Михаил Игнатов.

Школа. Первый пояс



скачать книгу бесплатно

Богач вскочил:

– Ах ты!

– Сядь!

Окрик Виликор заглушил даже вопль богача. И заставил его сесть, хотя на старшую он зыркнул даже с большей ненавистью, чем на Зимиона. Виликор же обернулась на миг к нам и сказала:

– Да. Они следят.

Зимион продолжал пялиться в спину неожиданно заговорившей Виликор и ждал продолжения. Напрасно. Молчали и остальные в классе. Лишь переглядывались. Даже богач разжал кулаки и притих. Зимион попытался продолжить разговор:

– И? Чего замолчала?

– И всё, – Виликор было снова замолчала, но внезапно повернулась к нам. Всё тоже невозмутимое лицо, словно маска спокойствия. – Хочешь пример?

Зимон кивнул:

– Ага.

– Скажи мне, – Виликор повела рукой перед собой, – кто собран в этом классе?

– Эээ, – Зимион быстро огляделся в поисках подсказки. – Будущие послушники Ордена?

– Неверно, – припечатала Виликор. – Кто собран в этом первом классе?

– Таланты! – довольно воскликнул Зимион, найдя ответ в словах собеседницы.

– Ошибка, – от голоса нашей старшей нужно было укрываться, как от ночного холода, столько в нём было презрения. – В этом классе собраны посредственности, которые долгие годы топтались на стадии Закалки.

Окружающие приняли эти слова спокойно, без слова возражения. А вот я нахмурился. Что она несёт? Да, пусть остальным лет четырнадцать-пятнадцать, но называть их неудачниками? Не слишком ли высокие у неё ожидания? А сама то?

– Где настоящие гении? – Виликор усмехнулась и ткнула себя в грудь. – Десятка в двенадцать? Ничтожество! Где те, кто перешагнул Закалку, не заметив её? За год? За полгода? За месяц? В Ордене? Что они тут забыли? Да они уже в столице! Имперцы вымели их веником, стоило только появиться слухам о таких гениях!

Я, вслушивающийся в слова Виликор и примеряющий их на себя, уточнил:

– В Хрустальных Водопадах?

– В столице Империи! В благословенном третьем Поясе, где и живут истинные практики Возвышения! – ядом в словах Виликор можно было отравить половину Морозной Гряды. – Нулёвка! Думаешь, вырвался из кучи мусора? Глупец. Мечтал, что в Первом начнётся жизнь? Дважды глупец! И Первый, и Второй пояс такие же отстойники для мусора, которому не место среди идущих к Небу. Это тюрьма! Разве что в твоих песках совсем дно этой помойной ямы, а ты начал карабкаться по склону. Но по-прежнему не заслуживаешь даже взгляда настоящих экспертов Империи! Твой удел – Морозная Гряда!

Я сидел, сузив глаза и обдумывая услышанное, а вот Зимион вскочил на ноги. Что хотел сказать, осталось неясным, он едва успел рот открыть, как наше время болтовни закончилось.

Виликор тоже вскочила и закричала:

– Класс! Встать!

Мы были под тем навесом двора, где стояли столы и скамьи. Его ширина позволяла расставить их в два ряда, а сами скамьи позволяли сидеть на них четверым. Последние седьмые были совсем пусты, наши четыре десятка учеников разместились и так. Впереди стоял отдельный большой, светлого дерева стол, заставленный множеством предметов, странный чёрный плоский камень, скорее даже прямоугольная плита установленная стоймя, и необычная конструкция из дерева, немного похожая на ту, с помощью которой растягивают шкуры на просушку. Я последовал примеру окружающих и подхватился со скамьи. Мы добрую тысячу вдохов, как сидим, собранные старшей, и от скуки принялись чесать языками. И ведь только дошли до интересных вещей, как пришёл тот, о ком я уже забыл. Досадно.

– Приветствуем старшего!

