Николай Зенькович.

Агония СССР. Я был свидетелем убийства Сверхдержавы



скачать книгу бесплатно

О том, кто принял решение об изгнании работников ЦК из служебных помещений, стало известно значительно позже. Появилось немало любопытных подробностей того, как проводилась эта операция.

Слово Вадиму Андреевичу Медведеву – бывшему члену Политбюро ЦК КПСС, до лета 1990 года курировавшему идеологическую работу партии, а во время описываемых событий – советнику Президента СССР:

– В самом начале развития событий Ельцин предпринял ряд шагов, направленных на овладение союзными структурами посредством подчинения их российским. Во все союзные органы, в министерства и ведомства были направлены представители российского правительства с неограниченными функциями. Деятельность союзных органов оказалась практически парализованной. Для противодействия путчистам эти шаги были вынужденными и оправданными, но с поражением путча этот процесс не спешили приостанавливать. Маховик продолжал раскручиваться. Поражение путча начало перерастать в контрпереворот – полный переход власти в Союзе в руки российского руководства неконституционным путем.

Своими воспоминаниями о тех днях Медведев делился в 1994 году:

– Сгустилась обстановка вокруг здания ЦК КПСС. Собралась возбужденная, агрессивная толпа, возникла угроза стихийного захвата и разгрома зданий ЦК. Об этом мне сообщили Купцов (первый секретарь ЦК Компартии РСФСР. – Н.З.) и Дегтярев (заведующий идеологическим отделом ЦК КПСС. – Н.З.). Президент и – по его поручению – Примаков разговаривали по этому вопросу с Поповым. Бушующая толпа была отведена от здания ЦК, и эпицентр уличных событий переместился на Лубянку, где были предприняты попытки разрушить памятник Дзержинскому. Вмешался Станкевич, заявив, что памятник будет демонтирован с применением техники и правил безопасности. По наблюдениям и оценкам очевидцев, это были уже не те люди, которые смело и самоотверженно встали на защиту Белого дома. Там царили подтянутость и дисциплина, а тут – бушующая толпа хулиганов, в которой было немало пьяных. Конечно же, не обошлось без организаторов и подстрекателей…

Любопытные детали изгнания людей из служебных помещений на Старой площади приводит А.С. Черняев, тогдашний помощник Президента СССР, а затем сотрудник Горбачев-фонда.

По его словам, президент не предупредил своего помощника о том, что согласился на захват российскими и московскими властями здания Центрального Комитета. Однако те, кто захватывал здания ЦК, были предупреждены, как следует обращаться с цековскими работниками, а как – с сотрудниками аппарата президента.

– Мой кабинет, – рассказывает Черняев, – может, по злому умыслу Болдина, находился еще там, на Старой площади. Я сидел и работал. Вдруг заговорило выключенное обычно радио: диктор монотонно и угрожающе повторял, что дается один час для сбора личных вещей, после чего все оставшиеся в здании будут задержаны. Я с моей верной Тамарой и еще одним сотрудником из президентского протокола, зашедшим в это время ко мне, Владимиром Ивановичем Масаловым, оскорбленные, решили не подчиняться.

Спустились к выходу часа через два. Нас остановили. Повели было через задний ход к Ипатьевскому переулку, но у ворот бушевали толпы. Знакомые милиционеры предложили вернуться в здание. Стоим, ждем. Кто-то, приставленный к нам, куда-то не раз бегал. Потом вывели нас вниз, в подвальные этажи. Там опять долго с кем-то созванивались. Наконец, повели дальше вниз, и мы оказались в слепяще освещенном «спецметро»…

Черняев замечает: он, проработавший столько лет в аппарате ЦК, помощник генсека и президента, впервые узнал таким вот образом о существовании этого «объекта». В вагончике его переправили в Кремль.

Президентский помощник кокетливо заявляет: ему, мол, неведомо, почему их не бросили в толпу, как всех остальных, выходивших из ЦК в этот «назначенный» час.

– То ли потому, что я еще был «народный депутат» со значком, то ли потому, что я из президентской службы, даже помощник, а не из аппарата ЦК, то ли потому, что сам «жертва» путча… Не знаю, кто решал, как быть с нами.

Вот и верь после этого байкам о стихийности происходившего, о народном гневе. Оказывается, собравшиеся действовали по четкому плану, заранее зная, кого вывозить со Старой площади в Кремль в «спецметро», а кого, как изящно выразился переполненный демократическими ценностями Черняев, «бросать в толпу».

