Наталья Александрова.

Призрак черного озера



скачать книгу бесплатно

– Ты меня спрашиваешь? – Матвей взглянул на него как на ребенка. – Когда я приехал, все было точно как сейчас.

– Двое убитых? – уточнил Уточкин, взяв себя в руки.

– Трое. Третья, Надя, в палатке. Четвертый пропал.

– Константин… – проговорил участковый, показав, что помнит группу поименно.

– Константин, – подтвердил Матвей, сжимая кулаки. – Машина, как видишь, пропала. И еще… – он понизил голос, как будто их кто-то мог слышать. – И еще… они сегодня нашли.

– Нашли? – Вася взглянул на приятеля с новым интересом. – Что нашли?

– Не знаю точно что. Андрей позвонил мне час назад, сказал, что они подняли три железных ящика. Я велел им без меня не открывать и сразу поехал сюда. Но опоздал…

– Три ящика, говоришь? – переспросил участковый, наклоняясь над костром. – И что ящики?

– Как видишь, их нету. Андрей сказал, что два больших ящика, а один поменьше.

– Нету ящиков… – задумчиво повторил Уточкин. – Ясно-понятно… говоришь, час назад с Андреем по телефону разговаривал?

– Час с четвертью, – уточнил Матвей, взглянув на часы. – Я сюда за час добрался, ты ближе был, за пятнадцать минут доехал…

– Ага, а костерчик-то минут сорок как погашен… – добавил Вася, принюхавшись к головешкам. – Так что очень далеко он не мог уехать…

– Не мог, – подтвердил Матвей с надеждой в голосе, но тут же эта надежда угасла. – Тут ведь у нас дороги сам знаешь какие… где ж его найти…

– Попробуем, – Вася распрямился, обошел лагерь, нашел место, где стояла машина аквалангистов, внимательно рассмотрел следы колес, поднял какую-то щепочку.

– Не иначе как он в сторону Печкова поехал. Там дорога более-менее проходимая, а почти никого не бывает, так что можно без опаски ехать… Я бы на его месте именно туда поехал.

– И как же ты его перехватишь?

– Ты, Матюха, не забывай, – ответил Уточкин наставительно. – Константин твой – человек городской, а мы с тобой – местные, я, можно сказать, – хозяин тайги…

– Ну, давай, хозяин тайги, выручай…

– Что значит – выручай? – Вася посмотрел на приятеля удивленно. – Три трупа на моем участке, найти убийцу – это мое прямое дело…

Он искоса взглянул на Матвея, проговорил полувопросительно:

– Приглядишь тут, чтобы ничего не трогали? Место преступления как-никак!..

– Да кто тут тронет! – отмахнулся Матвей. – Я лучше с тобой поеду…

– Ну, как знаешь… – в голосе участкового прозвучало легкое неодобрение. Матвей понял, что подумал Уточкин: что он хочет ехать с ним, потому что не доверяет, думает, что Василий может наложить лапу на содержимое ящиков. Но разубеждать участкового не стал – пусть думает что хочет.

– Но только уж не знаю, как твоя навороченная тачка по нашим дорогам пройдет! – проговорил Василий, поднимаясь по склону. – Мой-то «козлик» где хочешь проскочит…

– Не беспокойся! Моя тачка тоже проверенная, я на ней по Африке гонял.

– То Африка, а то Россия! Есть разница? – Василий, оставив за собой последнее слово, сел за руль и погнал своего «козла», почти не разбирая дороги.

Скоро Матвей пожалел, что увязался за участковым.

Тот гнал по такому бездорожью, что видавший виды джип Матвея жалобно поскрипывал на очередном ухабе.

Ветки хлестали по стеклам, машины с ходу перескакивали мелкие ручейки и канавы. Внезапно впереди показался склон оврага, и «козлик» Уточкина, жутко взревев, покатился вниз по откосу. Матвей выругался, сжал зубы и погнал следом, решив, что его машина, пожалуй, не переживет сегодняшнюю гонку.

