Счастливый

Антон Никифоров

Счастливый

Земляне

На создание этого циклона из букв, связанных красной островной нитью, меня вдохновил каждый встречный землянин, ищущий себя на третьей орбите от Солнца, в туманном рукаве Ориона, глубоко в серебристой реке Млечного Пути, в скоплении фантастических миров, зовущих себя Девой, в объятиях Ланиакеи, на окраине бесконечной Вселенной.

За шесть перчённых лет, прожитых на острове Цейлон и рандомные скитаниях по Непалу, Индонезии, Индии, Таиланду, Турции, России, Казахстану, Европе и Гугл знает где ещё – я встретил много достойных землян.

Всякий путешественник по планете сталкивался с трудностями в пути, и наверняка встречал людей, способных эти трудности разрешить, – или, наоборот, создать коллапс: ранний заезд, хитрый таксист, тяжёлый багаж, случайный секс, опоздание на рейс, искренний человек, фальшивый обмен, честный обман, курортный роман, неудачная аренда, невкусные наркотики… Всякое бывает за двухнедельный срок.

Шумный Индийский океан, как в стиральной машине, смешивает с песком менталитет, судьбы и туловища землян. Полностью истратив отпускные и даже кредитные деньги, с покрасневшей кожей на континент возвращается совершенно другой человек. Или не возвращается – пока его не депортируют…

Автора пока не поймали. Мои знакомства, проекты, тексты и видео продолжают притягивать людей разного КаЛиБрА, о коих и хочу рассказать в этой книге – без лишней скромности, выставляя себя магнитной подушкой, по которой проносятся полуодетые кожаные вагоны с исключительным багажом поступков в разных странах: бизнесмены, мошенники, депутаты, блогеры, актёры, йоги, священники, наркоторговцы, фотографы, аферисты, программисты, снайперы, шаманы, серферы, бродяги, беглецы, проститутки…

Небольшое отступление об авторе озвученных мыслей.

В силу мистического магнетизма, будучи воспитанным в семье непубличных культурных традиций – порчи, домовых, заговоров и примет – я твёрдо знал: есть прочная геометрия, квантовая физика и людской сглаз. Невольно слышал, когда бабушка в своей комнате засыпает под «Санта-Барбару», а когда – бубнит перед иконами заговоры на жжёные спички.

Озорливые духи в деревне были такие же реальные, как ночной караул деда Пети, у которого кто‑то регулярно обворовывал сладчайшие груши – дюшес. Вместо соли и нательного крестика в схватке с полтергейстом – чуть заслышав шорох – он использовал наточенные вилы, запуская их как копьё в деревянный забор, ускоряя полёт отменной бранью. Так он запугал всю нечисть вокруг участка. Даже стройные тополя вдоль всей улицы имени Гагарина, с подкрашенным белым основанием, – даже свысока не смели раскидывать свой пух за его забор.

Жил бешеный дед за два дома от нас.

Каждый день, через день, в бабушкин зал по сарафанному радио стекались незнакомые ни ей, ни мне люди: подлечить ментальное здоровье, поправить поясницу. Кассового аппарата или QR-кода у бабули на летнем крыльце никогда не водилось. Да и считать ей, кроме курей и гусей, было нечего. Пациенты несли оплату продуктами своей жизнедеятельности: молоко, сметана, мёд, овощи. В те времена развала страны деньги стабильно крутились только по телевизору. По главному государственному телеканалу экстрасенсы заряжали миллионам граждан воду в банках – на финансы, успех и стояк.