Марк Хармс.

Дом стекла и света



скачать книгу бесплатно

Так вот его секретное оружие – невидимость! Вот как он проникнет во все уголки этого удивительного Дома, вот как он заставит Хэйла ответить за все то, что он сотворил! Вот как он найдет и спасет принцессу Элли! Все дороги открыты перед ним, все двери, он всесилен и всемогущ, он – могущественный призрак, он – бог, спустившийся с небес, чтобы покарать злодеев! Питер ощупал свои черты лица – единственное, чего он пока не может узнать во всех подробностях… Но кому какое дело до его лица, если его никто не увидит?

Опомнившись, он запустил руку во внутренний карман пиджака, туда, куда он сложил все свои бумаги. Извлек конверт и аккуратно вскрыл печать. Это был какой-то импровизированный договор:


“Настоящим договором я подтверждаю свое согласие на проведение операции распыления, т.н. “эсприд”, и отдаю свое тело для проведения этого эксперимента в руки д-ра Коннора Прима, чтобы в состоянии невидимости проникнуть в Дом вместе со своими напарниками и изучить все его тайны. Если же подтвердятся все опасения по поводу Хэйла и корпораций, контролирующих Дом, нужно будет незамедлительно устранить Хэйла и глав этих корпораций на благо всему человечеству”.

Подпись: Питер Блок


Ниже, уже другой рукой, было дописано следующее:


“Я, д-р Коннор Прим, успешно провел операцию эсприд над Питером Блоком. Состояние незаметности продлится ровно тридцать суток”.


Подпись: Коннор Прим


– Как жаль, что я не могу увидеть тебя, – печально промолвил старик, уставив невидящий взор в зеркало перед собой.

– Не стоит жалеть об этом понапрасну, мой дорогой друг! – воскликнул Питер и бросился в пляс. – Обладай ты даже зрением молодого юноши, ты бы не смог меня разглядеть! Меня никто сейчас не сможет увидеть – даже твой всемогущий Хэйл!

Казалось, что его никто теперь не сможет остановить. Он продолжал скакать перед зеркалами, плясать и подпрыгивать, разводить руки в стороны и сводить их вместе – все понапрасну! Зеркало устало принимать образы Питера и просто отказывалось это делать! Доктор Коннор Прим совершил настоящее чудо!

Питер простился со стариком и зашел в зеркальную кабину лифта. На нем было только две кнопки: “Застенье” и “Либерталия”. “Застенье” – выходит, старик мог бы покинуть свою обитель в любое мгновение, захоти он этого? Видимо, это его выбор. С замирающим сердцем Питер нажал на вторую кнопку, хлынул красный свет, подсвечивая буквы, и лифт тронулся. Но как только он отошел от панели, пол начал пропадать из-под ног, а мир стал сжиматься. Голова загудела, мысли вновь стали путаться…


4. Светящийся город

…Снова кошмарный сон поглотил его с головой. Он бежал и никак не мог остановиться; голова была похожа на разоренное гнездо, в котором не осталось никаких мыслей. Люди бежали за ним, а он – от них, все дальше, вперед, по белоснежным коридорам, обложенным плиткой… Что-то постоянно ускользало от него, он не мог его схватить, он не мог почувствовать свои руки, словно это уже был и не он вовсе, а грубая кукла… Крики отражались от стен, оглушая, усыпляя…

– Добро пожаловать в Город Свободы!

Вновь все пропало, словно и не было кошмарного сна.

Как он был рад этому чудесному избавлению! Там, в этих ужасах на обратной стороне своего разума он словно переставал быть собой, куда-то мчась и от кого-то удирая. Еще и эти белоснежные стены, в которых заблуждался взор, не позволяя зацепиться хоть за что-то. Почему ему постоянно снится один и тот же сон?

Он встал с пола – слава богу, не зеркального – держась за голову, хоть она уже и не болела. Перед глазами встал экран, неведомо как возникший на зеркальной стене; с экрана на Питера – а вернее, на то место, где стоял Питер, ведь он был невидим – дружелюбно глядел тот самый парнишка из комнаты старика. Хэйл! Блок никак не мог привыкнуть к тому, что он – вот этот вечно улыбающийся озорной юноша – мог быть злодеем, о котором с таким ужасом рассказывал не по годам старый рабочий. Теперь Питер смог разглядеть его получше: молодое, без единой морщинки лицо, ровные белые зубы, высокий лоб, карие глаза и короткая стрижка, немного курносый и одно ухо чуть оттопырено – словом, обычный юноша, коих миллионы.

