скачать книгу бесплатно
Любовь с джетлагом
Мария Лиховид
Эта книга о любви, чувствах и отношениях, которые с самого начала были непростыми – он в Америке, я в России. Но прежде всего эта история о понимании самого важного человека – себя. Я не буду учить вас любви к себе или рассказывать, как выйти замуж за иностранца. Вместо этого я расскажу историю красивого романа, который помог мне многое понять про себя. Пусть и не сразу.
Любовь с джетлагом
Мария Лиховид
© Мария Лиховид, 2024
ISBN 978-5-0064-0822-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Посвящается моим родителям.
Самый важный человек в жизни – это ты.
Все имена в произведении вымышлены, любые совпадения с реальными людьми, живыми или мертвыми, случайны.
Вступление.
Приступая к работе над книгой, я думала, что пишу об отношениях на расстоянии. Но ближе к концу, пережив все события как будто заново, поняла, что хоть красивый роман и является главной сюжетной линией, книга не об этом.
Мы узнаем себя через других людей. Никакие книги, медитации и регрессии в этом не помогут. Чтобы узнать, какой ты друг, нужно дружить. Чтобы узнать, какая ты мама, нужно стать ею. Чтобы узнать, чего хочется от отношений и какие варианты подходят именно тебе, а не подсмотрены в кино или у подружек, нужно быть в отношениях и иногда позволять людям разместиться в твоем сердце как в пятизвёздочном отеле.
Перед вами моя личная история любви, которая разделила жизнь на «до» и «после». Когда мы познакомились, мне было 26. Хорошее образование, первая работа в престижной компании и для полной картины идеальной жизни не хватало только мужчины рядом. Но не складывалось. До встречи с парнем из Америки я не понимала, чего хочу от отношений. Точнее, не допускала, что есть иные варианты, кроме тех, что наблюдала вокруг: папа и зять взяли на себя финансовое обеспечение семьи, строили карьеру, а мама и сестра посвятили себя детям и решению домашних вопросов. И в голову не приходило, что может быть иначе, ведь все хотят так жить, стремятся к этому, а если утверждают обратное, то только потому, что у них никак не получается «стать нормальными». Ещё не давала покоя любовь как у Баби и Аче в испанской мелодраме о школьниках[1 - Фильм «Три метра над уровнем неба».] – мне уже 26, а я так и не испытала ничего отдаленно похожего на их роман. Сокрушалась, что уже и не светит, ведь «взрослые» так не влюбляются. Но шепну по секрету: этот возраст кажется взрослым тем, кто его не достиг или находится в нем.
Благодаря Тиндеру, который тогда только начал работать в России, в моей жизни появился американец русского происхождения, проживающий во Флориде. Этот роман подарил не только самые сильные чувства, но и познакомил меня с важной частью собственной личности. Но поняла это только написав об этом книгу. Как Элизабет Гилберт отправилась на поиски внутреннего спокойствия, любви и мудрости в путешествие по разным странам, так и я познавала себя через отношения с любимым мужчиной, который был воплощением всего, о чем могла мечтать.
Я не могу предугадать, что именно каждый читатель вынесет для себя из моего рассказа. Качество и суть рефлексии могут быть любыми. Кому-то будет интересно прочитать о любви, которая могла бы стать сюжетом голливудского кино. Кому-то любопытно подглядеть в личную жизнь девушки, которую легко встретить в метро или в очереди за кофе рядом с офисом. Другие посмотрят на себя со стороны, потому что на самом деле мы все очень похожи в своих размышлениях. Но мне бы хотелось, чтобы девушки и молодые женщины, прочитав мою историю, задумались о том, какие они, что им нравится в отношениях, что комфортно, а что нет.
Для счастливых отношений большое значение имеет совместимость, которая имеет мало общего с любовью в её современном понимании. Гормональная эйфория первых лет прекрасна, но на долгой дистанции (в прямом и переносном значении) нужно что-то другое. Слышать и слушать партнера, договариваться и быть уверенной, что, идя на компромисс, не предаешь себя. Если девушка мечтает обустроить семейное гнездо, посвятить себя дому и воспитанию детей, вряд ли ей подойдет в спутники жизни тревел-блогер, который каждый месяц в новом городе или стране. Карьеристке будет сложно с мужчиной патриархальных взглядов, который будет волком смотреть каждый вечер, потому что она пришла ближе к полуночи с очередного совещания, а он ждал ужин из трех блюд два часа назад.
