Мистическая проза

Мистическая проза

Тропа забытых отражений

В старом семейном альбоме, запрятанном на верхней полке книжного шкафа, Артём и Лиза однажды нашли пожелтевшую фотографию: двое детей стоят у заросшей калитки, а за их спинами – дом, будто сошедший со страниц готического романа. На обороте – строка выцветшими чернилами: «Берегитесь тропы за ольхой. Она помнит всё».

Никто в семье не мог объяснить, откуда снимок. Бабушка лишь вздохнула:– Это из тех времён, когда мы ещё жили у Чёрного озера. Но туда лучше не возвращаться.

Слова застряли в памяти. И когда спустя годы брат и сестра получили странное письмо – конверт без обратного адреса, внутри лишь клочок карты и три слова: «Он ждёт вас» – они уже знали, куда ехать.

Чёрный лес встретил их тишиной. Даже птицы не пели. Старый дом стоял на берегу мутной воды, словно заброшенный корабль. Двери были приоткрыты, в окнах мерцал не то отблеск, не то живое свечение.

– Чувствуешь? – прошептала Лиза. – Воздух… будто гуще.

Артём кивнул. Он уже достал из рюкзака найденный в бабушкином сундуке предмет: медный медальон с выгравированным лабиринтом. В тот же миг из дома донёсся звон – будто кто‑то провёл пальцем по краю хрустального бокала.

Они вошли.

Дом хранил следы давней жизни: пыльные книги, вышитые скатерти, часы без стрелок. На стене – портрет женщины в чёрном платье. Её глаза, казалось, следили за каждым движением.

Вечером Лиза нашла в спальне дневник. Страницы были пусты, но стоило поднести к ним свечу, как проступили строки:

«Он приходит в полночь. Говорит, что мы обещали. Но я не помню обещания. А дети… дети видят его чаще».

Артём, тем временем, обнаружил в подвале дверь, которой не было на плане дома. За ней – каменная лестница, уходящая вниз.

– Не ходи, – попросила Лиза. – Это неправильно.

Но Артём уже ступил на первую ступень.

Лабиринт под домом был древним. Стены покрывали символы, похожие на письмена, но ни один язык не смог бы их прочесть. В воздухе висел запах сырости и… воска.

Вдруг Артём услышал голос:

– Ты опоздал. Она уже выбрала.

Он обернулся – позади стояла девочка в белом платье. Та самая с фотографии.

– Кто ты? – спросил он.

– Я была тобой. Теперь ты – мной.

Лиза, не дождавшись брата, спустилась следом. В одном из тупиков она нашла его сидящим на холодном камне. Он смотрел в пустоту и повторял:

– Она сказала, что мы должны остаться.

Вернувшись наверх, они разобрали дневник до конца. Оказалось, сто лет назад в этом доме жила семья: мать, отец и двое детей. Однажды они пошли по тропе за ольхой – и не вернулись. Но их души остались. Они стали частью лабиринта, его стражами, его пленниками.

Медальон – ключ. Он пробуждает память мест. Тот, кто носит его, начинает видеть то, что скрыто. А тропа… тропа выбирает, кого оставить.

Лиза поняла: их бабушка когда‑то тоже проходила этот путь. И не всё рассказала.

Ночью дом ожил. Шёпоты, шаги, тени, скользящие по стенам. Лиза проснулась от того, что её зовут по имени. Она вышла в коридор – и увидела себя. Вторую Лизу. Ту, что уже сделала шаг на тропу.

– Если хочешь спасти брата, – сказала двойник, – ты должна занять его место. Лабиринт не отпускает тех, кто зашёл слишком далеко.

Артём, между тем, стоял у окна и смотрел на озеро. Вода светилась, будто в ней горели тысячи свечей. Он слышал песню – тихую, убаюкивающую.

– Это красиво, – прошептал он. – Я хочу туда.

Лиза схватила медальон и побежала в лабиринт. Она знала: чтобы разорвать круг, нужно найти сердце лабиринта. То место, где всё началось.

Символы на стенах вспыхнули. Пол под ногами стал прозрачным, и она увидела внизу – себя, Артёма, бабушку, незнакомых детей. Все они шли по одной тропе, снова и снова.

– Вы свободны, – сказала Лиза. – Я беру это на себя.

Она положила медальон на каменный алтарь в центре лабиринта. Вспышка света – и голоса смолкли.

Утром Артём проснулся в своей постели. Дом был пуст. Ни дневника, ни медальона, ни следов лабиринта. Только на подоконнике – засохшая ветка ольхи.