– В Либерталии вы найдете все, что государства всего мира запрещают вам под самыми разными предлогами! – Его голос был очень приятным и даже убаюкивающим, а словам сразу хотелось верить… Как только Блок поймал себя на этой мысли, он сразу понял всю силу голоса Хэйла – не каждый обладал столь крепкой волей, как сыщик, и мог легко поддаться его чарам. Нельзя позволить Хэйлу приобрести еще одного послушного сторонника! – Еда, напитки, развлечения, услуги, хобби, работа – все это открыто для каждого жителя Либерталии! Миром Дома правит свобода – окунитесь в нее один раз, и вы больше никогда не вспомните о жестоком и ужасном мире за стенами этой обители! Я – Хэйл, и я никогда не дам вас в обиду!

Внезапно Питера пробрал холод – почему экран разговаривает с ним? Неужели он узнал о его присутствии в лифте? Неужели он обнаружил его, распыленного и отторгнутого всеми зеркалами? Или, возможно, программа приветствия включается автоматически после каждого открытия дверей? Для спокойствия Блок решил принять для себя эту последнюю гипотезу.

Вскоре мерное движение кабины лифта прекратилось. По ощущениям Блок не мог определить, поднялся он выше или ниже, а, может быть, он и вовсе двигался по горизонтали? В этом странном Доме все кажется таким необычным… Двери разошлись в разные стороны, приглашая Питера войти в темный коридор. Помедлив, он покинул кабину и пошел вперед. Спустя несколько мгновений он добрел до темной двери, для открытия которой пришлось приложить некоторые усилия. Наконец, она поддалась, открыв взору Питера грандиозное зрелище.

Стеклянный пол вместо асфальта. Наверху – такой же пол, словно прозрачный потолок, и внизу – то же самое. По стеклу ходят тысячи людей – самых разных народностей и самой разнообразной внешности. Тут и там пол прорезают, словно титанические иглы, огромные небоскребы, чьи корни терялись глубоко внизу, на нижних этажах, стволы проходили перед Питером, а верхушки устремлялись вверх, до самой Страны Чудес. Десятки и сотни магазинчиков, павильонов, торговых центров, памятников, офисных зданий и множество других архитектурных сооружений, которым не придумано имени в его языке. И повсюду – свет: яркий и тусклый, желтый, оранжевый, синий, красный, зеленый, белый, он лился с неоновых вывесок, голографических изображений, огромных электрифицированных плакатов, он лился из пустого пространства и даже с небес, вместо которых здесь были бесконечные слои этажей. Приглядевшись, Питер увидел там, наверху, на следующем этаже сотни двигающихся ног, и то же самое он увидел внизу, под собой – сотни и тысячи голов и плеч. Повсюду было движение – в воздухе летали причудливые дроны-роботы, транслирующие рекламу миллионом разных голосов, на огромных телеэкранах, возвышавшихся над людской массой, один рекламный ролик сменялся другим… Питеру показалось, что он оказался в аду или в раю, потому что такого он не мог представить даже в своих самых безумных мечтах и кошмарах!

Воистину, Либерталия была человеческим муравейником из стекла и света!

Когда удивление спало, Питер заметил группу людей, двигающихся в его направлении. Это были, судя по всему, полицейские – приятная глазу синяя форма, тяжелые ботинки и странные устройства на их поясах сразу навели Блока на эту мысль. Один из полицейских быстро двинулся в сторону сыщика, и тот инстинктивно отпрянул в сторону, приготовившись продать свою жизнь подороже, но оказалось, что полицейский лишь захлопнул за Питером дверь.

– Сержант, здесь открыта дверь, – обратился он к старшему по званию, которого от остальных отличали странные цветастые погоны. – Стоит проверить?

– Возможно, бездомные, – безразлично ответил сержант. – Когда вернемся, нужно отправить сюда дрона. Он возьмет анализы и найдет преступников.

Закрывший дверь полицейский согласно кивнул, и весь отряд неспешно пошел дальше.

Питер облегченно выдохнул. Он все никак не мог привыкнуть к своему “распыленному” состоянию! Однако, какая же странная здесь полиция. Неужели в этом обществе, населяющем Дом, не осталось преступников опаснее, чем бездомные и бродяги, если полиция регулярно обходит периметр всех этажей? Ему предстоит ответить на великое множество вопросов.

Нужно изучить Либерталию, подумал Питер. Возможно, принцесса будет где-то здесь? Он вспомнил, что вместе с ним отправили еще нескольких сыщиков – под его руководством они должны были выполнить опасное задание, но где они все теперь? Он не знает ни их имен, ни того, как они выглядят.

