Доказательная магия, или Аптекарь на выезде

Мария Малик

Доказательная магия, или Аптекарь на выезде

Глава 1

Разбушевавшаяся непогода разогнала с улиц всех прохожих.

Раскат грома обрушился на город — тяжёлый и беспощадный, как удар боевого тарана. Он не плыл и не перекатывался, а бил точно, сокрушительно, заставляя содрогаться саму землю.

Звук накатывал волной, сметая тишину: сначала — оглушающий хлопок, от которого замирало сердце, а затем - низкий, вибрирующий грохот, будто под асфальтом ворочался разъярённый исполин.

Этот рокот врывался в окна, тряс рамы, заставлял звенеть стёкла и гудеть провода. Даже массивные кирпичные стены, казалось, сжимались под его натиском.

Миранда бежала домой по пустым улицам.

Каждый её шаг отдавался в груди гулким эхом — будто не только гром, но и собственное сердце пыталось её оглушить.

Новый удар стихии заставлял поджимать плечи и ускоряться. Она бежала прочь от этой огромной, ревущей тьмы, которая словно охотилась за ней.

В последнее время её жизнь сузилась до размеров аптечного прилавка. Миранда совсем недавно открыла свой аптечный бизнес, и он отнимал все силы. Задержки допоздна вошли не просто в привычку — они стали обязательным условием, чтобы удержать дело на плаву.

Маленькая квартира встретила её тишиной и сырым холодом: как назло, утром она забыла закрыть форточку.

Наспех приняв душ, Миранда поужинала надкушенным с утра яблоком и рухнула в постель, пообещав себе завтра же нормально закупить продукты.

Утро наступило слишком быстро.

Проснувшись с раскалывающейся головой и ужасной слабостью, Миранда побрела в ванную. Но стоило потянуть за ручку, как она получила резкий удар в лоб и буквально оглохла от покатившегося металлического грохота.

— Чёрт, свет, похоже, выключили из-за грозы,

— пробормотала она, зажмурившись от боли.

За окном стояла непроглядная темень. —

Спички... в кармане куртки должны быть спички.

Она на ощупь двинулась в сторону прихожей, как вдруг пространство прорезал странный, ни на что не похожий звук.

От неожиданности Миранда потеряла равновесие и грохнулась на пол, больно приложившись головой.

— Смотреть надо, куда прешь! — проворчал кто-то из темноты хриплым, недовольным голосом.

В панике Миранда вскочила и бросилась обратно в комнату, мечтая только об одном - закрыться от непрошеного гостя.

На бегу она зацепилась ногой за ковёр, чудом удержалась на ногах, но запереть дверь не смогла.

Потому что двери... просто не было. Она исчезла, растворившись в воздухе вместе со стеной.

Страх сковал сердце и сдавил горло. Воздуха перестало хватать, и Миранда упала без чувств.

Когда она открыла глаза, то лучше бы она этого не делала.

Миранда лежала на непривычно холодном, каменном полу. А рядом, свернувшись дрожащим калачиком, сидело странное существо.

Это был кот, но совершенно без шерсти — кожа в бесчисленных складках и морщинах делала его похожим на ворчливого старика.

Маленький сфинкс крупно дрожал от холода и обиженно сопел.

Когда первое удивление прошло, до Миранды наконец дошло: она точно не у себя дома.

Да и одежда на ней была чужой — вместо привычной пижамы тело облегала странная, грубая ткань, пахнущая сушёной лавандой и горькой полынью…

Миранда, оглушённая, напуганная, совершенно не могла понять и осознать: что это за наваждение?

Но, будучи от природы доброй и милосердной, она осторожно притянула к себе отчаянно дрожащего кота.

Тело у него было горячим, а кожа на ощупь напоминала нежный персик.

— Какой же ты теплый... какой же ты нежный, — прошептала она, всё ещё не веря своим глазам. — Какой ты бархатный…

На ее слова кот скептически хмыкнул, повел большими ушами и недовольно пошевелился.

