Михаил Венюков.

Исторические очерки России



скачать книгу бесплатно


Сибирская степь была еще со времен Сперанского устроена так, что для нее переход к новым порядкам был почти неощутителен, а потому там не только беспорядков не было, но народ, в массе, был доволен нововведениями. Благодаря миру, многие сибирские киргизы предались занятию, которое более всяких других отучает номадов от хищничества, – земледелию, разумеется, где оно возможно по климатическим и почвенным условиям. То же самое произошло и в Семиречье, несмотря на то, что большая его часть завоевана лишь в 1850-х годах. Семиреченская область привлекла к себе даже выходцев из Китая, калмыков и сибо, которые на мирной почве ее искали спасения от беспорядков в Джунгарии и не затруднились принять не только русское подданство, но православную веру и даже казачий мундир.

Окраины Сибири к стороне Монголии ни в чем существенном не изменились противу того состояния, в котором их оставил при смерти император Николай. Правда, в видах вящего объединения их православные монахи занимались распространением христианства между калмыками и бурятами; но это религиозное объединение инородцев с русскими было в большей части случаев чисто номинальным. Буряты крестились, чтобы добиться сложения податных недоимок, иногда – чтоб получить чистую рубашку при крещении и потом скрыться в своих гористых степях или в лесах Саяна, пока личность их будет забыта и они в состоянии будут снова повторить ту же историю. Алтайская миссия прославилась разными нечистыми делами и взаимною ненавистью своих членов, что, разумеется, не говорит особенно много в пользу ее объединительной деятельности. Забайкальские же миссионеры составили себе известность вечными жалобами на полицию за слабое содействие или даже за противодействие их пропаганде: без полиции ведь они едва ли в состоянии бороться с противудействующими им ламами.

Экономическое сближение всех сибирских окраин с Россиею сделало значительные успехи, вследствие развития на сибирских реках пароходства; но зато оно же многое утратило с уничтожением кяхтинской монополии по чайной торговле. Огромные обозы с чаем тянулись до 1861 года постоянно по всей Сибири от Кяхты до Тюмени, и этим доставлялось немало заработков всему придорожному населению Большого Сибирского тракта. Теперь этого нет совсем, потому что кяхтинская торговля очень упала, а какие чаи и привозятся через Кяхту, то на значительном протяжении они следуют через Сибирь по рекам, на пароходах. Сибирский житель – извозчик теперь менее заинтересован в торговых связях с Россией, чем 25 лет назад. Для оживления этих экономических связей Сибири с европейскою Россиею весьма важно было бы устройство железной дороги через Урал, между бассейнами Иртыша и Камы; но об этом лишь были толки и довольно многочисленные заявления перед правительством сибирского купечества, до проведения же дороги не дошло. Занятое устройством стратегических линий в Западном крае, правительство как бы отворачивалось от линии Сибирской. Мало того; оно боялось железных дорог в Сибири, которые бы дали этой стране самостоятельную жизнь экономическую, а с нею, конечно, и политическую.

В 1857 году американцы, увлеченные богатствами Амурского края, предлагали устроить железную дорогу между верховьями Амура и Байкалом; но правительство отклонило этот проект, причем государственный секретарь Бутков передал, через чиновника Беклемишева, генерал-губернатору Муравьеву, что «мы не можем допустить общения Сибири, через Тихий океан и Амур, с Америкою: американцы разовьют в стране республиканский дух и она отпадет от империи».


Что касается до политического закрепления за Россиею отдаленнейших восточных окраин Азии, то нельзя не заметить, что эти окраины – Земля чукчей, Камчатка, Охотский край и даже вновь приобретенные Сахалин и Амурский край почти забыты правительством, так что некоторые из них теперь менее тяготеют к России, чем при Николае и Александре I. Таковы в особенности страны на север от устья Амура, где уже начинает сказываться влияние американцев в ущерб русскому, и где сношения с Россиею поддерживаются лишь двумя рейсами в год: сухопутным через Якутск зимою и пароходным из Владивостока летом. В Амурском крае, для прочного объединения этой драгоценной местности с империей, не сделано почти ничего, кроме водворения крайне малочисленных колонистов-пионеров, которые притом поставлены в самые отвратительные экономические и нравственные условия через подчинение их военно-казачьей и военно-флотской администрации. Не проведено даже сухопутных дорог, которые бы связывали Амурский край с Забайкальем, Сунгарийскую низменность с Буреинскою и Владивосток с бассейном реки Усури… Ввиду всего этого как же не опасаться, что при первой войне с Англиею или даже с какою-нибудь другою, менее сильною, но морскою державою или же с Китаем, Россия лишится Амура?

