Ник Картер.

Ник Картер против доктора Кварца (сборник)



скачать книгу бесплатно

© ООО ТД «Издательство Мир книги», оформление, 2011

© ООО «РИЦ Литература», 2011

Доктор Кварц – преступный ученый


В кабинете начальника полиции города Канзас-Сити у стола за оживленным разговором сидели сам начальник полиции и Ник Картер, знаменитый сыщик.

– Мистер Картер, – говорил начальник полиции, который при этом предложил своему посетителю сигару и закурил такую же и сам, – мэр города уполномочил меня заручиться вашим содействием в этой запутанной истории с находкой пяти трупов в товарном вагоне. Я надеюсь, вы исполните мою просьбу и примете на себя это поручение?

– Охотно, – ответил сыщик, равнодушно выпуская искусные кольца дыма из своей сигары, – я тем скорее возьмусь за это дело, что оно меня очень интересует и я сам желал бы заняться его расследованием.

– Вот это приятно слышать. Впрочем, весьма понимаю, мистер Картер, что это дело возбуждает ваш интерес. До сих пор в Канзас-Сити ничего подобного не бывало. Из Филадельфии прибывает сюда ничем не отличающийся и адресованный некоему Ц. Р. Авк товарный вагон. Никто за грузом не явился, и оказывается, что отправитель и получатель совершенно неизвестны, даже сам вагон оказывается бесхозным, так как он не принадлежал ни одной железнодорожной компании. Когда вскоре после этого вагон, тщательно запечатанный, вместе со своим неизвестным грузом продавался с торгов, его приобрел мистер Иеремия Стоун, владелец здешнего музея редкостей, за десять тысяч долларов. Этот Стоун знает вас давно; он содействовал вам при уличении очень опасного преступника, некоего доктора Кварца, казненного несколько лет тому назад, и ему сейчас же бросилось в глаза, что если прочитать имя получателя вагона с конца, то получалась фамилия Кварца. Этот Стоун и вызвал вас сюда, и вы после этого в его присутствии ночью открыли вагон. К вашему изумлению, вы установили, что внутри вагон был обставлен как изящная спальная комната, в которой находилось пять мертвецов. Из них двое мужчин и две женщины сидели у стола, как бы за карточной игрой, а пятая – молодая девушка выдающейся красоты – лежала недалеко от них на постели…

– Все это так, – перебил его сыщик, – мне удалось в ту ночь задержать пять молодцов, которым было поручено взорвать на воздух музей. Я выпытал у них, что один здешний врач, именующий себя доктором Кварцем, стоит в соприкосновении с этим происшествием и что он, по всей вероятности, даже обставил вагон и оборудовал его. Вот из-за этого доктора Кварца меня это дело сильно интересует. Вы уже сказали, что несколько лет тому назад мне приходилось довольно долго заниматься этим доктором Кварцем, и вы можете себе представить мое изумление, когда я узнал, что нынешний доктор Кварц представляет собой двойника своего однофамильца, казненного уже несколько лет тому назад.

– А может быть, это сын того первого Кварца?

– Нет, для этого нынешний доктор Кварц недостаточно молод, – возразил сыщик.

– Пожалуй, это младший брат…

Сыщик задумчиво кивнул:

– Об этом думал и я, но…

– Вы не допускаете этой возможности, мистер Картер?

– Откровенно говоря, не допускаю, а между тем есть некоторые основания полагать, что это именно младший брат и есть.

Но я не допускаю мысли, чтобы два брата могли быть так похожи друг на друга. Прежнему доктору Кварцу, если бы он еще жил, было бы лет пятьдесят. А, судя по наружному виду, нынешнему доктору Кварцу еще нет и сорока.

– Да, странная история, – согласился начальник полиции. – Я не могу понять возможности такого сходства.

– Видите ли, я уже говорил вам, – сказал Ник Картер, пожимая плечами, – меня наружное сходство еще не так удивляет.

– Это любопытно, мистер Картер, не расскажете ли вы мне биографию прежнего доктора Кварца?