Совместимость партнеров проявляется не только в глобальных взглядах на жизнь, но и в совпадении ожиданий от конкретного романа. Хорошие отношения получаются с тем, кто хочет их строить: пытается договориться и понять, не ходит в грязной обуви по чувствам и ценностям партнера, не сметает «любовью» границы.
Предлагаю вместе со мной понаблюдать, как я пришла к таким выводам. Ведь в любых отношениях мы всё понимаем потом, когда можем спокойно оценить события и решения, принятые на эмоциях. Потому что всё решает послевкусие.
Часть 1. Увидимся через три месяца
сентябрь 2015г.
– Я люблю тебя! – почти прокричал он, как только пограничник сверил мое заплаканное лицо с фотографией в паспорте. Я оглянулась.
Пять месяцев назад мы даже не были знакомы. Но случайный свайп вправо в Тиндере стал вторым «случайным» движением, которое изменило мою жизнь. И вот, я стою в аэропорту Орландо и разрываюсь между тем, что хочется, и тем, что положено. Нужно сделать шаг вперед, убрать паспорт в рюкзак, положить ручную кладь на ленту для досмотра, а затем сесть в самолёт, который унесёт меня в восточное полушарие. Но хочу сделать шаг назад и остаться с любимым. Вопреки всем планам и договоренностям.
Говорят, вокзалы и аэропорты видели больше искренних поцелуев и объятий, чем ЗАГС. Ещё они частые свидетели слёз предстоящей разлуки. Зареванная, потому что не хочу уезжать, и не представляю, как прожить ещё три месяца до следующей встречи, протягиваю красный паспорт миграционному офицеру.
– Мисс, почему вы плачете? Что-то случилось?
– Всё в порядке, – пытаюсь улыбнуться. – Просто хочу домой, соскучилась по родным, – ни к чему распространяться миграционному офицеру, что в паре шагов стоит любимый человек, гражданин США, я хочу остаться с ним, но улетаю, потому что миграционное законодательство против нас. У нас есть хитрый план, как победить юридические хитросплетения ради совместного будущего, но придётся подождать.
Я могла бы остаться по туристической визе на шесть месяцев. Пользуясь таким подкупающим положением закона, большинство эмигрантов приезжают в «отпуск» и остаются в стране, пробуя различные варианты легализации. По открытой статистике только в прошлом году так сделал каждый третий «турист»[2 - https://journals.sagepub.com/doi/pdf/10.1177/233150241700500107 (https://journals.sagepub.com/doi/pdf/10.1177/233150241700500107)].
Может показаться, что получить грин-карту проще простого. Но подать заявление на вид на жительство и получить его – две разные истории. Иногда ожидание заветной карточки с силуэтом Статуи Свободы затягивается на годы и ни к чему не приводит. Перед такими несчастными стоит выбор: ждать до победного без гарантий, что они получат официальное разрешение на проживание и работу, или уезжать с риском больше никогда не попасть в США. Ведь проведя в стране несколько лет вместо разрешенных полугода, турист нарушает закон. В следующий раз миграционные службы могут отказать во въезде в страну или выдаче повторной визы – зависит от того, на каком этапе всплывет неблагонадежная история.
В наши планы не входило нарушать закон. Да и жить вдвоем пока нет возможности. Поэтому нам снова придётся расстаться на время.
– Я тоже люблю тебя, – сказала я одними губами и, послав воздушный поцелуй, положила вещи на ленту для досмотра.
Часть 2. Свидания с разницей во времени
Глава 1. У вас совпадение
апрель 2015г.
«It’s a match!»[3 - У вас совпадение! – перевод с английского.] – объявило пуш-уведомление из Тиндера перед тем, как я вошла в зал кинотеатра.
Появление этого приложения в России произвело революцию в свиданиях.
В 2015 году в центре города часто слышалась иностранная речь от туристов и проживающих в Москве экспатов[4 - Сленговое название для иностранных специалистов, работающих в другом государстве. Чаще используется для обозначения высококвалифицированных сотрудников-иностранцев в международных компаниях.]. Но большинство девушек видели в таких мужчинах билет в другую страну и новенький паспорт. Иностранцы быстро осознали свою востребованность на рынке знакомств, активно им пользовались, но не спешили связывать себя узами: искали необременительных отношений и новых знакомств в неизвестном городе. Русские мужчины тоже пользовались приложением, но проигрывали в виртуальном рейтинге. Кому нужен рекламщик Саша из Москвы, когда есть вариант сходить на свидание с частным пилотом Гербертом, экономистом Сэмом или художником Гильермо?