— Терпеть не могу девчачьи нежности, — вдруг отчётливо произнёс этот кот-старик хриплым, скрипучим голосом. Он упрямо высвободил лапу и упёрся Миранде в плечо.

— И вообще, ты кто такая и куда дела мою хозяйку?

Миранда от неожиданности едва не выронила живую грелку, но кот лишь плотнее прижался к её груди, упрямо пряча голый нос в складках её новой одежды.

— Ты... ты разговариваешь? — сиплым от страха голосом переспросила она, уставясь на сморщенную мордочку.

— А ты, я вижу, не блещешь умом, — фыркнул сфинкс, высокомерно приподняв лысые надбровные дуги. — Конечно, я разговариваю. А вот почему ты молчишь и где госпожа Агнесса — большой вопрос.

Сила бабахнула так, что у меня чуть уши не отвалились, а вместо неё из дыма вываливаешься ты.

Неуклюжая, перепуганная и... совершенно пустая! От тебя магией вообще не пахнет. Только ромашкой, спиртом и какими-то химикатами.

Миранда судорожно выдохнула, пытаясь унять дрожь в руках.

Профессиональная привычка аптекаря — цепляться за факты и сохранять хладнокровие в экстренных ситуациях — помогла ей не упасть в обморок вторично.

Она медленно подняла взгляд и осмотрелась.

Они находились в просторной, но мрачной комнате с высокими сводчатыми потолками.

На каменных стенах висели пучки сушёных трав, кореньев и гроздья незнакомых ягод.

Вдоль стены тянулся массивный дубовый стеллаж, заставленный сотнями пузатых стеклянных флаконов, глиняных горшков и книг в толстых переплётах.

Воздух здесь был плотным, пропитанным ароматами воска, горьких масел и вековой пыли. Это место было смутно похоже на её аптеку... но только из какого-то дремучего средневековья.

— Я не знаю, где твоя хозяйка, — тихо, но твёрдо сказала Миранда, продолжая баюкать дрожащего кота. — Я просто шла спать в своей квартире.

Меня зовут Миранда.

И я... я обычный аптекарь.

Кот замер. Его огромные желтовато-зелёные глаза округлились.

— Апте-кто? — переспросил он, а затем резко посерьёзнел. — Клянусь всеми мышиными хвостами... Она это сделала. Старая карга все-таки провела ритуал обмена!

— Ритуал обмена? — Миранда нахмурилась, а сердце её пропустило удар. - Хочешь сказать, она сейчас в моей квартире?! На моем любимом диване?!

— Если бы только на диване, - проворчал кот, поудобнее устраиваясь у неё на руках и блаженно зажмуривая глаза от тепла. — Она заняла твою жизнь, дорогуша. А ты - её. И, судя по всему, возвращаться назад Агнесса не планирует. Старая эгоистка давно искала мир, где нет инквизиции, налогов на колдовство и вечно воняющих навозных куч под окнами.

Он тяжело вздохнул, его кожа на лбу собралась в еще более глубокие гармошки, и он посмотрел на Миранду снизу вверх.

— Можешь звать меня Арчибальд. Для друзей

— Арчи, но мы с тобой пока не друзья, так что придерживайся полной формы.

Я — фамильяр этой лавки. И раз уж моя хозяйка испарилась, нам придется как-то выживать вместе. Потому что если местный бургомистр узнает, что Агнессы больше нет, а в её кресле сидит «апте-кто», нас обоих либо сожгут, либо вышвырнут в дикие земли на съедение волкам.

Миранда сглотнула вязкую слюну.

Перспектива быть сожженной или съеденной волками никак не входила в её бизнес-план на этот год.

— Ладно, Арчибальд, — она постаралась, чтобы её голос звучал максимально собранно, хотя руки всё ещё подрагивали.

-Давай рассуждать логически. Я управляю аптекой. Я знаю латынь, химию, свойства сотен лекарственных растений, дозировки и рецепты. Я умею лечить людей от простуды, мигрени и расстройства желудка. Думаю, с твоей лавкой трав я как-нибудь разберусь.

Арчибальд скептически прищурил правый глаз и открыл было пасть, чтобы выдать очередную порцию сарказма, как вдруг снизу, со стороны улицы, раздался оглушительный, бесцеремонный стук в дверь.

