скачать книгу бесплатно
–Сергей Антонович, подпишите открытку моему сыну. Вы пятикратный чемпион по этим ужасным боям – вы герой всей молодежи района! Вас никто не может победить уже…
–Савва, к чему это? Вы, правда Савватей, или, какой-нибудь, ИКС-5?
–Правда, Савва… Савватей Рашидович… Простите, что устроили маскарад.
–Зачем я понадобился конторе? Я уже стар для работы.
–Ну-у-у… Вы только силу свою набрали!
–Физически. А душа моя просит отдыха. Не могу я больше жить чужой жизнью!
–Стране нужно.
–Кому, конкретно? Страна – понятие растяжимое…
Савватей и оправившийся злодей, отрекомендовавший себя майором заграничного отдела, потеснив Сергея, вошли на кухню. Вслед за ними квартиру наполнили двухметровые отутюженные сорокалетние «сержанты», с короткоствольными автоматами, с множеством орденских планок… На чистом кухонном столе ( Сергей всегда поддерживал кухню в идеальном порядке, ибо приготовление пищи было его любимым занятием) появились деликатесные закуски, пластиковые рюмки и стаканы.
–Сергей Антонович, крепко ты меня приложил, – заявил «майор», трогая свою челюсть.
–Ты мне не «тычь», мы ещё вместе не пили, – устало отозвался Сергей, а в мыслях было одно: «Контора так и не отпустила… Что будет теперь с сыном Алёшкой?».
–Сейчас выпьем, – «майор» откуда-то вынул фирменную бутылку армянского коньяка. – Это настоящий! Подарок армянских коллег!
Быстро выпили из пластиковых рюмашек. Коньяк, действительно, был хорош, его было приятно гонять между зубами, не взирая, на крепость в сорок градусов.
–Куда? – коротко спросил у визитёров Сергей, хотя знал, что если это только «шестёрки», ответа он не получит.
«Инженер» быстро отозвался, обкусывая тонкую нарезку кижуча:
–В Америку.
В душе Сергея дёрнулось сожаление об ушедшей молодости (эх, эта Южная Америка!). Он на латинском континенте провёл самые весёлые молодые годы, и они, действительно, были весёлыми!
А перед уходом на «отдых», он работал на севере – его несколько лет держали вторым пилотом в известной российской авиакомпании. Он летал, летал, и ждал задания, а его просто уволили, без всяких объяснений…
Сергей посмотрел на «сержанта-инженера»:
–Я слишком стар для Южной Америки.
Тот, наливая новую порцию коньяка, сказал просто:
–Я имел в виду Соединённые Штаты.
–Меня все знают, как бывшего второго пилота компании «Союз», и многократного международного чемпиона по единоборствам.
–Вы им и останетесь… Никакой легенды не будет. Видите, как мы всё открыто обсуждаем, не таясь. Просто поживёте в США какое-то время и вернётесь.
Сергей посмотрел на коньяк в своей пластиковой рюмочке, нюхнул, ощутив только запах пластмассы, рывком выпил, словно водку – жидкость прошла по горлу, как вода.
–В Америку сможет приезжать мой сын? – спросил Сергей. Он ещё не осознал, что его снова закручивает жесткая пружина внешней разведки, но… Он не хотел возвращаться в эту прорву ужаса и хаоса…
–Можете поселить его в Штатах, если боитесь. Сталинские методы – держать родственников в заложниках – это ушло в прошлое, – собеседник наливал новую порцию коньяка.
–Хотелось бы верить. Так, я снова пилот? – спросил Сергей, и залпом выпил… И сразу «поплыл»…
–У вашего сына завтра бой, – улыбаясь, сказал сосед.
–Я помню…
–Завтра договорим, во время боя!
–Завтра, – еле шевеля языком, согласился Сергей. – Завтра, во время боя…
«»»»»
Пятидесятилетний Мишка Маслов, владелец мультимедийного концерна «Русские медиа», полноватый, малорослый жизнелюб, сидел перед огромной плазмой в своём кабинете центрального офиса и ёрзал в нетерпении задницей, укрытой тончайшей материей фирменных трусов и добротных брюк английского костюма, по мягкой коже обширного дивана.
Долгая, сытая, сонная жизнь, пришла к своему апогею. Он ждал его с нетерпением, злясь и негодуя, наблюдая, как его конкуренты набивали рейтинги телевизионного и компьютерного вещания. Эти подонки, придумав потещать юных обалдуев постановочными роликами, собирали гигантскую аудиторию для рекламы. А реклама – это деньги. Огромные деньги.
