Наталия Басовская.

Легенды и мифы Древней Греции и Древнего Рима



скачать книгу бесплатно


Менада в экстазе с ножом в руке. Копия с оригинала работы Каллимаха. Ок. 406–405 гг. до н.э.


Вдруг прибегает с гор Киферона пастух, он со страхом рассказывает о том, что видел там в горах. Все женщины, участвующие в празднестве Вакха, разделились, по словам пастуха, на три хора, ими предводительствует мать Пенфея, Аглава, и ее сестры. Когда пастух пригнал на Киферон свое стадо, вакханки отдыхали, но по знаку Аглавы они вскочили, словно и не чувствуя усталости. Обвязав вокруг поясницы шкуры диких зверей, обвив себя змеями, надев венки из плюща и потрясая тирсами, начали они пляску и пение в честь Диониса-Вакха. Много чудес видал пастух. Он видел, как одна из вакханок ударила тирсом в скалу и из нее полился прозрачный источник, другая ударила тирсом в землю и оттуда хлынуло вино. Достаточно было, чтобы вакханка только царапнула слегка пальцем землю, чтобы из земли выступило в изобилии молоко. С тирсов струился благоухающий мед. Пастух слышал, как горы и долы, леса и поля, даже дикие звери громко ликовали вместе с вакханками, отвечая им на их торжествующие восклицания. Чтобы угодить царю, пастух хотел со своими товарищами схватить Аглаву и привести ее во дворец. Но Аглава позвала на помощь вакханок, они обратили в бегство пастухов, бросились на стадо и растерзали в своем неистовстве всех коров и быков. Бог удесятерил их силы. Затем, подобно бурному потоку, ринулись они с высоты Киферона в долину, напали на города Хисии и Эритии и разрушили их. Они похищали детей из домов и несли их на своих плечах, и, хотя женщины не держали их, все же ни одно дитя не упало. Мужчины с оружием в руках пытались оказать им сопротивление, но оружие не ранило вакханок, они же разили мужчин тирсами, словно острыми мечами и копьями. Наконец, утомленные, вернулись вакханки туда, где бил родник вина; там омыли они кровь и расположились на отдых, славя гимнами Диониса. Пастух убеждал Пенфея, что подобные дела можно совершать только с помощью бога, но Пенфей ничего не хотел слушать. Он грозил двинуть свои войска против вакханок, он уже зовет воинов и всех тех граждан, которые в силах держать оружие. На смерть обрек он вакханок; пусть кровь их будет жертвой Дионису. А Дионис лишь улыбкой отвечал на угрозы Пенфея: войска смертных не страшили его.

Помутил Дионис совсем разум Пенфея. Он убедил его одеть женскую одежду и идти в леса Киферона, чтобы самому убедиться в неистовствах вакханок и увидеть те чудеса, которые они творят. Послушался его Пенфей. Он идет за Дионисом, и кажется ему, что Дионис обратился в круторогого быка. Пенфей видит два солнца, двое Фив. Безумие овладевает им все больше, он не сознает, что делает. Осторожно, чтобы их не заметили, пришли Дионис и Пенфей на Киферон. Вакханки отдыхали. Дионис скрыл их от глаз Пенфея. Тогда Пенфей решается влезть на высокую ель, чтобы с нее увидеть вакханок. Как гибкую трость, согнул вековую ель бог Дионис, чтобы мог Пенфей сесть на ветви ее вершины.

Осторожно отпустил Дионис ель, а когда она выпрямилась, Пенфей оказался сидящим высоко над землей и был виден далеко во все стороны, Дионис стал невидимым и громко воскликнул:

– О, девы, вот привел я к вам того, кто смеялся надо мной и над моими празднествами. Накажите же его!


Дионис, держащий тирс, и сатир, играющий на авлосе. Аттический краснофигурный килик работы Макрона. Ок. 480 г. до н.э.


