Никита Марычев.

Очищение духом. Трилогия



скачать книгу бесплатно

– Да, ты сильный. Действительно сильный. Сильный и упрямый. Такой же… как я.

Айлед посмотрел на неё внимательно и удивлённо.

– Спасибо, – сказал он со слабой улыбкой. – Если верить твоим словам, то из меня со временем должен получиться хороший ратлер. Ведь это наши основные качества.

Ривелсея кивнула.

– Да, это правильно. Но я вижу, тебе путь ратлера даётся нелегко. Ведь так?

Айлед усмехнулся.

– Кому же он даётся легко? Может быть, – он повторно усмехнулся, – тебе, ученице Веттар Нарта, добрейшего из Мастеров?

Ривелсея покачала головой.

– Нет, конечно. Но меня, по крайней мере, Веттар Нарт варит в кипятке целиком, а тебе раскроили всё плечо. Ещё немного – и ты бы вряд ли выжил.

– Ты думаешь? – спросил Айлед.

– У меня мать – лекарь. Я знаю.

Айлед задумался.

– Ривелсея, – сказал он, – а как ты смогла залечить мою рану? Так быстро и безо всяких средств? Разве это возможно?

Ривелсея секунду подумала, что ответить. Она не была уверена, что всякое знахарство, а тем более то, что делает она, приветствуется у ратлеров. Поэтому она просто повторила:

– У меня мать – лекарь. Я умею.

– Понятно, – сказал Айлед, который хотя и не дождался объяснений, но понял, что девушка не желает отвечать, и решил воздержаться от дальнейших расспросов.

Они пару минут помолчали. Поговорить, может, и хотелось, но Айледу, конечно, было не до того, да и ей самой больше всего на свете хотелось лечь и забыться.

– Ну ладно, мне пора, – сказала Ривелсея. Айлед кивнул, и они разошлись по своим комнатам. Обоим нужно было как следует отдохнуть и восстановить свои силы. Особенно Ривелсее, поскольку Веттар Нарт сказал ей, что завтра начнётся новый этап обучения. В подробности он вдаваться не стал, но если бы она хоть на миг предположила, что он будет легче предыдущего, то это говорило бы только о её наивности. Но никаких иллюзий Ривелсея давно не питала. Она знала, что будет тяжело, ну что ж… Она сама этого хотела.

Придя в свою комнату, девушка неторопливо поела, потом разделась и погасила необычную лампу на столе. Такую конструкцию она впервые встретила именно в Цитадели, в ней ярко горела какая-то необычная жидкость, в то время как в деревнях и даже в Невильне использовали обычные тусклые свечи. Перед тем, как заснуть, Ривелсея несколько минут думала про Айледа, потом мысль привычно перебежала вновь на Веттар Нарта. Вскоре она заснула, обуреваемая своим невысказанным, безответным и довольно бессмысленным чувством.

Следующий день и впрямь для неё выдался нелёгким. И даже очень нелёгким. Увидев утром Веттар Нарта, Ривелсея, привыкшая и научившаяся замечать малейшие изменения его настроения и выражения лица (которые, впрочем, если и менялись, то практически незаметно), поняла, что сегодня он не в духе. Это предчувствие подтвердилось очень быстро. Веттар Нарт спокойно, неторопливо, как всегда, подошёл к своей ученице и жёстко, словно отрезал, сказал:

– Тебе никогда не стать хорошим ратлером.

Ты недостойна нашего Ордена.

Ривелсея даже вздрогнула от неожиданности и от того, как это было сказано. Подняв на Мастера непонимающий взгляд, она увидела глубокий холод в его глазах, ещё больший, чем раньше, и поняла, что она что-то сделала не так, но не могла постигнуть, что именно. Вчера, кажется, Веттар Нарт был ею вполне доволен – по крайней мере, ничем не выказывал обратного.

– Почему? – спросила Ривелсея. Первый раз за весь этот период она готова была заплакать. От обиды, по её мнению, незаслуженной, и оттого, что её не ценит Веттар Нарт – человек, которого она любит больше всего на свете. Но, разумеется, она не заплакала. Этим можно бы было только окончательно уронить себя в глазах Мастера.

