Николай Побережник.

Потерянный берег. Рухнувшие надежды. Архипелаг. Бремя выбора (сборник)



скачать книгу бесплатно

– Иди ты теперь освежись, я тут разберусь, – сказала она, присев в шалаше и перебирая в сумке чистую одежду.

– Хорошо, – согласился я и, вытащив из своего рюкзака чистую простынь и подобрав с земли мыльницу, направился вниз.

Водопад уже выбил за период своего недолгого существования небольшое углубление, где было удобно замокнуть, стоя по грудь, что я и сделал, раздевшись рядом на камнях. Несколько раз нырнув, я намылился и, затем ополоснувшись под холодным потоком воды, пулей выскочил оттуда, покрывшись «гусиной кожей», ухая и ахая от бодрячка. Поднявшись к шалашу, замотанный словно римский патриций простынею, я развесил на натянутой веревке постиранную одежду и сел на край настила шалаша, где Света уже запарила кипятком сублимированную лапшу и выложила лепешки, которые она наловчилась жарить из муки и яичного порошка. Молча поели, и я заварил чай, добавив веточек лимонника.

– Ну что, будем собираться обратно? – спросил я Светлану, допив чай и отставив кружку.

– Посидим еще немного, – ответила она, держа двумя руками кружку у себя на коленях.

– Ну посидим, торопиться некуда.

Я сидел и смотрел вниз, где журча и подпрыгивая по камням, устремлялась в глубь оврага вода. Сквозь кроны деревьев пробивались солнечные лучи-прожекторы, оставляя на траве множество сияющих пятен разного диаметра, вокруг щебетали птицы, и казалось, что ничего в мире не произошло вовсе. Единственное, что сильно изменилось, так это запах леса, он стал слаще, что ли, и если случалось находиться в лесу во время дневного солнцестояния, то этот запах становился еще сильней, а воздух уплотнялся. Так, погрузившись в размышления о природе, я не заметил, как Светлана как-то очень плавно и мягко положила голову мне на плечо, а потом подняла на меня глаза… они все сказали… все произошло настолько естественно и гармонично, насколько естественна была природа вокруг нас… и время остановилось. Мы слились в объятьях, целуя друг друга, а я прикасался к ней так, словно боялся навредить нежному цветку…


– Ты такой нерешительный, оказывается, – сказала она, положив голову мне на грудь.

– А очень хотелось, – ответил я, перебирая пальцами рыжие локоны волос, запустив пятерню в волосы на ее затылке и скосив взгляд на ее стройную спину и симпатичные ямочки на пояснице.

– Это я тоже поняла, – ответила Светлана, потом приподнялась на локте и, улыбнувшись, сказала: – Пошли купаться и домой, а то задержались мы тут.

Домой мы отправились гораздо позже, чем планировали, слишком много накопилось сдерживаемых ранее желаний.

Вернуться успели к самой жаре, и спускаясь к дому, услышали монотонное постукивание молотков – мальчишки выпрямляли на камнях гвозди, которые они до этого повытаскивали из досок, что я складывал на территории участка и которые они находили в округе. Андрей с Денисом вообще были очень самостоятельные и трудолюбивые, в чем, естественно, заслуга Светланы. Им не нужно было искать работу, они находили и придумывали ее себе сами.

О нашем приближении всю округу оповестил Бим, который несся нам навстречу, прижав уши к голове и размахивая хвостом как вентилятором. Следом на дорогу выбежали и мальчики.

– Сергей! Сергей! Тут лодка была! Оранжевая такая, пузатая, но ей никто не управлял, она то боком, то задом и туда поплыла, – наперебой кричали они.

– Давно? – спросил я, опуская рюкзак на землю, уже пройдя во двор.

– Нет, часа два назад, – ответил Дениска, посмотрел на крышку-циферблат.

– Ее вон там прибило, но мы не ходили к ней, ты же нам наказал не покидать дом, пока вас нет.

– Где?

– Да вон у камня, – ответил Андрей и протянул мне бинокль.

Действительно, посмотрев в бинокль, я увидел, что примерно в полутора километрах, у мыска с большим валуном и кучей поваленных стволов деревьев, как пупырь торчал спасательный ботик, оранжевый такой «боб» с неким подобием рубки.

– Ладно, Света, готовьтесь обедать, я проверю.