* * *

Таковы наиболее выдающиеся замечания, которые, на основании фактов, можно сделать относительно успехов объединения государственной области русского народа за время, отделяющее смерть императора Николая от заключения Берлинского договора. Какие же общие выводы истекают из всего здесь изложенного? – Они немногочисленны, но поучительны, и их можно формулировать следующим образом:

1. Прикрепление некоторых окраин к России сделало с 1855 года значительные успехи. Особенно это можно сказать про Северный Кавказ и отчасти про Крым и северную половину среднеазиатских степей. Екатерининские завоевания в Западной России также теперь прочнее слились с Россиею, чем при Николае, благодаря ослаблению в них польского элемента и возвышению русского.

2. Гораздо слабее успехи приращения к России двух завоеваний александровских – Бессарабии и Польши. Первая, особенно теперь, после создания независимой Румынии, будет доставлять России немало хлопот, которые могут прекратиться лишь со введением у нас конституции столь же либеральной, как румынская, и с усилением в крае русского землевладения. Вторая, т. е. Польша, едва ли когда прирастет к России, но может еще долго сохраниться за нею, потому что восстановление ее независимости не в интересах соседних Австрии и Пруссии, не говоря уже про Россию. Во всей Польше, особенно же в западной ее половине, сделал за наше время большие успехи германский элемент, почему можно опасаться, что при первой войне с Германиею этот край будет отнят ею у России.

3. Еще больше вероятности осуществиться имеет это последнее предположение по отношению к Прибалтийскому краю, от Немана до Наровы и Чудского озера, где вся местная немецкая интеллигенция работает прямо в антирусском духе, под покровительством царствующей в России династии, вполне немецкой по происхождению и симпатиям.

4. Финляндия имеет все вероятности отпасть от России при первой неудачной войне ее с коалициею, в которой примет участие Швеция. Связь ее с Россиею за время с 1855 года не только не усилилась, но ослабла, а сепаратистские стремления возросли.

5. В Закавказье вместо русского элемента усилился особенно армянский, которого влияние очень пагубно для России и должно быть по возможности сокращено, если Россия желает удержать за собою закавказские земли. Приращение этих земель к русской государственной области не сделало с 1855 года почти никаких успехов, за исключением местностей, занятых грузинским племенем, да и то в слабой степени.

6. Из вновь завоеванных в Азии земель Амурский край может быть отнят у России вследствие его географического положения, крайне слабой заботливости об усилении в нем числа русских и отвратительной системы управления, уже поведшей к тому, что всякое добровольное переселение в эту богатую страну прекратилось; в Туркестанском крае к этому последнему обстоятельству, т. е. к скверной администрации, присоединяются, к невыгоде России: слабость русской колонизации (кроме Семиречья), ненадежность мусульманского населения, еще недавно составлявшего самосостоятельные государства, и враждебные нам влияния из-за Гиндукуша и из Константинополя. Поэтому России долго еще придется делать большие усилия для прочного приращения обеих названных здесь окраин, причем первым условием успеха в обоих случаях является изменение в составе и направлении деятельности администрации, а вторым: по отношению к Амуру – привлечение туда русских колонистов, а по отношению к Туркестану – скорейшее завоевание всей Арало-Каспийской низменности до Гиндукуша и Хорасана, без чего немыслимо в крае спокойствие.

7. Наконец, единственно прочною мерою для сохранения за русским народом его современной государственной области является создание одного, общего для всех провинций представительства, причем значительный перевес собственно русского населения в империи обеспечивает соблюдение национально-русских интересов, а присутствие в парламенте инородцев обеспечивает успех всяких мер, полезных для экономического, общественного и умственного развития окраин, которые тогда сами увидят пользу от принадлежности к составу сильного государства. Произвол же действий нынешней абсолютистской системы, который нигде так не чувствителен, как именно на отдаленных окраинах, и при котором даже благожелательное центральное правительство редко знает истинные нужды провинций и делает потому ложные шаги, этот произвол есть вернейшее ручательство, что чем дальше мы пойдем в будущее при нынешних порядках, тем скорее совершится отпадение от России почти всего того, что ею приобретено ценою огромных усилий с конца XVI столетия.

Имеющий уши слышати да слышит!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Поделиться ссылкой на выделенное