Железо прозвучало в голове Веттар Нарта, когда он, не глядя на свою ученицу, произнёс:

– Сострадание и любовь к слабым сгубили уже сотни воинов Разума. И тебя, если не переборешь их, они приведут к гибели.

Теперь Ривелсея всё поняла. Каким-то образом Веттар Нарт узнал о том, что она помогла Айледу, а этот поступок шёл, по всей видимости, вразрез с законами ратлеров. Об этом Ривелсея не подумала, ведь она совершила его стихийно. Ривелсее много раз приходила в голову мысль: зачем ратлерам нужна такая неимоверная мощь, если нельзя ни во что вмешаться? Хотя, как знала Ривелсея, ратлеры не жили постоянно в Цитадели Порядка, а часто путешествовали за её пределы, выполняя там задания клана и приказы Повелителя. Какие, она пока не знала.

Положение для Ривелсеи было очень трудным. Она не хотела и не могла сейчас полностью согласиться с Мастером в том, что он сказал, хотя понимала, что он прав – прав для всех ратлеров. Притворное согласие могло быть ещё опаснее – Ривелсея уже несколько раз прекрасно убедилась, что Веттар Нарта нелегко обмануть. Промолчать или начать спорить – вызвать у него ещё больший гнев. Попросить прощения и пообещать исправиться – значит показать свою слабость, а любых проявлений слабости, как уже отлично знала Ривелсея, Веттар Нарт не переносил.

Прошло не меньше минуты, пока она решилась на ответ, который, как показалось ей, был достоин ратлера:

– Великий Мастер, я признаю правильность сказанного вами и постараюсь в следующий раз сдерживать свои чувства, если посчитаю это нужным. Но я не могу согласиться с тем, что сдерживать такие порывы нужно всегда, хотя, возможно, я и не права.

Веттар Нарт ничего на это не ответил, хотя Ривелсея с трепетом этого ждала. Он долго молчал, а потом медленно кивнул головой. Ривелсея хорошо знала такой жест. Это было одобрение. Одобрение, которого Ривелсея в принципе не могла ожидать. Теперь она ещё раз убедилась, что Веттар Нарт ценит не столько сами идеи и убеждения, сколько умение их защищать и отстаивать – главное качество истинного ратлера.

Минуты через две Мастер развернулся и направился к другому краю тренировочной площадки, сделав Ривелсее знак следовать за ним. Только тут девушка вспомнила о новом этапе обучения и стала думать, что её может ждать теперь. Вскоре Веттар Нарт остановился и протянул Ривелсее небольшой короткий нож, указав при этом на стоявший шагах в десяти деревянный столбик.

Задание не показалось Ривелсее слишком сложным. Ещё в детстве она довольно много упражнялась в метании и швырянии палок, камней и дротиков и делала это достаточно хорошо. Нож со свистом пронёсся в воздухе и вонзился в самый центр столбика. Руки Ривелсеи, как оказалось, хорошо помнили приобретённые в детстве навыки. Обернувшись к Веттар Нарту, его ученица стала ожидать похвалы. Она была уверена, что он понял: в меткости тренироваться нужды ей почти нет.

Веттар Нарт сумрачно посмотрел на торчащий из столба нож, затем на Ривелсею, и спросил:

– Это что?

– А что я сделала не так? – удивлённо спросила Ривелсея в ответ. Придраться здесь было решительно не к чему.

– Ты что, не понимаешь? – спросил Мастер. – Своим броском ты должна разнести этот столб в щепки, чтобы он вылетел из земли, чтобы от него вообще ничего не осталось, даже маленького пенька.

В первый миг ей показалось, что Мастер требует невозможного. Разве реально с десятка шагов с помощью небольшого ножа вырвать столб из земли? Но тут она вспомнила первый день обучения и сразу поняла, чему теперь её будет учить Веттар Нарт. Вот только каким образом можно это сделать? Однако Ривелсея знала, что для Веттар Нарта это не составит труда. Значит, сможет и она. По крайней мере, нужно ещё раз попытаться.