Знаменитый сыщик рассмеялся:

– Это равносильно тому, как если бы вы потребовали, чтобы я прочитал вам большой энциклопедический словарь от первой до последней буквы. История жизни этого несравненного преступника слишком богата. Прежде всего он был самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видел, и вместе с тем самым отъявленным негодяем. Он соединял в себе любезность аристократа с жестокостью тигра. При этом он был выдающимся ученым. Он говорил чуть ли не на всех языках, знал все науки и, казалось, усвоил себе всю область человеческого познания и способностей. Он был умелый хирург и врач и вместе с тем остроумный аналитик. Откуда он все это взял, я никогда не мог узнать. Он представлял собою неразгаданную тайну, по крайней мере, с того момента, когда мне пришлось иметь с ним дело, и до самой смерти он так и остался неразрешенной загадкой. Он презирал всех людей, он смеялся над всеми тюремными запорами, смеялся и надо мною – а это, кажется, было его единственной ошибкой, что он не оценил моих сил, так как именно я и подставил ему ту ножку, о которую он споткнулся…

– Кажется, вы в искусстве подставлять ножки достигли невероятной ловкости, мистер Картер! – со смехом перебил его начальник полиции.

– Видите ли, – рассмеялся и Ник Картер, – я полагал, по крайней мере до сих пор, что мне и в данном случае удалось обезвредить первого в мире преступника, но я откровенно сознаюсь, что события последнего времени поколебали во мне это убеждение.

– Как вас понять, мистер Картер?

– Очень просто. Ведь вдруг обнаруживается новый экземпляр доктора Кварца – там, где я этого меньше всего ожидал.

– Но что общего имеет наше дело с преступной карьерой прежнего доктора Кварца? – с сомнением спросил начальник полиции.

Ник Картер как-то нерешительно приподнял плечи и задумался.

– Как бы вам это объяснить… – проговорил наконец Ник. – Если бы я был суеверен и если бы мой разум не препятствовал мне даже думать об этом серьезно, то я был бы склонен верить, что прежний доктор Кварц воскрес из мертвых к новой жизни, хотя я лично присутствовал при его кончине и на его погребении. Словом, нынешний доктор Кварц и его предшественник должны быть одним и тем же лицом, другой возможности нет – и все же эта единственная возможность настолько бессмысленна и недопустима для каждого разумного человека, что мне остается только пожать плечами и вспомнить великого британца, сказавшего, что есть много вещей между небом и землей, которые и не снятся нашим мудрецам! Я повторяю: мой рассудок заставляет меня сознавать, что ни в коем случае это не может быть один и тот же человек. Но если это не одни и те же мускулы и жилы, не одни и те же кости и нервы, не та же плоть и кровь, то это, во всяком случае, один и тот же характер. Больше того, это те же уклонения от нормальной мозговой деятельности, как и у предшественника.

– Но не может же это быть один и тот же человек, ведь вы сами с этим согласны.

– Нет, – согласился сыщик, – этого не может быть, а между тем это так.

– Ну, Картер, я не могу больше, это слишком сложно для моего обыкновенного человеческого разума, – со вздохом сознался начальник полиции.

– Короче говоря, – продолжал Картер, – по моему мнению, мы имеем дело с человеком, до изумительности схожим с первоначальным доктором Кварцем, который обладает тем же характером, так же знает всевозможные науки, так же выказывает предупредительные и любезные манеры, с человеком, говорю я, столь же высокоталантливым, столь же гнусным, столь же хитрым и столь же отважным. В общем, мы имеем дело с обратившимся снова в плоть и кровь первоначальным доктором Кварцем. Но этим характеристика этого человека далеко не исчерпана. Этот человек испытывает страстную радость при сознании того, что он, если можно так выразиться, двойник первоначального доктора Кварца. Насколько он смел, видно уже по фонарю, недавно прикрепленному к его дому, на котором далеко видными буквами изображена надпись: доктор Д. Б. Кварц.

– Как звали первого доктора Кварца по имени? – спросил начальник полиции.

– Так же как и теперешнего. Но слушайте дальше. Первый доктор Кварц начал свою преступную карьеру – я руководствуюсь полицейскими данными – с того, что необыкновенно большими средствами и громадными расходами сознательно и нарочно привлек внимание к своей преступной деятельности. Как вам известно, он устроил в громадном ящике из-под рояля дамский будуар и вместе со своей жертвой проехал товарным грузом три тысячи миль. Нынешний доктор Кварц устраивает товарный вагон с такой роскошью, что наши современные спальные комнаты в сравнении с этой обстановкой кажутся жалкими. Эта забава ему, во всяком случае, стоила восемь – десять тысяч долларов. А с его точки зрения, вся эта история ни более и ни менее как остроумная шутка. Итак, мы знаем, что наш новый доктор Кварц выстроил целый вагон, нужный для исполнения его нового плана. Мы знаем, что он не пожалел ни расходов, ни труда, чтобы обставить внутренность этого вагона как можно роскошнее и удобнее. Дальше, мы знаем, что он убил…

– Простите, мистер Картер, что я прерываю вас, – вставил начальник полиции, – вот тут-то и начинается затруднение, так как на самом деле мы вовсе не знаем, убил ли этот доктор Кварц кого-нибудь.