Завывая моторами, машины вскарабкались на противоположный склон оврага, промчались по заросшей кустарником просеке и вылетели на проселочную дорогу.

Участковый сбросил газ и притормозил. Когда Матвей догнал его, он опустил стекло и крикнул:

– По всему, он сюда должен выехать. Мы дорогу здорово срезали, должны его обогнать.

Они находились на прямом участке, дорога просматривалась в обе стороны километра на полтора. Позади, в стороне озера, не было видно никакого движения. Впереди, метрах в трехстах, какой-то человек копошился возле трактора.

– Это кто же там такой? – проговорил Матвей, приложив руку козырьком, чтобы не мешало солнце.

– Кажется, Мишка Соломатин, – не задумываясь, ответил Уточкин и снова прибавил газу.

Через пару минут они поравнялись с трактором. В его моторе копался парень лет тридцати с выразительно оттопыренными ушами.

– Здоров, Мишка! – окликнул его участковый. – Бог в помощь! Заглох, что ли?

– Заглох, шпиндель его побери! – охотно отозвался тракторист. – Здорово, Василий. И тебе здорово, Матвей Андреич. Какими судьбами в нашей глухомани?

– Ты, Мишка, давно здесь ковыряешься? – спросил участковый, сочувственно оглядев тракториста.

– Да уж часа полтора! – пожаловался тот. – То ли карбюратор сдох, то ли бензопровод прохудился…

– Мимо тебя за это время никто не проезжал?

– Да кому здесь проезжать! – Тракторист добавил выразительную концовку, без которой не умел построить предложение.

– Значит, говоришь, никто? – Уточкин переглянулся с Матвеем. – Однако плохо…

– Так что, мужики, поможете? – Мишка с надеждой взглянул на участкового, потом на Матвея.

– Извини, Михаил! – Участковый нахмурился, сдвинул фуражку на лоб. – Мы бы всей душой, да дело у нас. Преступника ловим.

– Преступника? – с интересом переспросил тракторист. – О как! Не иначе, у бабки Матрены курей опять своровали? Серьезное дело! Наверняка профессионал работает! Может, даже эта… как ее… организованная преступная группировка!

– Ты, это, не очень! – обидчиво возразил Уточкин, опустил стекло и развернул машину под насмешливым взглядом тракториста.

Несколько минут они ехали в обратном направлении, затем Василий остановил своего «козлика», выбрался на дорогу и задумчиво уставился на обочину.

– Ну, что ты тут нашел? – спросил, присоединившись к нему, Матвей.

– Именно что не нашел, – ответил участковый, наклонившись и вглядываясь в траву. – По всему, он должен был здесь на дорогу выехать, а тут, я смотрю, уж неделю никто не ездил, даже трава не примятая. Значит, либо он где-то раньше свернул, либо все еще в лесу ошивается… либо… – участковый помрачнел и вернулся к своей машине.

– Что – либо? – осведомился Матвей, так и не дождавшись окончания фразы.

Уточкин не ответил, выжал сцепление и съехал с дороги на едва приметную тропу.

Снова они ехали через лес, снова машины подпрыгивали на ухабах. Матвей держался позади «козлика» участкового, внимательно поглядывая по сторонам.

Вскоре лес расступился, впереди, посреди большой поляны, показался уединенный хутор. Сбоку от низкого приземистого дома виднелись ровные коробки ульев. Василий ехал теперь совсем медленно, Матвей подрулил к нему, опустил стекло.

– Это что за хутор?

– Это дядя Петя здесь живет, пасечник, – ответил Уточкин вполголоса. – Что-то мне не нравится… больно тихо здесь. Не пришил ли старика твой Константин…

– Во-первых, он не мой… – начал Матвей, но участковый прижал палец к губам.

Из-за дома показался худой сутулый старик в длинной телогрейке. Услышав шум моторов, он повернулся и удивленно уставился на подъезжающие машины.