Ривелсея выдернула нож из столба и снова заняла исходное положение. На этот раз она постаралась вложить в бросок абсолютно всё что можно, и нож воткнулся на полсантиметра глубже. Это был предел. Веттар Нарт смотрел холодно и безучастно, как всегда.

– Великий Мастер… – начала Ривелсея.

– В тебе есть мощь, – прервал её Веттар Нарт, – но мало гнева. Вкладывай в свой бросок мощь, вкладывай гнев, и ты сможешь сокрушить что угодно.

Ривелсея заглянула в себя. Мощь, пусть ещё не слишком большую, она действительно чувствовала – мощь вместе с силой струилась по жилам. Гнев… Гнев был – от собственной неудачи. Но он был невелик, и к тому же Ривелсея контролировала его и не давала разрастаться, поскольку всегда считала, что гнев – не слишком хорошее чувство. Как оказалось, она была не права.

– Во мне нет гнева, Великий Мастер, – сказала Ривелсея. – Что мне делать?

– Ты должна понимать, ученица, основные принципы ратлеров. Мощь приходит от побед, опыт – от неудач, гнев – от боли. А боль, – Веттар Нарт усмехнулся, – от тех испытаний, которые ты сейчас будешь проходить? Ты готова? – спросил он тоном, в принципе не предполагающим отрицательного ответа.

Этот и следующие дни стали для Ривелсеи настоящим кошмаром. Веттар Нарт снова заставил её ходить по горячему железу и плавать в кипятке, и когда она послушно кивнула и уже приготовилась приступить, добавил: «Не отделяя сознания. Только так можно пробудить в тебе гнев».

Обучение началось сначала. Те же испытания, та же боль – но теперь Ривелсея не имела права её усмирять, а была обязана терпеть. Восемь дней тренировок привели к тому, что гнев, приходящий от боли – постоянной, не стихающей, поскольку раны и ожоги болели целые сутки – многократно превысил обычные его рамки, так что когда Ривелсея метнула нож в следующий раз, она ясно ощутила, как перед броском в него входит огромная разрушительная энергия.

Столб треснул напополам. Ривелсея взглянула на Мастера и увидела, что он покачал головой.

– Плохо. Слабо, – сказал он.

Это Ривелсея и сама хорошо понимала. Ещё через три дня она ощутила в себе такую мощь и столько гнева, что шанса на неудачу у неё уже не оставалось. Броском ножа столб раскололо напополам, левая часть отлетела в сторону, а правая наполовину вышла из земли. Веттар Нарт медленно кивнул. Как она любила этот жест, и как редко ей удавалось его видеть!

В тот день Ривелсея снова увидела Айледа. Они встретились после занятий у железных ворот. Ривелсее сильно хотелось пообщаться, но ей не хотелось, чтобы Айлед видел её такой, какой она была сейчас. Кожа лица у неё имела цвет почти серый и местами слезала, всё тело было покрыто ожогами, порезами и укусами. Всё это было следствием последних дней обучения. Ривелсея, впрочем, немного хитрила и при самых неприятных испытаниях отделяла сознание. Незаметно, не до конца, но даже это сильно помогало. Иначе Ривелсея выглядела бы совсем ужасно.

Айлед, увидев Ривелсею, сделал шаг в её сторону.

– Здравствуй, Ривелсея, – сказал он.

Ривелсея кивнула, поймав себя на том, что понемногу перенимает привычки Веттар Нарта.

– Ривелсея, – продолжил юноша. – Я хочу ещё раз тебя поблагодарить. Просто как человека. Я точно не выжил бы без твоей помощи. Я понял это, когда увидел удивление в глазах Келлнарта. Он, видимо, удивился, что я жив. Если тебе понадобится помощь, я всегда тебе помогу. Возможно, Мастер Келлнарт и отругал бы меня за эти слова…

– Да, разумеется, – ответила Ривелсея. – Если он ругает так же сильно, как Веттар Нарт, то я бы точно сказала, что тебе не повезло. Когда я пришла на занятие после нашей с тобой встречи, у меня были все шансы на то, что Веттар Нарт легко и с радостью выкинет меня из Ордена ратлеров и вряд ли вспомнит хотя бы раз.

