скачать книгу бесплатно
Крики детей наполнили воздух, когда они начали бросать снежки друг в друга. Алисия много раз пыталась попасть в Флору, но всегда промахивалась. Во всей этой суете Элизе показалось, что из-за дерева за их игрой наблюдает Бен.
«Как жаль, наверное детям-артистам не разрешено с нами играть», – подумалось девочке. Она отвлеклась на секунду, и тут же ей прямо в лицо прилетел снежок от шустрой Флоры. Элизе пришлось приложить усилия, чтобы не заплакать: снег был очень холодным и колючим. Алисия прервала игру и заключила сестру в объятия, смахнув снег с ее лица рукавом пальто.
Спустя час дети разошлись по комнатам. Флора, перед тем, как пойти к себе, попросила прощения у Элизы.
– Я не специально в лицо, честно! – сказала она, примирительно подняв руки.
Элиза кивнула, показывая, что не злится на нее и не обижается.
Несмотря на то, что они целый час разгоряченно перекидывались снежками, сон не шел. Элиза лежала в большой дубовой кровати, которая была закрыта красно-белым тяжелым узорчатым пологом. Девочка тихонько скользнула в свои мягкие тапочки и отправилась на кухню. Может быть, там еще осталось немного шотландских домашних таблеток?[3 - Таблетка – это традиционная шотландская сладость, которую часто пьют с чаем или кофе. Обычно ее готовят из сахара, сгущенного молока и масла, а затем приправляют ванилью. Таблетка чем-то похожа на помаду, но имеет более твердую текстуру, более хрупкую и зернистую.]
Из соседней двери тут же высунулась голова Алисии, и Элиза мгновенно заслужила от нее обвиняющий взгляд, говорящий: «Ночь – для сна. Куда это ты собралась?». Но сестра, как обычно, этим ограничилась и, скорее всего, не пошла следом, зная, что младшей обычно хватает благоразумия, чтобы не влипать в серьезные неприятности.
Как только девочка вошла в кухню, то сразу поняла, что она здесь не одна. На табуретах возле стола сидели Бен, Снорклинг и Брусчатка. Все в тех же костюмах эльфов. «Почему они до сих пор не переоделись? – подумала Элиза. – Наверное и имена у них выдуманные. Никто не назовет свою дочь Брусчаткой. А сына – Снорклингом».
– Мы все слышим, – медленно произнёс Бен. – Садись к нам, Элиза. У нас тут теплое молоко и мадленки. И еще осталось немного брауни.
На Снорклинге было что-то напоминающее форму скаутов, но поверх привычной коричневой рубашки был надет жилет сапфирового цвета с капюшоном.
«Наверное, я вела себя не очень тихо», – отметила про себя девочка.
«Нет, достаточно тихо. Просто мы – эльфы, умеем читать мысли людей. Ты их совсем никак не прячешь. Ты для меня как открытая книга», – услышала Элиза в мыслях голос Бена. Еще не хватало, чтобы она начала придумывать разные истории.
– Ты ничего не придумала. Я только что мысленно говорил с тобой, – уже в полный голос сказал Бен.
– Ш-ш-ш! – Недовольно зашипела на него Брусчатка. – Еще не хватало, чтобы нас кто-то услышал. Ей показалось, что неподалеку скрипнула половица.
– Так вы не актеры? – Со всей серьезностью спросила Элиза. —Вы правда те трое из стеклянного шара?
Все трое эльфов согласно закивали.
– А как вы оказались внутри него?
– Это все Норманн, который вовсе не Норманн, а маг Мортимер! – пискляво сообщил Снорклинг. – Он схватил настоящего отца Джона, потому что ему нужна Чаша Данвегана, а нас троих заточил в снежный шар. Но ты разбила шар и мы смогли выбраться! Ты наша спасительница, Элиза!
– И да, это не наши настоящие имена, – подхватила Брусчатка. – Но настоящие имена эльфы говорят только своим настоящим друзьям.
– Я думаю, мы можем ей доверять, ведь она спасла нас, – строго сказал Снорклинг.
