Клятва на крови и пепле

Николай Шут

Клятва на крови и пепле

Глава 1

- Не смей! — прорычал я, ощущая, как меня прижимают к земле, словно ничтожного щенка. Я не мог пошевелить ни единым пальцем.

- Какой позор, мой сын, будущий наследник великой империи демонов, связался с презренной человеческой самкой, — брезгливо произнёс мой отец, держа за горло мою возлюбленную.

- Не смей! — снова прорычал я, делая очередную попытку вырваться, но тщетно.

- Твоя мать сейчас была бы очень разочарована, — осуждающе покачав головой, добавил отец.

- Не тебе говорить о чувствах матери! — мой гнев разгорался с каждой секундой, я был близок к полному поглощению.

- Я избавлю тебя от этой никчёмной жизни, — произнёс отец, и весь мой мир рухнул.

Я никогда не забуду тот ужасный момент, никогда не забуду, как часть моей души исчезла вместе с жизнью той единственной, кого я любил больше всего на свете.

Не забуду её предсмертную улыбку, которой она одарила меня, беспомощного, перед тем как зал, в котором мы находились, наполнился отвратительным, душераздирающим звуком ломающейся шеи.

Все эмоции, бушевавшие во мне, просто исчезли; даже гнев отступил, уступая место бесконечному отчаянию и полной потере себя. В этот момент в моей голове было только одно желание — сломать шею отцу так же, как он сделал это с Милим.

Но я не мог пошевелиться; я просто лежал, придавленный личными стражами отца, и смотрел, как бездыханное тело моей возлюбленной касается холодного мраморного пола.

Меня больше не стало в тот же момент, как не стало Милим; я отчётливо это помню, а дальше была только пустота...

Меня рывком вырвало из воспоминаний, словно кто-то дёрнул за ниточку в моём сознании, и я задрожал всем своим нутром, будто бы внутри меня поселился маленький, но очень настойчивый сквозняк.

По лицу струился холодный пот, словно я только что пробежал марафон по пустыне, а подушка, на которой я лежал, превратилась в нечто, напоминающее мокрое полотенце, — то ли от слёз, то ли от пота, этого, увы, я не мог определить, да и не хотел. Я поднял руку, чтобы протереть лицо, и вгляделся в свою ладонь, которая тряслась так, будто бы её только что ударило молнией.

Протирая лицо влажными, холодными, трясущимися ладонями, я пытался вернуть себе хоть каплю нормальности. Глубокие вдохи и выдохи — вот и всё, что мне оставалось.

Прошло огромное количество времени с того дня, который я предпочёл бы забыть, но, кажется, он решил остаться со мной навсегда. Видимо, это моё наказание, мой вечный спутник, мой грех, который будет преследовать меня до скончания времён. Или, может быть, это просто моя бессмертная душа бунтует против самой идеи смерти?

Я встал с кровати и оглядел свои покои. Огромные, роскошные покои, достойные самого короля. Или, возможно, даже императора. Да, именно так. Я же правитель, не так ли? Я усмехнулся, глядя на растянутое по стене тканевое полотно, на котором была изображена эмблема моего государства. Чёрный змей с ангельскими крыльями. Кто бы мог подумать, что символом Инсэйкоку, страны, созданной в тени, станет столь абсурдное существо? Может быть, это насмешка богов? Или просто моя личная шутка, которую никто не понимает?

Я подошёл ближе к полотну, чтобы рассмотреть его более детально. Чёрный змей с крыльями ангела. Как иронично. Как красиво. И как бессмысленно.

В покои, озаренные тусклым свечением магической свечи, настроенной на ночное освещение, робко пробирался утренний свет сквозь щели занавесок, словно стыдясь своей наглости. Я медленно подошёл к окну, которое занимало почти всю стену, мои ноги всё ещё подрагивали от недавнего кошмара, будто я только что убегал от призраков своих собственных решений.

Распахнув шторы, я устремил взгляд на оживающий город, словно он пытался доказать мне, что жизнь продолжается, несмотря на мои попытки спрятаться от неё. Неделю назад пришёл первый месяц зимы, и улицы города уже покрывал белоснежный покров снега, который, казалось, смеялся надо мной, напоминая о том, как я сам когда-то был белым и чистым, но потом... превратился в нечто.

Скоро будет праздноваться один из самых значимых праздников нашей страны — день основания. Все готовятся к этому празднику. Мне особо нет дела до этого праздника, я вообще до сих пор думаю, что меня просто заставили встать во главе этого мира.