Мне нравилось, что общение в приложении начиналось только после взаимного лайка. В жизни я не нравилась тем, кто нравился мне. Я была симпатичной, но слава первой красавицы обошла меня стороной. Если бы мне, как в том анекдоте, сказали: «Умные налево, а красивые направо!» я бы пошла налево, не размышляя ни секунды. Как правило в меня влюблялись после общения, а не в мои красивые глаза, обаятельную улыбку или длинные ноги. Тиндер давал возможность совместить лайк моей внешности и интеллекту от одного мужчины, а экспатов я воспринимала как возможность для практики английского или испанского.
Но система не работала.
Можно пошутить лохматую шутку: «На фото ты выглядел лучше», но все парни соответствовали своим анкетам и неловких моментов не было.
Дело было во мне.
В приложение я заходила с регулярностью хипстера, который не представлял свое утро без кофе из Starbucks. Около полусотни чатов привели на десяток первых свиданий, что не так уж много. С некоторыми было и второе, и третье, но дальше общение постепенно сходило на нет. Кто-то действительно искал девушку для серьёзных отношений, но большинство интересовались не обременительными связями. Я же искала близкого по духу человека: к чему перебирать всех мужчин в городе, если можно найти одного подходящего и развивать отношения с ним? К тому же мне не нравятся прикосновения незнакомых людей, так что любые намёки перевести отношения в горизонтальную плоскость через неделю-две знакомства пресекала на корню.
Но я влюблялась, и не потому, что очередной свайп вправо оказывался принцем и воплощением всех моих ожиданий. Меня не выбирали, молча пропадали, это било по самооценке и вместо того, чтобы посылать таких к черту хотя бы в мыслях, я застревала в страданиях по малознакомому парню. Через полтора месяца мне исполнялось 26, но зима в Москве длилась дольше, чем мои отношения. Не то чтобы я сильно переживала по этому поводу. Скорее хотелось быть нормальной в глазах общественности и покончить с удивленными комментариями: «Как это у такой чудесной девушки нет молодого человека?». «Сдох, сука, от счастья», – отвечала я мысленно, повторяя популярный мем.
Все мои подруги пользовались Тиндером, но одна разочаровалась ещё быстрее, чем я. Оказавшись на свадьбе в качестве подружки невесты, она весь день общалась с родственниками жениха. С одним из них сразу завязался разговор. Харизматичный парень был вежлив, галантен и остроумно шутил, так что к концу праздника длиною в два дня подруга загрустила, что он только переступил черту совершеннолетия. С другим родственником на первый взгляд было больше общего – ровесник, симпатичный, ищет отношений, тоже добр и обходителен, но подруга физически не могла находиться в его обществе, что-то отталкивало. Рассказывая эту историю, она заметила, что в Тиндере точно выбрала бы второго. После этого случая она удалила приложение, потому что поняла: совершенно неважно, как человек выглядит. «Если он ведет себя достойно, с ним интересно и комфортно, то это важнее кубиков пресса и милой мордашки», – сделала она вывод. Сейчас я тоже соглашусь, что искать парня по фото глупо. Выбирать мужчину по внешности – то же самое, что выбирать стиральный порошок по запаху: какая разница, какой от него аромат, если вызывает только раздражение?
Но в 2015 году после череды свиданий я не дошла до такой мудрости. Спустя год пользования приложением устала от одинаковых разговоров и развития по одному и тому же сценарию. Очередной мэтч, десятый, с кем встретилась в живую, пропал и перестал отвечать на сообщения. И я решила прекратить поиски Того Самого – раз не получается с личной жизнью, займусь карьерой.
Глава 2. Расскажи о себе
Моим первым местом работы после университета стал зарубежный банк. Потратив на юридическое образование пять с половиной лет, я разочаровалась в индустрии, ведь в жизни всё оказалось совсем не так, как показывают в американских фильмах. Никакой экспрессии, психологического давления на присяжных и судью, виртуозного жонглирования фактами – только монотонное зачитывание документов, которые удалось подготовить. Впрочем, мою работу тоже было сложно назвать творческой – организация занималась корпоративными пенсионными планами для сотрудников международных компаний. Сотрудниками таких организаций ожидаешь увидеть взрослых, состоявшихся людей, для которых пенсия не за горами, а не вчерашних выпускниц. Но большинство моих коллег были либо ещё младше меня, либо старше лет на десять.
