banner banner banner
Мастер многоходовок
Мастер многоходовок
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Мастер многоходовок

скачать книгу бесплатно

Мастер многоходовок
Вероника Сергеевна Меньшикова

Три ключевых игрока: Султан Гохан, советник Мирза и девушка Марьям. Кто из них и есть мастер многоходовок? История не претендует на звание исторической: здесь понамешаны разные эпохи так, как нравится автору.

Вероника Меньшикова

Мастер многоходовок

Предисловие:

Моя книга ни в коем случае не предполагает исторической точности.

Последнее время меня вдохновляла тема гаремов и гладиаторских боёв: так почему бы не смешать одно с другим, чтобы показать все прелести рабства?

Вы можете найти отсылки к знакомым фильмам и сериалам – созданная мной вселенная, увы, не уникальна. Уникальны лишь герои и их отношения, здесь нет отсылки ни к одной исторической личности.

Мир двух властных, богатых мужчин переворачивается из-за случайной девчонки, и всё катится в тартарары. Здесь будут многоходовки, интриги и выбор – жаркий, опаляющий огонь или тёплое, ласковое солнышко?..

Предупреждение: герои злоупотребляют алкоголем и опиумом.

Приятного прочтения!

Глава 1 – Знакомство с главными героями

Гохан – 26-летний Султан Страны Востока. Он молод, у него нет ни одной жены, но гарем полон красавицами на любой вкус. Гохан высок, строен, умело владеет мечом и ездит верхом, но понимает, что он далеко не лучший в сражении. Гохан осознаёт, что он хороший стратег, тактик и полководец, он знает, что наделён трезвым, холодным, острым умом. Но признаёт, что ему очень далеко до недавно почившего отца и даже до старших братьев, которые погибли, не успев взойти на трон, но успев проявить себя в политике.

Добрым и милосердным правителем Гохан себя точно не считал, но не видел в этом проблемы. Скорее, даже видел преимущество. Мягкотелый правитель приведёт страну к упадку и коррупции, а Гохан-то точно наведёт в стране порядок, несмотря на то что подданные приняли нового Султана почти враждебно.

Гохан также не считал себя девичьей мечтой (умение признавать горькую правду было одной из его лучших сторон): его лицо было типичным лицом мужчины его нации и возраста – соболиные брови, иссиня-чёрные волосы, карие глаза, смуглая кожа, короткая густая борода… Его нельзя было назвать некрасивым, но какого-то отпечатка принадлежности к аристократии в лице Гохана не было. Конечно, наложницы всячески демонстрировали свой интерес, желание и любовь, но было бы так, будь у него другое происхождение, положение, не будь у него дворца и слуг? Уж точно нет. Будь он рабом или купцом, его жёсткие черты отпугнули бы тех же самых женщин, которые улыбались ему в лицо сейчас.

В душе он проклинал своё положение и этот гарем, мечтал о семье, мечтал о взаимной любви… Но он точно не хотел себе в этом признаваться, и постепенно смирился с тем, что он имеет то, что имеет: ни одна женщина вокруг не стоит его доверия.

Единственным человеком, которому Гохан доверял, был…

Мирза – ближайший друг и советник Гохана. Он был не королевского, но благородного происхождения. Когда Мирзе было 8, а Гохану 7, отец Мирзы приехал из соседней Страны Востока с дипломатической миссией, чтобы заключить союз двух государств. Ему это удалось в полной мере.

Отец оставил Мирзу во дворце не на правах слуги, а на правах друга, будущего доверенного лица самого Султана, важного человека в государстве, лишь чуть-чуть уступающего Шехзаде.

Отец оставлял мальчика одного в совершенно другой стране, с той же религией, но с другим языком, с другой историей… Но даже будучи восьмилетним, Мирза без единой слезы смирился с приказом отца: он был послушен, подчас даже слишком. Сначала он слушался родителей, потом Султана и его людей, потом подросшего Шехзаде… по правде говоря, своего мнения и позиции у него толком не было: когда Гохану нужны были поддержка и безоговорочное одобрение, бесспорно, Мирза был лучшей кандидатурой на эту роль. А вот когда Гохан сомневался в собственных решениях, и ему нужен был рядом человек с острым умом, Мирза лишь поддакивал. Не потому что он боялся Гохана: ему было нечего предложить и нечем возразить.