– Согласен, официально мы об этом не знаем, но нравственно мы убеждены в его виновности.

– Быть может, вы, мистер Картер, а я далеко еще нет.

– Ладно, – равнодушно ответил знаменитый сыщик, – тогда я выражусь иначе: по моему убеждению, этот доктор Кварц убил пять человек, трех женщин и двух мужчин, только для того, чтобы имевшееся у него намерение могло быть лучше исполнено. Затем он забальзамировал свои жертвы с такой ловкостью и искусством, от которого древние египтяне, мумиям которых мы до сих пор еще удивляемся, должны покраснеть со стыда. Со своими набальзамированными и приправленными еще и другими способами пятью жертвами он устроил зрелище, которому по захватывающему интересу и ужасу нет равного ни в одном музее восковых фигур. Нельзя представить себе более жизненную сцену, чем вид этих трупов, сидящих за столом и как бы играющих в карты. Откровенно признаюсь, что и я сначала ошибся и принял эти трупы за прекрасно изготовленные куклы. С тем же искусством труп девушки был положен на постель и пригвожден к матрасу воткнутым ей в сердце кинжалом.

– Да, действительно, это было ужасное зрелище, от которого кровь застывала в жилах.

– Так вот, все это представление преследовало совершенно определенную цель.

– Интересно знать, какую именно? – произнес начальник полиции.

– Извольте, слушайте. Чтобы понять это, нужно вернуться к тому времени, когда вагон прибыл сюда, в Канзас-Сити. Доктор отправил вагон в Канзас-Сити и нарочно оставил его на товарном вокзале, пока железная дорога должна была принять какое-либо решение относительно дальнейшей судьбы невостребованного груза. А это было сделано доктором Кварцем потому, что он желал, чтобы полиция узнала о том, что содержится внутри вагона. Я утверждаю, что доктор таким образом хотел убить двух зайцев зараз. Во-первых, он обратил таким образом внимание полиции на себя самого, то есть на то, что существует лицо, ничуть не стесняющееся нарушать закон и противиться его представителям. Во-вторых, через посредство четырех трупов, игравших в карты, он дал имевшимся им в виду лицам предупреждение, не оставлявшее желать ничего лучшего в смысле ясности и наглядности.

– Вы меня извините, мистер Картер, но все то, что вы говорите, для меня совершенно непонятно, – проворчал начальник полиции с оттенком раздражения.

– Охотно верю вам, и если бы я не был умудрен своим опытом в этом деле, то, вероятно, теперь думал бы то же самое, что и вы. Но так как я прекрасно знаю первого доктора Кварца, то действия его преемника и мотивы их для меня очень понятны.

– Хорошо, но я этого опять не понимаю, мистер Картер. Вы уж извините меня, я человек простой, меня в школе учили, что дважды два – четыре, и поэтому я при всем желании не пойму, каким образом из всей этой чепухи может получиться нечто разумное.

– Видите ли, на всем земном шаре нет ни одного человеческого существа, которое не имело бы своей слабости, – сказал Ник Картер, усаживаясь поудобнее в своем кресле и обрезая свежую сигару. – Равным образом и первоначальный доктор Кварц имел такую слабость, и она-то и привела его к конечной гибели. Не будь меня, он, вероятно, жил бы еще и сегодня и был бы способен смеяться над всеми полицейскими учреждениями и сыщиками всего мира до самой своей смерти, которая последовала бы, вероятно, от старческой немощи.

– Вот как! А какая же это такая слабость?

– Эгоизм, самомнение, неограниченная вера в самого себя, мания величия – мало ли как можно назвать это. Выбирайте сами. Его широкая фантазия побудила его построить вагон. Он страдал манией величия, стремился к оригинальности и старался быть несравнимой противоположностью всех других людей.

– Вы полагаете, что наш доктор Кварц тоже страдает этой слабостью?

– Именно! Благодаря ей-то он и построил товарный вагон.

– Ладно, но, соглашаясь со всем этим, я все-таки еще не понимаю…

Ник Картер сделал нетерпеливое движение.