– Она разбила шар случайно, она ничего не знает, – возразил ему Бен.
Пристально посмотрев в глаза Бену, Элиза сказала:
– Да, я разбила шар случайно. Но я бы очень хотела стать вам настоящим другом. Друзья мне точно не помешают. Могу я узнать как? А свои настоящие имена, если не хотите, можете мне сейчас не говорить, раз вы мне не доверяете.
Бен шумно выдохнул. В проходе стоял Джон.
– То, что ты сказал про моего отца – это правда?
«Значит, Джон стоял здесь почти с самого начала разговора», – поняла Элиза.
– Да, – со всей твердостью в голосе ответил Бен и бросил взгляд на Брусчатку.
– А как докажешь? – пытливо, но взволнованно, спросил Джон.
– Ты разве не знаешь, что эльфы всегда говорят только правду? Мы не можем лгать, – удивленно произнёс Бен, вглядываясь в лицо Элизы.
Девочка смущенно отвела взгляд.
– Мне двенадцать, и я уже перестаю верить во все эти сказки, – улыбнулся Джон.
– Вот и зря. Спроси у Морти… У твоего отца что-то, что знали только вы двое.
Элиза отметила про себя, что Джон сказал «перестаю», а не «перестал» и ее губы тронула легкая улыбка.
Джон неуверенно кивнул.
– Ты идешь спать? – поинтересовался он у Элизы настойчивым тоном, не подразумевающим возражений.
Элиза махнула эльфам рукой и позволила Джону проводить себя до комнаты.
Глава 3
Элиза открыла глаза от яркого солнечного света, который просачивался сквозь шторы. Полог у кровати был поднят. На краю сидела Брусчатка и, почти не мигая, смотрела на нее.
– Что ты тут делаешь? – сонно растягивая слова, поинтересовалась она у эльфийки.
– Ну наконец-то. Человеческие дети так долго спят, – ответила она, проигнорировав вопрос Элизы. – На самом деле, если Бен узнает, что я была у тебя, очень разозлится. Но не потому, что он не доверяет тебе. Он не хочет подвергать тебя опасности.
– Какой опасности? – все еще не понимая, что происходит, спросила Элиза.
– Ты же знаешь легенду МакЛаудов о Чаше Данвегана? – поинтересовалась Брусчатка.
Элиза кивнула.
– Мне кажется, я знаю наизусть все легенды, которые мне рассказывал Джон. – Она сделала небольшую паузу, вдохнула поглубже и начала рассказывать: – Однажды, молодой вождь МакЛаудов хотел воочию увидеть эльфов. Хотел подтвердить то, что в его жилах тоже течет эльфийская кровь. И тогда он отправился на их поиски. Долго плутал он по вересковым пустошам, как вдруг танцующие эльфы окружили его. Они схватили вождя и забрали с собой в мир эльфов. Там ему дали чашу с виноградным соком, выпив который, он бы остался навсегда с ними. Но молодой вождь помнил: «Нельзя ничего есть и пить у эльфов». Он схватил Чашу и побежал к ручью. Эльфы не могут преодолевать водные препятствия, поэтому он смог сбежать вместе с Чашей в свой мир.
– Но она была проклята, – добавила Брусчатка, как только Элиза закончила говорить. – Все, кто коснулся Чаши в мире эльфов и не испил из нее – попадая в мир людей, превращались в игрушки для рождественской ели. Та же участь постигла и предка Джона – он превратился в хрустальную сосульку, и родственники в поисках молодого вождя увидели Чашу, но не заметили лежащую рядом сосульку из хрусталя, наступили на нее. Сосулька треснула, и молодой вождь умер.
Элиза покачала головой.
– Эту часть истории Джон мне никогда не рассказывал.
– Может быть, он и сам ее не знал. В нашем мире Чашу охранял Дракон. Лишь по праздникам можно было беспрепятственно испить из Чаши. Это было в Самайн. Молодому вождю повезло.
– Или не повезло, – задумчиво произнесла Элиза.