И метнул Дионис на землю молнию отца своего Зевса. Вскочили отдыхавшие вакханки, увидали Пенфея и бросились к ели. Они хотели забросать его камнями и тирсами, но он сидел слишком высоко. Тогда, по зову Аглавы, обступили вакханки ель и вырвали ее с корнем. Упал на землю Пенфей, а вакханки кинулись на него и растерзали на части, несмотря на мольбы пощадить его. Мать Пенфея схватила его окровавленную голову и насадила ее на тирс. В своем неистовстве она думала, что это голова молодого львенка. С торжеством пошли вакханки к Фивам. Ликуя, призывала Аглава жителей Фив посмотреть, какую добычу убили не луком, поймали не сетями дочери Кадма. Вакханкам встретились Кадм и Тиресий. Они собрали части тела растерзанного Пенфея и, оплакивая, понесли их в Фивы. В ужас пришел Кадм, увидав на тирсе Аглавы голову внука. Вот какую жертву принесла своей рукой Дионису Аглава! Покинуло безумие Аглаву, она узнала голову сына и поняла, какое злодеяние совершила.

Высоко в небе появился великий бог Дионис и возвестил всем:

– Если бы раньше признали вы меня за бога, за сына громовержца Зевса, то жили бы вы счастливо под моей защитой!

Поняли в Фивах, что покарал так Дионис всех за то, что не хотели признать его богом.

Тиренские морские разбойники. Покарал Дионис и тиренских морских разбойников, но не столько за то, что они не признавали его богом, сколько за то зло, которое они хотели причинить ему как простому смертному. Однажды юный Дионис стоял на берегу лазурного моря. Морской ветерок ласково играл его темными кудрями и чуть шевелил складки пурпурного плаща, спадавшего со стройных плеч юного бога. Вдали в море показался корабль; он быстро приближался к берегу. Когда корабль был уже близко, увидали моряки – это были тиренские морские разбойники – дивного юношу на пустынном морском берегу. Быстро причалили они, сошли на берег, схватили Диониса и увели его на корабль. Они и не подозревали, что пленили бога. Ликовали разбойники, что такая богатая добыча попала им в руки. Они были уверены, что много золота выручат за прекрасного юношу. На корабле хотели разбойники заковать Диониса в тяжелые цепи, но они спадали с рук и ног юного бога. Он же сидел и глядел на разбойников со спокойной улыбкой. Когда кормчий увидал, что цепи не держатся на руках юноши, он со страхом сказал своим товарищам:


Вакханка. IV в. до н. э.


– Несчастные! Что мы делаем! Уж не бога ли хотим мы сковать? Смотрите, – даже наш корабль едва его держит! Не сам ли Зевс это, не сребролукий ли Аполлон или колебатель земли Посейдон? Нет, не похож он на смертного! Это один из богов, живущих на светлом Олимпе. Отпустите его скорее, высадите его на землю! Как бы не скликал он буйные ветры и не поднял бы на море грозную бурю!

Но капитан со злобой ответил мудрому кормчему:

– Презренный! Смотри, ветер попутный! Быстро понесется корабль наш по волнам безбрежного моря. О юноше же мы позаботимся потом. Мы приплывем в Египет, или на Кипр, или в далекую страну гипербореев; пусть-ка там поищет этот юноша своих друзей и братьев. Нет, нам послали его боги!

Спокойно подняли разбойники паруса, и корабль вышел в открытое море. Вдруг совершилось чудо: по кораблю заструилось благовонное вино и весь воздух наполнился благоуханием. Разбойники оцепенели от изумления. Но вот на парусах зазеленели виноградные лозы с тяжелыми гроздьями; темно-зеленый плющ обвил мачту; всюду появились прекрасные плоды; уключины весел обвили гирлянды цветов. Когда увидали все это разбойники, они стали молить мудрого кормчего править скорее к берегу. Но поздно! Юноша превратился в льва и с грозным рыканьем встал на палубе, яростно сверкая глазами. Посредине корабля появилась косматая медведица; страшно оскалила она свою пасть. В ужасе бросились разбойники на корму и столпились вокруг мудрого кормчего. Громадным прыжком бросился лев на капитана и растерзал его. Потеряв надежду на спасение, разбойники один за другим кинулись в морские волны, а Дионис превратил их в дельфинов. Кормчего же пощадил Дионис. Он принял свой прежний образ и, приветливо улыбаясь, сказал кормчему:

– Не бойся! Я полюбил тебя. Я – Дионис, сын громовержца Зевса и дочери Кадма, Семелы!