На экране два молодых придурка – один оператор, другой как бы ведущий, глумились над наивными россиянами из деревень и тихих провинциальных городков, представляя очередную программу «А ты смогёшь?». Суть программы сводилась к тому, чтобы показать какое-нибудь безумство, а после спросить зрителей: « А ты смогёшь?». Хитромудрые конкуренты холдинга Маслова, чтобы их не прихватили за жабры, за воровство идеи передачи, после записи ролика, ещё и со смехом глумились над своими героями, что очень потешало пользователей Интернета, создавая нездоровый ажиотаж – это очень радовало рекламодателей, вставлявших на сайте зазывные объявления.
На экране плазмы очередная жертва псевдомогёшников на полном серьёзе заявляла:
«Я – человек-дерево! – Задумчивый семнадцатилетний детина, словно горилла в период гона, дважды ударил себя в грудь сжатыми кулаками. – Я пройду сквозь дерево!»
После этого, под хохот придурка ведущего и такого же дурня оператора, детина с ходу снёс дровяной сарай на своём дворе. Ведущий так хохотал, что, казалось, обмочится от восторга, по поводу бронелобости героя ролика.
Детина после разрушения сарая, принадлежащего семье (подонки «могёшники» проводили съёмки, когда родители «героя» отсутствовали), развернулся и снова прошёл сквозь «дерево» – разнёс гнилой забор, после чего со счастливой улыбкой, спросил:
«А ты смогёшь?»
Мишка Маслов взбесился – как у них, у этих хохочущих за кадром гадов, всё складно получалось!
Ещё три ролика он просмотрел, сдерживая эмоции – помогла срочно выпитая рюмка коньяка. Он взглянул на часы – время рандеву приближалось. Не верилось, что всё скоро изменится, мозг отказывался подчиняться действительности. Только внутренний голос, спокойный и хладнокровный, периодически спрашивал с иронией, словно общался с ребёнком: « Что так кипятишься? Что за дёрганья непонятные?».
Но внутренний голос затих от изумления, когда новый ролик, явно постановочный, но очень привлекательный для интернет-аудитории, возник на огромном экране плазмы.
Улыбающийся ведущий с микрофоном подбирался к совершенно обнаженному парню ( в месте, где находилось естество, плавало мутное пятно), видеокамера закрутилась, на пять секунд представив зрителям улыбчивого счастливого оператора ( «Славы ему захотелось! Рожу свою засветил!», – хмыкнул про себя Маслов), после видеоглазок успокоился, и суровый, хмурый парень, глядя в подсунутый ему под нос длинный микрофон, заявил грубо:
«Я человек– ..уй! Я в..бу эту программу!»
«А-а-а!!!» – всё поняв, бросился прочь ведущий.
Тут же видеокамера закувыркалась, хватая какие-то пятна, и изображение исчезло.
Через две секунды экран включился. Суровый парень держал за волосы обоих придурков – оператора и ведущего, голых и плачущих.
«А ты смогёшь?!» – спросил парень.
Мишка зло рассмеялся – экран его огромной плазмы погас. Что придумали, говнюки! На этот ролик они столько просмотров соберут, что за размещение рекламы смогут драть непомерные деньги!
Он, сердясь, подошёл к открытому серванту семнадцатого века фламандской работы, снова нервно налил себе из хрустального графина светлой искрящейся влаги. Нюхнув коньяк, медленно выпил, смакуя крепость, погонял во рту. Проглотил. Посмотрев на закуску, припасённую для гостя – вазочку, размером с солонку, полную чёрной икры, нарезку из лимона и лайма, несколько видов балыков, и россыпь ломанного шоколада и виноградин нескольких сортов, передумал закусывать – когда коньяк великолепный, ему закуска не нужна.
Вернувшись на диван, он снова включил последний ролик, просмотрел, опять не удержав улыбки, но, мысли в мозгу были предельно жестки:
«Нет, дружок. Ты не человек– ..уй. Ты идиот, что согласился сняться в этом постановочном ролике, как и эти два придурка (оператор и ведущий), выставившие себя в угоду начальству на весь мир опущенными петухами! Человек– ..уй, это я! И я вздрючу вашу программу по-настоящему. И плакать будут не вот такие подставные педики, а весь центральный офис, включая владельца Гельда Шеера. У меня представляется случай лично разобраться с ним в Делавэре. Что ж, я этим шансом воспользуюсь!».
Вошла вышколенная старуха-секретарша (работала ещё в Кремле при Горбачёве):
–Михаил Аронович, к вам Сергей Антонович Алёшин.
–Спасибо, Ольга, – Маслов пожевал губами, держа паузу и любуясь своей секретаршей – вот это секретарь, так секретарь. Ему половина миллионеров России завидовали из-за такого референта. Хорошо, что он её переманил в своё время.