– Это кто же пожаловал? – спросил старик, пожевав губами.

Уточкин перевел дыхание, высунулся из машины:

– Привет, дядя Петя! Гляжу, ты жив-здоров?

– А что мне сделается? – Старик пожал плечами. – Пчелки мои, от них польза одна, так что я до ста лет жить собираюсь. А ты никак Васька Уточкин?

– Он самый! – Участковый выбрался из машины, подошел к пасечнику, вытер вспотевший лоб платком.

– Я тебя еще вот таким помню, – старик показал ладонью метр от земли, – шкодный парнишка был, так и норовил каверзу какую учинить. То за ягодами в огород лазил, то на свинью шапку старую надел. А теперь, говорят, милицанером стал?

– Стал, точно, – подтвердил Василий, смущенно покосившись на Матвея. – А что, дядя Петя, не проезжал сегодня никто мимо тебя?

– Кому здесь ездить? – Старик подслеповато уставился на Уточкина и только что не повертел пальцем у виска. – Здесь не то что сегодня, здесь уж месяц никто не проезжал… вот у Гнилого болота кто-то шумел… – и пасечник махнул рукой в сторону темного елового леса.

– Никто, значит, не проезжал… – машинально повторил за ним участковый и вдруг вскинул голову. – Что ты сказал? Кто шумел у Гнилого болота?

– А я почем знаю? – Старик почесал затылок. – Это ты у нас милицанер, должон знать всех и каждого! А у меня своих делов хватает – с пчелками возни много, и вообще по хозяйству… – и пасечник отвернулся, давая понять, что разговор закончен.

– Дядя Петя, – взмолился Василий. – Скажи толком – что ты слышал у Гнилого болота? Дело нешуточное, серьезного преступника ловим!

– Ишь ты! – Пасечник уважительно присвистнул. – Настоящий милицанер! Ну, что я тебе могу сказать? Мотор шумел, вроде как твой сейчас. А потом тихо стало.

– Уехал, что ли?

– Да куда ж там уехать? Говорю тебе – сперва шумел, а потом затих.

– Поехали к Гнилому болоту! – Уточкин повернулся к Матвею, шагнул к своей машине.

– Так туда разве есть дорога? – недоверчиво осведомился Матвей.

– Туда-то есть, да оттуда нету! – непонятно ответил участковый и поехал в лес.

Через несколько минут тропа, по которой они ехали, вышла на унылую пустошь, кое-где поросшую чахлыми березками. Тут и там среди берез виднелись пятна неестественно зеленой травы, болезненной и обманчивой, как чахоточный румянец больного.

– Вот оно, Гнилое болото! – проговорил Василий, почему-то понизив голос.

– Гляди! – крикнул вдруг Матвей, показывая направо.

Там темнела большая промоина, и из нее торчали задние колеса и багажник джипа.

– Никак в болото угодил твой Константин! – мрачно произнес участковый. – Концы, как говорится, в воду…

– Да подожди! – Матвей выпрыгнул из своей машины, обошел ее, достал из багажника трос, закрепил его позади своего джипа, потом подошел к полузатонувшей машине аквалангистов и морским узлом привязал к ней второй конец троса.

– Что, никак думаешь вытащить? – с сомнением проговорил участковый. – Тут не твоя навороченная тачка нужна, тут трактор нужен, и то не абы какой!..

– Попробую! – ответил Матвей, садясь за руль.

– Сомневаюсь я маленько! Тут тебе не Африка! – Участковый недоверчиво взглянул на джип Матвея, затем – на торчащую из болота машину.

– А ты не сомневайся, ты в сторонку отойди! – ответил Матвей и включил передачу.

Машина взревела, из-под колес полетели комья земли.

Уточкин стоял в стороне, с недоверчивым любопытством наблюдая за происходящим.

Матвей напрягся, как будто не машина, а сам он тащил из болота затонувший джип. Жилы на его шее вздулись, лицо побагровело, по лбу стекали капли пота.