– Хорошо, предположим, что тот человек, который тоже именует себя доктором Кварцем, прошел всю лестницу всевозможных преступлений и злодеяний, не будучи заподозренным ни разу. Он крал и похищал все, что ему попадалось на пути, он убил более пятидесяти человек, и ни разу подозрение не пало на него. Разве трудно допустить, что с течением времени все это ему приелось и ему надоело быть постоянно в безопасности? Совершение злодеяния уже не щекочет его нервы именно потому, что оно не сопряжено для него с опасностью. По крайней мере, так думал и действовал бы прежний доктор Кварц. Он был преисполнен гнусных стремлений, он любил преступление из-за преступления и опасность ради нее самой. Он убивал, так как убийство доставляло ему жестокое наслаждение и так как он вместе с тем доказывал бессилие власти, не имевшей возможности покарать его. Если бы он воткнул на открытой площади отравленную иглу в тело какой-нибудь невинной жертвы, если бы эта жертва умерла бы тут же или по прошествии нескольких часов – никогда даже тень подозрения не пала бы на доктора Кварца. Он убил целую семью, которую он пользовал в качестве врача, а впоследствии выяснилось, что он сумел завоевать уважение и любовь своих жертв настолько, что все состояние семьи было по завещанию отказано ему. Но и здесь он поступал так ловко, что никто и не думал заподозрить его. Наконец это ему надоело. Путем своих преступлений он собрал громадное состояние и мог бы удесятерить его тем же путем. Но ему надоела его обеспеченная жизнь. Словом, он жаждал опасности. Он хотел победить полицию в открытой борьбе, он хотел выступить против всего человечества, так как он мнил себя умнее и хитрее всех людей, вместе взятых. Ему хотелось, чтобы его заподозрили, чтобы его преследовали. Для него было наслаждением считаться величайшим и ужаснейшим преступником всех времен и все-таки победоносно отражать всякое подозрение, всякое обвинение. Он стремился к тому, чтобы на улице на него указывали пальцами, чтобы все и вся узнали о том, что именно он, и только он, виновник всех неслыханных злодеяний, и при всем этом он хотел своим обвинителям рассмеяться в лицо и злорадствовать, что они не могут ничего доказать. Вот побудительная причина того, что он в свое время соорудил ящик для рояля, который и привел его к гибели. Его мания величия побудила его совершить самое невообразимое злодеяние, и по той же самой причине наш теперешний доктор Кварц построил свой товарный вагон и наполнил его трупами. Мания величия влечет его к погибели!

– Сознаюсь, такой характер кажется мне просто невероятным, – со вздохом произнес начальник полиции.

– Я сам при первой встрече с доктором Кварцем рассуждал точно так, как вы сегодня. Но теперь я способен понять такой характер, после того как мне пришлось иметь дело с ним, и я снова узнаю и разгадаю его, где и когда я ни встретил бы его.

– Но скажите мне, бога ради, неужели человек может дойти до такого сумасбродства, чтобы нарочно навлечь на себя преследование? Ведь должен же он считаться с возможностью, что натолкнется на равный ему по силе ум и будет уличен и уничтожен?

– Мы имеем дело с доктором Кварцем, а потому это не только возможно, но и очень вероятно, – возразил Ник Картер, пожимая плечами.

Начальник полиции лишь покачал головой, не зная, что сказать.

– Вспомните мои слова, – продолжал Ник Картер, – вы должны были отпустить доктора Кварца на свободу, так как улики были недостаточны для его задержания. А я готов держать пари, что про себя он высмеивает вас. Больше того, он смеется и в то же время уже задумывает новое преступление, в сравнении с которым убийство пяти человек в товарном вагоне покажется простой шуткой. Доктор Кварц пока оставил нам только свою карточку. Посмотрим, что он вам еще преподнесет!

– Ладно, – сказал начальник полиции после некоторого молчания, – мертвый в гробу мирно спит, а мы займемся лучше нашим настоящим делом. Мы знаем, почему именно вы заподозрили доктора Кварца. Вы отправились к нему на дом, чтобы арестовать его, и нашли там двух женщин в полубессознательном состоянии. Они пришли в себя лишь в полицейском управлении, и доктор Кварц обвинил их в совершении преступления, обнаруженного в товарном вагоне.