Вскоре стало известно имя того, кто по внутренней радиотрансляции потребовал от работников ЦК освободить служебные кабинеты. Это был Александр Ильич Музыкантский.

В отличие от своих коллег по демократической ориентации, Музыкантский не любил рассказывать о себе. Он крайне редко давал интервью. Это самая загадочная личность в московском правительстве. Он предпочитал держаться в тени и после победы Ельцина в его единоборстве с Горбачевым.

О личности Музыкантского было известно крайне мало. Даже в многочисленных биографических справочниках типа «Кто есть кто в России (Москве)», без устали издававшихся новой политической элитой, об Александре Ильиче приведены самые общие сведения.

Родился 4 февраля 1941 года в Москве. Окончил Московский институт инженеров железнодорожного транспорта и механико-математический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова. Кандидат технических наук. С 1989 года – член Московской городской избирательной комиссии. Участвовал в создании Движения демократических реформ. Был заместителем премьера правительства Москвы, одновременно префектом Центрального административного округа. Женат, есть сын и дочь. Увлечение: благоустройство собственной квартиры.

Прочитанная в одном из биографических справочников, изданном в 1998 году, последняя фраза об увлечении заставила рассмеяться. Не в бровь, а в глаз! «Благоустройство собственной квартиры». Вот оно, самое главное отличие нынешнего поколения революционеров от тех, кто вступил на стезю переустройства мира в начале ХХ века.

Из других источников стало известно, что демократический «матрос Железняк» около двадцати лет проработал на различных должностях в Госстрое СССР. Там и сошелся с опальным Ельциным. На выборах 1990 года в Москве Музыкантский выступил представителем «ДемРоссии» в городской избирательной комиссии. Сам, однако, почему-то никуда не баллотировался. За продуктивную работу получил пост и. о. зампреда исполкома Моссовета.

В 1999 году мэр Москвы Лужков освободил его от должности префекта Центрального административного округа и переместил в кресло министра городского правительства, отвечающего за работу средств массовой информации. На этом посту Александр Ильич прославился тем, что, комментируя взрыв в переходе станции метро «Пушкинская» в августе 2000 года, заявил:

– Мы живем в столице воюющего государства.

То есть недвусмысленно указал, кто был исполнителем взрыва. Ясное дело, чеченцы. Но чеченская версия была объявлена следственной бригадой неперспективной уже через две недели после случившегося. Впоследствии выяснилось, что взрыв был организован одной из конкурирующих торговых мафий. Не поделили площадь. Ну, а рупор городского правительства пытался свалить на чеченских боевиков: надо же было каким-то образом переводить стрелки от муниципальных властей.

Уверен, пройдет время, появятся и другие детали.

…Выпитая водка не подействовала. Обида клокотала внутри, рвалась наружу. В чем моя вина? Что я не так делал? Мудро поступила жена – увезла на дачу. Тем более была пятница – конец рабочей недели. Машину вызывать еще можно было, и ее вскоре подали к дому.

Глава 2. Дачные переживания

Наша дача была в поселке «Успенское» – в том самом, где произошло знаменитое падение Ельцина с моста в реку. Темная история, не проясненная до сих пор.

Существует несколько версий о том, как Ельцин оказался в воде. В конце июня 1997 года ко всему сказанному и написанному прибавилось еще одно свидетельство. Бывший начальник Службы безопасности российского президента генерал-лейтенант Коржаков, уволенный Ельциным со службы в 1996 году, в интервью английской газете «Гардиан» поведал, что Ельцин бросился с моста не в реку, как считалось прежде, а в пруд, пытаясь покончить жизнь самоубийством. Так это или нет – трудно сказать, хотя, несомненно, недавний ельцинский телохранитель – один из немногих, кто был допущен к святая святых кремлевского двора.

Однако вернемся к 23 августа 1991 года.

Дачный поселок ЦК КПСС «Успенское» недалеко от Москвы, всего в тридцати километрах по Рублевскому шоссе. Сначала Барвиха, потом Усово, а там и «Успенка». Голубой деревянный домик нам выделили в апреле 1991 года по личному распоряжению тогдашнего управляющего делами ЦК Николая Ефимовича Кручины.

Поселок ухоженный, чистый, утопавший в зелени. Директор, знакомя меня с местом отдыха, перечислил именитых дачников. Секретари ЦК Фалин и Медведев, заведующие отделами Дегтярев, Скиба, Власов, советники, помощники и референты Президента СССР Пряхин, Гусенков, Остроумов. Знакомые имена!