Иглис кивнул:

– Отлично. Пять баллов на общий счёт. Объясняю, потому что среди вас есть те, кто слабо знаком с нашей Школой. Успехи каждого ученика по отдельности и всех вместе будут внимательно оцениваться каждым учителем. Есть личный рейтинг ученика и общий вашего класса. Именно с помощью заработанных баллов любой из вас, даже будь он за стенами Школы последним бедняком, может получить у Ордена алхимические зелья и техники. Что же дадут вам эти пять баллов? На них можно купить зелье постоянного улучшения. Неплохая экономия яшмы, верно? Впервые потратить заработанное вы сможете через три недели. Затем раз в месяц. Основные правила Школы изложены здесь. – Иглис бросил стопку тонких книжиц на свой стол. – Через неделю я проверю, как вы их усвоили. Не ответившему – минус балл, старшему – минус балл за каждого такого лоботряса. Можете считать, что в наказание будут залезать вам в карман. Так обычно доходит быстрее. Кто не умеет считать, тому подскажут остальные.

Я вдруг подумал, что оказаться простым учеником не так уж и плохо. Нас тут почти сорок и за один раз получить наказанием даже половину от этого числа…

– Если сдадут все, старшему по баллу за каждого ученика.

Или старший – отличная должность? Ладно – пустое. Жаль, конечно, что упущена такая возможность. Но плакать всё равно не буду. За неделю в лесу я понял, что мне тянуть эту ношу тяжело. Приходилось буквально заставлять говорить, действовать, вести себя так, как этого от тебя ожидают окружающие. А мне не хотелось меняться так, как этого от меня хотели другие. Да и вчера, требуя схватки за место старшего, я поспешил, дословно следуя совету Тортуса, который он дал мне в последний день.

С момента как пришёл в себя после оплеухи Виликор я много думал об этом. Никак не мог уложить в голове произошедшее. Тортус отлично знал мои возможности, ведь видел меня в схватке в деревне, а значит, по его мнению, я должен был иметь шанс стать старшим среди ровесников. И такое сокрушительное поражение в первые же вдохи боя.

Виликор слишком сильна, чтобы я смог победить её в ближайшие месяцы. Две звезды я не смогу преодолеть лишь одним желанием, каким бы сильным оно не было.

Помню, не так давно, пару недель назад, еще в лесу, после схватки с Тогримом я думал: «А если бы я сейчас проиграл? Что бы я испытывал?». Вчерашний день дал мне возможность попробовать это на вкус. Недоумение, изумление, даже сомнение в себе. Но к удивлению, не было презрения в голосах пришедших вечером знакомиться ребят. Были усмешки, подколки и подначки. Почти никто не пытался втоптать меня в грязь. И я понял, что ничуть не горюю по своему поражению. Пусть мне не стать старшим сейчас, но это означает, что можно стать лучшим после неё. Меньше очков развития, но более привычно для меня. Думаю, второй в классе достаточная позиция, чтобы и здесь, и в Академии на меня обратили внимание.

Голос Иглиса вернул меня из воспоминаний:

– Наше первое занятие мы начнём с самого важного. Я не буду проверять, насколько хорошо вы прониклись духом Возвышения. Скажу прямо. Самое важное в мире идущих к Небу – это отношения старшего и младшего. Уважение. Но мало приветствовать того, кто явно выше тебя по силе. Всегда. Запомните – всегда вы должны знать, кто из вас старше. Сейчас вам приходится выяснять это, меряясь грубой силой. Такое будет случаться и в будущем. Но скоро вы научитесь с одного взгляда на человека определять старшинство. И это очень важно. На уроке, в тренировке, в сражении у вас всегда должен быть определён старший. Никто из служителей, а тем более попечителей не будет распределять обязанности и дела каждому из вас. Он поручит это старшему, с него и спросит.

Невольно я бросил взгляд на спину Виликор. Это тоже мне не по душе. Я все же привык отвечать только за себя. Пока Иглис не заметил мой задумчивости, снова уставился на него.