– Сомневаюсь я… – повторил участковый, и в это мгновение мотор заревел особенно надсадно, и затонувший джип сдвинулся с места. Совсем немного, но все же сдвинулся.

– А ты… а ты не сомневайся! – прохрипел Матвей и передернул рычаг передачи. – Не было… не было такого дела, с которым бы Матвей Громов не справился!

И словно в ответ на его слова, полузатонувшая машина дернулась и поползла на тропу. Болото жадно чавкнуло, как будто не хотело расставаться со своей добычей, и темная вода снова сомкнулась.

Машина аквалангистов стояла на ровном месте, и с нее стекали вода и густая болотная грязь.

– А ты говоришь – тачка навороченная! – проговорил Матвей, выбираясь из своей машины и любовно поглаживая нагревшийся капот. – Это зверь, а не машина!

– И правда вытащил! – удивленно проговорил Василий, переводя взгляд с грязной машины аквалангистов на гордого, красного от напряжения Матвея.

Он подошел к измазанной машине, дернул на себя дверцу. Она распахнулась, на траву выплеснулась щедрая порция болотной грязи. Участковый заглянул внутрь и присвистнул.

– Вот он, твой Константин! Недалеко уехал!

– Во-первых, никакой он не мой… – привычно ответил Матвей. – А во?вторых…

Он не закончил фразу.

Мертвый человек сидел на переднем сиденье, всем телом навалившись на руль. Его лицо и одежда были густо залеплены грязью.

– Выходит, съехал с дороги, не успел выбраться из машины и утоп? – неуверенно проговорил участковый, стаскивая с головы фуражку.

– Не выходит, – возразил Матвей и своим платком стер грязь с правого виска мертвеца. Там чернела круглая дырка с опаленными краями. – Не выходит. Тот же калибр, девять миллиметров. Тот же человек его убил, что и остальных. Только специально сюда его привезли, чтобы мы на Константина это дело повесили. Еще бы несколько часов – и машина бы утонула, а тогда…

– Точно, – согласился участковый. – Тогда бы мы на Константина это дело списали и объявили его в розыск…

– Что же такое было в тех ящиках, если из-за них столько народу положили?

– Эх, Матюха! – вздохнул Уточкин. – Сейчас не то что из-за ящика с сокровищами, из-за бутылки водки человека убить могут! Вот в Заворотье мужик из тюрьмы вышел, восемь лет отсидел за вооруженное ограбление, в тот же день соседа убил и снова сел на десять лет. Так за что убил-то? За пятьдесят рублей и за куртку старую! А ты говоришь – ящики…

Он засунул голову в машину аквалангистов и повторил:

– Ящики!.. Ящики!

– Что ты заладил как попугай – ящики, ящики! – недовольно пробормотал Матвей. – Я еще с первого раза расслышал!..

– Да говорю тебе, – участковый задом вылез из машины, – ящики твои тут!

– Что значит – тут? – недоверчиво переспросил Матвей. – Как это – тут? Не может быть!

– Сам погляди! – Участковый отступил в сторону.

Матвей снова влез в машину.

На заднем сиденье стояли два больших железных ящика.

– Ну, помоги, что ли… – проговорил Матвей, хватая один из ящиков за ручки.

Через несколько минут оба ящика стояли на траве.

Это были большие темно-зеленые ящики с хорошо сохранившимися немецкими надписями на крышке. Кое-где краска была поцарапана, видно, ребята попытались соскоблить многолетние наслоения. А так мало кто мог подумать, что ящики пролежали в воде так много лет. Все-таки немцы – народ обстоятельный…

– Ну, и что в них такое? – заинтересованно спросил участковый.

– Сейчас узнаем… – Матвей отщелкнул замок. Как ни странно, он хорошо сохранился и нисколько не заржавел. Матвей откинул крышку.

Уточкин заглянул через его плечо и присвистнул.