Путешественники хорошо знают, что западные пенсионеры живут лучше российских. Они могут позволить себе ездить в другие страны, в то время как в нашей стране пенсия – это синоним слова «выживание». Всё дело в разнице социальных систем. Пенсия от государства и в Европе, и в США не превышает нескольких сотен евро или долларов. Остальное – результат личных накоплений и взносов работодателя в негосударственный пенсионный фонд. На Западео накоплениях на старость начинают думать в самом начале карьеры, а не за десять-пятнадцать лет до выхода на пенсию.
Начинать трудовой путь в международной компании много лет считалось большой удачей. Хороший коллектив, понятная и близкая мне корпоративная культура, основной которой было уважение к сотрудникам и дружеский тон в общении. Отличный вариант для первой работы, но я и сама не до конца понимала, что имею в виду, решив сфокусироваться на карьере. Я была в самом низу корпоративной лестницы, которая вела в неизвестность через нормированный рабочий день с девяти до шести и строгий дресс-код. О какой карьере я думала? Прекратить активные поиски второй половины и найти хобби – пожалуй, так себе это представляла.
Но сердце болело из-за очередного парня, а лучший способ забыть мужчину – найти другого.
Экран телефона светился призывным уведомлением, что кандидат на эту роль найден. Я не собиралась никому морочить голову, но хотела приятной переписки, которая поможет отвлечься от печальных мыслей. Но в последний момент палец завис над уведомлением. Может, не надо? «Это в последний раз», – сказала я себе.
Мэтч оказался симпатичным темноволосым парнем, у которого в профиле было три фото. Первое – черно-белое селфи. Уверенный взгляд темных глаз, высокий лоб, уголки тонких губ подняты в улыбке. Похож на ботаника, тем более, в прямоугольных очках Ray Ban. Второе цветное фото запечатлело его в полный рост на пляже. Окруженный пальмами на заднем фоне, он стоял не то на веранде, не то на мостике и смотрел вдаль. Высокий, симпатичный, и без очков похож на Бена Барнса[5 - Британский актёр.]. На третьем черно-белом снимке он спрятал лицо за профессиональной камерой Leica.
Матвей, мой ровесник. Учится на медицинском, увлекается фотографией, техникой и в поисках интересной беседы. Внимательно изучив профиль, я увидела, что нас разделяет 9 360 километров, но непонятно, в какую сторону: он в Штатах или на Бали? Что он там делает? И почему пишет оттуда? Наверное, в отпуске и решил заранее подготовить себе свидание перед возвращением. За год использования приложения часто встречала подобные профили.
Но это был не тот случай. Матвей учился во Флориде, подразумевая, что живет там постоянно, не только во время учебы на анестезиолога-реаниматолога. Я недоумевала: зачем парень из Америки знакомится с девушками из России? Но выяснить это сразу не получилось, переписка закончилась, не успев начаться: «Маша, у меня сегодня выходной, не смогу переписываться, нужно сделать кое-какие дела. Напишу тебе завтра. Желаю хорошего вечера».
Я усмехнулась. Разница во времени не оставляла надежды на нормальный диалог, а ответы через несколько часов быстро сведут на нет любую коммуникацию. Для полноценного общения оба должны быть онлайн, иначе будем высасывать из пальца реакции, вопросы и темы. Я не сомневалась, что через неделю-две переписка сойдет на нет. Идеально, чтобы отвлечься от очередного исчезнувшего парня и удалить приложение, когда разговаривать станет не о чем.
На следующий день переписка продолжилась. Было интересно пообщаться с эмигрантом, тем более, с такой необычной профессией. Матвей учился последний год, но, чтобы начать медицинскую практику, ему предстояло не только сдать экзамен, но и получить лицензию на работу. До знакомства с ним я не знала, что в Штатах вся работа с людьми, особенно та, что связана со здоровьем, должна быть лицензирована, причем лицензии были персональными. По такой логике каждая маникюрша должна была бы иметь лицензию.
Каждый месяц университет распределял студентов по клиникам в рамках штата, чтобы под контролем опытного врача студенты готовили пациентов к любым видам операций, будь то местная анестезия, глубокий сон с интубацией[6 - Интубация трахеи – медицинская процедура введения в гортань трубки, обеспечивающей попадание воздуха в легкие и восстановление дыхательной функции. https://www.medicina.ru/ (https://www.medicina.ru/)], эпидуральная анестезия и многое другое. Каждый случай был уникален в зависимости от вида, сложности и длительности операции. Во время операции он находился в операционной, следил за показателями пациента. Затем, убедившись, что пациент очнулся после операции, переводил в палату для окончательного восстановления. Также помощь анестезиолога-реаниматолога могла понадобиться в экстренных случаях в отделениях скорой помощи или реанимации.
