Михаил Михайлов.

Мастер големов



скачать книгу бесплатно

Глава 1

Дождь лил второй день. Пузырилась вода в лужах, в бочке у стены дома, куда стекала по желобу с карниза и крыши. Капли бились в стекло и превращались в бесформенных амеб, которых через мгновение разбивала новая капля, а затем следующая… процесс был бесконечен. Иногда налетал порыв ветра, который превращал стену дождя в настоящие волны, словно боги встряхивали гигантское полотнище, избавляясь от пыли.

Костя Маркин подышал на холодное стекло и на пятне испарины нарисовал пальцем несколько черточек.

– Точка, точка, запятая – вышла рожица смешная. Палка, палка, огуречик – вот и вышел человечек, – себе под нос пробубнил он старый-престарый стишок из далекого детства.

– Ваша милость, мы в кузню собираемся, – оторвал его от размышлений голос Парлада, деревенского кузнеца и хозяина дома, где он проживал со вчерашнего дня.

Еще до рассвета его подняли слуги по приказу барона, дали немного времени привести себя в порядок и отвели в малый обеденный зал, где сонные повара накормили перед предстоящей дорогой. Потом шесть часов провел в фургоне под промокшим тентом, управляя животными. К счастью, на этот раз барон расщедрился на хороших лошадей: не отшские тяжеловозы, на которых восседают братья-наемники, но лишь немногим хуже. От холода и частично сырости помогал амулет, собственноручно зачарованный на тепло. Магический обогреватель – полуметровая в поперечнике бронзовая пластина толщиной в три-четыре миллиметра.

Через шесть часов добрались до постоялого двора, где отдали животных слугам, чтобы те обиходили их. Костя снял на несколько часов две комнаты, себе и наемникам, где добрали часы утреннего сна, которого их всех лишил барон.

В два пополудни они вновь тронулись в путь. И шли до глубокого вечера, пока не наткнулись на пустой лагерь для путешественников – полдюжины шалашей, горка дров под деревом, накрытая от дождя порыжевшим лапником, загон для животных, сбитый из длинных неошкуренных жердей. Разбили ночное время на три вахты по два часа. Косте выпала первая, последним дежурил Ракст.

Утром, быстро перекусив всухомятку, накормив лошадей и взнуздав их, вновь тронулись далее. В деревню Светлый Холм вошли в начале одиннадцатого утра. Помощник старосты быстро определил на постой Костю и наемников. От него же узнали, что голема и большую часть трофеев, оставшихся от разбойников (весь металлический хлам вроде щербатых плотницких топоров, стеганок с металлическими бляшками, кривых ржавых копий), привезли вчера под вечер и тут же сгрузили в кузне, расположенной на краю деревни, неподалеку от ручья, текущего чуть ли не по околице поселения.

Деревня была достаточно крупная – полтораста дворов, почти тысяча человек. Большая кузница, две мельницы – ветряная в полукилометре на высоком каменистом холме и небольшая водяная, поставленная на ручье почти по соседству с крайними домами. Имелся и постоялый двор, но молодого мага известили, что там сейчас все помещения заняты караванщиками, зато у кузнеца недавно сыновья сыграли свадьбу и съехали от родителей, освободив комнату.

В доме мастера металла были высокие потолки (неудивительно, учитывая, что хозяин выше двух метров ростом) и большие окна, везде царил образцовый порядок: выскобленные до белизны полы покрыты вязаными ковриками, большая печь побелена, вся посуда убрана по шкафчикам, на подоконниках цвели растения в горшках, наполняя дом приятным ароматом.

– Хорошо, Парлад, я уже собираюсь, – ответил молодой человек.

Райдаш и Ракст выскочили под дождь через пару минут следом за Костей, видимо, кто-то из них стоял «на фишке», следя за домом кузнеца, куда поселили их нанимателя.

Братья были в доспехах с ног до головы; от воды, льющейся с неба, их прикрывали просторные холщовые в два слоя плащи, навощенные и пропитанные особым растительным маслом. Хотя, конечно, вечером им предстоит чистка и смазка снаряжения, которое даже под плащом все равно страдает от влаги. Любовь к состоянию «а-ля черепаха» они приобрели после схватки с разбойниками, когда только зачарованная сталь полного латного доспеха спасла от ран, а может быть, и смерти.

– Топали бы вы в тепло, – предложил землянин парням, когда те бегом, разбрызгивая во все стороны грязь, догнали нанимателя.