В печати тогда появилось много публикаций о местах отдыха работников центрального партийного аппарата. Не знаю, как обстояли дела до 1985 года, но то, что мне довелось увидеть своими глазами, не соответствовало тем картинкам, которые рисовали перед читателями иные журналисты. Скажу прямо, хотя и рискую вызвать недоверие читателей: каких-либо излишеств я не увидел. Честное слово, некоторые зоны отдыха, принадлежавшие крупным промышленным предприятиям, ничуть не уступали цековским, а по некоторым параметрам даже превосходили их.

Конечно, цековские дачи были разные по комфорту. Инструкторы и заведующие секторами жили в Полянах, Кратове и Клязьме. Заместители заведующих и заведующие отделами – в Усово, Успенском. Естественно, класс обслуживания там был выше. Кстати, такая практика существует во всем мире – руководящие работники везде имеют четко разграниченную иерархию и соответствующие ей льготы и привилегии.

Через пруд, на другом берегу, был дачный поселок Совета Министров СССР. Он тоже назывался «Успенское». Там жили министры. Иногда можно было видеть прогуливавшегося Валентина Сергеевича Павлова – став председателем Кабинета министров, он по-прежнему оставался на даче, выделенной ему как министру финансов. Не знаю, почему он не перебрался на другую, более приличествующую ему в новом качестве. Но и в «Успенке» было не худо! Цековские дачи, за исключением трех-четырех, добротных, кирпичных, в два этажа, значительно уступали совминовским. Те были построены на совесть! С персональными гаражами, погребами, детскими городками возле каждого строения, индивидуальными песочницами и каруселями.

Я уже не говорю о магазине в совминовском поселке. Правда, мне не приходилось бывать в нем, но отзывы слышал. Там никогда не переводилось пиво! Когда-то было наоборот, цековская половина отличалась лучшим обеспечением. Но времена изменились, ЦК уступил власть, а власть – это, кстати, и пиво тоже. И помещения, и правительственная связь.

Короче, поздно вечером 23 августа мы приехали к себе на дачу. Водителя отпустили. Это был наш последний бесплатный проезд на служебной машине. Чего, естественно, мы тогда еще не знали.

Пользуясь случаем, расскажу о транспортном обслуживании работников ЦК.

К весне 1991 года персональные машины имели только заведующие отделами и секретари. Первые заместители и заместители обслуживались дежурными или, как их еще называли, разгонными автомобилями. Их можно было вызывать круглосуточно. Надо отдать должное, транспортная часть Управления делами работала четко, как хронометр. Стоило набрать номер, и предупредительный диспетчер тут же называл номер «Волги», которая немедленно выходила по указанному адресу. Это не значило, что не бывало сбоев. Иногда машину приходилось ожидать – правда, не дольше, чем полчаса. Сложности возникли, когда транспортная часть перешла на хозрасчет. «Своих» работников возить стало невыгодно. В первую очередь стремились побыстрее подавать машины тем, кто перечислял гаражу деньги. В числе обслуживаемых были аппарат президента, ЦК Компартии РСФСР, совместные и кооперативные предприятия.

Разговорившись с шофером, можно было узнать, что автомобили гаража ЦК КПСС при Горбачеве обслуживали и свадьбы. На что склонные к юмору мои сослуживцы говорили, что можно сдавать в аренду заодно и работников ЦК – в качестве свадебных генералов. За заведующего сектором вполне могли платить свободно конвертируемой валютой. Кто знает, может, пользы от иных завсекторами было бы больше.

С весны 1991 года в гараж начали поступать «Волги» светлого и бежевого цвета. К лету их было уже около трехсот. Похоже, руководство ЦК вняло призывам тогдашнего председателя парламентской комиссии по льготам и привилегиям Евгения Максимовича Примакова, который, вопреки народной мудрости, утверждавшей, что черного кобеля не отмоешь добела, спрашивал: неужели свет клином сошелся на этих черных лимузинах? И что только в них находят? И душно в них, и раздражают они честных тружеников, когда стадами пасутся у парадных подъездов или мчатся по оживленным магистралям. То ли дело машины светлых марок.