Мы договорились созвониться через несколько дней вечером, после его утренней смены. Если он освободится вскоре после полудня, получится поболтать перед тем, как я лягу спать – разница в семь часов не оставляла других вариантов. Почти как в песне моей любимой канадской группы Simple Plan «Jet lag»: «You say „good morning“, when it’s midnight»[7 - Ты говоришь «доброе утро», когда у меня полночь – перевод с английского.].
Я ожидала услышать ломаный русский от человека, который давно живет за границей. Писал он без ошибок, даже запятые ставил согласно правилам пунктуации, что редко увидишь даже от тех, кто живет в России всю жизнь. Думала, он будет неправильно спрягать глаголы и склонять существительные, но он говорил точно также, как и я. Единственное, что отличало его речь и выдавало в нем иностранца, это другие паузы между словами – он говорил неуловимо медленнее, чем я. Но можно и не заметить. Мне понравился его мягкий низкий голос, было приятно слушать его чистую и грамотную речь.
Матвей эмигрировал в Штаты вместе с мамой десять лет назад из Узбекистана. Думал, станет клерком и будет ходить на работу в строгом костюме и с классическим портфелем, заниматься финансами. Школу заканчивал уже в Штатах, экстренно подтягивая английский. Но в старших классах быстро понял, что финансы, юриспруденция и прочие профессии «белых воротничков» не для него, и пошел в медицинский по стопам родителей.
– А я-то как раз «белый воротничок» и из семьи таких же, – засмеялась я в трубку. – Закончила юридический, но решила, что это скучно. Занимаюсь корпоративной пенсией, что на слух не звучит веселее, – и прежде, чем пустилась в объяснения, он сказал, что в Штатах все с юности знают про план 401К[8 - Самый популярный пенсионный счёт в США, на который откладывают на пенсию.]. Даже сам Матвей, когда придет время выбирать работодателя, будет изучать их пенсионные программы для сотрудников. Я была в шоке. Мало того, что он чуть ли не первый человек, которому не нужно объяснять, чем я занимаюсь, он ещё был живым доказательством, что на Западе о пенсии начинают думать сразу, как заканчивают учебу. Мы были ровесниками, но никто в России в 26 лет не думает, на что он будет жить в старости. Умный парень, мне такие всегда нравились.
Он рассказал про Флориду, где летом очень жарко и влажно, а зимой тепло и сухо – вопреки кадру из фильма «Один дома», когда семья Маккалистеров приезжает на Рождество в Майами и там льет дождь. За столько лет Матвей привык к климату, но скучает по смене сезонов и снегу: в Ташкенте были холодные зимы и знойные летние месяцы. Поэтому после окончания обучения планирует перебраться севернее.
Я вежливо поинтересовалась, зачем он сидит в Тиндере и лайкает русских девушек, если вся его жизнь в Америке, а в России только несколько школьных друзей. Но Матвей не смутился: из-за разницы в менталитете хочет общаться с теми, кто его понимает, а с русскими у него всё же больше общего, чем с американцами. Он не замечал, что слишком американизировался, чтобы считать себя русским, но и не был американцем по духу и менталитету. Свой среди чужих, чужой среди своих.
Сорок минут разговора пролетели незаметно, и мы попрощались, договорившись быть на связи, что бы это ни значило. Первое впечатление было приятным, учитывая мой скептический настрой. И пусть совершенно непонятно, зачем это всё, была бы рада поболтать ещё раз. На мгновение даже стало грустно, что он так далеко, и нам доступно только онлайн общение.
Телефон завибрировал, оповестив о новом сообщении. Матвей поблагодарил за звонок, он рад знакомству, желает спокойной ночи и хорошей рабочей недели. Чего не делал никто из тех, с кем я знакомилась в Тиндере до него. Это было мило, но наигранно вежливо, не естественно. В России так никто не общался.
Утром первое, что я увидела, взяв в руки телефон, было сообщение с пожеланием доброго утра и фото бледно-розовых пионов в вазе. Матвей снова поблагодарил за разговор и выразил надежду повторить. Подождите, а как же пауза в общении? Смешной срок в три дня до следующего сообщения? Мы только познакомились и переписываться каждый день не о чем. Но мой новый знакомый считал иначе: пока я завтракала и собиралась на работу, он успел записать короткое голосовое сообщение, в котором рассказал про остаток своего дня. Получилось навязчиво. Я ни о чем не спрашивала, а мне вывалили информацию, на которую теперь придется реагировать. Да, интересно поговорить с эмигрантом, но к чему подробности, как он съездил за продуктами, если мы знакомы меньше суток?