– За что? – спросил Айлед.

– За прошлый раз. За слабость. Это противоречит правилам. Впрочем, я надеюсь, ты знаешь.

– Выходит… ты пострадала из-за меня? – спросил Айлед.

Ривелсея кивнула. Айлед немного изменился в лице, и было видно, что он хочет что-то сказать, попросить прощения или иным способом выказать свою слабость, но не хочет нарушать принципы ратлеров. Наконец он посмотрел ей в глаза и сказал:

– Ривелсея, я у тебя в долгу. В любой момент я готов оказать любую помощь, какой ты потребуешь. Слово ратлера.

Ривелсея промолчала. Она не нуждалась ни в чьей помощи – по крайней мере, сейчас. Да и чем ей мог помочь этот ещё довольно слабый парень, незаконченный ратлер, ученик Келлнарта? Ничем. Абсолютно ничем. Да он и сам это хорошо понимал. Однако слово ратлера просто так не дают, и отвергать его нельзя, поэтому Ривелсея молча его приняла. Мало ли как повернётся жизнь. Любая помощь, если она не унижает, может быть полезной, от кого бы она ни исходила.

Для них обоих возможность с кем-то пообщаться в крепости ратлеров была редким шансом, поэтому Айлед и Ривелсея после занятий не спешили уже расходиться, а стали дожидаться друг друга, чтобы обсудить прошедший день, тренировки, Мастеров и принципы клана ратлеров. «Отдавая что-то другому, ты отнимаешь это у самого себя и становишься слабее. Бескорыстная помощь нерациональна и неразумна, поскольку для Разума любая потеря является ненужной. Ратлер должен накоплять, а не раздавать», – эти фразы почти слово в слово много раз произносили Келлнарт и Веттар Нарт. Ривелсея бы не сказала, что им было хорошо вместе с Айледом, но поодиночке было действительно плохо, это она очень хорошо успела понять за два месяца в Цитадели Порядка.

У Айледа с самого начала Ривелсея вызывала намного больше симпатии. Он поражался её твёрдости и благородству, спокойствию, непосредственности, а то, что она обучалась у сильнейшего из трёх Мастеров, добавляло Ривелсее ещё больше уважения с его стороны. Несмотря на то, что обучение у Веттар Нарта совсем не приятно само по себе, зато это было очень почётно среди ратлеров. Айлед, несмотря на то что каждый день видел на её теле все следы методов Веттар Нарта, всё равно ей завидовал. К тому же, хотя он вряд ли сознался себе в этом, Ривелсея была ему просто довольно симпатична как девушка, одна из очень немногих девушек, которых ему довелось здесь встретить.

Что касается самой Ривелсеи, то она по-прежнему любила Веттар Нарта. Эта любовь не покидала её, как всякое безумное чувство, она росла с каждым днём. Предпоследний месяц обучения ратлерским искусствам Ривелсея запомнила как один из самых тяжёлых в своей жизни. Она изнемогала и от тренировок, и от любви. Любовь, которую она питала к Веттар Нарту, с самого начала носила оттенок безумия, а теперь она наконец вышла за последнюю черту и перевоплотилась в бушующую страсть. Терпеть Ривелсея больше не могла, ей не хватало ни человеческой выдержки, ни ратлерского терпения. На занятиях она смотрела на Мастера таким взглядом, что, не будь тот сильнейшим рыцарем Разума, ему наверняка сделалось бы не по себе. Она плохо слушала его наставления, с жадностью ловя лишь каждый звук голоса, прекраснейшего и самого дорогого для неё голоса, и подолгу не отводила глаз. Веттар Нарт смотрел обыкновенно сквозь неё, и его, казалось, не слишком волновало, насколько внимательно слушает ученица. Но однажды, во время очередного занятия, когда Ривелсея вместо того, чтобы запоминать принципы ратлеров, прямо-таки поедала глазами Великого Мастера, он вдруг замолчал, а потом спросил:

– О чём ты думаешь, ученица? Я ведь вижу, что не о путях ратлеров. Ты считаешь тему неважной или просто отвлекаешься? Если первое, то ты не права: это очень важный выбор, который делается лишь раз в жизни, и его вскоре придётся сделать и тебе. Твоя дальнейшая судьба во многом зависит именно от этого.

