Темный угол

Темный угол

Глава

Денис

Прошла уже целая неделя с тех пор, как мой младший брат Олег пропал. Он просто исчез в один из вечеров во время прогулки с школьными друзьями. После его пропажи наши родители не находили себе места. В неугасающей панике, граничащей с отчаянием, они ходят каждый день по городу, ищут его, расклеивают листовки, показывают прохожим его фотографию в надежде на то, что хоть кто-то его видел. Они обращались в полицию, но стражи правопорядка пока только разводят руками. Сотрудники делают всё, что могут, но у Олега при себе не было ни телефона, ни смарт-часов – ничего, что помогло бы отследить его. Его телефон нашли на детской площадке, на которой его и видели в последний раз. Судя по всему, он забыл забрать его с собой, когда пошёл куда-то или, не дай бог, за кем-то. Единственное, что было точно известно, – что пропал он в пять часов вечера 10 апреля недалеко от нашего двора. Судя по камерам видеонаблюдения, он зашёл в прилегающий к нашему дому парк, а дальше его след потерялся. Этот парк, расположенный в спальном районе города, всегда привлекал к себе много людей, так что даже если проверять буквально каждого человека, который посещал его в тот день, уйдёт слишком много времени – такого драгоценного, когда речь идёт о пропаже человека.

С момента пропажи Олега весь наш дом и весь район усыпан листовками, на которых напечатана фотография моего брата, абонентские номера телефонов моих родителей и просьба сообщить любую информацию, помочь хоть чем-нибудь. Олег выглядит как любой обычный школьник: небольшого роста ребёнок со светлыми волосами и голубыми глазами. В день пропажи он был одет в простенькие спортивные штаны красного цвета, белую футболку с рисунком и белые кроссовки. Это были все зацепки, которые могли бы как-то помочь найти его. Но сколько таких детей ещё бегает по нашим улицам? Любой человек, которого спрашивали: «Не видели ли вы тут вот такого ребёнка?» – либо отвечал, что, конечно же, видел с десяток таких, либо отказывался отвечать вообще, потому что не хочет лишний раз иметь дело с полицией. Меня всегда поражали люди, которые в минуту бедствия человека стараются держаться на удалении по принципу «крайней хаты». С одной стороны, их можно и понять. Любому человеку вполне свойственно отстраняться от всего жуткого и непонятного. С другой стороны, невольно начинаешь желать, чтобы такие люди оказались в подобной ситуации и столкнулись с таким же тупиком из человеческого эгоизма.

Я старался помогать родителям, но что могу я? Мне всего пятнадцать лет, поэтому всё, что я мог, – это поговорить со своими одноклассниками и помочь расклеить листовки. Однако в какой-то из дней родители решили, что мне слишком опасно находиться на улице поздним вечером, и запретили посещать какие-либо места кроме школы. Паника, вызванная пропажей их ребёнка, приказала им сохранить последнего оставшегося у них ребенка. Поэтому уже две недели я не выхожу из дома никуда, кроме школы. Желая хоть как-то помочь родителям, я разместил пост в одной из соцсетей с просьбой помочь хоть какой-нибудь информацией. Появившуюся у родителей манию можно понять. Я вполне рассчитываю, что она рано или поздно пройдёт, и я снова смогу свободно передвигаться по городу.

Каждый вечер, просматривая свои страницы в интернете, я надеялся увидеть хоть что-то, хоть одно сообщение. Не верилось, что кто-то вот так может взять и украсть ребёнка. Олегу было всего семь лет. Ещё буквально неделю назад казалось, что такие истории бывают только в художественных фильмах или документальных фильмах о маньяках. От осознания, что Олега скорее всего похитили, становилось не просто жутко. Эта мысль пробуждала нечто необычное в глубине души. Это что-то первобытное. Страх не просто за свою жизнь, а за весь свой род. За свою семью. Будто бы ты сидишь в пещере и слышишь на входе чьё-то рычание. И пусть этот кто-то ещё не добрался до тебя, ты чувствуешь его присутствие рядом с тобой буквально каждой клеткой организма. Несмотря на разумность, в такие моменты ты сам становишься загнанным в угол зверем. Беспомощным и не ведающим о том, что ждёт его через пару минут.