– В кузне согреемся и обсохнем, – бодро заявил Райдаш. На что тут же получил ответ от Парлада:

– Только тесниться там с вами…

– Ничего, мы в уголке постоим. – Оставлять молодого мага без охраны наемники не собирались, честно отрабатывая то золото, что исправно капало в их карман за каждый день службы.

Подмастерья – два сына Парлада – уже были на месте. Ровесники наемникам и такие же здоровенные орясины, они успели подготовить горн – поджечь растопку и насыпать уголь. Сейчас один из них редко и несильно качал ручку мехов, заставляя пламя разгораться, быстрее вгрызаться своими оранжевыми, алыми и синеватыми клыками в черные пористые бока кусков древесного угля. Второй снимал со стен и верстака инструмент, тут же раскладывая его поближе к месту работы.

Магический светильник был только один – над наковальней, все прочее освещение давали с полдюжины масляных ламп, развешанных под потолком и по стенам кузни. Горн только несколько минут как разгорелся, так что в помещении еще прохладно. Но здесь хотя бы не было пронизывающего ветра и не лил на голову и плечи дождь.

Голем лежал на низком настиле из ошкуренных жердей в дальнем левом от входа углу кузницы. Обшарпанный, побитый и помятый, больше похожий на груду металлома, чем на опасный смертоносный механизм. Весь в потеках ржавчины, кусках подсохшей грязи, с деформировавшейся грудной пластиной, в центре которой чернело отверстие с кулак взрослого мужчины. Края дыры – черные, стеклянистые и словно вспененные, с сотнями пор.

При взгляде на повреждения кузнец с сожалением покачал головой:

– Плохо: передняя броня – под замену. Скорее всего, внутри точно такая же картина, так что придется и там часть механизмов менять. Работы тут ох как много.

Парлад оказался прав. Когда сняли грудную защиту, перед их глазами предстало неприятное зрелище: черные как смола потеки металла, металлическая крошка, изогнутые валы и шестеренки со сбитыми зубьями.

– Чем же ударили по голему, ваша милость? – удивленно спросил кузнец.

– Магией. Огненным шаром.

– От одного лишь огненного шара так металл не портится, – покачал головой Парлад, – тут проклятием попахивает. Краем уха слышал я, что с демонами пришлось схватиться… – произнес кузнец и пытливо посмотрел землянину в глаза. Тот в ответ пожал плечами.

– Были двое разбойников, похожих на миньонов, но они ли это или измененные из Саалигира – дракон их знает… А дыру прожег их маг – вожак шайки, – сказал почти чистую правду Костя.

– Да уж… – вздохнул его собеседник и слегка расстроился. Наверное, рассчитывал, что узнает от Коста Марга про полчища инфернальных тварей, жуткую бойню, что они устроили, сечу дружины и мага с тварями, а тут…

Весь металл, который попал под воздействие магического огня, кузнец безжалостно выбросил. Детали, по его словам, даже в переплавку не пойдут, только в глубокий омут ручья, подальше от кузни, чтобы случайно не закинуть в горн с рудой или металлическим ломом. В этом случае вся выплавка будет безвозвратно испорчена. Да и сам рунный мастер обратил внимание, что руны, ранее наложенные на пострадавшие части голема, распались и быстро развеиваются при повторном наложении. Так же уходила мана из рун и на механизмах, расположенных рядом с поврежденными деталями.

Готовых деталей для голема не было в кузне, заказывать долго, поэтому пришлось выковывать новые. Запас металла у Парлада имелся, по распоряжению барона работу выполнял бесплатно (маг все же сунул по мунгу его сыновьям и два – самому кузнецу), так что за десять дней мастер с помощниками обещали работу закончить. Костя еще разрешил использовать металл из трофеев – все равно больших денег с них не получить, и возиться с продажей меньше всего хотелось.


– Господин, не старайтесь встречать удар острой кромкой меча. Для этого есть широкая плоская сторона, – произнес Райдаш после короткого обмена ударами и разрыва дистанции между поединщиками.

– Она зачарованная, лезвию ничего не сделается, – отмахнулся было Костя.

– А если в ваши руки попадет обычный меч, без рун, и зачаровать не будет возможности и времени? – веско заметил наемник.

– А если чужой меч перерубит мой?

– А для этого есть мягкие отводящие блоки и самое главное – щит. Вы же так свой меч загубите, после боя только в перековку и будет годен. А ведь бой может затянуться, сразите одного – встанет перед вами второй, с острым оружием и в прочных доспехах. Что вы с ним сделаете своим клинком изрубленным?