Икарий. Но не всегда карает Дионис, он и награждает людей, которые чтут его, как бога. Так наградил он и Икария в Аттике, когда тот гостеприимно принял его. Дионис подарил ему виноградную лозу, и Икарий был первым, разведшим в Аттике виноград. Но печальна была судьба Икария. Однажды дал он вина пастухам, а они, не зная, что такое опьянение, решили, что Икарий отравил их, и убили его, а тело его зарыли в горах Гимета. Дочь Икария, Эригона, долго искала отца. Наконец, с помощью своей собаки Майры она нашла гробницу отца. В отчаянии несчастная Эригона повесилась на том самом дереве, под которым лежало тело ее отца. Дионис взял Икария, Эригону и ее собаку Майру на небо. С той поры горят они на небе темною ясною ночью, – это созвездие Волопаса, Девы и Большого Пса. Дионис не забыл того добра, которое сделал ему Икарий.

Мидас. Награждает бог Дионис чтущих его и милует тех, кто раскается в своей необдуманной просьбе. Так поступил он и с царем Мидасом. Однажды веселый Дионис с шумной толпой менад и сатиров бродил по лесистым скалам Тмола во Фригии. Не было в свите Диониса лишь Силена. Он отстал и, спотыкаясь на каждом шагу, сильно охмелевший, брел по фригийским полям. Увидали его крестьяне, связали гирляндами из цветов и отвели к царю Мидасу. Узнал Мидас учителя Диониса, с почетом принял его в своем дворце и девять дней чествовал роскошными пирами. На десятый день Мидас сам отвел Силена к богу Дионису. Обрадовался Дионис, увидав Силена, и позволил Мидасу в награду за тот почет, который он оказал его учителю, выбрать себе награду. Воскликнул тогда Мидас:

– О, великий бог Дионис, повели, чтобы все, к чему я прикоснусь, превращалось бы в чистое, блестящее золото!

Исполнил Дионис желание Мидаса; он пожалел лишь, что не избрал себе Мидас лучшего дара.

Ликуя, удалился Мидас. Радуясь полученному дару, срывает он зеленую ветвь с дуба, в золотую превращается ветвь в его руках. Срывает он в поле колосья, золотыми становятся они, и золотые в них зерна. Срывает он яблоко, яблоко обращается в золотое, словно оно из садов Гесперид. Все, к чему прикасался Мидас, тотчас обращалось в золото. Когда мыл он руки, вода стекала с них золотыми каплями. Ликует Мидас. Вот пришел он в свой дворец. Слуги приготовили ему богатый пир, и счастливый Мидас возлег за стол. Тут-то понял он, какой ужасный дар выпросил он у Диониса. От одного прикосновения Мидаса все обращалось в золото. Золотыми становились у него во рту и хлеб, и все яства, и вино. Понял Мидас, что придется ему погибнуть от голода, простер он руки к небу и воскликнул:


Дионис в шкуре пантеры, увенчанный плющом. Аттическая краснофигурная амфора работы Клеофрада из Вульчи. Ок. 500—490 гг. до н.э.


– Смилуйся, смилуйся, о Дионис! Прости! Я молю тебя о милости! Возьми назад этот дар!

Явился Дионис и сказал Мидасу:

– Иди к истокам Пактола, там в его водах смой с тела этот дар и свою вину.