К ним в ЦК привыкали трудно. После десятилетий езды на черных, сверкающих лаком лимузинах светлые «Волги» воспринимались как ущемление достоинства. Один из водителей со смехом рассказывал:

– Вызвали меня к первому подъезду. Ладно, приехал. Припарковался. Жду пассажира. Вышел какой-то очкарик, лысый, плешивый, прошелся вдоль ряда машин. Не нашел своей. Вернулся опять к подъезду. Вошел внутрь, позвонил в диспетчерскую. Там подтвердили, что машина вышла. Снова прошелся вдоль стоянки, близоруко всматриваясь в номера черных «Волг». Я не выдержал, открыл дверцу. «Не ко мне?» – спрашиваю. Он взглянул на листок бумаги, где номер записан, и сам себе не верит. Номер совпадает, а машина не та. Нет, говорит, я на белой не поеду. Повернулся и зашагал к подъезду. Звонит в диспетчерскую: вы что, говорит, издеваетесь надо мною? Давайте черную! Не знаю, прислали ему черную или нет, это не мое дело. Я развернулся и поехал в гараж. Еду и думаю: ну, если такой поворот, скоро партии голову свернут…

Надо отдать должное: в последнее время было предпринято немало новшеств, лишавших незаслуженных привилегий прикрепленных к обслуживанию машинами ЦК КПСС бывших партийных работников. В первую очередь это касалось пенсионеров.

Раньше им выдавались талоны, по которым они могли вызывать машины ЦК. Талоны отменили даже для бывших членов Политбюро, не говоря уже об экс-руководителях областных партийных организаций, которые, благополучно дожив до глубокой старости и развалив экономику своих регионов, переезжали в Москву и пользовались автотранспортом ЦК до последних своих дней. Они имели право вызова машины для себя лично в любое время суток и для членов своей семьи. Служебный транспорт ЦК, содержавшийся на партийные взносы рядовых членов партии, развозил бывших горе-руководителей по дачам и родственникам вместе с внучками и правнучками, собачками и кошечками.


Документ для истории


СЕКРЕТНО

ЦК КПСС

О ГАРАНТИЯХ И КОМПЕНСАЦИЯХ РАБОТНИКАМ

АППАРАТА ПАРТИЙНЫХ ОРГАНОВ


По сложившейся практике и с согласия Секретариата ЦК КПСС Управление делами ЦК КПСС предоставляет квартиры в городе Москве персональным пенсионерам – бывшим руководителям партийных комитетов республик, краев и областей при наличии их просьб об этом. Для ответственных работников аппарата ЦК КПСС, направляемых на работу в другие регионы страны и за рубеж, оплата расходов по ремонту высвобождаемых ими квартир производится за счет средств партбюджета.

Для первых секретарей ЦК компартий союзных республик, крайкомов и обкомов КПСС стоимость текущего ремонта занимаемых квартир оплачивается за счет средств, предусматриваемых в партбюджете на капитальный ремонт зданий парторганов и партучреждений.

Для первых секретарей крайкомов, обкомов КПСС установлена в одинарном размере оплата занимаемой площади вне зависимости от ее размера.

В связи с этим в целях соблюдения норм жилищного законодательства и экономии средств бюджета КПСС вносится предложение:

– прекратить попытку предоставления квартир в городе Москве персональным пенсионерам – бывшим руководителям партийных комитетов республик, краев и областей, за исключением работников, направленных из Москвы по решению ЦК КПСС;

– считать утратившими силу согласия Секретариата ЦК КПСС от 13.03.87 г. № 1193с по вопросу оплаты расходов на текущий ремонт квартир, занимаемых первыми секретарями ЦК компартий союзных республик, крайкомов и обкомов КПСС, от 08.01.87 г. № 0043с по вопросу оплаты расходов по ремонту квартир, высвобождаемых ответственными работниками аппарата ЦК КПСС, направляемыми на работу в другие регионы страны и за рубеж, за счет средств бюджета КПСС;

– установить порядок оплаты жилой площади, занимаемой первыми секретарями крайкомов, обкомов КПСС на общих основаниях.

Просим согласия.


Управляющий делами ЦК КПСС Н. Кручина

10 августа 1990 года.


Согласие было получено. На тексте записки есть подписи членов Секретариата ЦК КПСС с поправкой: «с 1.10.90 г.».

Короче – платите сами.

Но «бывшие» и в годы перестройки пользовались колоссальнейшим влиянием в партийном аппарате. Удивляться тут нечему: многие функционеры были их выдвиженцами. И, как могли, отрабатывали за свое выдвижение в центральный аппарат.