– Ладно-ладно, – проворчал землянин, принимая стойку перед новой сшибкой, – постараюсь больше так не делать… хэ-ек!

Пока Парлад с сыновьями священнодействовали над големом, новопосвященный рыцарь решил воспользоваться услугами наемников, взять у них несколько уроков боя на мечах. Среди трофеев нашлись три более-менее неплохих меча, щиты использовали свои. Затупили клинки, превратив их в учебные болванки, Костя наложил на каждый короткую цепочку рун для прочности. Под полигон обустроили часть двора кузнеца, застелив землю щитами из досок, чтобы не месить грязь. Доски презентовали за несколько серебряных монет соседи Парлада. Шесть часов – по три часа с полуторачасовым перерывом, то есть почти все светлое время, Костя отвел для учебных поединков. Вечером уходил в крошечную кузницу, которую поставил на подворье Парлад для мелкого ремонта, чтобы не идти на другой конец поселения ради выправки ножа, ремонта оловянной пуговицы, пряжки ремня или цепи для животного. Там еще два часа собирал гранаты – уж очень ему понравилось их действие в бою.

– Ха-а!.. Хэ-ек!..

Маркин выбросил правую руку с мечом вперед, целясь в левое бедро Раксту. Тот чуть повернул корпус и отвел ногу назад на полшага, нижней кромкой щита ударил по клинку, отбивая тот к земле, своим же мечом ударил наискосок сверху вниз, выбрав целью голову противника. Землянин принял чужой удар на щит и тут же быстро шагнул назад и вбок, уходя от «коронки» наемника: удар по голове с последующим секундным оглушением, блокирование чужого меча своим щитом, шаг вперед и пинок в ногу или в корпус.

– Уже неплохо, – похвалил Костю Ракст, – только не закрывайте себе обзор щитом так сильно. Вы же не видите ничего, что впереди делается. Покажу сейчас, к чему такое может привести; в стойку…

Но тут в ход занятий вмешался Райдаш, выскочивший из-за угла птичника, который прикрывал тренирующихся от любопытных глаз селян, приходящих к кузнецу по своим делам.

– Господин, тут к вам жрец пришел, – озадаченно сообщил наемник. – А с ним еще четверка храмовников.

Несколько секунд Костя переваривал известие, вспоминая все грехи, грешки и просто досадные промахи, из-за которых мог заинтересовать жреческую братию.

Быть может, нечестное поведение с Таншей? Как-никак, его поступок можно описать земной поговоркой «поматросил и бросил». Чувство стыда нет-нет да и просыпалось в душе у парня в последнее время. Или аукнулись его слова про следы от рабского ошейника, что, мол, некроманты так нехорошо поступили, и вот теперь последователи светлой веры пришли к нему проверить, а не почернел ли внутри, не скурвился в угоду некромантам? Для простой встречи жрецы храмовников не берут вроде бы. Или оттого, что не добил разбойницу, которой подчинялись миньоны, сохранил ей жизнь да еще обмолвился, что знаком с этой убийцей, этим фактом заинтересовались жрецы, решив опять же оценить уровень человечности в Косте?

– Четверка храмовников? И что делают?

– В седлах сидят, отдыхают вроде как. Все в грязи, уставшие, лошади боками водят, как мехами кузнечными, видать, издалека скакали торопясь. У каждого по заводной, и те тоже почти загнанные.

– А больше никого не видел? – продолжал допытываться у наемника маг.

– Вроде нет, – пожал тот плечами, удивленно смотря на него.

– Ладно, пойдем посмотрим на жреца этого со свитой… – Землянин отложил тренировочный меч в сторону, обнажил под удивленными взглядами братьев свой зачарованный полутораручник, положил его на плечо плашмя и уверено зашагал к воротам.

Мастера рун так и подмывало поинтересоваться у подчиненных их отношением к религии, к богам и служителям культа. Опасался, что в случае заварушки парни могут встать на сторону незваных гостей. Но пока решался спросить, уже успел пройти не такой и большой двор кузнеца, остановившись у ворот, и смысла задавать такие вопросы больше не было.

Вид прибывших гостей был жалок. Даже они с наемниками по прибытии в деревню смотрелись более браво. Жрец – высокий сухопарый мужчина с бородкой, напоминавшей земную эспаньолку, закутанный в суконный плащ, сидел в седле сгорбившись, прикрыв глаза. На звук открываемой калитки он устало поднял веки, секунду оценивал вид молодого мага, придержав взгляд на обнаженном мече в его руках. На плаще жреца и храмовников вышит серебристо-белыми нитями герб – две ладони, сложенные лодочкой, из которых вырывается язык пламени, а в нем находится веточка с пятью листками.