Отправился Мидас по повелению Диониса к истокам Пактола и погрузился там в его чистые воды. Золотом заструились воды Пактола и смыли с тела Мидаса дар, данный Дионисом. С тех пор златоносным стал Пактол.

Всюду в Греции чтили великого бога Диониса, веселые праздники справляли в честь него и в городах, и в селениях. Особенно же чтили его в Аттике. Много веселья, смеха, шуток было на этих празднествах Диониса. Из них развились – что особенно важно для всех времен и народов – и комедия, и трагедия. Этими видами поэтического творчества наградили человечество празднества в честь Диониса, великого бога вина, бога, дающего плодородие, бога, дающего силы людям.

Пан

Среди свиты Диониса часто можно было видеть и бога Пана. Когда родился великий Пан, то мать его, нимфа Дриопа, взглянув на сына, в ужасе обратилась в бегство. Он родился с козлиными ногами и рогами и с длинной бородой. Но отец его, Гермес, обрадовался рождению сына, он взял его на руки и отнес на светлый Олимп к богам. Все боги громко радовались рождению Пана и смеялись, глядя на него.

Бог Пан не остался жить с богами на Олимпе. Он ушел в тенистые леса, в горы. Там пасет он стада, играя на звучной свирели. Лишь только услышат нимфы чудные звуки свирели Пана, как толпами спешат они к нему, окружают его, и вскоре уже веселый хоровод движется по зеленой укромной долине под звуки музыки Пана. Пан и сам любит принимать участие в танцах нимф. Когда развеселится Пан, тогда веселый шум поднимается в лесах по склонам гор. Весело резвятся нимфы и сатиры вместе с шумливым козлоногим Паном. Когда же наступает жаркий полдень, Пан удаляется в густую чащу леса или в прохладные гроты и там отдыхает. Опасно беспокоить тогда Пана. Он вспыльчив, он может в гневе послать тяжелый давящий сон, он может, неожиданно появившись, испугать потревожившего его путника. Наконец, он может наслать и панический страх, такой ужас, когда человек опрометью бросается бежать, не разбирая дороги, не замечая, что бегство грозит ему неминуемой гибелью. Случалось, что Пан целым войскам внушал такой страх, что обращались они в неудержимое бегство. Не следует раздражать Пана, – когда вспылит, он грозен. Но, если Пан не гневается, то милостив он и добродушен. Много благ посылает он пастухам. Бережет и холит стада греков великий Пан, веселый участник плясок неистовых менад, частый спутник бога вина Диониса.

Пан и Сиринга. Не миновали великого Пана стрелы златокрылого Эрота. Полюбил он прекрасную нимфу, Сирингу. Горда была нимфа и отвергала любовь всех. Подобно дочери Латоны, великой Артемиде, лишь в охоте находила она наслаждение. Часто даже принимали Сирингу за Артемиду, так прекрасна была юная нимфа в своей короткой одежде, доходящей лишь до колен, с колчаном за плечами и с луком в руках. Как две капли воды походила она тогда на Артемиду, лишь лук ее был из рога, а не золотой, как у великой богини.

Увидал однажды Пан Сирингу, хотел схватить ее и заключить в свои объятья. В страхе обратилась в бегство нимфа. Едва поспевал за ней Пан, стремясь догнать ее. Но вот путь пресекла река. Куда бежать нимфе? Простерла к реке руки Сиринга и молила бога реки спасти ее. Внял бог реки мольбам нимфы и превратил ее в тростник. Хотел уже обнять подбежавший Пан Сирингу, но обнял лишь гибкий, тихо шелестевший тростник. Стоит Пан, печально вздыхая, и слышит как бы ответ своим вздохам в нежном шелесте тростника. Срезал несколько тростинок Пан и сделал из них сладкозвучную свирель, скрепив неравные коленца тростника воском. Назвал Пан в память нимфы свирель сирингой. Любит играть с тех пор великий Пан в уединении лесов на свирели-сиринге, оглашая ее нежными звуками окрестные горы.