Питер устремился вперед по одной из улиц, вливаясь в постепенно нарастающий людской поток. Жители Дома одевались кто во что горазд – молодежь предпочитала цветастые ткани и вызывающие оттенки, у многих были татуировки, будто в моде теперь было подражание тюремным заключенным. Люди постарше, хоть и в большинстве своем одетые более серьезно, не были единой массой – тут и там проскальзывали молодежные элементы. У Питера складывалось впечатление, будто общество Дома всегда хочет казаться молодым. Он вспомнил слова своего недавнего собеседника: "В Доме нет места старикам". Почему в этом мире их так не любят?..

А еще у всех были маленькие экраны – кто-то периодически вытаскивал их из карманов, с чем-то сверяясь, кто-то не расставался с ними ни на секунду. Некоторые жители Либерталии, казалось, были рабами этих устройств – они постоянно что-то фотографировали или рассказывали, глядя в бездушную поверхность, будто экран был живым человеком, порой пропуская мимо ушей слова своих спутников или вовсе их игнорируя. Впрочем, тех это не обижало – они тоже были привязаны к своим экранам.

Между тем, вокруг становилось все шумнее. Питеру приходилось прилагать немалые усилия, чтобы уклоняться от прохожих, не догадывающихся о его присутствии, но это удавалось не всегда, и некоторые начинали удивленно озираться по сторонам, не понимая, с кем они только что столкнулись. Реклама была повсюду, она кричала, умоляла, зазывала, упрашивала, угрожала и визжала сотнями мужских, женских, детских и иных непонятных голосов отовсюду – со стен небоскребов, с потолка, с плакатов и голограмм; рекламные телеэкраны, большие и маленькие, вдвойне оживляли этот удивительный город в башне.

– Ты хочешь бегать быстрее? Тогда тебе стоит приобрести кроссовки "Райпс" из нашей новой сезонной линейки! А также специальные рельефные…

– "Фудлайн" открывает новую сеть ресторанов сверхбыстрого питания – просто подойдите к прилавку, и робот-повар сам вас накормит! Экономия времени налицо!

– С новыми видеофонами из пятой линейки вы всегда будете в курсе всех событий Дома! На этой неделе – скидка до семидесяти…

– Наши бизнес-тренеры обучат вас, как увеличить вашу прибыль на тысячу процентов!

– Перестаньте сидеть на бесполезных диетах и скорее покупайте тапочки для похудения “Хипп-Он”! Всего полхэйла, и можете распрощаться с ненавистной частичкой самого себя!

– Хочешь красивую мускулатуру через две недели? С микстурой “Чудо-Мускул” ваши мышцы будут разбухать прямо на глазах! Имеются противопоказания: головная боль, тошнота, эпилепсия, судороги, резь в желудке…

– Я купила линзы “АРС” и теперь ничем не отличаюсь от добрых людей Миракулюса! Мой дом превратился во дворец, а вокруг прекрасные мужчины, готовые утолить любой каприз!..

– Учебник по развитию внутренней мотивации! При покупке первых пяти частей – следующие пять частей в подарок! Купите один раз – и забудьте о своей лени навсегда!

– Участвуйте в фестивале “Борец с системой” и выиграйте главный приз – место в Парламенте Дома!

– Очередные Свободные игры! Набор добровольцев! Победивший получает Билет на Новую и Счастливую Жизнь!

– Я уже добился успеха и готов поделиться его секретами с вами – всего лишь отправьте необходимую сумму на электронную карту с номером…

– Умные костюмы – теперь подстроятся даже под вашего кота! Имеются ограничения на массу…

– Участвуй в лотерее “Кадр” и получи главный приз – двадцать пятый кадр с вашим лицом во время ежедневного хэйла!

– Завтраки от “Фудлайна” – специальная фирменная булочка, фирменный кофе в стаканчике, фирменный пончик и лицензированная яичница – всего за семьсот…

– Надоел убогий внешний вид вашей гостиной? Облик вашей жены вызывает панику? Шторы наводят на мысли о суициде? Выход есть! Приобретите линзы “ОКО”, и эти проблемы навсегда исчезнут для ваших глаз!

Пролетавший сверху дрон изрядно напугал Питера своим неожиданным появлением:

– Продавайте свои сбережения, занимайте у друзей и соседей и бегом – покупать билет в новый свет! Корпорация "Мираж" готова подобрать для вас мир, который полностью вас устроит! Поторопитесь: набор первооткрывателя – только на этой неделе!

