Надежда Черкасова.

Инстинкт мести



скачать книгу бесплатно

– Я вызову врача.

– Нет, мне уже лучше. Лишь бы с Асей ничего не случилось.

– А может, тебе в больнице полежать, сил поднабраться? Тебя подлечат, на ноги поставят. Да и людей там много, и каждый со своей болячкой, так что скучать не придется. Как увидишь, что и другим в жизни достается не меньше, чем тебе, легче будет смириться и со своим горем. Ни одна семья на свете без потерь не живет.

– Я не оставлю Асю одну.

– Она не одна. Особенно теперь, когда я ее взял к себе на работу. У нас там такая кутерьма, что ей некогда будет задумываться. Сейчас вам обеим лучше находиться среди людей. Сами не заметите, как окружающие по чуть-чуть, по ниточке разберут ваше горе, вот вам меньше и останется. И вы поймете: нужно жить дальше, что бы ни произошло. Не вы первые, с кем такое случилось, не вы последние. Все когда-нибудь через смерть близких проходят, и не один раз. Дети вынуждены хоронить родителей, жены мужей.

«Бывает даже так, – не сказал, но подумал Зацепин, – что родители хоронят детей, а это гораздо хуже. И все равно жизнь продолжается».

– Пойди к ней, посмотри, как она там? – попросила Маргарита.

– Хорошо, посмотрю. А ты вставай потихоньку и выбирайся на кухню. Мы с Асей сейчас что-нибудь поесть приготовим. Если вы сами решили голодать, то хоть гостя-то покормите?

Зацепин зашел за Асей, и они отправились в кухню.

– Ты готовить-то умеешь?

– Умею, но не люблю.

– Не завидую я твоему мужу.

– Я найду такого, который сам любит готовить.

– Ты лучше разыщи такого, который будет тебя любить.

– Это уж само собой разумеется.

– Ну не скажи, Оса, в жизни бывает всякое.

– Что ты собрался готовить? – Ася устроилась в кресле с ногами и приготовилась наблюдать.

– Ты хотела сказать: что будем готовить мы? – Зацепин заглянул в холодильник, вытащил кастрюлю и открыл крышку. – Как вкусно пахнет. Для начала разогреем мясо с овощами. А пока оно греется, сделаем салат из помидоров и огурцов. Со сметаной… которой на донышке, поэтому добавим растительное масло… которого всего-то осталось со столовую ложку. Но нам хватит. Ты не забыла, что тебе завтра на работу? А раз ты будешь весь день занята, то к вечеру явишься домой разбитая и усталая. Поэтому за продуктами мы с тобой сходим сегодня. Забьем до отказа холодильник всякими вкусностями, и жизнь уже не будет казаться такой серой и беспросветной. Чего сидишь? Режь огурцы, помидоры, пока я с зеленью вожусь. Петрушку и укроп я сначала ненадолго замачиваю в холодной воде. Добавляю в воду побольше соли, которая вытянет все нитраты. Затем промываю в проточной воде, и она уже годна к употреблению.

Салат на столе, мясо в порционных тарелках, остатки тортика порезаны на кусочки. Маргарита вошла в кухню и села за стол.

– Ты как, не будешь против, если я после ужина ненадолго заберу Осу с собой прошвырнуться по продуктовым магазинам?

Как же они обе устали жить без уверенного и бодрящего мужского голоса, умеющего расшевелить, увлечь, избавить от упаднических настроений, вселить надежду, что не все еще потеряно и стоит хотя бы попытаться вырваться из цепких лап безысходности.

Ведь никакие они не особенные, а сделаны из того же теста, что и другие. А потому так же, как и все, найдут в себе силы, выберутся наконец на свет из непроглядного мрака обрушившейся на них беды и поймут, что жить дальше нужно. Так как если бы было по-другому, человечество давно бы вымерло, не оставив о себе даже воспоминаний.

Они ели молча, и каждый думал о своем. Но общая на всех мысль одинаково приходила в их головы. Поэтому никакие слова и не были нужны: все и так ясно, яснее просто некуда.

Глава 4

На следующий день Зацепин заехал за Асей, словно опасался, что она не явится в редакцию.

– Ты теперь постоянно будешь подвозить меня?

– Могу и постоянно, если хочешь, чтобы тебя возненавидели.

– Не хочу.

– Тогда, как и все, будешь добираться до работы на метро. Пока машину себе не купишь. Хотя у тебя она, кажется, уже есть. Права, что ли, не можешь получить?