Зато в бою именно Мирзе не было равных: чуть менее высокий, но более крупный, более сильный, Мирза опережал своего господина в боевых искусствах. Оба прекрасно осознавали это, и оба вполне успешно делали вид, что явного превосходства советника над господином не замечают. Ещё Мирза был гораздо приятнее в общении и дружелюбнее: он с лёгкостью располагал к себе людей и был душой компании. Если бы Мирза был претендентом на престол, конечно, Гохан бы относился к близкому другу гораздо, гораздо настороженнее… Поскольку претендовать на престол Мирза никак не мог, Гохана положение вещей почти устраивало.

Ну, и, конечно, с внешностью Мирзе повезло гораздо, гораздо больше, чем Султану: у обоих были одинаково густые бороды, почти одинаковый цвет волос, глаз и тон кожи, но… внешность Гохана была грубоватой и пугающей, а Мирза был наделён тонкими, правильными, изящными чертами лица. Он привлекал внимание множества девушек отнюдь не из-за родословной или кошелька: Мирза выглядел, как ожившая мечта о прекрасном принце. А уж стоило ему преданно посмотреть большими карими глазами в глаза случайной знакомой пару раз и произнести слова любви… Тут таяла каждая. Но слова любви почти никогда не звучали искренне, а даже если в порыве парню и казалось, что он по-настоящему влюбился, то наутро это чувство бесследно улетучивалось.

И, разумеется, Марьям – тёмная лошадка. Не только для читателя: даже для автора в данный момент образ героини ярок, но неясен до конца. Начну с того, что Марьям – это даже не её настоящее имя.

В мире, где женщина почти бесправна, Марьям становится полноценным игроком, преследующим свои цели. Она кажется всесторонне развитой настолько, что аж зубы сводит: она владеет и чисто женскими искусствами, вроде манипуляций, соблазнения и плетения интриг, но старается действовать прямыми и силовыми методами, применять которые подчас опасаются даже мужчины. Её выделяет не только это.

Девушка скрывает явный дефект, известный только очень узкому кругу: фактически, всего четырём людям, включая её саму. Она стыдится себя, хотя, глядя на неё в это очень сложно поверить.

На момент начала истории ей 25.

Итак, читатель познакомился с ключевыми фигурами этой истории. Уверена, каждый составил своё мнение о героях, которое, надеюсь, мне удастся изменить по мере написания повести хотя бы пару раз. Приятного прочтения.

Глава 2 – Невольничий рынок

Гохан лично приехал в сопровождении делегации на рынок рабынь, чего никогда до этого не делал. Те наложницы, которых для него выбирали его люди были, несомненно, красивы, но ни одна из них не была в его покоях больше одного раза. Их близость не приносила ни физического, ни морального удовольствия: Гохан просто не хотел прослыть импотентом, поэтому периодически подзывал их в покои. У него теплилась надежда на то, что если он лично подберёт рабынь по своему вкусу, они будут в большей степени соответствовать его ожиданиям. Он сам посмеивался над своей наивностью, но попытка не пытка.

И одна девушка привлекла его внимание: она не выделялась одеждой, но, если остальные робко опускали взгляд, то она смотрела прямо вперёд, даже не просто смело, а с вызовом. Она была объективно красива хотя бы на лицо: фигуру не позволяло рассмотреть платье, которое висело, как балахон. У неё были прямые и блестящие каштановые волосы, длиной до поясницы, свободно перекинутые на одно плечо, лицо с точёными скулами, светлая кожа, не тронутая загаром, и огромные, выразительные глаза. Цвет глаз был ярко-зелёным, тёмные брови с изломом и густые длинные ресницы ещё больше подчёркивали хищный взгляд.

Гохан на секунду подумал, что он оробел рядом с этой безродной рабыней, но тут же затолкал эту мысль как можно глубже.

– Я хочу взять эту, – Уверенно произнёс он, не слезая с лошади, – Сколько?

Торговец назвал баснословную сумму. Мирза довольно громко присвистнул за спиной Гохана.

– Она явно красивее и породистее их всех, но, чёрт возьми, за что брать такие деньги? Что такого она умеет, чего не умеют остальные? Она была опытной шлюхой в борделе? И, замечу, что если остальным лет по 15-16, то этой явно больше двадцати.

– Она продаётся не в качестве наложницы. Она продаётся в качестве воина, по силе равного мужчине.

Гохан не стал смеяться, поэтому и Мирза подавил смешок. Султан скомандовал:

– Мирза, с собой тренировочные мечи?

– Да, повелитель.

– Если девчонка победит моего человека, я её куплю и заплачу в три раза дороже.