– Тренировался со своими людьми, – пояснил Костя, уважительно поприветствовав священнослужителей. – Решил немедленно поспешить к вам, вот и не убрал оружие. Не бросать же его под открытым небом в такую погоду.

– Пусть снизойдет благодать Матери Ашуйи на тебя, воин, – ответил жрец. – Ты сэр Кост Марг, маг и рыцарь, разгромивший шайку разбойников и пленивший демоницу?

– Да, я Кост. И разбойников я недавно уничтожил, захватив их вожака и несколько рядовых душегубов. А вот насчет демоницы вы ошибаетесь, – отрицательно качнул головой Костя.

– Та женщина, Оливера Вермар, преступница с клеймом воровки, и есть демоница, тифлинг, у коей проснулась проклятая кровь.

– Хм, тифлинг, говорите? Не знал. И чем помочь могу?

– Ты маг с боевым големом, мне и Матери Ашуйе нужна твоя помощь, разумеется, не бесплатно, – тут жрец поморщился и катнул желваками, – я заплачу золотом.

– Заманчиво, конечно, но мне бы хотелось узнать, куда, зачем и против кого меня приглашают выступить. Неужели Оливера… э-э, демоница сбежала из баронской темницы?

– Здесь не место для разговоров. Все в пути поясню.

– В пути? Стоп-стоп, – Костя выставил в сторону жреца левую ладонь. – Сейчас я точно никуда не пойду. Устал на тренировке, проголодался, снаряжение разобрано и вообще мне лень.

Взгляд жреца потяжелел, он сжал губы так сильно, что те превратились в две тонкие бледные нити, а в кулаке до хруста сдавил кожаные поводья.

– Ты ведешь себя, как союзник Тьмы, – зло бросил жрец. Его товарищи как-то разом сбросили вялый и усталый вид, превратившись в хищников, волкодавов, готовых разорвать жертву по команде хозяина.

– Послушай, жрец, – стал заводиться Костя, сменив обращение к собеседнику, – сейчас уже почти четыре часа вечера, через полтора часа наступят глубокие сумерки, через два – ночная темень. Вы устали, лошади едва живые, и как бы вы ни хотели кого-то догнать, но скорее загубите животных или свалитесь сами, а то и просто заблудитесь, чем завершите свою миссию успешно. Предлагаю вам переночевать в деревне, отдохнуть самим и дать отдых лошадям, а с рассвета тронемся в путь. Заодно перед сном расскажешь мне все, что посчитаешь нужным. Мне, знаешь ли, не в радость срываться на ночь глядя в неизвестность. Если же тебе так нужно кого-то догнать, то скачи без меня.

– Прости, усталость и гордыня завладели моим языком, – неожиданно сказал жрец. – Я принимаю твое предложение. В этом доме найдется кровать или хотя бы матрас со свежей соломой на пол для меня?..

Через час, расселив храмовников по домам деревенских жителей с помощью старосты и убедившись, что с лошадьми, отданными на попечение крестьянам, все в порядке, жрец – Юршан Тимовсим, вернулся к Маргу. Семья кузнеца – ради такого дела Парлад оставил кузницу на попечение сыновей и вернулся в дом – предоставила жрецу кровать в той же комнате, где ночевал рыцарь. Разложив вещи и переодевшись в сухое и чистое, Юршан провел получасовой обряд, освятив дом и защитив его от Тьмы. Костя смотрел на ослепительное белое сияние, сходившее с ладоней гостя на стены, потолок, домашнюю утварь, и думал, что судьба свела его не с простым священнослужителем.

О причинах, заставивших его прибыть в деревню, жрец рассказал только после ужина.