Оставив на себе только пояс с обрезом и бинокль на шее, я прихватил моток веревки и широким шагом направился вниз к мысу. Не доходя метров триста, остановился и еще раз осмотрел находку в бинокль. Зацепившись кранцами за деревья, торчащие из воды, ботик покачивался на небольшой волне в трех метрах от берега. Все люки были задраены. На носу была надпись «KURILSKAYA-3, 8.60x2.80x1.80, 32 per.» Прочитав, что бот рассчитан на 32 человека, и поняв, что он с нефтяной платформы, которая наверняка находилась где-то в Охотском море, мне что-то стало не по себе, я представил, какой там внутри запах, учитывая, что проболталась эта посудина на жаре уже более месяца. А вдруг все-таки кто-нибудь выжил… вскарабкавшись по стволам поваленных деревьев, я ухватился за швартовый кнехт на носу бота, привязал к нему конец веревки, а весь моток, размахнувшись, забросил на берег, спустился обратно по деревьям и, подобрав веревку, несколько раз обвязал ею большой валун, торчащий из земли. А то! Вдруг заберусь, а он отцепится от веток и поплывет себе дальше, а так понадежней. Забрался на бот, принюхался, ничем кроме раскаленного стеклопластика не пахнет, ладно, попробуем. Я повернул замки носового люка и аккуратно приподнял крышку. Меня обдало неимоверным жаром изнутри, а также резким запахом пластика, резины и солярки. Перебежал на корму, разблокировал замки двери-люка и открыл, пусть протянет, хотя ветра почти нет. Сразу за дверью была рубка, небольшая панель, на которой компас, болтающийся в прозрачной жидкости в некой стеклянной капсуле, какие-то приборы, руль или, правильнее, штурвал (хотя больше похож на обычную баранку автомобиля), пара рычагов, замок зажигания, тоже как на авто, ключей только не было. На панели, сбоку была наклепана блестящая медная бирка, часть надписей была на японском, то есть иероглифами, часть на английском и часть на русском. Правда, много информации я оттуда не почерпнул, понял только: грузоподъёмность 3600, размеры 8.60x2.80x1.90, выпуска 2008 года, скорость 7 узлов, то есть чуть меньше 13 кмч. Ну и самая радостная надпись – «MADE IN JAPAN», значит, драндулет надежный априори. Продолжая принюхиваться, разблокировал и толкнул вниз еще небольшой люк-дверь, спустился и очутился в достаточно большом помещении, напомнившем аттракцион из детства в луна-парке, где надо было зайти в некий контейнер, в котором по периметру были приделаны ремни, пристегнуться, и этот контейнер начинало мотылять из стороны в сторону в течение трех минут аж за целых 50 копеек. Здесь также по периметру были закреплены много вроде как ремней безопасности, и еще в центре пара перегородок, по обеим сторонам которых также были прикреплены ремни. От середины к корме тянулся кожух двигателя со всевозможными техническим лючками, баки с надписями «Fuel» и «Water», полости под ящики. Разного размера ящики и прорезиненные мешки были также рассредоточены по разнообразным нишам и креплениям. Бот был пуст, и судя по отсутствию ключей, кое-какой разбросанной внутри мелочи, тонким пластиковым пломбам на люках, в этот бот никто даже и не пытался залезть, и его скорее всего сорвало с креплений во время удара волны или резком повышении уровня моря. Ладно, надо вылезать, а то я тут сейчас, как в микроволновке, зажарюсь. Оставив открытыми все люки, я перебрался обратно на берег и поспешил к дому.

– Ну что там, трупов, наверное, куча? – спросила Светлана, когда, помыв руки, уселся за не так давно сколоченный коротконогий «японский» стол, примерно метр на метр.

– Представляешь, он пуст!

– Как? Это же спасательная вроде шлюпка какая-то.

– Да, но в ней никто не успел спастись, я сначала не заметил, а потом увидел пластиковые пломбы на люках, пломбы двухлетней давности, борт один процарапан хорошо. Я думаю, сорвало этот бот с креплений и все. В общем, после жары пойду его заведу попробую.

– Хм, а кое-кто обещал мне помочь в огороде… Не помнишь? Сережа, обязательно грядки надо затенить, а то погорит все.

– А, точно, ну закончим с грядками и пойду.

– А ты умеешь вообще с такими лодками обходиться?

– Нет! – честно ответил я. – Я даже плавать не умею толком.

Светлана звонко, как колокольчик, рассмеялась и спросила:

– А как же ты собираешься?

– Ну когда-то же надо начинать, тем более выбора у нас нет и мореплавание придется постигать в любом случае. И не забывай, что отправившись за тобой, я построил первый в своей жизни плот, и вполне удачно, так что небольшой шанс на удачу у нас есть, тем более что пока фортуна к нам лицом, если в общем и целом посмотреть.

– Да, согласна, – улыбнувшись, кивнула Света, – зови детей и давайте есть уже, а то я страшно проголодалась… почему-то.