– Правильно, – улыбаясь, заметил Ник Картер, – к сожалению, обе женщины заявили, что ничего не знают обо всем этом происшествии, а так как доказательств противного не было, то вы должны были отпустить и этих двух пленниц на свободу.

– Конечно, я должен был отпустить их, хотя они оставлены еще под надзором полиции, так как и доктор Кварц не мог доказать своего обвинения.

– Да и трудно бы это было для него, – вставил сыщик, – это смехотворное обвинение входило в его программу, вот и все.

– Опять-таки не понимаю вас, мистер Картер.

– Да очень просто. Наш доктор при всей своей хитрости не мог ожидать, что его лично так внезапно и быстро поставят в связь с товарным вагоном. То обстоятельство, что обе женщины во время моего посещения находились в его доме в качестве пленниц, совершенно не относится к интересующему нас делу, а представляет собой одну из многочисленных тайн доктора, о которых мы пока знаем очень мало. Я так и подозревал, когда он предъявил это ужасное обвинение против тех двух женщин. Они совершенно случайно очутились в его власти, когда я пришел, чтобы арестовать его, и то, что он возвел на них бездоказательное обвинение, чтобы спасти себя самого, может служить характерным признаком его наглости.

– Вы, пожалуй, правы, Картер, но ваши умозаключения мне непостижимы. Так или иначе, я подозреваю тех женщин в том, что они, несмотря на упорные отпирательства, все-таки имеют то или иное отношение к преступлению в товарном вагоне.

– Совершенно с вами согласен, но только в ином отношении, нежели вы, по-видимому, предполагаете. Часть моей задачи состоит в том, чтобы разъяснить и этот вопрос. С тех пор как эти две женщины отпущены на свободу, мой помощник Патси следит за ними, и я надеюсь, что вскоре узнаю от него кое-какие подробности. Но я и теперь уже не сомневаюсь, что эти женщины только жертвы преступных комбинаций доктора Кварца и что они только из страха перед ним не желают давать полиции никаких объяснений.

– Из страха перед чем? – в изумлении спросил начальник полиции.

– Этого я еще сам не знаю, но надеюсь, что в скором времени узнаю.

– Послушайте, Картер, на вас и на Иеремию Стоуна в музее напали преступники, которым кем-то было поручено взорвать товарный вагон со всем музеем. Вы придерживались сначала того мнения, что эти преступники были наняты теми двумя женщинами.

– Верно. Но я переменил мнение в тот момент, когда доктор стал обвинять этих женщин, и мы потом убедились, что они ничего общего не имели с динамитным покушением.

– Именно, а с точки зрения сведущего человека могу только подтвердить, что эти женщины имеют так же мало общего со взрывом, как вы или я. Подозрение против них было возбуждено единственно только вследствие того интереса, который они питали по отношению к товарному вагону, пока тот стоял еще на товарном вокзале.

– Совершенно верно, – согласился сыщик.

– Ну-с, вам известно так же хорошо, как и мне самому, что по столь шаткому подозрению нельзя держать людей под арестом.

– Никоим образом нельзя. А других улик против Эдит Пейтон и ее камеристки не имелось.

– Хорошо, к этим двум женщинам мы вернемся потом, – решил начальник полиции, – а теперь расскажите мне, что произошло, когда вы в ту ночь вместе с Иеремией Стоуном рассматривали товарный вагон, войдя в него через открытый вами потайной ход?

– Я нашел в вагоне четыре забальзамированных трупа, двух мужчин и двух женщин, сидевших на стульях и придерживающихся целой сетью проволоки. На железной кровати в углу лежал еще один забальзамированный труп. Четыре сидевших за столом покойника находились приблизительно в сорокалетнем возрасте, а молодая женщина на кровати была не старше двадцати. Когда она уже была мертва, ее сердце пронзили кинжалом, еще торчавшим из ее груди, когда я ее увидел.

– И во всем городе ни один врач не мог установить причину смерти этих пяти покойников?

– Очевидно, был применен сильно действующий яд, но взятая для бальзамирования жидкость уничтожила всякие следы этого яда. Тем не менее все врачи единогласно высказывают мнение, что совершено пятикратное отравление.

– Хорошо, мистер Картер! И все, что полиция могла установить путем осмотра, ограничивалось только тем, что совершено убийство пяти лиц и что неизвестный убийца напал на своеобразную мысль отправить трупы из того города, где было совершено злодеяние, в Канзас-Сити. Вот все, что мне удалось установить. Вы же в ваших предположениях идете много дальше.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6