– Поэтому привыкайте, что в любой момент вошедший Воин может потребовать к себе старшего и разговаривать продолжит уже с ним. И он всегда должен быть определён среди вас. Именно на него в будущем будет возложено всё: от распределения пайка в походе и очерёдности дежурства, до действий в сражении. У вас будет полгода, чтобы отработать этот навык здесь в тиши Школы. Затем, после экзамена будет месяц практики в лагере новичков. После – жизнь послушника или вольного идущего. И там, особенно у вольных, жизнь будет строго наказывать каждого, кто не сможет верно определять старшинство за один миг.

Учитель Иглис ещё много что говорил. Про ранги и цвета в Ордене. Про его символы. Про земли, что находятся под его рукой. Часть сверстников, видимо, те, что выросли в Морозной Гряде, слушали с ленцой, похоже зная это и так. Кто-то явно запутался в словах, я узнал этот пустой взгляд, что изредка видел на лицах своих оставленных в Нулевом учеников. Но сам я старался не пропустить ни одного слова.

Послушник, служитель, попечитель, управитель, комтур, Магистр. Серый, синий, красный, белый, золотой, серебряный цвета одежд. Золотые полосы на ней – Школа, синие – Академия, черные – стража дорог, желтые – пустоши, красные – стража Гряды…

Иглис скоро перешёл на мелочи, относящиеся именно к нам, ученикам. Оказалось, что даже выйти за пределы своего двора мы пока не могли без разрешения. Наш распорядок обучения на ближайшие недели был прост. Занятия с утра и до вечера. Сначала с Иглисом по законам и истории, после животный и растительный мир Первого с другими учителями. Затем несколько тысяч вдохов занятий для создания средоточия. Урок техник. Занятия с оружием. Общая тренировка и спарринги.

– У обучения в Школе две цели. Одна – очки развития, которые вы можете заработать и получить за них знания. Другая – вбить в вас правила, которые нужно соблюдать. Старшая!

Виликор вскочила:

– Слушаю учителя!

– С тебя будет особый спрос уже с завтрашнего дня. Ты! – палец Иглиса явно указал на богача, который чесал языком, насмехаясь надо мной и Зимионом.

Богач тоже подхватился со скамьи:

– Слушаю учителя!

– Почему на тебе надета неуставная форма? – Иглис слова скорее цедил: – Что ты о себе возомнил, позволяя вышивку?

– Я ошибся, старший, одежда была приготовлена до поступления в Школу. Прошу у вас прощения!

Богач склонился в низком поклоне, ожидая решения Иглиса. А тот, неприятно усмехаясь, взял в руки со стола странный металлический предмет с ручкой и встряхнул его. По двору поплыл звон. Двери к нам распахнулись и спустя несколько мгновений возле Иглиса стояли двое молодых, не старше двадцати лет, Воина в серой одежде. Неужели они в коридоре услышали этот тихий звук?

Иглис улыбался, указывая пальцем:

– Это послушники Школы и нарукавная повязка с глазом на их плече – символ их службы. Порядок и наказание.

Иглис замолчал и обвел нас немигающим взглядом синих глаз. Мне в них чудилось наслаждение моментом. Неприятный взгляд. Знакомый. Его палец вновь поднялся, указывая на всё ещё склонённого богача.

– Нарушение формы одежды. Пять плетей.

Быстро, за два вздоха богача выволокли к столу Иглиса. Богач попытался было открыть рот, но один из Воинов обратил в его сторону ладонь и парень замер, словно окаменев. Свистнула плеть, которая из ниоткуда появилась в руках другого послушника. Я едва не вздрогнул от этого звука. Рубаха на спине богача разошлась, открывая красную полосу на коже. Все молчали, даже богач, лишь стонал рассекаемый воздух.

На пятом ударе Иглис кивнул:

– На этом всё. Завтрашнее занятие начнётся с опроса. Проверим, сколько вы запомнили. Помните – рейтинг и наказание. Баллы – это деньги нашей Школы. А ваши спины – это ваши спины.