Мирза с опаской протянул меч девушке, когда слез с коня. Конечно, он не боялся малявку, возомнившую себя воином. Он не знал, что сделает Султан с девушкой, если Мирза победит. К тому же, ему самому пришлась по вкусу незнакомка.

Мирза принял решение поддаться.

Воин в два раза медленнее, чем мог, занёс меч так, чтобы она, если обладает хоть какими-то навыками, смогла увернуться. Но скорость девушки была впечатляющей: она резко пригнулась, нанося мечом удар по пальцам другой руки соперника, чтобы тот не смог защититься, тут же оказалось сбоку и приставила меч остриём к шее соперника настолько точно, что надави она кончиком даже тренировочного меча, противница проткнула бы сонную артерию мужчины.

– Я держу слово, – Произнёс Гохан и отсыпал торговцу ровно в три раза больше, чем он просил, никак не выразив эмоций внешне.

Зато Мирза смотрел на девушку с удивлением и явной толикой восхищения. Пусть он и поддался, но подобные скорость и точность поразительны даже для мужчины. Она явно сумела удивить, но Мирза никак не мог понять, что испытывает господин по поводу ситуации, и это угнетало советника.

– Она стоит этих денег, как наложница? – Наконец, спокойно произнёс Гохан, обращаясь к мужчине-торговцу, – Я не отрублю тебе голову и не заберу деньги назад. Скажи, как есть.

– Я продаюсь только в качестве воина.

И это было неслыханно. Говорить таким тоном с Султаном не имели права даже близкие родственники, а не то, что живая вещь.

– Да как ты смеешь, дрянь…

Работорговец замахнулся на девушку кулаком, но та быстрым и отточенным движением ноги ударила его по переносице и мгновенно повалила на землю.

К удивлению всей делегации, Гохана это… позабавило.

– Я во дворце разберусь, для чего именно я тебя купил. Тем не менее, я тебя купил. Мирза!

– Повелитель?..

– Сажай её в седло впереди себя, с тобой поедет.

Мирза поразился больше всех: Султан имел все основания для того, чтобы не просто повести рабыню пешком до дворца, он имел все основания казнить её на месте!

Неужели… Он всё-таки…

– Мирза, не стой на месте. Хватай девчонку и сажай в седло.

Конечно, Мирза послушался, а девушка без малейшего стеснения приняла то, что оказалась в седле, предназначенном для мужчин, в платье.

Мирза специально чуть отстал от остальной делегации, чтобы уделить внимание незнакомке. От неё веяло сексом, но эта энергия была непривычной: слишком жёсткой, слишком агрессивной, она в какой-то степени ощущалась даже как мужская, а не как женская. При этом девушка не пыталась флиртовать: она держала настолько далёкую дистанцию, насколько это возможно, сидя в одном седле с мужчиной, не пыталась заговорить или невзначай коснуться руки… Увы, Мирза не выдержал и заговорил сам:

– Тебе действительно плевать на то, что тебя в любой момент казнят? Умерь пыл и прояви уважение.

Повисла пауза. Сначала парень подумал, что собеседница не ответит, но вдруг она спокойно произнесла:

– Ты абсолютно прав. Я буду аккуратнее.

После такой вспышки – и тут же явное проявление покорности. Вот тебе и раз! А, может, она хочет быть покорной именно рядом с Мирзой?..

– Как тебя зовут? – Спросил он.

– Марьям, – Назвалась она.

– Ты исповедуешь нашу религию? По внешности и акценту мне показалось, что ты из Западной Страны.

– Я действительно из Западной Страны, и это не моё настоящее имя. Но в вашей Стране я предпочитаю представляться этим именем. Настоящего, извини, не скажу.

Мирза добродушно произнёс:

– А я Мирза.

– Очень приятно, – Мягко и вполне искренне сказала девушка, – Я буду рада, если мы найдём общий язык, и ты поможешь мне освоиться.

– Я помогу тебе, если только тебя не отправят в гарем. Туда мне путь закрыт.

– Меня? Не отправят.

Мирза нагнал делегацию: буквально минут через десять все уже будут во дворце.

Глава 3 – Окончательный выбор

Сам Султан зашёл в ту часть гарема, где были абсолютно обычные наложницы, жившие далеко не в роскоши. Украшений на них не было вообще, платья же были максимально простыми, хотя и новыми, и чистыми. Все девушки были значительно младше Марьям, что она про себя отметила. Она всё ещё была привлекательной, но уже не юной. Девушка не переживала по этому поводу: у неё более зрелая красота, в ней гораздо ярче проявляется «порода».