Будто по ней били кулаком, закованным в железную латную рукавицу.

— Эй, ведьма! Открывай! — проревел за дверью грубый мужской голос. — Мой господин истекает кровью! Если ты не поможешь ему прямо сейчас, мы разнесем твою лачугу по щепкам!

Арчибальд мгновенно подобрался, вся его вальяжность сошла на нет, а уши испуганно прижались к черепу.

— О, клянусь хвостом, началось... - прошептал он, испуганно глядя на Миранду.

— Это стражники из замка. Ну, «аптекарь», покажи, на что ты способна.

Только учти: магии у тебя нет, а за углом ждет плаха!

Я быстро подскочила на ноги и помчалась к двери, но была остановлена моим сожителем:

— Стой, заполошная! Посмотри на себя.

Лучше подай мне мой костюм! — и он показал наверх, где на углу холодной печи лежал маленький серый комок.

Я развернула его и ахнула — это был миниатюрный халатик, на котором красовался вышитый зелёный листик.

Облачившись в костюм, Арчибальд подошёл к двери, боднул головой массивный крючок и в открывшуюся щель спросил голосом повелителя:

— Что ты гремишь здесь своими железками, Стэн? Ведьма ушла, я за нее!

Стражник по имени Стэн на секунду лишился дара речи. Он так и застыл с занесённым кулаком, уставившись на лысого кота в аптечном халате, который взирал на него с королевским величием.

— За... за неё? — переспросил Стэн, смешно хлопнув глазами. — Ты? Арчибальд, не валяй дурака! Нам не до твоих шуточек. Хозяйский сын на охоте попал под клыки вепря! Рана на бедре страшная, кровь хлешет рекой никакие повязки не держат! Где Агнесса? Нам нужен её колдовской порошок!

Миранда, стоявшая чуть позади в тени коридора, внутренне содрогнулась. Клыки вепря, бедро, сильное кровотечение...

Профессиональный мозг аптекаря мгновенно переключился из режима паники в режим спасения жизни. Если задета крупная артерия, парень просто умрёт от потери крови за считанные минуты. Никакая магия не успеет подействовать.

Арчибальд обернулся к Миранде, и в его больших жёлтых глазах впервые промелькнул настоящий, нешуточный страх. Он едва заметно кивнул ей, безмолвно спрашивая:

«Ну что, аптекарь, покажи, на что ты способна».

Миранда сделала глубокий вдох, расправила плечи и решительно шагнула вперёд, прямо к порогу.

— Агнесса ушла за редкими кореньями и вернётся нескоро, — чётко, властно и без капли дрожи в голосе произнесла она. — Но я её новая помощница. Тащите своего господина сюда, живо! И приготовьте чистые холсты! Арчибальд, где у вас кровоостанавливающие сборы? Нам нужен тысячелистник или пастушья сумка! Срочно!

Кот на секунду опешил от такого командного тона, но тут же подобрался.

— За мной! — скомандовал он, важно шурша своим халатиком, и бросился в глубину лавки к стеллажам.

— Кладите его на стол! Быстро! — скомандовала она, указывая на массивный дубовый стол в центре комнаты. — И обеспечьте мне нормальный свет! Разжигайте факелы, свечи, что угодно. Мне нужно видеть рану!

Стражники, ошарашенные командным тоном хрупкой девушки, беспрекословно подчинились. Стэна будто ветром сдуло — он бросился к огниву. По лавке заметались огромные, безумные тени.

Мужчина на столе глухо застонал. Охотничий камзол был разорван в клочья, а импровизированный жгут из грязных холстов уже не справлялся — алая кровь толчками просачивалась сквозь ткань.

— Так, Арчибальд, — Миранда склонилась над раненым, решительно разрывая пропитанные кровью тряпки. — Отставить панику. Сфинкс ты или нет, сейчас ты - мои Руки и мои глаза. Нам нужно промыть это и остановить фонтан.

Кот в своём нелепом, но внезапно ставшем грозным халатике подскочил к краю стола.