Пан обучает Дафниса игре на сиринге. Римская копия с греческого оригинала, найденная в Помпеях. Ок. I в. до н.э.


Состязание Пана с Аполлоном. Гордится Пан своим искусством. Однажды он вызвал даже самого Аполлона на состязание. Это было на склонах горы Тмол. Судьей был бог этой горы. В пурпурном плаще, с золотой кифарой в руках и в лавровом венке явился Аполлон на состязание. Первым начал состязание Пан. Раздались простые звуки его пастушеской свирели, нежно неслись они по склонам Тмола. Кончил Пан. Тогда ударил по золотым струнам своей кифары Аполлон. Полились величественные звуки божественной музыки. Все, кто стояли кругом, как зачарованные слушали музыку Аполлона, а звуки его золотой кифары катились широкой волной, полные божественной мощи. Кончил Аполлон; замерли последние звуки его кифары. Бог горы Тмол присудил Аполлону победу. Все славили великого бога-кифареда. Только один Мидас не восторгался игрой Аполлона, а хвалил простую игру Пана. Разгневался Аполлон, схватил Мидаса за уши и вытянул ему их. С тех пор у Мидаса ослиные уши, которые напрасно старался он скрыть большим тюрбаном. А опечаленный Пан, побежденный Аполлоном, удалился глубже в чащу лесов, и часто раздаются там полные грусти, нежные звуки его свирели, и с любовью внимают им юные нимфы.

Янус

Одним из древнейших богов Рима, которому не поклонялись в Греции, был Янус. Среди богов римских он стоит на первом месте. Всякое обращение к богам должно было начинаться с обращения к богу Янусу. Если римлянин начинает какое-нибудь дело, он прежде всего призывает бога Януса помочь ему в начале этого дела, так как бог Янус – бог всякого начала. Первые дни месяцев посвящены Янусу, ему же посвящен и первый месяц года, этот месяц, январь, даже носит имя бога Януса. Жрец Януса – царь-жрец (rex sacrorum) – стоит на первом месте среди жрецов других богов. В древнейшее время бог Янус был только богом дверей и ворот и лишь позднее стал богом всякого начала. На северо-восточном конце римского форума находилось святилище Януса, имевшее вид двух ворот, соединенных между собой двумя высокими стенками. Через это святилище проходили римские войска, выступавшие на войну, и в продолжение всей войны святилище Януса оставалось открытым. Мы не знаем точно, находилось ли в этом святилище изображение бога Януса, которого римляне изображали двуликим, с лицами, обращенными одно вперед, другое назад.


Двуликий Янус в Ватиканском музее


О боге Янусе римляне стали позднее рассказывать, что он был одним из древнейших царей Лациума, правивших на холме Яникул, на правом берегу Тибра. Янусу пришлось разделить свою власть с богом Сатурном, когда Сатурн прибыл на корабле в Лациум. Еще позднее даже и самого Януса римляне называли пришельцем в Лациуме и считали его то богом Хаоса, то богом неба, то даже богом солнца.

Сатурн

Сатурну первоначально поклонялись римляне, как богу вспаханного и засеянного озимого поля. Этому богу справлялись 17 декабря веселые сатурналии – праздник земледельцев, окончивших полевые работы.

Древнейшее святилище Сатурна – алтарь – находилось на римском форуме у подножия Капитолийского холма. Здесь позднее был выстроен великолепный храм Сатурна, в котором хранилась римская казна и римский архив.

Бог Сатурн очень рано был отождествлен с греческим богом Кроном. И о нем рассказывали, как и о Кроне, что он был свергнут сыном своим Юпитером (Зевсом). Сатурн бежал в Лациум и там основал новое царство. Он научил жителей Лациума земледелию, и они благоденствовали под властью Сатурна, это был золотой век Лациума.