– Когда Чаша исчезла, Дракон будто бы сошел с ума. Его волшебное пламя стало само превращать в игрушки для елки всех, кто попадается на его пути. Видимо, магия Чаши отчасти перешла к нему, когда она попала в ваш мир.
– А как вы попали в стеклянный шар? Сколько вам лет? Неужели вы такие старенькие, что успели коснуться Чаши, и потому превратились в игрушку?
– Конечно нет, – захихикала Брусчатка. – Может быть, по меркам людей нам и много лет, но и не столько, сколько ты подумала. Наоборот, так как мы никогда не касались Чаши и еще не получили от нее бессмертия, то нас троих выбрали, чтобы найти ее и вернуть обратно.
– Чаша Данвегана дарует бессмертие? – удивленно воскликнула Элиза.
– Ш-ш-ш! – зашипела на нее Брусчатка. – Да. Когда Мортимер узнал, что нас троих отправили на поиски Чаши, он натравил на нас Дракона. По крайней мере, мы так думаем, ведь им обоим она нужна. Так мы и оказались в шаре. Ты его разбила, и по какой-то причине мы остались живы…
– Значит, мы должны вернуть Чашу в ваш мир? Тогда Дракон перестанет уничтожать эльфов и все будет хорошо?
– Ты абсолютно права. Но есть кое-кто, кто Чашу отдавать нам не очень-то хочет.
– Ты о Норма… Мортимере? А ты не знаешь, где Мортимер держит настоящего Норманна, можно ли его спасти? Бедный Джон, не представляю, как ему сейчас тяжело.
Брусчатка молча сжала ладонь Элизы и покачала головой.
– Но мы попробуем узнать! Обязательно. Мы не можем оставить отца Джона в беде, – заверила ее эльфийка. – Кстати, знаешь, почему Снорклинг получил такое прозвище?
– Почему? – заерзала от любопытства девочка.
– Когда он был еще меньше, чем сейчас, совсем малышом, он свалился в озеро и начал тонуть. Он опустился довольно глубоко, но его нашли келпи[4 - Ке?лпи – в шотландской низшей мифологии водяной дух, обитающий во многих реках и озёрах.] и вынесли на поверхность озера. Чудо чудесное! Так он сначала стал малышом Снорком, а потом подрос и получил полное имя – Снорклинг.[5 - Сноркелинг – вид плавания под поверхностью воды с маской и дыхательной трубкой и обычно с ластами.]
Элиза заулыбалась.
– И еще, Элиза… – почти шепотом добавила Брусчатка. – Надеюсь, я не пожалею, что говорю это… Мое настоящее имя Гвилвилет, оно означает «бабочка». Бена зовут Бенедиктом – что переводится как «благословенный», а Снорклинг – Финарфин – «невероятный».
Брусчатка спрыгнула с кровати, тем самым показывая, что этот разговор окончен, махнула рукой Элизе и вышла.
После того, как девочка привела себя в порядок, она спустилась к завтраку в обеденную. Неподалеку из гостиной доносились звуки шансона – там стоял настоящий старинный граммофон, на котором взрослые любили слушать разные музыкальные пластинки, которые сохранились в замке в избытке.
Элиза обрадовалась традиционному шотландскому завтраку, к которому привыкла: на столе были сосиски, яичница, бекон, печеная фасоль в томате, грибы и сырные пшеничные лепешки. Пальчики оближешь!
– Пап, а ты не хочешь рассказать остальным историю о нашей морской рыбалке прошлым летом? – робко поинтересовался Джон у Норманна-Мортимера. – Про макреля, поллака и угря?
– О, с удовольствием! – широко улыбаясь присутствующим, и накладывая себе фасоль, поддержал Норманн.
Джон пристально смотрел на него. Элиза тоже. На минуту в воздухе повисло молчание, а потом Норманн начал рассказывать:
– Воистину, невероятная история. Это был первый раз, когда я взял с собой Джона на морскую рыбалку. Видят Боги, я не зря это сделал, – еще шире улыбнулся он. – Ранним утром мы собрали все необходимое оборудование, я взял небольшую лодку и мы выдвинулись в то самое место, где обычно угря – море пруди.