– И я! Андрей, Денис! За стол!

Мальчишки побросали лопаты, которыми они копали небольшие ямки вдоль грядок по моим отметкам, и побежали к умывальнику. Теперь с водой проблем не было, каждое утро дети «заряжали» умывальник, изготовленный из старого ведра, куска трубки и прищепки, к обеду вода нагревалась и было вполне комфортно заниматься гигиеной, а кто сильно за день перегревался, мог вполне сходить к роднику и замочиться во вкопанной половине бочки с ледяной и проточной водой.

Пообедали новым блюдом, Света недавно придумала. Это рисовая похлебка на бульоне из копченого фазана со свежей зеленью – черемша и крапива. Оказалось просто фантастически вкусно.

Пообедав, мальчишки унеслись на развалины, в свой «штаб», как они теперь называли наш НП, прихватив с собой найденный пару дней назад чайник и пятилитровку воды – обустраиваются, «адмиралы». Кстати, дробовик мой там теперь «прописался», в тайнике. Я по-настоящему принял зачеты у пацанов по обращению с оружием, и несмотря на то, что Света уверяла меня, мол, они не один раз уже сами в лес ходили до волны, я все равно заставил каждого зарядить и разрядить ружье (все не двудулка) и отстрелять по паре патронов. Еще выделил им линзу для разведения огня в «штабе», а на экстренный случай там был устроен небольшой схрон за выбитым из старой кладки кирпичом – зажигалка, пара свечей, ну и небольшой аварийный комплект и пяток патронов.

Света занялась кусками тряпок, которых за последние несколько недель нашлось предостаточно. То, что было более-менее крепкое и целое, Света, конечно, отстирала и отложила, а всякую ветошь она просто сшивала или связывала кусками. Вот эту ветошь мы и собирались натянуть над грядками, защитив наш огород от солнца. А я лежал под навесом в самом углу дома, на своем любимом матрасе, правда пока меня нет, его еще и Бим очень полюбил, и распутывал клубки веревок и проволоки, что натаскали мальчишки за все это время. Занятие, кстати, та еще «нирвана», сидишь и выпутываешь кусок стропы, радуясь новому полезному приобретению… а оно раз и кончилось, иногда распутываешь, распутываешь сосредоточенно часа полтора, а в результате куча времени убита на распутывание всего лишь двухметрового куска веревки… а я-то надеялся метров на десять… не меньше!

Солнце покинуло убийственный сектор жары, и мы со Светой отправились спасать нашу плантацию, ну а что, 25 соток не шутка. Учитывая нынешнюю температуру, я пару раз называл огород фазендой, прям как в 90-е после просмотра одного бразильского сериала, на что Света отреагировала своим звонким смехом. У нее был очень заразительный смех и фантастически очаровательная улыбка, что она, кстати, в «прошлой жизни» очень умело скрывала. Слыша, как она в очередной раз смеется над моей вроде не очень смешной шуткой и улыбается, глядя своими красивыми зелеными глазами не моргая, я, наверное, переживал нечто сродни ломки наркомана. Как же я долго держал себя в руках до сегодняшнего момента, и спасибо Светлане, она меня старалась не провоцировать, ни жестами, ни репликами, ни тем более внешним видом, понимая, что очень мне нравится.

Процесс установки невысоких опор в выкопанные ямки, укрепления их, натяжки веревок и развешивания тряпок над грядками занял часа три. И когда огород стал напоминать старый итальянский квартал с развешанным бельем на просушку, работа была закончена.

– Иди уже, а то смотрю, подпрыгиваешь от нетерпения, – сказала Света, аккуратно привязывая куст помидора к колышку.

– А то! Там столько неизведанного.

– Смотри, не уплыви куда-нибудь, мореплаватель.


Взяв с собой кое-какой инструмент, отправился к боту. Не один, мальчишки, естественно, напросились со мной. Бим тоже было намылился с нами, но получив команду «охранять», обиделся и улегся на мой матрас.

С помощью детей мне удалось более надежно пришвартовать бот, Андрей зацепил еще один кусок веревки за кормовой кнехт, а Дениска освободил запутавшиеся в ветках веревки кранцев. Потом дети переместились на берег, и мы втроем подтянули бот поближе к берегу и надежно привязали. Затем мальчишки натаскали досок, и я сколотил узкий трап, закрепив один его край за никелированную небольшую лестницу на борту бота.

– Ну вот, добро пожаловать на борт, послушные отроки, – улыбнувшись, я сделал детям приглашающий жест.

Дениска, обрадовавшись, собрался было подниматься, но Андрей его тихонько придержал и сказал:

– Только после вас, капитан!