– Права у меня тоже есть. Только толку от них никакого. Потому что я боюсь садиться за руль. Отец посмотрел на такое дело и решил, что мне лучше на метро ездить: ни тебе пробок, ни лишней нервотрепки в дороге с поломкой машины и заездом в гараж.

Ася вспомнила, как врезалась задом в металлические ворота, когда пыталась загнать в гараж машину, и у нее мгновенно, как и тогда, от страха перехватило дыхание. Отцу пришлось отгонять машину в автомастерскую. Но так как ездить на ней никто не собирался, автомобиль поставили в гараж. Теперь он там пылится, никому не нужный. Рядом с такой же бесполезной машиной отца, которую после случившегося пригнал из Барвихи Следопыт. И Ася, в который уже раз, утвердилась во мнении, что лучшего транспорта, чем метро, даже придумать невозможно.

Она сегодня с удовольствием ушла из дома, оставляя мать одну: они обе должны отдохнуть друг от друга, так как осадок, оставшийся после вчерашней неприглядной истории, имел привкус вины, в которой Асе не хотелось признаваться даже самой себе.

Ася-то чем виновата, если мать своевременно не попыталась разрушить, пусть даже мысленный, условный и вполне платонический, но треугольник? Мать еще много лет назад должна была дать понять Зацепину, что тот не смеет рассчитывать на что-либо. Ведь даже эти тайные взгляды, которые не могли укрыться от матери, причиняли вред их семье.

Тем более что отец мог обратить на них внимание и неизвестно как отреагировать… Хотя, если родители даже ни разу не ссорились, скорее всего, ничего о тайной любви двоюродного брата к своей жене папа не знал. Вот и хорошо. Значит, душа его спокойна.

На короткой летучке Зацепин сообщил о том, что статья Антона Правдина наделала много шума и вызвала большой резонанс в обществе. Вкладчики атакуют коммерческий банк «Солли», Центробанк предъявил к редакции претензии за сокрытие информации, а правоохранительные органы хоть и получили абсолютно все компрометирующие кредитную организацию материалы, затаили на газету внушительный зуб.

Реакция сотрудников на выступление редактора была однозначной: ничего кроме гордости за проделанную работу, в которую каждый внес свою маленькую лепту.

Довольные сотрудники разошлись по отделам обсуждать удачную публикацию, не оставившую равнодушными ни власти, ни общественность, а это самое главное. Предполагаемый преступник в лице управляющего банком «Солли» Л.В. Берлицкий определен, о чем свидетельствуют документы, а «болевые точки» на теле социума в виде неправильной экономической политики, осуществляемой в обществе, обозначены.

Теперь нужно ждать ответной реакции – читательских писем, вызова в суд и неизбежного нагоняя сверху – либо от собственника газеты, который в любом случае оправдается и свалит всю вину на бедного Зацепина, либо от кого покруче, чьи интересы газета осмелилась затронуть. В общем, Зацепину сейчас не позавидуешь. Хотя рейтинг газеты взлетел выше некуда.

После совещания Зацепин задержал Асю. Та пересела с конца длинного стола поближе к боссу, наблюдая, как сумрачно его лицо, несмотря на явную победу.

– Следопыт, тебе теперь достанется от всех и каждого, кому не лень будет пнуть, ткнуть и указать тебе твое место? – посочувствовала она.

– Переживу, не впервой. У нас еще одна проблема. Не стал говорить о ней при всех, чтобы не портить ощущение победы, которое и так частенько отдает горечью. Перед летучкой позвонили из Следственного комитета. Сообщили, что Леонид Витальевич Берлицкий найден сегодня утром мертвым. В своем загородном доме. Предварительная причина смерти – самоубийство.

– Это из-за статьи?

– Не знаю. Может быть. Поедешь на место происшествия ты. Я пока никому не хочу об этом говорить, так как история с его гибелью непростая.

– А с меня полицейские шкуру не спустят?

– Непременно спустят. Но ты держись. Я сейчас сделаю один звонок. – Зацепин набрал номер. – Василий Степанович? Доброе утро… Да, это я… Да, знаю и очень сожалею о случившемся… У меня работа такая… Нет, я не перешагиваю ни через чьи жизни… Согласен… У меня к тебе просьба… Да, ты угадал… Нет, я не коршун… и не гриф… и не падальщик… и не проститутка… Да нет же! Я не обижаюсь, раз Берлицкий мертв. Но если выяснится, что публикация здесь ни при чем, тебе придется извиниться за свои слова… Договорились. Так вот, я посылаю к твоим архаровцам новенькую, она всего второй день работает… Ну что они у тебя, совсем, что ли, неуправляемые?.. Я тебя очень прошу, пусть твой следователь поговорит с моим журналистом… Фомушкина Арсения Антоновна… Хорошо. И попроси его, чтобы повежливее, не нужно ее пугать негативным отношением к прессе. А то мне скоро работать будет не с кем…. Нет, пусть привыкает, – Зацепин глянул на Асю, – трудности закаляют… Нет, она не сломается, я в нее верю. Спасибо… Да, через пару часов. – Зацепин положил трубку и взглянул на Асю. – Ну что – поедешь или другого кого послать?

– Конечно, другого, – тут же согласилась Ася.

– Теперь Антон Правдин у нас – ты. Потому и ехать тебе.

– Но они же об этом не знают.

– Вот и хорошо, что не знают, иначе не сносить тебе головы. – Он достал из сейфа папку. – Вот здесь все документы по статье, черновики, наброски. Я в правоохранительные органы передал пока только копии, оригиналы могут понадобиться в суде, если кто-то попытается привлечь нас за клевету. В общем, сама разберешься. И газету со статьей туда же положил. Папку храни как зеницу ока. В твоем кабинете сейф, там оставь. – Он передал Асе ключ. – От сейфа. Ключей всего два: один у меня, другой теперь у тебя. Через час наш водитель, Сергей Николаевич, зайдет за тобой и отвезет на место происшествия. Возьми фотоаппарат – он в сейфе, – а также блокнот, микрофон. На месте найдешь следователя Следственного отдела… – Зацепин посмотрел записи, – Ростоцкого Бориса Ивановича. Будешь работать с ним. Если, конечно, он сразу тебя не отправит куда Макар телят не гонял. Но ты будь настойчива, потому что не милостыньку пришла просить, а делать свое дело. Поувереннее себя веди, с чувством собственного достоинства. Хоть что-то из него вытяни и тут же назад, чтобы заметка вышла в завтрашней газете.

Ася помедлила. Ей так не хотелось идти туда, где страшно и где ее собираются встретить как врага.

– Мне понравилась статья. Он всегда так писал?

– Антон писал гораздо лучше. Не понимаю, что с ним произошло на этот раз. Если бы не актуальность статьи, я бы ее не пропустил. У нас каждая минута на счету. Чуть зазеваешься – и время упущено, материал устарел и уже никого не интересует. Нет, на этот раз Антон Правдин не оправдал моих надежд.

– Но почему?

– Журналист, проводящий расследование, словно истинный следопыт, должен вести за собой читателя, знакомя его со всеми деталями расследования. От обнаружения фактов, обозначения связей между ними, формулировки и описания проблемы. Затем уже выдвигать версии. Следует постепенно подводить возбужденного от нетерпения читателя к истине, которая может быть только одна.

Зацепин помолчал, видимо, размышляя о чем-то своем. Ася тоже притихла, словно прислушиваясь к своим мыслям.

– Хотя истину вряд ли можно описать словами, – задумчиво произнес Зацепин. – Потому что она всегда находится где-то между строк. И в тишине. Так как слова у всех свои, и их много. А тишина – одна на всех, как и истина. – Он рассеянно взглянул на Асю. – Нет, не такой я хотел увидеть эту статью. Не такой. Думаю, что ты будешь писать лучше. Если сразу не получится, я подскажу, как надо. Ты станешь лучшей из лучших.

– Хорошо бы.

– Это твое первое задание. Ничего особенного, просто изложить факты простым, понятным для читателя языком. Это не журналистское расследование, а констатация свершившегося события. И не путай обычное отражение происшествия, даже такого, как чья-то смерть, с журналистским расследованием. Не повторяй ошибок Антона Правдина.

– А что он сделал не так, когда выполнял задание?

– Слишком много взял на себя, а пупок-то и не выдержал – развязался. Этот смельчак решил, что может менять данное мной задание по своему усмотрению. Например, делать из явного врага героя, описывая во всей красе его мнимые подвиги.

– Я не поняла, из кого он сделал героя в своей статье?

– Из своего осведомителя, который предоставил ему необходимые для расследования материалы.

– А разве он не герой, что не испугался выдать расхитителя чужих денег?

– Когда тебе предлагают воспользоваться какой-то информацией, сначала следует проверить, не провокация ли это.

– Разве материал для его расследования был провокационным?

– В большой степени.

– Тогда почему ты допустил, чтобы статью опубликовали? Потому что решил стать первым?

– Ох, и язычок у тебя! А с чего ты решила, что я пропустил всю статью? Почти половину пришлось убрать.

