Нулевой байт

Майк Нереальный

Нулевой байт

«НУЛЕВОЙ БАЙТ»

Глава 1. «Ася»

Каждая революция начинается с кофе и отсутствия сна.

В пять утра тринадцатого марта Ася Соболева сидела в пустом коворкинге на «Флаконе» и смотрела на экран, где её нейросеть в сотый раз выдавала ошибку. Зелёный текст «ОШИБКА: НЕДОСТАТОЧНО ДАННЫХ» мигал с издевательским спокойствием.

— Ну давай же, — прошептала Ася, нажимая «запуск» в сотый первый раз.

Она не спала двое суток. Волосы, выкрашенные в синий, торчали во все стороны, под глазами залегли фиолетовые круги, а на худи красовалось пятно от соевого соуса — с прошлой ночи. Но она чувствовала то странное электрическое возбуждение, которое бывает только перед прорывом. Будто стоишь на краю обрыва и знаешь, что нужно прыгнуть, но ветер слишком сильный.

Вся идея началась с дурацкого спора в институтской столовой. Её одногруппник Костя сказал, что предсказание будущего — это математическая абсурдность, потому что в хаотических системах слишком много переменных. Ася, которая терпеть не могла слово «невозможно», взяла и написала за две недели бета-версию алгоритма на основе внимания трансформеров — того самого, на котором работает GPT, но с одним принципиальным отличием. Её сеть не генерировала текст. Она вычисляла вероятности.

На тренировочных данных (миллиарды постов, новостей, биржевых котировок и даже метеосводок) модель научилась находить паттерны там, где люди видели только шум. Через двадцать часов обучения она предсказала курс биткоина на следующий день с точностью 85%. Ася тогда не поверила — подумала, что повезло. Но когда сеть повторила трюк на следующий день, а потом на третий, и с каждым разом точность росла, она поняла: она нащупала что-то огромное.

Проблема была в данных. Сети нужна была свежая информация в реальном времени — прямо сейчас, не из архивов. А у Аси был только её старенький ноутбук и бесплатный аккаунт в облаке, который кончался через два дня.

— Вдох-выдох, — сказала она себе. — Подумай.

Она открыла телеграм-чат с названием «Мамкины хакеры» — там сидели Костя (тот самый спорщик), её лучшая подруга Лена и ещё пара ребят с их курса. Ася набрала:

Вырубайте мемы. У меня вопрос: как достать терабайт живых данных без денег и без даркнета?

Костя ответил почти сразу:

Кто-то опять не спал. Как насчёт API Твиттера? Без ключа тыщ 10 твитов в месяц — халява.

Мало, — написала Ася.

Лена, которая работала в небольшом стартапе по анализу соцсетей, скинула ссылку:

У нас есть дампы через партнёрку, но нужен корпоративный аккаунт. Могу попросить у босса, если скажешь зачем.

Нельзя, — ответила Ася. — Иначе босс узнает про нейросеть и запатентует себе.

Тогда кради, — предложил Костя. — Шучу, не кради. Но если бы ты украла…

Ася задумалась. Она никогда не ломала ничего серьёзнее школьной сетки. Но в теории знала, что утечки происходят через незащищённые API, которые корпорации по ошибке оставляют открытыми. Если пробросить через парсер…

Но додумать не успела. Экран ноутбука погас, потом замигал странным образом — пошёл какой-то автоматический процесс. Чёрное окно терминала заполнилось строчками, которые Ася не набирала. Это было похоже на удалённый доступ. Кто-то взламывал её машину.

— Какого… — она попыталась выключить ноутбук кнопкой, но не сработало. Тогда она просто захлопнула крышку и рванула шнур из розетки.

Сердце колотилось. Тринадцать минут она сидела без движения, потом осторожно открыла крышку. Ноутбук загружался нормально, никаких следов взлома. Может, показалось?

Но в папке «Загрузки» появился новый файл. Текстовый документ с единственной строкой:

«Если хочешь живые данные — приходи в заброшку на Ходынке. Сегодня в 23:00. Принеси ноутбук. Оденься незаметно. Это не шутка.»

Ася перечитала три раза. Голос внутри говорил: «Не ходи, это ловушка». Но другой голос — тот самый, который когда-то заставил её уйти из дома в пятнадцать лет с одной сумкой и поступить в лучший IT-колледж Москвы, — шептал: «А вдруг там правда есть ответ?»