Ящик был полон серебряных и позолоченных окладов икон.

– Вот нахапали фрицы! – проговорил участковый с непонятным выражением. – Да только увезти не смогли…

Матвей открыл второй ящик. Здесь были серебряные и золотые церковные сосуды, кресты, усыпанные цветными каменьями, тяжелые кадила и подсвечники.

– Ничего себе! – Глаза Уточкина заблестели. – Значит, нашли все-таки клад твои ребята!

– Смерть свою они нашли! – перебил его Матвей.

– Постой… – участковый удивленно уставился на приятеля. – Постой, что же это выходит? Выходит, он их всех убил, а клад-то и не забрал? Или все же Константин был с ним в сговоре, остальных убили, а потом они поссорились из-за добычи, он подельника пристрелил, а сокровище унести не смог?

– Не выходит, – возразил Матвей. – Он с Константином не боролся. Он его так же пристрелил, как остальных. Он все сделал так, как задумал.

– Не понимаю! – Василий отступил, растерянно оглядываясь. – Тогда почему же он эти ящики оставил?

– Потому что не из-за них он все это дело задумал! Не они ему были нужны!

– Не из-за них? – Участковый потряс головой. – Я тебя, Матюха, совсем не понимаю. Если не из-за этого золота-серебра он всех людей положил – так из-за чего же?

– Я сам не очень-то понимаю… – признался Матвей. – Только одно тебе скажу: мне Андрей сказал по телефону, что они нашли три ящика. Два больших и один поменьше. А здесь, ты видишь, только два больших. Где же третий?

– Может, завалился куда? – Василий снова сунулся в машину, заглянул под заднее сиденье, потом открыл багажник. Третьего ящика нигде не обнаружилось.

– Значит, все это было задумано и сделано ради того самого третьего ящика… – негромко проговорил Матвей, дождавшись, когда участковый закончит свои поиски. – А эти два ящика он не стал даже брать, чтобы легче было скрыться… Тот ящик маленький, он его в рюкзак положил да и пошел пешком через лес. Идет человек за грибами, кто его запомнит?

– Что же такое было в том ящике, если он золото и серебро оставил, а его взял? – спросил участковый, тоже невольно понизив голос. – Брюлики, что ли?

– Да сам подумай, откуда здесь бриллиантам взяться! – возразил ему Матвей. – Вокруг деревни нищие. Ну, церкви-то имелись, и в церквах кресты да иконы кое-где сохранились. Или люди верующие по домам прятали. А откуда здесь взяться бриллиантам?

– А тогда что же? – Участковый перешел на шепот и испуганно огляделся по сторонам.

– Не знаю! – честно признался Матвей и пожал плечами. – Но очень хочу узнать. И я тебе скажу: не буду я Матвеем Громовым, если это не узнаю! Чего бы мне это не стоило!

– И убийцу этого тоже найти надо непременно… – добавил участковый.

– Само собой, – согласился Матвей.

Он вспомнил затушенный костер, трупы аквалангистов, мертвое лицо Нади – и дал себе слово во что бы то ни стало найти убийцу.

– Вот еще что я думаю, – проговорил участковый после продолжительного молчания. – Не верю я, что это кто-то из наших мужиков провернул.

– Что, думаешь, здесь все такие уж ангелы? – Матвей взглянул на него исподлобья. – Сам говорил – народ сейчас озверел, на любое преступление готов!

– Да я и не говорю, что ангелы, – Василий упрямо набычился. – Просто, Матюха, ты ведь сам знаешь – у нас народ простой, незатейливый, а здесь уж больно все хитро обставлено. Чувствуется, что профессионал работал. Опять же – разве наш человек оставил бы золото-серебро? Да нипочем! Наши мужики ради меди или латуни на что угодно готовы, у Прасковьи Коровиной из-за трех кастрюлек избу взломали, а тут два ящика драгметаллов брошено! Нет, тут кто-то другой работал!