Едва учитель Иглис с послушниками вышел за дверь, как по классу прокатился громкий стон. Богач, со вспухшими на спине рубцами, вдруг обмяк, чуть не упав на пол. Стонал именно он. А я смотрел на свои побелевшие пальцы, которыми вцепился в край стола. Они болели, а вот стол был цел. Что это за дерево такое, сумевшее выдержать мою хватку? Я заставил себя разжать руки. Дарсова плеть!

– Я вижу, что меня ожидают проблемы, – Виликор уже стояла на месте учителя и презрительно глядела на нас, не обращая внимания на наказанного богача. – Но сразу хочу предупредить, что на самом деле – проблемы назревают у вас. Скажу прямо, для тех, у кого совсем мало умишка. Сейчас я назначу пары. Умный и не очень. И каждый умный, кто понял: объяснит, разжуёт, вобьёт в голову другому то, что понял сам. Каждый день, каждый урок!

– Оно мне нахрен не нужно! – подал голос богач.

Он похоже пришёл в себя. Выпрямился, развернулся, скрывая от наших взглядов спину, и презрительно глядел на Виликор, не показывая вида, что испытывает боль, будто и не было этого стона.

– Оно – нужно мне, – спокойно возразила Виликор, не оборачиваясь. – Я – не хочу получать плетей. Но пойду тебе навстречу.

– Освободишь меня от участи учить тупых слабаков?

– Нет. Дам тебе повод заняться этим с радостью.

– Ух ты!

Богач явно хотел что-то сказать неприятное, но под взглядом обернувшейся к нему Виликор осёкся и замолчал.

– Я буду лично, своими руками, не дожидаясь наказующих, бить каждого, из-за чьей лени с меня будут снимать баллы, – голос Виликор был спокоен. – Для тебя это хороший повод? Или мне отнестись к тебе с особым вниманием? Показать, что будет с теми, из-за кого я получу наказание? Болит спина, правда?

– Завтра узнаешь! – парень шипел, не сдерживая злобы.

– Что такое пяток плетей для полной двенадцатизвездной Закалки? В девять я получала их по двадцать. Мелочь, которая забудется после отвара. А вот ты, Арнид. Привык жить под защитой гильдейской эмблемы, да? – Виликор чуть наклонила голову набок, словно осматривая богача Арнида. – Тебе больно? Не знаешь, сильно ли занят сегодня лекарь? Ты меня понимаешь? Нет? – Богач глянул на Виликор исподлобья и покачал головой. Виликор вздохнула. – А вот если я сломаю тебе руку? Или ногу? Хочешь узнать, насколько сильнее станет боль?

– Нет, Виликор, нет, – Арнид даже побледнел, разом став спокойней. – Всё понял. Говори – кого.

Забавно было то, что всем досталось по одному невольному ученику. А мне трое: Зимион; здоровяк, что говорил о ватагах и лихе; и моего роста кряжистый парнишка. Если меня здесь каждый пытается задеть, называя пастухом, то этот явно простой работяга. Натруженные широкие, с коркой мозолей ладони, въевшаяся в полопавшуюся кожу грязь. Тяжёлая работа с самого детства, даже десятая звезда еще не исправила этих следов.

– Старшая, – я с ухмылкой обратился к Виликор, – если с меня будет так много спрашиваться, то и получить взамен я должен что-то больше, чем спасибо или целые ноги. Мне приятно, что ты с первого взгляда поняла – я умнее остальных в три раза, но где мои баллы за такую помощь тебе?

Меня будто не услышали. Виликор даже не подняла голову от книжицы с правилами Школы. Пускай, ещё не вечер. Я хмыкнул и повернулся к парням. Зимион смотрел с улыбкой, работяга внимательно и насмешливо, крепыш с интересом.

– Давайте знакомиться, – я вздохнул. – Я Леград. Мне двенадцать и я из Нулевого, как все уже поняли.

– Зимион, четырнадцать и тож из Круга.

– Гунир.

Представился крепыш и протянул мне руку. Я с недоумением на неё уставился. Парень вздохнул так, будто я полдня пытался циновку на его окне раскрепить перед бурей.