– Вперед, бойцы! А я за вами, до капитана еще дорасти надо.

Дениска вырвался и, показав язык Андрею, быстро вбежал по трапу, затем также быстро и ловко поднялся по короткой лестнице на палубу, которая выполняла еще и роль крыши всей этой посудины, только на корме была небольшая надстройка, выступающая над палубой на полметра, и с трех ее сторон были иллюминаторы сантиметров по 30 в диаметре.

– Вот видишь, какой шустрый? Так что еще и неизвестно, кто тут капитаном будет, давай вперед, – сказал я Андрею, похлопав по плечу и подтолкнув к трапу.

Распахнули все люки, а два из них были вообще съемные. Мы их сняли и закрепили, привязав по бортам. Всего люков было десять: один на носу – вход в спасательный отсек, второй на корме – вход в рубку, шесть по бортам – они были прямоугольные 40 на 100 см, откидывались вверх и стопорились, и два больших съемных люка метр на полтора находись сверху, прямо по центру палубы и крепились друг к другу специальными замками. Сняв эти два люка, мы получили дыру два метра в длину и шириной почти от борта до борта.

– Ну вот, теперь не будет так жарко внутри, – подытожил я и спустился вниз, в спасательный отсек, осмотреть двигатель.

Открутил крепление кожуха, показался двигатель, что-то «до боли в зубах» напоминающее… точно, и надпись на шильдике с внутренней стороны кожуха это подтвердила – «NISSAN – TD27», полный аналог движка моего «тирки», только без турбины. Вытащил масляный щуп, чуть меньше уровня, но это на холодную движку, так что пока пойдет, потом долью. Что еще… хреновина какая-то, не то раздатка, не то коробка, и от нее пошел вал вниз к корме. Из коробки торчало два штока, на каждом из которых болтались таблички «manual control», а рядом в специальных пазах были закреплены специальные ключи на манер «кривого стартера», ага, то есть при отсутствии топлива, накинув эти ключи, можно привести винт в движение, надо только вот рычаг переключть. Так, где аккумуляторы? Вскрыл несколько ниш, в одной увидел отрезок толстого жгута проводов, уходящих наверх в рубку.

– Сергей, тут ключи! – крикнул сверху Андрей.

– Где? – спросил я, подняв голову.

– Вот!

У Андрея на руке болталась связка ключей с ярко-оранжевой лентой.

– Они в рубке прямо перед носом висели, рядом с иллюминатором на защелке специальной, – сказал Андрей, показывая рукой в сторону рубки.

– Ясно, сейчас поднимусь.

Выполз вверх по четырем узким ступенькам в рубку на корму и взял ключи у Андрея. Ну в принципе понятно, почему я их не заметил, лента под цвет борта – оранжевый, пластиковые бирки того же цвета и маленькие ключики, вроде как от почтового ящика. Так, что тут написано на бирках?

– Пацаны… по инглишу спикаем?

– Чо? – смешно скорчив непонимающее лицо, спросил, свесившись сверху рубки, Дениска.

– Ладно, сами с усами, – пробубнил я.

Читаем – (engine), (first aid kit), (fuse), (fuel), (safety), (console). Так шесть ключей, этот, судя по надписи, явно ключ зажигания. Отцепил, вставил, повернул в положение «ACC»… довернул на «Start»… ничего. Потом я пригляделся к ключам и гоготнул. Они все идентичные. Отцепил все от колечек, сложил в стопку… Ну точно, все одинаковые! Ну а с другой стороны, все правильно, если представить, что платформа, допустим, тонет… кому там будет время разбираться, где и от чего ключ. А позакрывать всякие важные узлы от рукоблудов надо…

Ниже штурвала был еще один замок, я взял первый попавшийся ключ и открыл. Подалась на меня небольшая крышка. Ага, два отделения, в одном пластиковый ящик с надписью «first aid kit», а ниже два аккумулятора с неподключенными клеммами. Понятно, клеммы на место. Ага, заискрило, панель «ответила» тёмно-зелёной подсветкой. Спустился к двигателю, покачал «лягушку» ручного насоса, обратно наверх, зажигание… Пару раз чихнув, двигатель завелся, выплюнув клубы сизого дыма откуда-то сбоку. По боту распространялась вибрация, явно чувствовалось, что двигатель троит, ну мы не торопимся, подождем, когда прогреется. Датчик топлива на панели показывал 2/3 шкалы. Спустившись опять вниз, я осмотрел топливную емкость, на крышке был замок, который я разблокировал ключом из связки. На емкости была надпись «diesel 600 L», значит, имеем примерно 400 литров. Ну что ж, еще у меня в сарае бочка плюс три канистры с соляркой.