Женой Сатурна называли Опс, богиню, дающую богатый урожай. Ей совершались празднества 19 декабря (opalia) и 25 августа (opisconsiva). Богиня Опс отождествлена была с греческой богиней Реей, и благодаря этому стала считаться матерью Юпитера.

Пик и Канента. Позднее у римлян создался миф о сыне Сатурна – Пике. Рассказывали о любви Пика к нимфе Каненте, дочери Януса. Канента стала женой Пика, и они жили счастливо. Однажды во время охоты увидала Пика волшебница Кирка, пленилась его красотой и молила оставить ради нее нимфу Каненту. Пик отверг любовь Кирки, а она в гневе обратила его в дятла. Долго искала своего мужа Канента, но нигде не могла найти его. Наконец, проблуждав шесть суток по лесам и полям, пришла она на берег Тибра; там упала она, истощенная долгими поисками и страданиями. Запела Канента на берегу Тибра последнюю свою песнь, песнь глубокой скорби; с этой песней испустила она последнее дыхание и вместе с последним дыханием исчезла нимфа Канента, подобно легкому дуновению ветерка.

Фавн и Сильван

Фавн – это бог пастухов, покровитель стад. Голос Фавна слышит римлянин в полях и лесах, когда вдруг раздастся какой-нибудь таинственный звук в полной тиши. У северо-западного склона Палатинского холма, там, где находилась Волчья пещера, совершались торжественные жертвоприношения и празднества в честь Фавна – луперкалии. После жертвоприношений жрецы-луперки обегали, опоясанные лишь козьими шкурами, вокруг Палатинского холма, ударяя при этом всех встречных женщин ремнями, вырезанными из шкур жертвенных животных. Эти удары должны были дать благословение Фавна женщинам, а тем из них, которые не имели детей, многочисленное потомство. Фавн – бог пастухов и бог-прорицатель, нужно лишь уметь застигнуть его врасплох, как это сделал царь Рима, Нума Помпилий, и заставить его открыть будущее.

Римляне рано отождествили бога Фавна с богом греков, Паном. Постепенно создалось в Риме и представление о множестве фавнов, веселых спутников бога вина Диониса – Вакха. Фавны таким образом заняли место греческих сатиров.

Чтили в Риме и бога лесов, Сильвана. Это бородатый бог, в венке из ветвей пинии, с древесным стволом в руках. Через плечо перекинута у него шкура, а у ног сидит собака. Это он пугает ночью в лесу запоздалого путника своим страшным криком, но он же и хранит пасущееся в лесу стадо, хранит сады и даже посевы земледельцев. Как и Фавна, Сильвана часто отождествляли с богом Паном, но чаще с воспитателем и спутником бога Вакха, Силеном. И Сильван стал таким образом постоянным членом веселой и шумливой свиты бога вина Диониса.

Вортумн и Помона

В Риме на Авентинском холме находилось святилище бога Вортумна, по-видимому, бога смены времен года или же осени, несущей богатые плоды земледельцу и садоводу. Культ бога Вортумна был перенесен в Рим из этрусского города Вольсиний. Овидий в своих «Метаморфозах» рассказывает следующий миф о Вортумне и богине плодов Помоне.

Прекрасная Помона любила лишь свой сад и работу в нем. Все «время проводит она, ухаживая за плодовыми деревьями; дары Венеры, богини любви, отвергала прекрасная Помона. Фавны, сатиры и даже сам старый Сильван, плененные красотой Помоны, искали ее любви, но всех отвергла Помона. Любил ее и прекрасный, юный Вортумн, но и он был не счастливее всех остальных. Под разными видами приходил Вортумн к Помоне, – то под видом жнеца, то садовника, то воина и, наконец, даже рыбака, но отвергала его гордая Помона. Наконец, Вортумн принял вид старой женщины и пришел в сад к Помоне. Он обнял ее, поцеловал так, как не целует старуха, и сел на камень. Не узнала его в этом виде Помона.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

Поделиться ссылкой на выделенное