Я повторю ещё раз. Вернейшие – рыцари порядка – организуют союзников клана, это их основная забота и, поверь мне, непростая. Путь мудрейших, или рыцарей мудрости – это восстановление порядка и справедливости, а сильнейших, рыцарей мощи – борьба со многими формами зла. Ещё немного, и ты встанешь перед этим выбором, прежде чем пройти последнее испытание и быть посвящённой в ратлеры. Но ты отвлекаешься на мысли, недостойные ратлера, и слушаешь невнимательно. Этим ты нарушаешь важное правило Ордена: прежде всего думай о деле. Понимаешь, ученица, ратлер не может отвлекаться и забывать о главном, иначе это плохой ратлер. Ты, – сказал Веттар Нарт, и голос его сильно изменился, в нём в первый раз прозвучал не металл, а человеческие нотки, – моя ученица, и постарайся пройти жизненный путь так, чтобы мне не было стыдно. Это – твой долг, Ривелсея!

Эти слова изумили Ривелсею трижды. Во-первых, Веттар Нарт первый раз позволил себе полкапли откровенности, во-вторых, он произнёс фразу с восклицательной интонацией, заменившей ему обычную холодность слов, и в-третьих, он назвал её по имени. Такого не случалось ещё ни разу, и от всего этого в Ривелсее разразилась целая буря чувств и эмоций. Веттар Нарт, видимо, всё же ценил её. Вот только её ли саму или своё время и усилия, которые затратил на то, чтобы превратить эту слабую самоуверенную девушку в начинающего ратлера?

Ривелсея этого не понимала, вернее, не хотела понимать. Её разум яростно отвергал самое очевидное из-за того, что это очевидное было слишком горьким и неприемлемым. Одной искорки жизни, внезапно появившейся в Веттар Нарте и угасшей через одну секунду, хватило, чтобы внутри его ученицы вспыхнул целый пожар непобеждённых страстей. Её любовь постоянно, в течение двух месяцев, разбивалась о железную стену непоколебимого спокойствия Веттар Нарта. Теперь же, когда эта стена на мгновение рухнула, Ривелсея больше не могла сдержаться. Плотину, в которой появляется трещина, за несколько минут сносит водой. Лицо Ривелсеи изменилось так, как не изменяет его, наверно, ни страшная ярость, ни горькая скорбь. Волна неистовой страсти растеклась в её силе и объяла всё тело. Прервалось даже дыхание, и голосом, срывающимся от любви и какого-то сладкого безумия, она воскликнула:

– Великий Мастер… Великий Мастер… Поверьте, я никогда вас не предам, потому что… потому что… я люблю вас!

Тихо было вокруг. В Цитадели Порядка вообще всегда очень тихо. В огромных вековых деревьях, растущих там, почти нет птиц, и листья колышутся с очень слабым шелестом, поскольку сильный ветер не может там возникнуть и не может, преодолев воздушный заслон, прилететь извне. И снега не было – даже сейчас, зимой, но зимняя тишина во много раз превосходила летнюю. Не было ни треска насекомых, ни шелеста листьев, которые давно облетели. Небо казалось необычайно высоким, а белые дождевые облака, возникающие внезапно в самом центре небосклона, ту же распылялись на мелкие пушистые ватные клочки. Такой эффект также создавали могучие воздушные столбы башен Цитадели.