Я, например, придя в ЦК на работу, не сразу узнал, что там есть ателье, где шили костюмы, пальто, обувь не только ответственным и техническим работникам, но и членам их семей. Более того, я, оказывается, имел право покупать раз в два года зимние головные уборы не только для себя, но и для жены, а также для детей. Но ведь мне об этом никто не сказал. И, вероятно, кто-то наживался на странной забывчивости простодушного провинциала.

Не забуду, как в сентябре 1991 года, забирая в мастерской отремонтированную кофемолку, которую отдал в ремонт еще в начале весны, я оказался свидетелем разговора администраторши, ухоженной дамы с золотом на пальцах и в ушах, с неким позвонившим ей гражданином. Администраторша нажала клавишу внутренней связи:

– Танечка, твой клиент интересуется, готова ли для него шубка?

– Что? Иван Иванович на связь вышел? Наконец-то! Куда же он пропал? Скажите: скоро может приезжать.

В разговоре прозвучала знакомая фамилия. Звонил один из заместителей заведующих отделами, проработавший в аппарате не одно десятилетие. Но ведь он уже год не числился в ЦК! Это точно, потому что после изгнания идеологического отдела «большого» ЦК из двадцатого подъезда российским Центральным Комитетом нас переселили в шестой подъезд, и одному из моих коллег достался кабинет, в котором раньше восседал Иван Иванович, отправленный на пенсию. Так что, он по-прежнему шил шубы в ателье ЦК? Для кого? Уже для правнучек?

Пока я получал свою кофемолку, каких только разговоров не наслушался. Пользовались услугами цековского ателье многие уважаемые люди: писатели, художники, композиторы, актеры, режиссеры, народные депутаты. В том числе и те, кто истово боролся с номенклатурными привилегиями. Вот куда уходили мои шапки! Но прихлебатели были во все времена.


Документ для истории


СЕКРЕТНО

ЦК КПСС


По сложившейся многолетней практике для секретарей ЦК КПСС через первое отделение шестого отдела 9 Управления КГБ производился отпуск продуктов питания. Кроме того, сектором общественного питания хозяйственного отдела Управления делами производится отпуск буфетной продукции (чай, кофе, сушки и т. п.) для заведующих отделами и их заместителей, а секретариатам секретарей ЦК КПСС отпускаются также некоторые продукты и бутерброды.

Расходы на эти цели возмещаются Управлением делами ЦК КПСС за счет средств партийного бюджета.

С учетом требования о сокращении затрат из бюджета КПСС считали бы целесообразным отпуск продуктов питания для секретарей ЦК КПСС и работников секретариатов секретарей ЦК КПСС производить за наличный расчет.

Расходы за счет средств партийного бюджета можно было бы сохранить на отпуск буфетной продукции (чай, кофе, молоко, печенье, сушки и сухари) в приемные и кабинеты секретарей ЦК КПСС, их помощников и референтов, заведующим отделами ЦК КПСС, их заместителям, а также при приемах отделами ЦК КПСС зарубежных делегаций и гостей.

Обслуживание президиумов собраний и совещаний, проводимых по решениям Политбюро и Секретариата ЦК КПСС, производить в каждом случае по отдельному меню с отнесением расходов за счет средств партийного бюджета.

Просим согласия.


Управляющий делами ЦК КПСС Н. Кручина

13 августа 1990 г.

09-396


Короче – начали экономить даже на сухарях. Прежде всего для своих работников.

Но вернемся к Ивану Ивановичу. Почти сорок лет он стоял у руля одного из крупнейших народнохозяйственных направлений, проводил там политику партии. Несмотря на многочисленные реорганизации, отрасль хирела год от года. Однако высокий куратор неизменно оставался на плаву, несмотря на перемены в высших эшелонах политической власти. При Хрущеве, при Брежневе, при Андропове, при Черненко, при Горбачеве. И при каждом, видно, шил в ателье шубки. А может, это и было главным делом его жизни.

Итак, мы прервались на том месте, когда после позорного изгнания из штаба ленинской партии, выдув почти полбутылки русской водки, ваш покорный слуга по решительному настоянию своей супруги отбыл на дачу.

«Успенка» словно вымерла. Стояла тревожная тишина. На пешеходных тропинках в лесу не встретилось ни одного человека. С женой и десятилетней дочерью мы сделали прощальный обход пруда. И, хотя верить в непоправимое не хотелось, сердце предсказывало: это конец.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54