С тех пор как Олег пропал, в нашем районе мало что изменилось. Приближенные к нашей семье люди, конечно, рассыпались в сочувствиях и переживаниях, но по большей части наша семья была один на один с этим несчастьем. Не все соседи знали о пропаже ребёнка даже спустя неделю – до тех пор, пока им об этом не сообщили мои родители и участковый. Это и не удивительно: в интернете так много новостей, что такая вещь, как пропажа ребёнка, иногда не просто затирается и забывается в общем потоке информации – она остаётся вовсе незамеченной. Листая ленту новостей, сидя в своей квартире за закрытой дверью, человек чувствует себя отчуждённым от всех этих событий. Всё это для него происходит где-то не в этом мире. Ведь интернет сам по себе – это просто поток информации, который в сущности не оказывает почти никакого влияния на отдельно взятую жизнь. Людей, которые стараются не замечать плохих новостей, нельзя осуждать. Сегодня столько плохих событий происходит по всему миру, что, если гнаться за всем подряд, сам рискуешь стать скопищем плохих мыслей. Я всё чаще слышу, что люди начинают практиковать отказ от новостей и живут исключительно своей жизнью и событиями, которые в ней происходят.

За всё время, которое я провёл, изучая интернет, я убедился, что на просторах социальных сетей нередко можно встретить довольно деструктивные, странные и даже пугающие вещи. Там же, где твои знакомые постят свои счастливые фотографии, находятся и различные психически неуравновешенные люди, которые пытаются сообщить о себе на весь мир, при этом не понимая, что фотографии, записи и видео, которые они создают, могут отталкивать или пугать людей. Преследуемые желанием что-то оставить после себя, заявить миру о своём существовании, они в силу своих отклонений, вероятно, не понимают, что для кого-то их потуги могут выглядеть крайне устрашающе. В один из дней, когда я сидел за компьютером, мне попалась страничка одного из таких психов. Я уже привык к таким находкам и, как правило, не придавал им значения, но именно в этой страничке было то, что привлекло моё внимание. Местность, которая мелькала на фотографиях, была крайне похожа на город, в котором я живу. В общем и целом, это был ещё один сумасшедший, который писал какой-то бред у себя на странице, постил странные изображения, сгенерированные нейросетью, и фотографии с различных городских достопримечательностей. Если долго просматривать такие страницы, невольно начинаешь испытывать эффект зловещей долины. Эти изображения с криво нарисованными детскими лицами, сделанные нейросетью, выдавали больного человека, который не мог нормально сформулировать запрос и создать хоть какую-то адекватную картинку.

Раньше я бы закрыл подобную страницу и продолжил бы дальше просматривать просторы интернета на наличие смешных картинок и интересных новостей. Но меня зацепили фотографии мест с моего района и странные подписи под постами. Все они были примерно одинакового содержания:

«Дорогие родители, сегодня в интернете много неадекватных людей. Прошу вас, остерегайтесь странных людей в интернете.)) Нередко такие люди, публикуя что-то в интернете, могут преследовать жуткие вещи), например, завладеть вашими детьми. Будьте аккуратны. Будьте аккуратны!)!)! В один из дней такой неадекватный человек подойдёт к вашему ребенку. Украдет его. Будет делать страшные вещи. Будет обувать его в латексные высокие каблуки черного цвета, которые так подходят не только женской, но и детской ноге.»

Каждая такая подпись сопровождалась кучей странных и неуместных смайликов. В этот раз я решил запомнить такую страничку и записал никнейм этого человека – «КроликДоктор111». Не факт, что именно этот больной причастен к пропаже моего брата, но стоит попробовать проверить это. Судя по контенту, который он выкладывал у себя на странице, его не сложно заметить на улице. Он носит броскую, цветастую одежду, пытается общаться на молодёжном сленге, и ему явно лет пятьдесят – по крайней мере, его выдают залысина на голове и щетина на лице. Не знаю, стоит ли говорить об этом полиции или родителям. В любом случае, они скорее отнесутся к этому как к бреду очередного сумасшедшего из интернета. Лучше самому попытаться найти хоть какие-то доказательства – может быть, даже фотографии этого фрика. Как раз когда я буду идти из школы, можно будет обратить внимание на некоторые детские площадки, а может, даже зайти в тот парк, где пропал Олег. А потом, когда появятся хоть какие-то доказательства, уже подойду к родителям – вот тогда-то они и обратят внимание.

Кролик

Мне снился сон. Такой хороший. Я снова в этой школе, и меня оставили после уроков. Как же хорошо: есть пара часов, чтобы не идти домой к этой дуре. Вечно пьющей и орущей дуре. Как же я её ненавижу. Лучше посижу, почитаю учебник по физике. По крайней мере, учитель физики у меня хороший. Наверное, единственный хороший человек в этом мире. Как хорошо, что он есть.