Она сохранила файл, закрыла ноутбук и пошла искать свой единственный чёрный свитер.

Глава 2. «Парень с капюшоном»

Ходынка в одиннадцать ночи выглядела как декорация к постапокалиптическому фильму. Строительный забор с дырами, брошенные бытовки, редкие фонари, которые горели через один. Влажный мартовский ветер гнал по асфальту мусор и прошлогодние листья.

Ася шла по GPS-координатам, которые вдруг появились в заметках — она не помнила, чтобы сохраняла их. Капюшон натянут на глаза, руки в карманах, в правом — перцовый баллончик, купленный после истории с нападением на подругу.

Заброшка оказалась двухэтажным павильоном, видимо, бывшим магазином. Дверь была приоткрыта. Изнутри пахло пылью, сыростью и — странно — кофе.

— Эй, — позвала Ася. Никто не ответил. — Я пришла, как вы просили. Где вы?

Тишина. Она сделала шаг внутрь. В тусклом свете телефона увидела разбитые стеллажи, груду кирпичей и… человека, сидящего на перевёрнутой коробке с ноутбуком на коленях.

— Привет, — сказал он. Голос был молодой, спокойный, без угрозы.

— Ты кто? — Ася не подходила ближе.

— Сними капюшон, тогда скажу.

— Сначала ты.

Он поднял голову. Свет от экрана упал на лицо — обычное, даже симпатичное: тёмные волосы, чуть азиатский разрез глаз, небольшая ямочка на подбородке. На вид лет девятнадцать.

— Меня зовут Марк, — сказал он. — Я не враг. Я видел твою нейросеть.

— Как ты её видел?

— Ты выложила график точности в свой репозиторий на GitHub. Я слежу за open-source проектами в этой области. Твой код — дерьмо, но идея гениальная.

— Спасибо за комплимент.

— Не за что. — Он усмехнулся. — Я предлагаю сотрудничество. У меня есть доступ к корпоративным данным — через моего отца, он работает в одном очень большом банке. Но мне нужна твоя сеть, чтобы дообучить её на этих данных и… сделать кое-что.

— Что именно?

— Предсказать крах. Не фондового рынка — реального. Люди теряют деньги, компании разоряются, и никто не знает почему. Я думаю, это не случайность. За этим стоит кто-то, кто играет на опережение.

Ася молчала. История звучала как теория заговора из интернета, но в ней было что-то, что заставляло поверить.

— Допустим, — сказала она. — А почему ты выбрал меня?

— Потому что ты одна поняла, что прогнозирование — это не про детерминизм, а про вероятности. И потому что ты не боишься. Ты одна пришла на заброшку ночью одна, хотя могла позвать полицию или друзей.

— Я не позвала полицию, потому что не верю полиции.

— А друзей?

— Друзья сказали бы, что я спятила. И они, может быть, правы.

Он закрыл ноутбук, встал и протянул руку.

— Марк Соболев. Однофамилец? Не знаю. Но у нас одна цель — докопаться до правды.

Ася хотела спросить, почему он скрывает лицо, почему заброшка, почему так таинственно. Но вместо этого пожала руку. Ладонь была тёплой, уверенной.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь — добудем данные, обучим сеть и посмотрим, что она увидит. Если я прав, то в мире, который мы знаем, скоро начнётся ад. И только мы сможем его остановить.

— Ты драматизируешь.

— Я реалист.

Они вышли из заброшки. Ветер усилился, где-то вдалеке выла сирена. Ася вдруг подумала: «Что я делаю? Ведь могла просто выспаться и забыть». Но она знала, что не забудет. Слишком долго она ждала шанса сделать что-то настоящее.

— Давай встретимся завтра, — сказал Марк. — Я напишу.

— Напиши. Но только не ночью. Я спать хочу.

— Привыкай. Спать будешь, когда всё закончится.

Он развернулся и исчез в темноте, даже не хрустнув гравием. Ася постояла ещё минуту, потом пошла к метро. В голове крутились миллион мыслей, но главная была: «Похоже, я ввязалась в историю, из которой живой не выйду». Почему-то это не пугало. Наоборот — волновало.

Глава 3. «Команда»

На следующий день Ася всё рассказала Косте и Лене. Не всё — ту часть, что касалась Марка и возможного заговора. Они сидели в бургерной у Курского вокзала, и Костя, дожевав картошку, выдал:

— Ты серьёзно? Парень с ноутбуком в заброшке предлагает тебе мировое господство?