Ворчливая спесь с него слетела, уступив место вековому опыту ведьминского помощника.

— Кровь слишком светлая и бьёт струёй, — быстро зашептал он, принюхиваясь. — Задета большая жила. Если не заговорить...

— Никаких заговоров, у меня нет магии, забыл? Работаем руками, — отрезала Миранда, пальцами нащупывая пульсирующую артерию чуть выше разрыва ткани. Она с силой вдавила подушечки пальцев в пах раненого, пережимая сосуд.

Поток крови сразу ослаб.

— Стэн! Чистую воду сюда! Арчи, тащи тугую нить, иглу и... что у вас здесь вместо антисептика?! Спирт, крепкий настой, хоть что-то!

Кот пулей метнулся к стеллажу.

— На третьей полке, в синей бутыли —

«Слёзы девы», чистейший дистиллят полыни и спирта! — закричал Арчибальд, умудряясь на бегу зубами ухватить завязки кожаного свитка с иглами.

— А для остановки крови — мешок с бурой пылью, это сушёный корень железницы!

Миранда удерживала артерию, чувствуя, как под её пальцами бьётся чужая жизнь. Парень на столе — молодой, бледный как полотно дворянин — приоткрыл затуманенные глаза и хрипло выдохнул: — Ты... не Агнесса...

— Молчи, если жить хочешь, — сурово бросила Миранда. — Твоя Агнесса уволилась.

Сегодня тебя спасает доказательная медицина.

Все происходило как будто без моего участия. Мои руки двигались быстро и уверенно, я обработала руки и рану пациента и немного присыпала ее бурым порошком, так просто — на авось.

К этому моменту Арчи ткнул мне в руки ларец с нитками и иглами, обычными для шитья.

Я на секунду замерла, глядя на этот набор.

Обычные портновские иглы, разноцветные катушки. Никаких хирургических инструментов. Но паника почему-то отступила, уступив место какому-то странному, чужому спокойствию. Мои пальцы сами выбрали самую острую иглу, уверенно продели суровую нить И…

Молодой парень, лежащий на столе, испуганно таращил на меня глаза.

- Спокойно, все хорошо, - ласково, как ребёнку проговорила я, - просто закрой глаза.

А дальше началось чудо. Едва я дотронулась до порванного сосуда, как от нитей пошёл какой-то импульс, парень расслабился или заснул, а я быстро и умело наложила шов, завязала последний узел и аккуратно обрезала суровую нить.

В ту же секунду вся та невероятная, чужая уверенность, которая вела мои руки, бесследно испарилась.

Пальцы мелко задрожали, а к горлу подступил ком запоздалого страха.

Я обессиленно опустила руки и сделала глубокий вдох, пытаясь унять колотящееся сердце. В комнате стояла оглушительная тишина, нарушаемая лишь свистящим дыханием раненого и тихим, уважительным сопением Арчибальда у меня под локтем.

Обернувшись, я наткнулась на ошарашенный, почти благоговейный взгляд стражника Стэна.

Он стоял, буквально вжавшись спиной в каменную стену лавки, и переводил дикие глаза с меня на своего мирно спящего господина.

— Клянусь всеми святыми угодниками... - сиплым шепотом выдавил из себя Стэн, шумно сглатывая слюну. — Ты... вы... усыпили его без единого слова заклинания? Госпожа Агнесса, когда зашивала парней после стычек с разбойниками, орала свои ведьминские вирши так, что здоровые мужики сознание теряли! А вы просто.. погладили?

Я устало вытерла лоб тыльной стороной ладони, стараясь не размазать по лицу кровь.

Сказать ему правду я не могла. Этот загадочный импульс, прошедший от обычных швейных нитей прямо в разорванный сосуд, до сих пор покалывал мои подушечки пальцев. Доказательная медицина моего родного мира здесь явно бессильно развела бы руками. Это было чудо в чистом виде — сплав моей аптечной сосредоточенности и магии этой лавки, которая среагировала на моё отчаянное желание спасти человеку жизнь.