Опьяненный всеми этими звуками и изображениями людей на рекламных голограммах, которые казались более живыми, чем он сам и другие люди вокруг, Питер хотел только одного – сбежать отсюда подальше. Здесь было намного светлее, чем на поверхности далекой звезды, и шумнее, чем внутри механического оркестра… Подальше от этого шума, болтовни, призывов и экранов… Внезапно он понял, что вновь проваливается в свой кошмар, в котором его голова была переполнена миллионом чужих голосов, и он куда-то бежал, бежал, чтобы поймать того, кто постоянно ускользал от него…Он падает, но ничего не чувствует, повсюду белый кафель, и люди – тоже белые, в бесформенных одеждах, и голоса их тоже белые, стерилизованные и бесполые… Но вот из белого тумана к нему кто-то приближается, слышится его участливый голос: “Наложение личностей друг на друга, Питер. Я ведь говорил вам об этом?”

…Он очнулся в какой-то подворотне. Похоже, в бессознательном состоянии он нырнул какое-то ответвление от главной улицы, и теперь мог со стороны наблюдать за вечной рекламной вакханалией, творящейся на улицах этого бесконечного города. Сотни и тысячи людей куда-то шли, куда-то заходили, бежали и торжественно шагали, но теперь Питер, слава богу, не принадлежал этой толпе. Но как же они могли жить в таком шуме и в окружении постоянно сменяющих друг друга рекламных изображений? Приглядевшись к проходящим мимо людям, Питер заметил то, что поначалу укрылось от его взгляда: почти у всех в уши были вставлены наушники, а на глаза – надвинуты темные очки. Как же он раньше этого не увидел? Какой же это ужасный мир, в котором люди вынуждают друг друга изолироваться от того, что творится вокруг, заглушая зрение и слух! Видимо, старый рабочий был прав, и экраны Дома действительно могли ослеплять и сводить с ума.

Простым созерцанием ничего не добиться. Питер до сих пор с удивлением отмечал у себя в голове, что под ним десятки и сотни подобных этажей, и он может спокойно смотреть туда, вниз, сквозь почти прозрачный пол, облепленный грязными следами сотен подошв. Каково же должно быть высокомерие жителей сверху, которые могли взирать так на всех жителей Либерталии!

Пока он шел, над головой его продолжали жужжать дроны, а реклама продолжала эхом разноситься по закоулкам, в которые он забрел. У этажа была странная планировка: похоже, существовало несколько главных, артериальных улиц, параллельных друг другу, на которых жителей ожидал цифровой хаос, а связаны эти улицы были гораздо менее шумными улочками, в которых, похоже, существовало правило на запрет громких объявлений. На стенах висели десятки живых рекламных плакатов, но шума от них было гораздо меньше, чем на основной улице – люди на этих объявлениях по-прежнему улыбались и были бесконечно счастливы тем, что предлагали купить прохожим – которых тоже было гораздо меньше. В окнах первых этажей он видел людей, занимающихся самыми разными делами – они о чем-то разговаривали друг с другом, чем-то возмущались, любовно ворковали и ссорились, но при всем этом их неизменно окружали экраны разных размеров.

Стены домов, заметил Питер, не казались кирпичными – они были белыми и сплошными, словно идеально высеченными каменными глыбами. Питер коснулся стены – она была приятной на ощупь, немного теплой и даже шершавой. Питер отметил про себя, что в Либерталии было тепло – словно Дом находился в теплом климате, хотя это было не так. Сколько же, должно быть, энергии уходит на то, чтобы обогреть этот невероятный небоскреб!

Тут до его ушей донесся чей-то возмущенный голос:

– Эй, какого черта? Вы не имеете права… Я здесь живу!

Голос доносился откуда-то справа. Питер быстро нырнул туда и обнаружил лежащего на полу оборванца, молодого парня, держащего в руках светящийся экран – должно быть, тот самый видеофон из рекламы. Над ним в угрожающих позах замерли полицейские – те самые, которых Питер видел в первые мгновения своего прибытия в Либерталию.

– Вы прекрасно знаете правила, гражданин! – грозно говорил оборванцу сержант. – Жители Дома должны жить в своих домах! Либо вас провожают обратно в Старый свет!

“Старый свет?” – удивился Питер, – “Должно быть, они имеют в виду весь остальной мир”.