– Ну что, мужики, попробуем перегнать этот «крейсер» к дому бабы Зои?

– Да, да!!! – радостно закричали мальчишки.

– Хорошо, Андрей, отвязывай и забегай быстро по трапу.

Андрей быстро сбежал по трапу, отвязал веревки от валуна, я выбрал швартовые и скомандовал:

– Бегом на борт!

Андрей забежал обратно, и мы втроем затащили наш самодельный трап на палубу.

– Ну, попробуем потихоньку, – сказал я, переключив рычаг на панели в положение «back», плавно добавил рычагом «force» мощности двигателю и вывернул штурвал.

Бот послушно начал отходить от берега, отдалившись на десяток метров, переключился на «forward» и добавил газу. Ровно тарахтя двигателем, бот поплыл вдоль берега.

– Сергей, как здорово! Я в первый раз вот так плыву по морю.

– Не поверишь, я тоже, – улыбнувшись, ответил я.

Дениска сидел на носу, свесив босые ноги, и смотрел на воду. Андрей стоял рядом со мной в рубке и внимательно смотрел на все мои манипуляции. Плюхая своим легким корпусом по волнам, наш «крейсер» уверенно бежал по морю, я добавил газу на максимум, когда мы были на удалении от берега примерно на сто метров.

– А быстрее? – спросил Андрей.

– А все, это максимум, ты не забывай, это же спасательное судно, а не глиссер какой-нибудь.

– Медленно, – ответил он, даже немного насупившись.

– Ну ты даешь, умей ценить то, что имеешь, – ответил я ему.

– Я ценю, – улыбнулся он в ответ, – но медленно же.

– А мы спешим?

– Нет, но медленно…

– Ну ничего, есть вариант заменить коллектор и поставить турбину с моей машины, движки-то одинаковые. Но это потом, скорости в принципе достаточно, считай, что ты бежишь бегом по воде.

– Сергей! Направо! Нет… право руля!!! – скомандовал Дениска, внимательно наблюдающий за береговой линией и нашим движением.

Я чуть сбавил ход и вывернул штурвал, выравниваясь по курсу на развалины дома бабы Зои.

– Андрей, снимай багор с борта, сейчас швартоваться будем.

Через полчаса нам удалось пришвартоваться напротив дороги вверх, к моему дому, привязав наше новое транспортное средство аж на три веревки и спустив трап на стену дома бабы Зои.

– Ну все, мужики, сходим на берег, завтра будем делать ревизию внутри и потом построим пирс. Есть мысли, как это сделать.

Мальчишки побежали вверх по дороге, а я потихоньку шагал за ними, прихватив все ключи с бота и отключив на нем аккумуляторы.

Часть 2

После волны. День 41-й

Проснулся рано, только начало светать, и сразу ощутил приятное тепло от ладони Светланы у меня на груди. С вечера она демонстративно постелила нам на топчане. Мальчишки отреагировали на это, скажем так, положительно – хихикали и шептались часа два, прежде чем угомониться и уснуть. Как-только я сел на край топчана, опустив ноги на пол, сразу подскочил Бим и, встав на задние лапы, стал активно «говорить доброе утро», махая хвостом и пытаясь лизнуть меня я в лицо. Одевшись, вышел на дорогу и посмотрел вниз в сторону моря. Наша вчерашняя находка никуда не делась, и оранжевый пузатый корпус бота еле заметно покачивался на слабом прибое.

После завтрака я и дети направились чахнуть над златом, то есть провести ревизию всего, что есть на борту. Мальчишки уже недели три писали «амбарную книгу», в которую записывали все материальные ценности и старательно вели учет, полезное, надо сказать, занятие. Закрепив понадежнее трап, поднялись на борт. Андрею я вручил сумку с инструментами и поручил откручивать страховочные ремни.

– Откручивай все, кроме вот этих шести, пусть будут. Болты все на место вворачивай потом.

– Хорошо, – кивнул Андрей и принялся за работу.

– А ты, Дениска, устраивайся на ступеньках, будешь заносить в книгу все.

– Ну, поехали с этого борта, – сказал я, осматривая правый борт и то, что находится на виду, начинай записывать:

– Огнетушитель – 2 шт., спасательный круг с линем в 30 метров – 2 шт., опреснитель ручной с комплектом шлангов – 1 шт., ручная помпа для откачки воды – 1 шт.

– Записал?

– Да, а что такое опреснитель?

– Специальное устройство, с помощью которого можно морскую воду переработать в пресную, то есть питьевую.

– А как? – с неподдельным любопытством поинтересовался Дениска.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20