– Так надо людей порасспрашивать – может, видели в последнее время посторонних… он ведь должен был где-то поселиться, чтобы дождаться, пока ребята ящики найдут и поднимут!

– Вот и я про то же! – оживился Василий. – Там ведь, на другой стороне озера, санаторий. Может, там убийца и прятался?

– Да, в санаторий наведаться надо! – согласился Матвей. – Если даже убийца не там жил – так наверняка кто-то оттуда видел, что сегодня в лагере происходило.

На том и порешили и прямым ходом помчались в санаторий.

В окружении небольшой свиты император выехал на Поклонную гору и огляделся. Позади него, насколько хватало глаз, располагалась великая армия – старая гвардия, прошедшая с ним дороги войны, воевавшая в Тулоне и в Египте, нарядные ряды кавалерии, грозная пехота. Впрочем, Великая армия утратила часть былого величия – многие солдаты были оборваны и босы, множество раненых напоминало о недавнем тяжелом сражении возле одного русского селения, как оно называется… кажется, Бородино.

Но, голодные, оборванные, израненные, французские солдаты сияли, сотни глоток выкрикивали одно слово: Москва! Москва!

И впрямь перед ними раскинулся древний богатый город. Покоренный Великой армией, он лежал в страхе и ожидании. Тысячи церквей сверкали куполами и колокольнями, вдалеке виднелись стены Кремля.

– Вот я и в Москве! – проговорил император, с трудом преодолев охватившее его волнение. – Приведите бояр!

Он думал, что сейчас к нему приведут покорных вельмож с ключами от древней русской столицы, но прошел час, потом еще один – но депутация все не показывалась. Наконец подъехал один из офицеров свиты и смущенно доложил, что никаких бояр нет, Москва пуста, по улицам шляются только толпы пьяных и грабителей.

Помрачнев, император приказал пушечным выстрелом подать сигнал к движению авангардов армии.

Мюрат пошел к Дорогомиловской заставе, Понятовский – к Калужской, вице-король Евгений – к Пречистенке и Тверской. Вслед за авангардами, среди пыли и грохота, среди ржания и топота коней двинулись все корпуса.

Возле Дорогомиловской заставы император остановил коня и спешился. Он все еще верил, что к нему приведут городскую депутацию, и долго прохаживался у Камер-Коллежского вала, с нетерпением оглядывая город.

Депутация москвичей так и не появилась, и армия продолжила свое движение.

Император приказал войскам соблюдать строжайший порядок, коннице не слезать с коней и ни в коем случае не допускать грабежей. Сам он, так и не дождавшись депутации, решил не въезжать в город, а расположиться на постоялом дворе возле заставы.

Однако, несмотря на строгий приказ, французские солдаты, голодные, оборванные, многие даже босые, увидев брошенные купцами лавки, принялись за грабежи.

– Мы оборваны и голодны, – говорили они друг другу. – А тут груды всяческой снеди, полные магазины одежды и обуви, брошенные своими хозяевами. Если мы не возьмем это, все это богатство растащат грабители из штатских. В конце концов, мы – победители, а победителей не судят…

Остановить их не было никакой возможности, и вскоре к этой вакханалии, не желая отставать от своих подчиненных, присоединились офицеры, а потом и генералы. Они не удовлетворялись едой и одеждой: захватив экипажи в каретном ряду, они наполняли их дорогой посудой, мехами и прочими ценностями.

Вскоре вся армия разбилась на бесчисленные неуправляемые шайки мародеров.

Вдруг, в самый разгар повальных грабежей, вспыхнул пожар в москательном ряду торгового квартала, а вскоре запылал уже весь Китай-город.

Однако пожары не остановили беспорядок, а только придали ему новое оживление: мародеры спешили разграбить город, пока все его богатства не уничтожил безжалостный огонь.

Узнав о бушующих в городе пожарах, император решил покинуть постоялый двор и в шесть часов утра третьего сентября вступил в Кремль.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6