Тишина висела долго, и Ривелсея стала изнемогать в ожидании ответа. Она смотрела на Веттар Нарта, и лицо её от переполнявших душу эмоций было ярко-розовым. Страсть, кипевшая сейчас в ней, была столь сильна, что ей тяжело было даже стоять на месте. Хотелось забыть обо всех правилах и законах, обвить руками его шею, прижаться к его груди и поцеловать, впиться губами в его губы, растаять в его руках – таких мужественных и могучих. Ривелсее с большим трудом удавалось удерживать в себе этот порыв. Минуту или две она боролась со своим внутренним естеством и с содроганием ждала от Веттар Нарта ответа.

Он стоял в своей привычной позе, широко расставив ноги и немного припадая на ту, которая была здорова, скрестив руки на груди и запахнувшись в свою доходящую до колен чёрную мантию, и волосы Веттар Нарта, имевшие коричневатый оттенок, свободно ниспадали на его плечи. Лицо его, как и всегда, имело выражение сумрачное, а глаза стали ещё более жёсткими, чем обычно. Наконец он сказал:

– Как я уже говорил, ученица, тебе придётся вскоре встать перед выбором. Но прежде этого ты должна хорошо понять, чем классы ратлеров отличаются друг от друга и каковы особенности каждого из них. Дело в том, что представители каждого класса чаще всего имеют примерно одинаковый характер и стиль поведения. Рыцари порядка более миролюбивы и спокойны, и это правильно, поскольку их задача организовывать и поддерживать тех, чьи действия направлены или совпадают с интересами Ордена ратлеров. Воевать они умеют, но не слишком любят, их цель состоит не в этом, и потому они недостаточно мощные бойцы, в них мало гнева. Мудрейшие наиболее уравновешены, гнев в них вспыхивает сильно, но только тогда, когда надо. Функции их очень разнообразны. Обычно самые сложные и трудные задания, где требуется не одна только мощь, но и сообразительность или хитрость, даются именно им. В сильнейших же очень велик гнев, обычно они или озлоблены на весь мир, или кипят жаждой мести. Это – наилучшие бойцы, без которых Орден ратлеров не мог бы существовать. Но им, – Веттар Нарт помедлил, – не хватает мудрости. Часто бывает так, что они лезут на рожон там, где нужно всего лишь немного подождать или схитрить, и из-за этого многие погибают. Ты сама видишь, ученица, что различия велики. Теперь ты должна подумать о том, по какой из этих дорог пройдёт твой собственный путь.

Однако Ривелсея не слушала слов Мастера. Она напряжённо, с трепетом, ждала, что он ответит на её признание. Если бы он хотя бы улыбнулся, этого было бы вполне достаточно для Ривелсеи – не настолько она была глупа, чтобы рассчитывать на большее! Она никогда, никогда не видела его улыбки! Впрочем, и на это она особо не надеялась, ожидая скорее, что Мастер опять выругает её и даже накажет за проявление постыдных для ратлера чувств. Однако Великий Мастер Веттар Нарт поступил так, как только и мог поступить великий ратлер: он ничего не сказал, словно слова Ривелсеи были столь малозначительны, как если бы она сказала что-то о погоде или что после зимы будет весна.

Робкая надежда исчезла, и любовь превратилась в страдание. Страдание неизбежно для ратлера, и к нему надо привыкнуть, как привыкаешь в дальней дороге к тесному башмаку, как привыкаешь к пыльному воздуху, живя в городе, и уже не замечаешь его, и даже забываешь, что может быть как-то иначе. Страдание укрепляет сильные души и ломают слабые, поэтому Веттар Нарт никогда его не жалел. Когда куют железо, оно теряет свою форму, но зато приобретает необходимые качества и может затем быть использовано для дела. Ривелсея много раз видела в отцовской кузне, как это происходит, и сейчас она часто чувствовала себя этим самым куском металла на наковальне. Кузнец не испытывает эмоций по отношению к железному бруску, не задаётся мыслью, что испытывает тот во время удара молотом, и это вполне понятно. Великие Мастера ратлеров были таковы же. Разница была незначительной и состояла лишь в том, что они ковали не железо, а более тонкие и нежные субстанции – плоть и душу человеческую.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22