Про миньонов и Оливеру барон Д’Рамст сообщил немедленно, как только получил эти сведения от гонца, отправленного в замок Дюнкером, раньше, чем пленные оказались в темнице. Баронское донесение попало к первожрецу Матери Ашуйи, который приказал ближайшему храму снарядить экспедицию во владения Д’Рамста. Выбор пал на Юршана – жреца светлой богини, второго лица в главном храме Матери в Трагларе. Взяв с собой пятерых храмовников, жрец промчался без отдыха, не жалея себя, спутников и животных, до баронского замка. Отказавшись от еды, ванны и чистой одежды, Юршан направился к пленнице. Если до встречи с ней у него еще были сомнения в ее демонической составляющей (мало ли, могли же баронские слуги перепутать миньонов с несчастными из Саалигира), то первый же взгляд на клейменую женщину расставил все по своим местам: Оливера была демоном. Капля крови инфернального предка: может, лишь десятая, а то и сотая часть! Но ненависть, боль от клейма, унижение и страх стали той горючей смесью, что разожгла огонь Бездны в ее жилах. Женщина ушла из города, стала скрываться в лесах, лелея планы мести. Очень быстро встретилась с одной из мелких шаек, блуждающих по лесам вдоль дорог в поисках доступных жертв. Красивая молодая женщина, которую даже уродливое клеймо не портило (к таким украшениям разбойники давно привыкли, каждый второй среди них мог похвастаться шрамами и следами от рук палачей), показалась легким и лакомым кусочком. И едва не поседели от ужаса, когда красотка голыми руками разорвала горло их вожаку, воткнула ржавый нож в живот его помощнику и затем вытащила внутренности. Из восьми человек с ней остались пятеро – один в страхе убежал. На третью ночь на нее попытались напасть, удавить по-тихому. После этого отряд лишился еще двоих. Неудачников Оливера не стала убивать сразу, решив устроить показательную экзекуцию. Едва живых, с переломанными костями, Оливера их ослепила, вырвала языки, перерезала раскаленным кинжалом сухожилия на ногах и руках и бросила неподалеку от огромного муравейника. И после этого привязала троих уцелевших разбойников к деревьям в десятке метров от умирающих. До самой темноты люди смотрели, как их полуживых товарищей заживо поедали насекомые. Вечером, когда женщина их отвязала, рассудок каждого из троицы претерпел сильное изменение. Теперь они были готовы броситься в огонь и воду по приказу своей новой госпожи, лишь бы та не стала их наказывать. Нечто похожее Оливера делала с каждым, кто прибивался к ее шайке. Через месяц она создала первого миньона, после чего решила перебраться в более глухую местность. Баронство Д’Рамст идеально подходило для этого – расположено очень далеко от столицы, граничит с пустыми землями и горами, и через него проходит караванная дорога, на которой можно получить добычу.

– Но дело даже не в ее злодеяниях, ведь многие разбойники еще не то вытворяют, но для жрецов они неинтересны, – мрачно произнес Юршан, – а в том, что благодаря порченой крови ее посещали сновидения различных ритуалов, создание миньонов она именно из них почерпнула…

Д’Рамст ошибался, когда считал, что своих пленников разбойники продают в рабство. Оливера всех до единого отправляла в горы. Местность та никем не контролировалась, а бедная каменистая почва, чахлые леса и отсутствие полезных ископаемых еще долго будут защищать редкие малолюдные деревеньки и хутора от интереса феодалов.

Что именно происходит с пленниками, никто не знал. Демоница об этом молчала, и даже жреческая магия не могла развязать ее язык. Прочие разбойники после пыток смогли сообщить лишь примерное местоположение лагеря с пленниками: где-то в горах, а рядом – небольшая деревенька с запуганными Оливерой до седины и заикания жителями.

Каждый раз атаманша шайки уходила с пленными, которых сопровождали миньоны, и по возвращении после этого от женщины веяло такой жутью, что даже в перекошенных, изуродованных мозгах бандитов появлялась инстинктивная мысль: «Бежать, прочь отсюда!» Пленные назад не возвращались. Иногда и миньоны оставались в месте неведомого ритуала, как это случилось в последний раз, перед нападением на караван Марга. Ведь вместо пары демонических созданий, убитых тогда магом, Оливеру обычно сопровождала дюжина. Так что еще десяток как минимум ждал свою хозяйку в нескольких днях пути на запад в горах.

С четверкой храмовников (один оставался на охране Оливеры) нечего было и мечтать справиться с миньонами и неизвестностью, которая ожидала жреца в месте совершения ритуалов. Он подозревал, что демоница проводила обряд создания врат в Бездну, принося в жертву людей. Кто-то из чистокровных тварей, запертых в своем родном мире, через Астрал или похожим способом смог взять под контроль или подкупить посулами недавно инициированную тифлингессу, отсюда и ее вещие сны. Демон вряд ли из сильных, но даже и такой сможет устроить много неприятностей, а в такой глуши имеет все шансы окрепнуть, накопить армию и усилить портал в Бездну, откуда будет черпать подкрепление.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7