– Среди ватажников есть своё приветствие – предплечья пожать. Знак доверия. Сойтись на расстояние удара и показать, что не держишь зла. Вот так, – и мне показали, ухватив за руку и подержав.

– Ясно, Гунир, – я ответно сжал его руку и кивнул. – Спасибо за объяснение. Тебе сколько?

– Четырнадцать. Тут всем четырнадцать, кроме тебя и той, – он кивнул себе за спину. – Все, кто хоть на полгода старше, уже во втором классе.

– А сколько их всего?

– Шесть.

– Я Мир, – мне сунули руку и ухватили уже по-другому, за кисть. – У нас так в деревне здороваются.

– Ясно, – я освободил руку. Странное ощущение, будто пожимал кусок шершавого камня. – Давайте расскажите, хоть читать, писать умеете?

– Э, нет. Наш черёд спрашивать, – Гунир покачал головой. – Чего там старшая про твои сотни схваток языком чесала?

Зимион заухмылялся:

– Ха! Да я его вчера об этом пытал, сегодня пытал. Теперь не уйдёшь! Вообще, ничё учить не буду, пока не расскажешь. Делись давай!

Я беспомощно покачал головой, глядя на улыбающиеся лица парней. Будто дети малые. Очень на Лейлу похоже. Вздохнул, огляделся. До нас никому не было дела. Ладно. Перестать скрывать свои успехи тоже нужно учиться.

– Между нами, – оглядел всех, убеждаясь в согласии.

– Могила, – качнул головой крестьянин Мир. Остальные ограничились кивками.

И я начал с самого начала:

– Мне тяжело давалось Возвышение…

– Чё?! – выпучив глаза, перебил Гунир.

– Не ори! – я снова оглянулся и встретился взглядом с Виликор. Слышала выкрик? Впрочем, она через мгновение вернулась к чтению. – Мне рассказывать?

Крепыш Гунир кивнул, Зимион демонстративно закрыл себе рукой рот. Только Мир спокойно сидел на столе и молча глядел на меня.

– Мне тяжело давалось Возвышение. И чтобы, – я замялся на миг, – быстрее возвыситься, я принялся приманивать зверей и убивать их. В схватках. Ну, слышали, может: «Чтобы преодолеть застой – сражайся с сильным противником»? Проверяющие в Пустошах часто такое советуют.

– Зашибись! Слов нет, – Гунир потёр руки. – Как увижу батю, расскажу ему эту байку.

– Хочешь, верь, – я пожал плечами, стараясь не показать, как меня задело его неверие, – хочешь не верь.

– Не-не-не! – замотал головой Гунир. – Я тебя перед глазами сам вижу. Виликор всё сказала про тебя. Верю! Это так называется. Всё чего за кружкой пива травят – это и есть байка. Про тебя будет – во! – мне показали большой палец. – Вечер ватаге скрасит.

– И сколько у тебя было звёзд, когда ты начал со зверями? – Зимион прищурился, оглядывая меня, будто впервые увидел.

– Восемь.

– Сотни, значит.

– Всего сотня, – отрицательно покачал головой. Мне лишнего не нужно.

– Они ж у вас этапа Закалки? – уточнил Гунир.

– Ага, прикинь! – Зимион ухмылялся от уха до уха. – Леград – монстр!

Гунир сморщился, услышав эти слова, передёрнул плечами и сделал перед собой странный жест, словно отмахиваясь от чего-то. Затем одобрительно кивнул:

– Не буду выведывать, на чё ты такую кучу зверья приманил. Молодец, чё сказать. Тебя бы вторая, – поперхнувшись, Гунир тут же поправился, – второй дядя взял без разговоров в ватагу. Таори любит лихих ребят.

– Я решил посвятить себя Ордену, – я улыбнулся. Не знаю, что это за ватага у Гунира, но город принадлежит Ордену и я добьюсь в нем высокого положения.

– Да понял уж. Шансы у тебя отличные. А вообще, повезло, что зверь-Воин не пришёл.