Пока я подбирала слова для убедительного ответа, в дело вмешался мой пушистый сожитель. Арчибальд вальяжно обошел спящего дворянина, с профессиональным видом заглянул в рану, а затем демонстративно шумно расправил крошечные лапки, разглаживая складочки на своем халате. На Стэна он посмотрел с таким высокомерием, будто лично руководил всей операцией.

— Меньше вопросов, Стэн, - строго проскрипел кот-старик, смешно нахохлив лысые надбровные дуги. — Новая помощница госпожи Агнессы не любит пустой болтовни и глупых расспросов. Твой господин спит, его жизнь вне опасности, а рана затянута так аккуратно, как не каждый придворный портной залатает графский камзол. А теперь брысь отсюда! Нам нужно прибраться в святая святых. Забирай своего господина, везите его в замок и уложите в теплую постель. И не забудь передать графу, что за такое ювелирное спасение наследника нашей лавке полагается тройная плата!

- Нет, трогать его нельзя: - почти прокричала я, испугавшись, что стражники своей грубостью и спешкой сведут на нет всю мою ювелирную работу. — Переносите его на скамейку, мне нужно понаблюдать за его выздоровлением!

Стэн вздрогнул от моего резкого окрика и замер на месте, виновато втянув голову в плечи. Мой командный, не терпящий возражений тон подействовал на него безотказно. Похоже, в этом суровом мире люди привыкли беспрекословно слушаться тех, кто обладает тайными знаниями.

Второй стражник, до этого безмолвно стоявший у порога, поспешно подскочил к столу.

Вместе со Стэном они аккуратно, стараясь даже не дышать на раненого, приподняли обмякшее тело молодого господина.

Они осторожно перенесли его на широкую дубовую скамью, стоявшую вдоль каменной стены, и подложили под голову свернутый плащ.

Юноша лишь тихо, безвольно застонал во сне, но глаза так и не открыл — загадочный сонный импульс от швейных нитей всё еще крепко удерживал его в царстве грёз.

Я подошла ближе, поправила край его разорванного камзола и ещё раз внимательно осмотрела шов. Всё было чисто, бурый порошок железницы надёжно скрепил края плоти, и ни одна капля крови больше не просачивалась наружу.

Сердце немного успокоилось: как фармацевт, я понимала, что первый кризис миновал, но пациенту по прежнему требовался покой и строгий контроль. Любое неосторожное движение на ухабистой дороге к замку могло спровоцировать внутреннее кровотечение.

Стэн преданно заглянул мне в глаза, переминаясь с ноги на ногу и придерживая рукой тяжелую рукоять меча.

— Как прикажете, госпожа волшебница— почтительно пробормотал он. — Мы останемся на страже у дверей лавки. Ни одна живая душа не потревожит покой молодого графа. Если что-то понадобится — только крикните.

Они с напарником тихо, стараясь не греметь латами, попятились к выходу.

Стоило тяжёлой дубовой двери захлопнуться за их спинами, как в комнате наконец-то воцарилась относительная тишина.

Гроза на улице, кажется, тоже начала утихать, сменяясь мерным, глухим шумом проливного дождя.

Я обессиленно прислонилась к краю стола и закрыла глаза. Всё тело ломило от дикого напряжения, а голова снова начала подрагивать от пережитого шока.

— Ну надо же... «Понаблюдать за выздоровлением», — раздался за спиной язвительный, но уже куда более дружелюбный скрип.

Я открыла глаза и повернулась. Арчибальд сидел на краю стола, аккуратно обернув лапки своим лысым морщинистым хвостом.

Его крошечный серый халатик с зелёным листиком слегка перекосился набок после всех кувырков. Кот-старик пристально смотрел на меня своими огромными жёлтыми глазами, и в этом взгляде больше не было прежнего презрения.

Только безграничное, глубокое удивление.

— А ты, апте-кто, оказалась не промах, — проворчал он, забавно шевеля безбровыми надбровными дугами.

— Оставить графского сынка прямо здесь, под боком... Смело. Очень смело. И что же мы будем делать дальше, когда этот благородный бездельник проснется и начнет задавать вопросы?