Натужно рассмеялся Норманн и потер пальцами кончик левого уха.
– Рот у угря маленький, он глубоко заглатывает насадку, но предупредить об этом Джона я запамятовал, – Норманн посмотрел с вызовом на сына. – А ему, на удачу, тут же подвернулся трехкилограммовый угорь! Джон не ожидал, и тот утащил его вместе с удочкой с лодки в море. Ох и посмеялся я от души в тот день!
Джон не отводя взгляда смотрел на Норманна. Элиза недоумевающе смотрела на Джона. Джанет покачивала из стороны в сторону головой.
– Юнцы! – громко рассмеялся Линделл и крепко хлопнул Норманна по плечу, отчего тот подавился фасолью и закашлялся.
Когда Элиза и Джон остались в гостиной одни, девочка сказала:
– Что не так? Почему у тебя такой вид, будто бы ты этого угря живьем проглотил! – и, всплеснув руками, продолжила: – Неужели эльфы соврали? Но ведь эльфы не умеют врать! Да и мне показалось, что я им верю…
Джон прервал ее измышления:
– Эльфы не соврали. Видимо, это действительно не отец. В его словах про ту рыбалку нет ни слова правды.
– Подожди-подожди! – шокировано остановила его Элиза. – Вдруг твой отец просто запамятовал? Знаешь, у взрослых так бывает. Давай проверим еще два раза, а потом уже обдумаем? А пока будем за ним наблюдать.
Джон задумчиво кивнул и сжал губы в тонкую линию, а затем сказал:
– Следить. Я буду за ним следить.
– Джон, если это правда не твой отец, мне жаль, – вздохнув, Элиза села в кресло и начала теребить складки своего платья.
– О, а я как раз вас ищу! Мы собрались кататься на санках! Ждём только вас двоих, – в гостиную вошла Алисия.
– Не будем терять время, – Джон кивнул Элизе и пошел одеваться.
По пути девочек встретила их мама и расцеловала в обе щеки.
– Я здесь вижу вас только тогда, когда вы уминаете еду за обе щеки! Вы хорошо проводите время, милые? Вам весело? Никто не обижает?
– Ма-а-ам! Нас никто не обижает, – затянула Алисия. – Мы просто собрались немного покататься на санках с Флорой и Джоном.
Мама погладила девочек по волосам.
– Тогда все в порядке. Поверить не могу, вы уже выглядите такими взрослыми. Еще немного и мы сравняемся в росте. Га-а-а-андайл! Дети здесь! – проорала она через весь коридор.
Из самой крайней двери к ним торопливо выбежал мистер Гандайл.
– В чем дело, дорогая?
– Хочу, чтобы ты посмотрел на дочерей прежде, чем они опять куда-то убегут, – проворковала Вианна.
– Хорошо, любимая. Но не могла бы ты впредь просить меня о таких вещах немного спокойнее? Видят Боги, меня чуть сердечный приступ не хватил.
Гандайл обнял дочерей и потрепал их по макушкам. А потом отправил собираться по комнатам.
Покататься на санках в Портри было нереально. Как говорится, у этого города тридцать три погоды: солнце сразу же растапливало снег, который наносила буря. Поэтому Элиза всегда была рада шансу покататься в Данвегане.
Ветер дул непрерывно, стараясь сорвать с детей шапки и поднимая снежные хлопья в воздух. Полозья санок оставляли на белом полотне глубокие следы.На лицах детей отражалось счастье.
Тем не менее, спустя час Алисия предложила возвращаться обратно.
– Мне холодно… – жалобно протянула девочка.
– Одну минуточку! Давайте сделаем круг из снежных ангелов, а после этого – обратно в замок! – предложила Элиза.
Элиза очень любила снег. Он был чистым и белым, и она, как и мама, могла часами смотреть на него, лежа на снегу. Ей нравилось лежать на нем и смотреть в небо. Но Алисия замерзла, поэтому дети второпях, как по команде, легли в круг на еще не исчерченный полозьями снег, и смешно замахали руками и ногами.