Континент, на котором мы все живём, называется Мерст. Он разделён на две территории: Живую территорию и землю мёртвых. Земля мёртвых — это место, куда я ушёл после всех своих совершённых грехов. По началу я тут просто коротал время, отсиживаясь в горах у моря, и ничем себя занимать не хотел, словно надеялся, что если я буду сидеть в темноте и тишине, то весь мир просто исчезнет. То проклятье, что даровано мне невесть кем, никак не позволяло мне умереть. Какое оружие только не перебрал, какая магия только не была использована — никто и ничто не способно меня убить. Когда я просто отчаялся, то провёл тысячу лет в какой-то пещере, полностью себя изолировав. Ни еда, ни вода, ни воздух не требовались моему бессмертному телу, и я бы давно сошёл с ума, если бы не мучающие меня кошмары и напоминания о том дне, когда я потерял её, словно потерял свою душу.

Примерно двести пятьдесят лет назад на меня наткнулся обитатель этих земель из расы огров, который, видимо, решил, что ему не хватает в жизни приключений. Именно благодаря ему я всё же соизволил выбраться из пещеры и хоть чем-то себя занять, словно мне было мало того, что я уже сделал. А потом, не заметив, как вокруг меня стали появляться всё больше и больше обитателей этой земли, так и получилось, что в итоге образовалась страна Инсэйкоку. Ну, точнее, я и не называл её так, так её прозвали намного позже обитатели Живых земель.

Ирония судьбы, я так сильно не желал становиться правителем, и по итогу судьба вновь привела меня на этот путь, как будто она любит издеваться надо мной. Смешно, правда?

В дверь постучали, выводя меня из размышлений и лицезрения города, который здесь не существовал ещё каких-то двести лет назад. Время для меня, ставшего бессмертным, стало практически эфемерным понятием. Каждый день сливался с предыдущим, а годы пролетали, как одно мгновение. Я уже давно потерял счёт времени, и это ощущение усталости от однообразия и вечности начало давить на меня.

— Открыто, — проговорил я, щёлкнув пальцами и используя бытовое заклинание переодевания. Ночную рубаху и штаны сменили мои обычные чёрные брюки и рубаха с узорчатым рисунком змеи, который всегда придавал мне уверенности. Я чувствовал, как одежда приятно облегает тело, но усталость всё ещё ощущалась, будто груз, тянущий меня вниз.

В покои вошёл Вильям, мой огр-дворецкий и личный помощник. Он поклонился, и я заметил, как его глаза, обычно полные преданности, сейчас казались немного усталыми. Огры, близкие к демонам, но с более звериными чертами, жили до трёхсот пятидесяти лет. Вильям, с его седыми волосами и глубокими морщинами, был для своей расы уже довольно старым.

— Господин, вы уже проснулись? — произнёс он, стараясь скрыть усталость в голосе.

— Ты специально издеваешься надо мной? — закатив глаза, ответил я. Я не любил, когда он обращался ко мне так формально. У меня было не так много близких друзей, и Вильям, наверное, был самым близким, но его превозношение меня начинало раздражать.

— Мне нравится, когда ты злишься, — усмехнулся Вильям, выпрямляясь и подходя ближе. Его усталые глаза сверкнули в свете свечей. — Ты мне лучше вот что скажи, есть сегодня будешь или нет?

— Думаю, что сегодня можно, — проговорил я, отойдя от окна и направляясь к столу. — Сегодня у нас собрание?

— Да вроде как, тема собрания — то, что в последнее время у границ между мёртвыми и живыми землями скапливаются отряды авантюристов, которые пытаются проникнуть на наши земли, — ответил Вильям, облокотившись на косяк двери. Его голос звучал немного хрипло, как будто он не спал всю ночь.

— Да, мне вчера докладывали, что удалось отвадить несколько отрядов, которым удалось преодолеть стену, — потушив свечу, произнёс я.

Я давно поставил стену, чтобы избежать столкновений с государствами живых земель. Мне не хотелось повторения войн, поэтому я предпринял такой шаг. Однако стена не была идеальной защитой, и время от времени на наших землях появлялись люди, эльфы или дворфы. Мы выпроваживали их, не причиняя вреда, но в живых землях поползли слухи, что на территории мёртвых живёт повелитель демонов с армией и готовится к вторжению. Но эти слухи были далеки от истины.