Снова звенит будильник. У меня же сегодня выходной. Какого черта я не выключил будильник вчера вечером? Твою мать, какой нормальный человек просыпается в свой выходной ранним утром? Дерьмо. Ненавижу это всё. Надо подняться с кровати, распахнуть шторы. Хотя какой смысл? Чего я надеюсь этим добиться? Идиот. Ненавижу всё это дерьмо.

Недолго полежав на кровати, я решил, что шторы – это второстепенная дрянь, с которой можно и позже взаимодействовать. Пойду хоть умоюсь. Пройдя по узким коридорам своей квартиры, я попал в порядком надоевшую мне ванную. Я вижу эту сраную комнату каждый божий день и вынужден проводить здесь этот сраный ритуал: чистить зубы, бриться, срать. Сколько можно? В отражении зеркала меня снова встретила эта обрюзгшая, мерзкая пятидесятилетняя туша. Мерзкая щетина. Чёртова залысина. Потные и волосатые подмышки. А на хрена их вообще брить?! Как будто бы их кто-то видит. Чем дольше я стою в ванной, тем сильнее чувствую запах пота и немытых яиц. Надо будет как-нибудь принять ванну. Сколько я уже не мылся? Без разницы. На сальном лбу россыпь прыщей, которые преследуют меня всю мою жизнь. Заросшее, отёкшее лицо – снова нужно хвататься за станок. Мать твою! Сколько можно уже?! Может, не бриться сегодня? Да! К чёрту! Пойду лучше на кухню.

Снова эти узкие коридоры. Ненавижу. Я открыл холодильник, и меня обдало лёгкой прохладой и запахом гнили. Твою мать, снова что-то протухло, а эта старая карга не в состоянии прибрать в холодильнике. Плевать. Пожалуй, начну своё утро с бутылки пива. Главное, чтобы эта старая карга не проснулась и не начала снова орать. Ненавижу. Не хочу, чтобы что-нибудь ещё попыталось испортить мне настроение.

Первый глоток. Как хорошо. Это жидкое золото медленно разливается по моему организму, будто наполняя меня жизнью. Хоть что-то хорошее в этой дерьмовой жизни. Я подошёл к окну и стал разглядывать двор. Там бегают детишки. Такие хорошие. Такие беззаботные. Но так нельзя – они ведь даже не думают о своей безопасности. Хотя, наверное, это одна из черт естественного отбора. А рядом их матери. Мрази! Стоят, общаются друг с другом, вместо того чтобы следить за своими детьми. А вдруг их кто-то украдет? Они же потом будут плакать и винить кого угодно, но не себя. Твари! Люди такие нерациональные, такие недальновидные, такие бесполезные.

Второй глоток. Снова хорошо. А ещё хорошо, что та тварь не просыпается. Как хорошо в тишине. Но что-то не так. Как-то неприятно на душе. Что происходит? Ах да. Старый идиот. Тебе же пятьдесят лет, ты работаешь охранником в гипермаркете и живёшь с матерью. У тебя даже жены никогда не было. Ну конечно, не было – все женщины одинаковые, им одно только от мужчин и нужно. А что именно? Да похрен! Третий глоток. Ты ведь даже ничем полезным в этой жизни не отличился. Прожил эти пятьдесят лет зря. Тюфяк. Ненавижу. Кусок дерьма.

Я уже три бутылки выпил. Который нынче час? Мать твою! Десять часов утра, а эта карга так и не проснулась – какая благодать. Может, стоит пойти проверить её? Да, схожу посмотрю, может, она сдохла. Я хлопнул в ладоши и потер их, направляясь в сторону её комнаты.

Пройдя через всю квартиру, иногда спотыкаясь о пакеты с мусором и шатаясь под действием пива, я всё-таки добрался до её спальни. Медленно, со скрипом открыв дверь, я увидел её. Она была синяя. Я подошёл к ней и потрогал руку, попытавшись, как в фильме, нащупать пульс, но в этом не было необходимости. Её старая, обвисшая, морщинистая кожа обволокла мои пальцы, и я почувствовал могильный холод. Отлично. Карга умерла во сне. Не придётся тратиться больше на её водку. Боже! Какое чудо! Я наконец-то один! Как же хорошо – я сам по себе, никто мне больше не указ. Ну наконец-то. На глазах появились маленькие слёзы счастья. Хотя стоп. Снова что-то не так. Ах да! Труп. Плевать, потом как-нибудь вынесу. Какая уже разница – она всё равно больше ничего мне не скажет.