Я помялся, но похвастаться хотелось, рассказать хоть кому-то. Начав, что уж останавливаться на полпути. Я ещё раз огляделся по сторонам.

– Между нами.

– Да ладно! – Зимион хлопнул по бёдрам ладонями и в голос заявил. – Охренеть!

– Слово, – Гунир ткнул в бока остальных парней.

– Слово. Слово.

– Пришёл, – я сделал паузу. – Скорпионий Шипастый Мад.

– И? – Гунир прищурился.

– Шкура дорого ушла. А лезвие я себе оставил.

– Охренеть, – теперь скорее прошептал, чем сказал Зимион, глядя на меня круглыми глазами. – Не верю.

– Да я не заставляю верить, – я снова спокойно пожал плечами. Не буду доказывать. Я рассказал, а остальное не важно. И не буду больше обижаться на неверие. Самому было наутро удивительно, что цел остался.

– Не верю своим глазам! – перебил он меня. – А Тогрим ещё грудь выпячивал да хвастался. Придурок!

Может быть он еще много чего хотел сказать, но раздался крик Виликор:

– Класс! Встать!

Последнее занятие сегодня сильно напомнило мне мои работы по поиску камней в пустошах. Очередной учитель с усмешкой принялся раздавать всем небольшие заплечные мешки из толстой, в палец кожи. Его смех я понял, когда Виликор, с её двенадцатью звёздами, не удержала мешок в руках. Похоже, внутри что-то из материалов, отмеченных Небом.

Каждому достался груз немногим тяжелее, чем он мог самостоятельно поднять на экзамене. Нашлись возмутившиеся, но лишившись баллов, которых у них ещё даже не было, все предпочли замолчать, придержать вопросы и недовольство. Принялись помогать друг другу вздеть на плечи груз, пока не дошло до плетей. Я видел взгляды парней и девушек на колокольчик на столе. Именно так называлась штука, которой Иглис вызвал наказующих.

Нагрузившись, мы приседали, прыгали, в конце просто ходили с этими дарсовыми мешками за спиной. Вроде мы все были равными Закалками, но нашлись те, кто едва плёлся, согнувшись под тяжестью мешков. Нас мучили не меньше половины дня, и к уходу учителя почти весь класс лежал совершенно обессиленный. Почти. На ногах осталась Виликор и я.

Я даже не так уж сильно и устал, ощущая в себе силы ходить с этим грузом ещё пару тысяч вдохов. Всё это напоминало мне мою непрекращающуюся беготню в последние недели перед экзаменом и путешествия за солью на ту сторону реки. Только тогда не было подгоняющего учителя за спиной и его ускоряющих пинков.

Со стонами и ахами парни и две наши девушки буквально заползли, вытирая собой пыль, с камня площадки на настил навеса. Кто так и остался лежать, распластавшись на старых щелеватых досках, кто нашёл в себе силы подняться и лечь на стол или скамью, но пройти ещё десять шагов до двери, за которой были наши койки, никто не смог. Из моих знакомых ребят, только Гунир выглядел живым, оставшиеся лежали ничком. Виликор оглядела эту картину, смерила меня равнодушным взглядом, хмыкнула и развернулась обратно к тренировочной площадке. Я проводил её взглядом, поглядел, как она села, скрестив ноги, лицом в сторону скрывшегося за краем стены заходящего солнца, и, решившись, пошёл к песку.

– Виликор, у меня к тебе просьба.

– Говори.

Она снова не открыла глаз, как вчера. Неприятная привычка.

– Трое парней – это много. Не могла бы ты дать мне пару уроков?

– Ты не первый такой. Ответ – нет.

– Почему?

– У меня нет времени на подобные глупости. Учись сам. Жди уроков от учителей. Почуял силу? Выходи на ринг биться со мной. Сможешь чему-нибудь научиться в схватке – молодец. Нет? Присоединишься к этим неудачникам, – она махнула рукой в сторону парней, что по-прежнему валялись под навесом.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

сообщить о нарушении