Ольга смотрела на шефа, ожидая указаний.
–Пожалуйста, пригласите Сергея Антоновича, сразу же велите Володе блокировать весь этаж охраной. И подайте нам кофе. Сварите по-южноамерикански.
Секретарь ничему не удивилась. Кивнув в знак того, что приказания приняты к исполнению, она открыла дверь кабинета и позвала:
–Сергей Антонович, вас ждут!
Сергей, в новом шикарном костюме, уже загоревший в солярии, с маникюром, выстриженный и «отполированный», вошёл в огромный богатый кабинет Маслова. Секретарь вышла, затворив двери.
Сергей секунду смотрел на Маслова.
–Ну, ты кабаном стал!
Маслов расхохотался.
–Я же не спортсмен, а бизнесмен! Мне по легенде положено! Иди к столику, обмоем встречу.
Сергей шагнул к столику, на который Маслов выставлял из своего старинного серванта закуски и яства, ухватил двумя пальцами тонкий пласт копчёной форели, бросил на язык.
–Смотрю, старуха тоже с тобой, – заметил Сергей о секретарше.
Маслов, ставя графин с коньяком на столик, с улыбкой заметил:
–Скорее, я с ней! Велено было взять из Кремля. Когда раскардаш пошёл. Тогда наш «святой» пьяным бегал в чукотской кухлянке по коридорам резиденции. Помнишь?
–Помню, – вздохнул Сергей, усаживаясь перед столиком. –Наливай, Моисей. Вызываешь меня на откровенность?
–Я за Россию жизнь отдам! – наполняя пузатые венецианские бокалы для коньяка, глядя прямо в глаза Сергею, заявил Маслов.
–А я, не собираюсь! – также уверенно сказал Сергей, залпом забросив в рот содержимое из бокала. Тут же, не смакуя, проглотив, откинулся на спинку дивана. – Я Родине отдал молодость и зрелость. Мне сорок два года. Я хочу, прости, остаток жизни провести, как обыватель – свободный, никому не нужный человек, в свободной стране. Сам себе хозяин. Без вечных «надо» от меня.
–Ты, как наша страна, всегда будешь нужен миру, – смиренно заметил Маслов, улыбаясь.
–Меня тот мир, – Сергей показал пальцем за спину, имея в виду пространство за границами России. – Зае…л! По большому счёту! Пошёл он…
–Я наливаю, Серёжа.
–Наливай, Моисей. Наливай. Не тормози процесса.
Маслов, наполнив бокалы на одну треть, присел перед столиком на корточки, сощурившись, посмотрел на преломление света в бокалах с коньяком.
–Я всю жизнь служил моей любимой России … – начал он.
–Я не собираюсь губить себя, можешь не стараться, – хмыкнул Сергей, поднимая свой бокал. Теперь он поднял его над головой, наслаждаясь игрой света в коньяке. – Моисей, ты стал сентиментален.
–Зови меня Миша.
–Миша?! – Сергей, опустив бокал на столик, рассмеялся. – Выпьем, Миша?
–Давай.
Поставив пустые бокалы на столик, секунду смотрели друг на друга.
Постучавшись, вошла секретарша с массивными подносом, на котором красовался изысканный сервиз. На этом подносе, наверное, ещё Ленину завтраки подавали, а может быть, и Николаю Второму, а может, и Николаю Первому, подумал Сергей.
Оставив поднос с сервизом на столике, секретарша, понимая, что своим появлением, прервала беседу, скупо пожелала:
–Приятного аппетита!
И пошла к дверям.
–Ольга! – вдруг резко окликнул её Сергей.
Она вздрогнула, обернулась.
–Спасибо! Очень рад снова тебя увидеть, – просто сказал он, ломая весь протокол. Но здесь устраивать цирк было не перед кем.
Старая секретарша, оценив его тёплые слова, улыбнулась и чуть моргнула ресницами.
Двери кабинета затворились.
–Итак! – вернул своё внимание к Маслову Сергей. – Так тебя зовут Миша! Это что-то новое! А в Израиле ты твёрдо стоял, что ты Моисей, а я, именно я, называл тебя, на русский манер, Мишей. Ты очень злился тогда…
Моисей наливал новую порцию коньяка.
Сергей, видя опустевшую бутылку, рассмеялся.
–Быстро мы её приговорили! Ты, поди, год цедил!
–У меня ещё два десятка бутылок. А Израиль – это другое.
Алёшин хмыкнул:
–Что, как для того лысого «казака»– гитариста: Наша Родина – Израиль?