— Не господство, — Ася закатала глаза. — Расследование.

— А если он псих? — Лена подвинула к себе телефон. — Я пробила его через соцсети. Марк Соболев — есть в ВК, живёт в Москве, учится в МФТИ на втором курсе физтеха. Вроде нормальный. Но почему он связался с тобой, а не с кем-то из своих?

— Потому что я сделала модель лучше, чем у них, — сказала Ася без ложной скромности. — И потому что я не из системы. Я не работаю на корпорацию, не сижу в гранте. Я свободна.

— Свободная дурочка, — фыркнул Костя, но в его голосе прозвучало что-то вроде уважения.

Лена отодвинула тарелку и посмотрела на Асю в упор.

— Если вы решите это делать — я с вами. Но только с одним условием.

— Каким?

— Мы пишем код открыто. Вся история — в блоге. Транспарентность. Потому что если мы что-то найдём, это должно стать достоянием всех, а не оружием в руках очередного Марка.

Ася кивнула. Костя вздохнул и поднял руку:

— Ладно, я тоже в деле. Но если меня отчислят из-за прогулов — ты будешь кормить меня этими бургерами.

— Идёт, — улыбнулась Ася.

Так родилась команда, у которой не было ни офиса, ни бюджета, ни единой внятной цели — только смутное ощущение, что мир на грани перемен, а они стоят у руля.

Глава 4. «Первый запуск»

Следующие три недели команда работала как белки в колесе. Костя арендовал дешёвый сервер на Amazon, Лена натащила данных через знакомых из телекома (легально, через публичные агрегаторы), Ася переписывала код сети, делая его быстрее в десять раз. Марк подключился к их чату и принёс недостающее — банковские транзакции (анонимизированные, как он утверждал) и внутренние отчёты ритейлеров.

— Откуда это? — спросила Лена, когда Марк скинул архив с десятью гигабайтами данных.

— Скажем так, у моего отца есть доступ к некоторым системам. Не спрашивай, как я их получил. Лучше скажи, когда у вас будет готов результат.

— Когда будет готов — узнаешь.

Ася следила за этим диалогом краем глаза. Её смущало, что Марк так легко раздаёт чужие данные. Но жажда узнать правду пересиливала.

В ночь на 7 апреля они запустили тренировку сети в последний раз. Ася сидела в своей комнате в общежитии, на диване валялись пустые банки от «Red Bull», Костя подключился по зуму из дома, Лена — из офиса, где засиделась допоздна. Марк не вышел на связь — он вообще предпочитал не светиться в видеочатах.

— Лосс падает, — сказал Костя, глядя на график. — Смотрите, 0.32. 0.28. Это уже переобучение?

— Нет, — ответила Ася, прищурившись. — Это она начинает понимать.

Через полтора часа модель выдала первые прогнозы. Ася открыла файл, сгенерированный сетью, и пробежала глазами.

— Слушайте, тут странное. Она предсказывает падение трёх компаний на бирже через пять дней. Это не новость — они и так плохо себя чувствуют. Но ещё она говорит, что их падение связано с одним крупным заказчиком, который… — Ася замолчала.

— Что — который? — спросила Лена.

— Который выводит активы. Все три компании. Одновременно. И он же через подставные фирмы застраховал свои потери от этого падения.

— То есть кто-то обваливает эти компании намеренно, — сказал Костя. — С помощью деривативов. Классический шорт.

— Но для этого нужно знать внутреннюю информацию, — Ася понизила голос, хотя в комнате никого не было. — Доступ к отчётам. К закупкам.

— К тому, что есть у отца Марка, — добавила Лена.

Повисла пауза. Тишину нарушил звук входящего сообщения от Марка. Ася открыла: «Я знаю, что вы нашли. Мы должны встретиться. Не на Ходынке. В Парке Горького завтра в 16:00. У фонтана. Только ты и я».

Ася ответила: «Хорошо».

Остаток ночи она не спала. Смотрела на потолок и думала: что, если Марк сам — часть той самой схемы? Что, если он дал ей данные, чтобы вывести на чистую воду отца? Или наоборот — чтобы отвлечь внимание?

Она понимала, что ввязывается в опасную игру. Но отступать было уже поздно.

Глава 5. «Фонтан»

Парк Горького в субботу днём был забит людьми. Ася подошла к фонтану ровно в четыре. Марк уже ждал — в этот раз без капюшона, в серой толстовке, с рюкзаком за плечами.