, подозреваю, во многом от него зависит. Практически на цырлах ходит перед заведующим кафедрой черной магии. Да, попала я в переплет.

– Мой аспирант не должен знать, чем вы занимаетесь на самом деле. Это понятно?

Вот как. Игорь понятия не имеет о тайных делишках научного руководителя. В моих глазах он от этого выигрывает стократно.

– Естественно, – сгорбившись под тяжестью тайн и новой информации, промычала я.

– Будете следовать моим указаниям – диплом сдадите на отлично, получите лучшие рекомендации при поступлении на работу. А если заходите продолжать обучение в аспирантуре, двери перед вами открыты. Даю слово.

– Да, Горан Владиславович, – выдавила я.

– Вам все ясно?

– Все.

– По вопросам, касающимся официальной части вашего диплома, обращайтесь к аспиранту Вильянову. По неофициальным – только ко мне. Начинайте продумывать работу, собирать материал – в общем, готовьтесь.

Несколько мгновений прошли в молчании. Наступившую тишину разорвал телефонный звонок. Судар снял трубку внутреннего телефона.

– Взяли? Без проблем? Уже увезли? Отлично. Если возникнут непредвиденные обстоятельства, дайте знать, – хозяин кабинета с силой опустил трубку на новенький аппарат.

– Теперь вы свободны, – ухмыльнулся он мне.

Я тяжело вздохнула, кивнула и вышла из кабинета, а потом и из приемной. Ноги будто свинцом налились – еле передвигаю. Да и голова тяжелеет с каждой секундой.

Иду по университету и не узнаю? его. Еще полчаса-час назад новомодная обстановка альма-матер казалась мне привычной, знакомой и родной, а стало все чужим, отстраненным и неприветливым. Вот как поменялось восприятие после визита к Судару.

Всегда обожала высокие окна от пола до потолка: мне нравится и современный дизайн, и обилие света, проникающего сквозь огромные стекла-глаза здания. Много света – это замечательно, но не в пасмурный же январский день, когда серый сумрак туч, вид голых деревьев и грязи на дорогах разом обрушиваются на тебя запредельной безысходностью и тоской.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное