скачать книгу бесплатно
– Никогда еще я не был так уверен.
– Но, Ришана, прошу вас…
– Сера, – сказала та со вздохом, поглаживая руки молодой женщины, – все будет хорошо. Мой сын настоящий джентльмен. Тебе не о чем беспокоиться. Верно, Рафик?
И сквозь завесу ресниц Сера увидела, как Рафик растянул губы в неторопливой, ленивой улыбке, будто камышовый кот, оценивающий свою добычу.
«Чудо, что он не облизывается», – подумала Сера и вздрогнула, когда по спине побежал холодок.
– Конечно, не о чем. Беспокоиться вообще не о чем, – произнес он спокойным, размеренным тоном, напугавшим Серу еще больше.
Если ей не о чем беспокоиться, тогда почему ей страшно так, как никогда прежде?
* * *
Два внедорожника забили провизией на случай непредвиденной ситуации в песках пустыни. Вперед был послан грузовик, чтобы к приезду принца был разбит лагерь на границе пустыни и моря.
Рафик лишь качал головой. Нечто невероятное – брать в двухдневную поездку такое количество вещей! Однако он знал по опыту, что пустыня – непредсказуемая владычица, непостоянная и капризная, и настолько же смертельно опасная, насколько красивая. И все же он не хотел задерживаться в пустыне. Если повезет, то лагерь не понадобится. Рафик хотел вернуться в Шафар как можно скорее.
Сера держалась позади Рафика, рядом с его матерью, в тени крытого крыльца. Когда ему наконец удалось посмотреть в ее глаза, он заметил в них беспокойство и страдание.
Когда все было готово к поездке, Акмаль наклонил голову в сторону Рафика:
– Ваше высочество, можете ехать, когда пожелаете.
– Благодарю, Акмаль.
– Счастливого пути, сын мой, – сказала Ришана, когда он наклонился, чтобы поцеловать мать. – Позаботься о Сере.
– Конечно, – пообещал он. – Именно этим я и намерен заняться.
Улыбнувшись, он принял ее благословения, затем направился к первому автомобилю, чтобы переговорить с водителем.
Открыв дверцу со стороны пассажирского сиденья, он увидел в зеркале заднего вида, как его мать держит Серу за руки. Они склонили друг к другу головы, и Ришана что-то говорит ей на прощание. Неужели она снова уверяет Серу в том, что ее сын будет вести себя пристойно и не покусится на ее честь? Впрочем, обеим не о чем беспокоиться. Прикасаться к Сере? Нет, Рафик вовсе не жаждет этого.
Он увидел, как Сера поспешила во второй автомобиль, вероятно считая, что там ей будет относительно спокойно. Рафик позволил себе улыбнуться, сказал водителю все, что намеревался, закрыл дверцу и на прощание махнул матери рукой.
Ошеломление отразилось в черных как ночь глазах Серы, когда Рафик уселся на сиденье рядом с ней. Мгновение спустя она отвернулась от него, отодвинулась, прижалась к дверце, будто желая проникнуть сквозь нее наружу. Рафик почувствовал еще большее удовлетворение.
Он наводил на нее ужас.
Странно, но это чувство изменило его клятву, данную давным-давно. Десять лет назад Рафик решил никогда вновь не встречаться с Серой. И с тех пор верил, что убитое ею в тот день чувство лучше забыть, заодно похоронив воспоминания о ней самой.
Рафик воспользовался образовавшимся между ними пространством в собственных интересах, вытянув ноги. Но даже после этого Сера не повернулась и не посмотрела на него. Тем не менее он видел, что Сера чувствует каждое его движение, так как она съеживалась все больше.
Зачем Рафик сел в этот автомобиль, если ему нужно много места, чтобы вытянуть ноги? Сидя на краешке широкого сиденья и плотно прижавшись к дверце, Сера старалась выровнять дыхание и сдержать слезы, которые жгли ей глаза. Она была слишком озабочена размышлениями о человеке, который, казалось, владел всем миром, не говоря уже об автомобиле. Теперь он представитель королевской семьи Кьюзи. И он постарался заставить ее почувствовать неудобство.
Но зачем?
Он ненавидел ее, о чем уже сообщил своей матери, практически прокричав об этом. И Рафик знал, что Сера слышала его.
Разве ему недостаточно того, что она подслушала его заявление? Неужели нужно было настоять на том, чтобы она сопровождала его, а он имел возможность продемонстрировать, что относится к ней как к ничтожеству? Разве обязательно заставлять ее страдать сильнее, чем она уже страдает?
Неужели он настолько сильно ее ненавидит?
Мучительная боль возникла в ее душе, знакомое страдание, разрывающее ее сердце и почти лишающее рассудка. Однако с чего бы ему ее не ненавидеть?
Сколько раз ей говорили, что она сама во всем виновата! Сколько раз ей твердили, что она ничтожество и не заслуживает ничего!
Но теперь Хусейн мертв, а ее по-прежнему ненавидят. Разве может она ожидать чего-то иного?
«Может быть, это шанс забыть о прошлом, – сказала его мать, когда Сера в последний раз умоляла ее позволить ей остаться во дворце. – Шанс излечиться».
Сера любила Ришану, которая приняла ее, когда ей некуда было идти. Она любила ее за доброту и мудрость и истории, которые та рассказывала о своем неудачном браке. Сера ей доверяла. Но зачем ворошить прошлые воспоминания? Рафик ее ненавидит и будет ненавидеть всегда. И его за это никто не осудит.
Сера глотнула воздуха, сожалея о том, что не в состоянии сосредоточиться на пейзаже. Отражение в окне захватило все ее внимание: длинные ноги в дорогих брюках; видимый из-под распахнутого пиджака торс в белоснежной футболке, которая плотно облегала его…
Смотря на отражение Рафика в оконном стекле, Сера задавалась вопросом: какого черта этот человек не состарился и не растолстел за эти годы?
Прислонившись головой к окну, она зажмурилась, стараясь думать о теплом оконном стекле у щеки и не вспоминать образ длинноногого, поджарого мужчины рядом. Но его образ отчетливо врезался в ее память.
Одиннадцать лет назад Рафик был самым красивым мужчиной Кьюзи. Темноволосый, с поразительными голубыми глазами, решительным подбородком и золотистой кожей, он завладел ее девичьим сердцем сразу, как только она его увидела. Для Серы он стал воплощением идеального мужчины.
Он обнимал ее и говорил, что она самая красивая женщина в мире и что он будет любить ее вечно…
Серу пронзила боль, сильная и жестокая, вскрывая старые раны так безжалостно, что ей захотелось закрыть руками лицо и рот, чтобы не вскрикнуть. Зачем возрождать прошлое? Прошло столько лет, все изменилось.
Однако Рафик не изменился. Он великолепен. Мужчина в расцвете лет.
Мужчина, который ее ненавидит.
– Что-то не так?
Его голос вырвал ее из размышлений, и она открыла глаза, обнаружив, что они выехали из города. Встречались только отдельно стоящие дома, ландшафт постепенно становился пустынным.
В его обществе ей предстоит провести два дня, а он спрашивает, что не так?
– Я в порядке, – тихо ответила Сера. Незачем говорить ему о своих истинных мыслях и чувствах. Она отлично выучила уроки прошлого.
– Не похоже.
Сера прикусила губу, отказываясь повернуться к нему лицом. Она чуть плотнее обернула вокруг себя ткань платья, понимая, что в покое Рафик ее не оставит.
– Извини, если действую на нервы. – Она сложила руки на коленях и села прямо на кожаном сиденье, наблюдая за пустыней за окном.
Что с ней произошло? Не такую Серу он запомнил.
Или она всегда была покорной, испуганной женщиной-тенью? Неужели Рафику повезло, что он много лет назад выскочил из ее коготков? Сейчас он принц. Что это означает для женщины, когда-то вышедшей замуж ради богатства?
Рафик откинулся на сиденье. Арабская музыка, которую включил водитель, пробудила в его мозгу неприятные мысли. Он не для того вытащил Серу из дворца, чтобы она делала вид, что его нет рядом.
– Как давно ты у моей матери?
Рафик увидел, как она вздохнула.
Она неуверенно повернула голову в его сторону, смотря ему на колени:
– Год. Может быть, чуть дольше.
– Я не видел тебя на свадьбе Завиана, вернее, Зафира. Но ты, должно быть, уже жила во дворце.
– Я решила не приходить.
– Потому, что там был я?
Она на миг посмотрела в его глаза, затем так же быстро отвела взгляд.
– Отчасти. Но семья моего му… Хусейна тоже была там. И некоторые его сослуживцы. Для меня было разумнее держать дистанцию.
Рафик задался вопросом, почему Сера так и не назвала Хусейна мужем? Но, по правде говоря, его больше разозлило то, что она не появилась на свадьбе из-за него.
– Ты с ними не ладишь?
Казалось, она некоторое время обдумывала его вопрос, в ее глазах появилась печаль.
– Для всех проще, если я останусь в тени.
Рафик воспринял это как подтверждение:
– И поэтому моя мать взяла тебя к себе.
Она кивнула, опустив темные изогнутые ресницы. Он подумал, что Сера по-прежнему прекрасна. Взмах длинных ресниц, ровная линия высоких скул, мягкий подбородок, симметричные полные губы…
И пусть ее тело скрыто под просторным платьем, его руки помнят ее фигуру. Он знает, что она мало изменилась за эти годы.
Откинув голову назад, он запустил пальцы в волосы, одолеваемый воспоминаниями прошлого.
Эта женщина могла принадлежать ему. Должна была принадлежать. Она уже являлась его частью – как дыхание. Он мог обладать ею. Боже, что это было за искушение! И в конце концов только клятва заставила его сдержаться.
Потому что Сера совершенна. И он хотел, чтобы все происходило по правилам. Он желал, чтобы события были совершенны, как и она. И по этой причине не прикасался к ней. До тех пор пока не наступит брачная ночь, когда они станут законными супругами.
Брачная ночь, которую он желал, планировал и ждал всей душой. Брачная ночь, которой у него так и не было.
Потому что она отдалась другому мужчине.
Боже, неужели он обезумел, если решил, что готов снова встретиться лицом к лицу с женщиной, которая так с ним поступила?
Рафик снова опустил голову, открыл глаза и увидел, что она наблюдает за ним. В ее темных глазах было столько беспокойства! Черт побери, он не нуждается в ее сочувствии!
Глава 4
Спустя два часа после выезда из Шафара автомобили съехали с трассы и направились через пустыню по песчаной дороге. Позже они окажутся на узкой прибрежной трассе, где их будет ждать лагерь.
Они сделали привал в долгожданном оазисе. Автомобили оставили в тени финиковых пальм, пассажиры с радостью разминали затекшие мышцы. Передохнув, снова отправятся в путь на Марраш, в ночь, чтобы завтра было достаточно времени на необходимый осмотр и предварительные переговоры. Если все пойдет как надо, они вернутся в Шафар не позже завтрашнего вечера.
Сера выбралась с сиденья, с радостью разминая ноги, но еще с большим воодушевлением покинула удушающую атмосферу салона. От напряжения у нее давило в висках и затекла шея. Даже раскаленное солнце и жаркий воздух показались ей облегчением.
Водители доставали провизию из багажников, организуя завтрак, и проверяли автомобили. Рафик тоже был там, желая помочь, несмотря на протесты тех, кто должен был ему прислуживать.
Подойдя к красивой заводи, Сера облегченно вздохнула. Оазис был небольшим – крошечный отрезок жизни среди небытия, в котором бурлила жизнь. Маленькие птички перелетали с куста на куст, яркие бабочки казались цветами на темно-зеленой листве. Сера мгновенно почувствовала себя спокойнее, ощутила умиротворение.
Вода в запруде была кристально чистой и зовущей. Опустившись в высокую, тонкую траву у края запруды, Сера провела пальцами по освежающей водной глади, набрала немного воды в ладонь, смочила пульсирующие виски. Какое облегчение!
Рафик, прикрыв рукой глаза, вгляделся в даль, где виднелись зубчатые пики красных гор. А потом обратил внимание на что-то, напоминающее гребень. Это ехал какой-то автомобиль, вздымая в воздух песок. Шума машины пока слышно не было, но, вне сомнения, в оазисе скоро появятся гости.
Он посмотрел на Серу, сидящую у заводи с закрытыми глазами, и непроизвольно шагнул в ее сторону. Она развязала шарф, и блестящие черные волосы заструились по ее спине, отливая синевой в искристом свете, который отбрасывал тени на ее атласную кожу и подчеркивал изящный изгиб шеи.
В груди Рафика екнуло. Сера была по-прежнему очень красива. Темные ресницы, казалось, ласкали щеки; облако густых черных волос, словно шелковый поток, ниспадало на плечи и спину; роскошные губы звали к поцелуям… Кровь Рафика забурлила. Спустя одиннадцать лет после того, как Сера вышла замуж за другого, он все еще считает ее самой красивой из известных ему женщин.
Рафик невольно сделал еще один шаг в ее сторону, и лишь затем, услышав шум автомобиля, пришел в себя, поняв, что делает. Какого черта с ним происходит? Наверняка перегрелся на солнце.
Сера тоже услышала звук автомобиля, повернула голову, увидела, что Рафик наблюдает за ней, и сглотнула. Он проследил взглядом за тем, как поднялся ее подбородок, дрогнула от сглатывания шея, как Сера сделала очередной вдох.
Несмотря на разделяющее их расстояние, он видел каждое ее движение, каждое изменение во взгляде, в положении ноздрей. Они смотрели друг на друга, и сухой воздух потрескивал между ними, словно фейерверк.
Так продолжалось до тех пор, пока не послышались голоса, звук двигателя и визг тормозов. Приведенный в смятение Рафик отвернулся.
К своему облегчению, он заметил, что кое-что в этом мире по-прежнему поддается логике. Внедорожник остановился в оазисе, подняв облако пыли. Своеобразное отвлечение. Слава богу.
Появился водитель, который ругался и энергично размахивал руками. Появилась усталая женщина, которая выпустила с заднего сиденья двух темноволосых малышей, а затем вынесла крошечного младенца. Старшие дети пошли впереди нее к пруду. Прижимая к себе младенца, мать говорила с детьми спокойно, в отличие от мужчины, который снова открыл рот и начал ругаться.
Из двигателя автомобиля повалил пар. Мужчина беспомощно замахал руками, затем схватил одной рукой белый халат и одновременно протянул другую руку к колпаку радиатора.
Его остановил Рафик и подозвал на помощь своих водителей. Сера оглянулась на подходящую женщину, неуверенно вышагивающих впереди нее детей и плачущего младенца у нее на руках.
– Осторожно! – крикнула женщина, идя за детьми так торопливо, как могла. – В воду не заходите.
Сера с радостью помогла женщине, раскинув руки за миг до того, как девочки-близнецы, смеясь и визжа, уткнулись в своеобразный барьер, решив, что с ними играют. Мать вздохнула и поблагодарила Серу, затем уселась со своим выводком у края пруда, произнося традиционные приветствия. Она стала кормить младенца, зная, что остальные дети в безопасности.
Сера улыбнулась и приободрилась. Амина оказалась желанным отвлечением – молодая мать с энергичным семейством. У женщины было круглое красивое лицо и роскошная улыбка, которая не сходила с ее губ даже тогда, когда дети чересчур расшалились и стали толкать младенца, которого она кормила. Только по теням под глазами можно было судить о том, как она недосыпает. Эта женщина так молода, а у нее уже трое детей…
«И у меня могли быть дети», – подумала Сера, внезапно поддавшись мимолетному безумию. Дети могли быть и у нее. Если бы она следовала зову сердца, а не рассудка. Если бы игнорировала требования и угрозы членов семьи. У нее были бы дети, если бы она стала женой Рафика…
Сера пресекла неприятные размышления. Все в прошлом. Она никогда не вышла бы замуж за Рафика, хоть и очень этого хотела.
Бессмысленно даже думать об этом, несмотря на то что, вернувшись в Кьюзи, Рафик заставил ее задаться вопросом, как сложилась бы их жизнь, если бы много лет назад она приняла иное решение?
Сера стала внимательно слушать женщину, которая рассказала, зачем приехала сюда и вообще зачем путешествует по пустыне с крошечным младенцем. Мать мужа серьезно больна и находится в больнице Шафара, и они пообещали показать ей девочку-младенца, названную в ее честь Маишей. Однако ее муж нетерпелив и загнал старый автомобиль. Им повезло, что они успели доехать до оазиса до того, как старая машина отказалась двигаться дальше.