– Я не желаю находиться дома, – бескомпромиссно заявил оборванец. Приглядевшись, Питер понял, что ошибался – человек, лежавший на полу, казался бродягой лишь с первого взгляда из-за одежды странного вида. Но теперь Питер видел, что одежда была чистая и хорошего покроя, хоть и старательно хотела казаться поношенной. Должно быть, одно из течений моды Дома.

– Почему, позвольте поинтересоваться?

– Там повсюду камеры. В телевизоре, в зеркалах у меня в ванной, в потолке… Даже в чертовом фоне! – пожаловался парень, показывая на устройство в своих руках. – Зачем вам столько камер?

– Это одно из условий телевизионного государства, – терпеливо ответил сержант, – и вы это прекрасно знаете. Великий Хэйл и всемогущие корпорации стараются для вашего же блага, собирая информацию о своих жителях, об их потребностях, желаниях и прочем, чтобы улучшить вашу жизнь и предугадывать ваши дальнейшие запросы.

– Могу ли я отказаться от этого?

– Нет. Ни в коем случае.

– В таком случае я предпочту покинуть Дом, – заявил протестующий, отворачиваясь от полицейских. – Ведите меня.

– Как пожелаете, – улыбнувшись, ответил сержант. Он протянул руку, желая помочь тому подняться с земли. Протестующий благодарно принял ее, но, когда он встал, один из полицейских, находившихся за его спиной, стремительно ударил его по шее. Оглушенный парень без чувств упал в руки сержанта.

– Какой глупый житель, – прокомментировал это безобразие полицейский, напавший со спины. Остальные угодливо засмеялись. – Неужели он не знает, что из Дома нет выхода?

– Видимо, он предпочел об этом забыть, – ответил сержант, брезгливо передавая обмякшее у него на руках тело своим подчиненным. – Отведите его в участок к остальным преступникам, ожидающим переправы в шахты, Рейн.

– Слушаюсь, сержант Рой!

Вся группа патрульных покинула переулок.

Питер, безучастно наблюдающий за происходящим, забыл на время, как дышать – настолько он боялся попасться им на глаза. Полиция в Доме действовала подло – по крайней мере, та, которую сейчас имел возможность наблюдать сыщик. Им нельзя было доверять! Но почему сержант сказал, что из Дома нет выхода? Неужели всех, кто недоволен жизнью в этом странном государстве, уводили в шахты?..

Питер решил продолжить свой путь по переулку. Он вернулся обратно и почти добрался до следующей улицы, уже издалека встречавшей его мерным гулом миллиона неживых голосов. На углу стояло одноэтажное здание, на вывеске которого было написано “Домашний очаг”. Ощутив внезапную усталость, Питер решил войти внутрь, осмотреться и, может быть, даже что-нибудь съесть. С этими мыслями он подошел ко входу, дождался, пока внутрь не зашел посетитель, и следом за ним юркнул в уютный, освещенный старомодными фонарями, коридорчик.


5. Убийцы в “Домашнем очаге”

Пройдя коридор, Блок оглядел зал: около десятка деревянных столов, окруженных стульями, в дальнем углу – барная стойка. Народу было немного, и почти все присутствующие сидели за столом в центре – самым широким и, похоже, самым древним во всем Доме. За барной стойкой скучал низкорослый усатый бармен, иногда поглядывая на собравшуюся публику. На стенах были развешены экраны, транслировавшие какую-то ерунду – новости, совещания и говорящих котов.

Питер тихонько, стараясь заглушать шаги, словно кошка, прокрался к столу, ближайшему к центральному, и сел на стул, приготовившись подслушивать разговоры. Он был сыщиком, и ему нужны были данные для того, чтобы спасти принцессу и добраться до Хэйла – а где добыть их еще удобнее, чем здесь, слушая ничего не подозревающих людей?

За столом сидела разношерстная компания, как по внешнему виду, так и по возрасту и поведению. Единственное, что их объединяло – одежда темного цвета и нелюдимость.

– Нам ведь ясно дали понять, Ромо, что деньги будут после дела, – продолжая давно начатый разговор, сказал молодой парень. У него была причудливая прическа – с левой стороны свисали длинные черные волосы, а с правой череп был абсолютно гладкий, будто бильярдный шар. Он, как и остальные его спутники, был одет в черное – широкие походные штаны со множеством карманов, военная темная куртка, массивные часы со светящимися голубыми цифрами. Лицо парня обладало резкими хищными чертами. Когда он разговаривал, он высоко поднимал губы, словно постоянно скалился. – Так что хватит спрашивать у нас, когда нам заплатят. Мы все в одной лодке и знаем не больше тебя!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4