– А я-то думаю, почему в статье словно чего-то не хватает, местами одни намеки.

– Все материалы по этому делу переданы следственным органам. Вот они и будут делать окончательные выводы. И наказывать кого следует. Наша задача – поставить в известность общественность, что мы и сделали. Вернее, мы сделали больше: снабдили правоохранительные органы уликами против расхитителей чужой собственности. Поэтому, берясь за любое дело, сразу определись, на чьей ты стороне. Чтобы не метаться, как сама знаешь что, от одного берега к другому, не решаясь, к какому пристать. Точку зрения противника, конечно, тоже надо иметь в виду, но не забывать при этом, из чьих рук кормишься.

– Ты хочешь сказать, что расследование заведомо должно быть зависимым?

– Наоборот, ты будешь заниматься самыми независимыми расследованиями, какие только возможны, но исходя из тех фактов, которые у тебя будут.

– А если эти факты окажутся из не совсем достоверных источников? Ты же сам сказал, что мы не знаем, зачем их нам подсунули?

– Оса, ты торопишься и ставишь телегу впереди лошади. В ходе расследования, конечно, всякое случается, но зачем же заранее переворачивать факты и события с ног на голову? Ты хотя бы начни работать, составь план действий. А уже потом, когда будет виден хоть какой-то результат, примешься делать выводы. Информация и в самом деле может не подтвердиться. Или результаты расследования не позволят прямо возложить ответственность на кого-то конкретно. Имей в виду, что могут возникнуть криминальные и трагические ситуации, которые появляются как результат стечения обстоятельств. Предвидеть все невозможно. Тогда и будем решать, как поступить с полученным материалом дальше. Тебе все понятно?

– Нет, конечно… Но я разберусь.

– Оса, прошу тебя только об одном: прежде чем куда-то сунуться, посоветуйся со мной, так как это может быть совсем небезопасно. К тому же как человек более опытный и собаку съевший на этом поприще…

«Бедная собака», – подумала Ася.

– …я подскажу, как получить те же факты из более безопасных источников. Ключ от кабинета у тебя, иди, готовься к поездке. И ни одна душа не должна заподозрить, что ты работаешь под прикрытием. Все ясно?

– По-моему, ты перестраховываешься.

– Приходи немедленно, как только возникнут вопросы. Сама, без моего ведома, никуда не суйся. Твоя безопасность для меня превыше всего. И еще: если посчитаешь, что ты эту работу в гробу видела, я пойму и не обижусь. Будешь рядовым журналистом, специализирующимся на происшествиях. Как Мария Ивановна до тебя.

– И тогда благополучно доработаю до пенсии?

– Все мы когда-нибудь до нее доработаем… Если нам повезет. Постарайся не оставлять на рабочем столе важные документы и черновики, которые могут попасть на глаза кому-нибудь еще. Все клади в сейф, а ключ бери с собой. На твоем персональном компьютере должен быть пароль, чтобы никто, кроме тебя и меня, не мог узнать, над чем ты сейчас работаешь.

– А это не покажется кому-то подозрительным?

– Пароли в обязательном порядке стоят на всех компьютерах. В нашей редакции не принято сообщать свой пароль другому журналисту. Для их же безопасности. Никто из сотрудников редакции понятия не имеет, кто на самом деле является Антоном Правдиным. Каждый волен думать на кого угодно и даже пытаться делать вид, что именно он и есть самый знаменитый и читаемый журналист. А теперь иди. Удачи тебе!

Зазвонил телефон, и Зацепин махнул Асе рукой, чтобы та его оставила.

– Да, Геннадий Петрович… Хорошо, буду немедленно, – услышала она, закрывая за собой дверь.

«Ну, теперь держись, Следопыт! Крокодил Гена порвет тебя, как Тузик тряпку. А мною займутся Тузики из… Нет, это уже не Тузики. Как минимум служебные собаки. Караул!»

Ася забрала ключ и направилась в теперь уже свой кабинет под номером тринадцать. Ей не особо нравилась эта цифра, а также то, что она оказалась тринадцатой девушкой в редакции. Выходит, что до нее тринадцатой была Мария Ивановна? Значит, той и в самом деле повезло, что она дожила до пенсии.

А вот кабинет под сакральным номером с табличкой «Отдел происшествий» Асе понравился. Два больших стола: на одном компьютер, на другом – куча газет, похоже, давно не разбираемых. Шкаф для одежды, большое окно со светлыми жалюзи, выходящее в тихий двор.