Мирзе путь был действительно закрыт в эту часть дворца, а Гохан сделал те же выводы о красоте Марьям, что и она, но, конечно, не озвучил этого.

– Личное предупреждение для иностранных пленников, – Произнёс он с явным сарказмом, – Это – гарем. Чистота, изучение этикета, языка, искусств. Возможность ходить на хальвет и получать за это лучшие наряды, лучшие украшения, жить в роскоши. Ты можешь быть наложницей, и тебе будет хорошо. Относиться к тебе как к полноправному воину, которому можно доверять, я точно не буду. Две дороги – наложница или гладиатор.

– Гладиатор, – Тут же выпалила Марьям.

Воцарилась гробовая тишина, видимо, выбор Марьям шокировал всех. Девушка порадовалась, что никто не выдал что-то вроде драматического вздоха и не разыграл фальшивый обморок.

– Гладиатор, – Якобы, равнодушно, пожал плечами Гохан, – Я снова лично покажу тебе условия проживания для этих рабов.

Он провёл Марьям прямо на тренировочную площадку, где нещадно палило солнце, а мускулистые мужчины тренировались до седьмого пота. Наставник чаще бил их кнутом, чем давал дельные советы или позволял выпить воды.

– Вон там, – Указал Гохан на максимально пугающие клетки, – Они живут. Не буду сгущать краски, сама всё прекрасно видишь. Кстати, отдельное место тебе никто не выделит – будешь спать рядом с мужчинами, по нужде ходить рядом с мужчинами и переодеваться на глазах у мужчин. Ещё раз спрошу: гарем или арена?

Девушка ответила мгновенно:

– Где я могу взять доспехи, меч и щит для тренировок?

– М-да, – Произнёс Гохан, садясь на кресло в своём кабинете, а не в тронном зале или в покоях. Несмотря на религиозный запрет, алкоголь, в том числе, и крепкий, Султан пил, причём довольно-таки часто. Да и опиумом так или иначе баловался, что уж тут? В этот раз опиума в его стакане не было – просто портвейн.

Мирза относился к религии гораздо серьёзнее: об употреблении одурманивающих веществ он и думать не хотел. Если бы лучший друг был ему ровней, конечно, он бы высказал своё «Фи», но Султану-то его не выскажешь.

И тут же он задумался: а дерзкая девчонка смогла это сделать и заставила Гохана играть по своим планам.

Мирза выжидал. Он знал, о чём (о ком) господин начнёт разговор, но не знал, чего именно от разговора ожидать.

Несмотря на то, что Мирза был на год старше Гохана, и дружили они с детства, мысли и намерения Гохана всегда были для парня загадкой. Власть явно накладывала свой отпечаток: Султан, который был на год младше, по сути, представлялся Мирзе собеседником, который в два раза старше и опытнее его.

А вот Гохан почти всегда знал, что на уме у подданого, и это Мирзу подчас очень злило.

– Ты ведь ей поддался? – Спросил Султан, сделав глоток, – Не обвиняю. Просто хочу знать, почему.

– Я… – Мирза понял, что вряд ли сможет скрыть то, что явно симпатизировал девушке, которую выбрал и купил сам Султан, – Мне не хотелось причинять ей вреда.

– Тренировочным мечом? – Вопросительно приподнял бровь Гохан.

– Повелитель… я…

– Да не мямли уже, говори честно! Понравилась?

– Да, – Пробормотал Мирза и добавил, – Я поддался потому что… я хотел, чтобы Вы её купили. Я не знал, что Вы сделаете с ней, если она проиграет глупейший спор, в который сама ввязалась.

– Да я бы и так её купил, – Вдруг признался немного захмелевший Гохан, – Просто конкретно бы сбил цену, вот и всё. И сразу бы пресёк её разговоры о том, что она незаменимый боец. А теперь она находится бок о бок с настоящими, голодными до женского тела гладиаторами, которые в любой момент сделают с ней, что угодно. Сейчас моя цель сделать так, чтобы она не прошла тренировки и бросила чушь об арене.

– А если она их пройдёт?

Мирза сам удивился тому, что он вот так легко и просто возразил Султану. Сам осмелел, что ли?..

Гохан не счёл эту реплику неуместной, он просто задумчиво выдал:

– На арене она умрёт в первом же бою. Ты сам понимаешь.