Вполне приличное место для работы. Если другие журналисты расположились в одной огромной комнате с семью столами и компьютерами, то у Аси отдельный кабинет. Значит, никто не будет мешать, отвлекать, можно спокойно высасывать из пальца всевозможные захватывающие истории и радовать читателей.

Ася села в удобное кресло и положила перед собой папку. Но прежде чем заглянуть в нее, открыла боковые дверцы стола, выдвинула ящики: ничего, кроме нераспечатанной пачки бумаги. Зато есть компьютер, перекидной календарь и пара шариковых ручек. Вынула несколько листов и расположила их на папке, создавая рабочую обстановку. Проверила, пишут ли ручки, и задумалась.

Как жаль, что нельзя начать жить вот с такого чистого листа… Хотя почему нельзя? Можно. Только вместе с горем придется забыть и радости, и счастливые воспоминания об отце, ведь радость и горе – теперь она хорошо это понимала – идут рука об руку. Нет, Ася не предаст прошлое, она научится жить с болью в сердце.

Ее дальнейшая жизнь теперь похожа на эти чистые листы бумаги – неизвестно, что будет на них запечатлено, – зато под ними находится целая папка с деяниями праведников и преступников, которые после ее вмешательства могут поменяться местами, и окажется, что друзья-то мнимые и только притворяются преданными, а под масками врагов скрываются… враги.

Может, хватит уже морочить себе голову метафорами? Как ни придумывай, а самой лучшей романисткой все равно оказывается жизнь. Или все-таки журналисткой? Нет, журналистом. Задает такие неразрешимые задачи, ставя перед трагедией свершившегося факта, что душа замирает от горя. А еще заставляет подводить черту, делать выводы и окончательный выбор: идти дальше или смириться.

Ася открыла папку и мельком пробежала глазами уже знакомую статью, выхватывая отдельные абзацы и предложения:

«И снова в стране «тяжелейший кризис, пик которого еще не пройден», как грозится кое-кто из народных избранников… Запасы денежной наличности у населения тают на глазах, так как рубль обесценивается… Странно как-то: у обычных граждан денег почти всегда не хватает, но стоит прийти в банк за кредитом, деньги тут же находятся. Так и хочется спросить: «Откуда дровишки-то?»… В ходе журналистского расследования мое внимание привлек коммерческий банк «Солли», который успешно бороздит океан банковского рынка уже седьмой год и очень популярен у вкладчиков благодаря заманчивым процентным ставкам. Казалось бы, никакие шторма и тайфуны ему не страшны. Тогда почему руководство в лице управляющего Л. В. Берлицкого усиленно и в срочном порядке выводит активы банка из оборота? Да так ловко, что этого не замечают ни вкладчики, которых грабят самым бессовестным образом, ни вышестоящие инстанции… Объем выданных коммерческим банком «Солли» кредитов на момент расследования в несколько раз превышает сформированный кредитный портфель. Более того, свыше 70 % всех денежных средств выдано заемщикам, которые возвращать кредиты даже не собираются. Почему? Да потому, что они являются фиктивными фирмами, не осуществляющими никакой деятельности, или физическими лицами, не имеющими понятия о том, что на них оформлены кредиты. Это одна из главных схем увода банковских активов… Полтора года назад, с приходом в банк Л. В. Берлицкого, был создан также специальный отдел по работе с ВИП-клиентами. Причем официально его не существует. Но это не мешает сотруднику, особо приближенному к управляющему, совершать в целях хищения денежных средств расходные операции с вкладных счетов клиентов без их ведома… Рано или поздно эта жульническая пирамида должна рухнуть. И причиной ее обрушения может стать данное журналистское расследование… Интересно, а собственнику банка, Э. А. Сольникову, который постоянно проживает за границей, известно об этих махинациях или они проворачиваются за его спиной?.. Не следует ли соответствующим органам заняться пресловутым коммерческим банком «Солли», пока руководство в лице управляющего Л. В. Берлицкого не собрало чемоданы и не скрылось за границей, куда уже переведена основная часть заемных денег кредитного учреждения? Вопрос, конечно, риторический, но задать его газета все же решилась. Всегда с вами, Антон Правдин».

Ася свернула газету и положила ее в папку. Впечатление было двоякое: с одной стороны, возникло восхищение журналистом, с другой – ощущалась какая-то недоговоренность. Хотя что она понимает в журналистике? Пока судит как читатель, которому не все ясно в статье. А может, Ася слишком привередлива для читателя? Или ее обуяла зависть и сомнения: получится ли у нее самой так написать?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6