Глава 3. Второе свидание
Пошла третья неделя нашего общения. Каждый день Матвей желал мне доброго утра в голосовом сообщении и присылал фото цветов. Забавная, немного детская, но очень приятная мелочь и внимание, к которому привыкаешь как к любому ритуалу. Разбитое сердце ещё болело, но план отвлекаться работал. Я не строила ожиданий, общалась ради развлечения, и не замечала, как легкое раздражение от его ежедневных сообщений уступало место ожиданию и предвкушению очередного голосового. Про перспективу встречи не думала. Было бы классно, но понимала, что это почти невозможно.
Матвей предложил созвониться во второй раз: на ближайших выходных он поедет к родителям и сможет говорить в дороге. Я обрадовалась, вспоминая эмоции после первого разговора. Хотелось поболтать без пауз, чтобы это больше было похоже на настоящую беседу.
В ожидании звонка я включила первую часть трилогии «Пятьдесят оттенков серого». Он вышел на экраны несколько месяцев назад, саундтрек вирусился в чартах и звучал буквально везде. Было невозможно выйти из дома и ни разу не услышать Love me like you do. Я не читала книгу, но все подруги только об этом фильме и говорили, поэтому решила ознакомиться хотя бы с экранизацией, чтобы составить собственное мнение. Не хотелось говорить об этом Матвею, чтобы не поднимать рейтинг общения соразмерно фильму. Я уже знала: стоит завести разговор про мелодраму, беседа скатывалась на обсуждение сексуальных пристрастий и вопросы, что бы мне хотелось повторить из фильма. И хоть общение с Матвеем становилось более личным, переходить границы было рано. Да и какой смысл флиртовать с парнем, который находится в прямом смысле слова на другой стороне глобуса?
Мы снова созвонились по Facetime. Удобство этой технологии восхищало меня: можно звонить по интернету в другую страну без дополнительных сервисов, регистрации и смс[9 - В 2015 году технология Facetime практически не имела конкурентов – популярные в 2023 году мессенджеры тогда не представляли таких функций, и альтернативой был, пожалуй, Skype.]. Но в дороге у Матвея была плохая связь, разговор постоянно прерывался. Я решила, что поболтать сегодня не судьба, но телефон зазвонил снова, и сеть после этого не пропадала.
Матвей продолжил рассказывать об учебе.
Оказалось, у него уже была лицензия медбрата, которая позволяла ему работать, но останавливаться на этом он не собирался. Доходы анестезиологов были в несколько раз выше, что, в первую очередь, позволяло быстрее выплачивать баснословные кредиты за обучение. Также он понимал, что ему быть главным в семье и доходы должны быть соответствующими. Особенно, если жена не будет работать или зарабатывать меньше.
Обучение тоже было с особенностями. В отличие от привычных мне «пар» в университете по четыре-пять штук в день, американским студентам доставалась пара лекций в лучшем случае ? остальной материал изучали самостоятельно. Система оценок тоже была жестче. За курс по итогам «сессий», которые проходили каждые два-три месяца, можно получить всего лишь одну «тройку». За вторую такую оценку исключали без возможности пересдачи и продолжения обучения. До экзамена на лицензию тоже не допускали. Соответственно, в случае отчисления приходилось брать новый кредит и учиться заново. Или расстаться с мечтой стать врачом, и всё равно выплачивать долг банку. С одной стороны, такие радикальные меры казались дикими. С другой, не хотелось бы попасть к доктору, который учился на «тройки». Но и для всей системы здравоохранения такой подход к подготовке врачей был оправдан: в Америке пациент мог подать в суд на врача, если заподозрит врачебную ошибку. В таком случае медицинские учреждения защищали своих сотрудников, но это означало дополнительные расходы на адвокатов. И врач, который учился на «тройки», представлял опасность как для самих пациентов, так и был рискованным активом для клиники.
– Расскажи, какой ты была в школе? Почему пошла на юрфак?
Матвей был хорошим собеседником, и следил за тем, чтобы никто не узурпировал эфир. Его интерес к событиям десятилетней давности удивил – какое это имеет значение? Но такие вопросы в меру личные, помогают лучше узнать человека, и в то же время достаточно нейтральны. Мы сближаемся с людьми и начинаем им доверять, когда делимся личным и важным, и нас принимают с нашими переживаниями и тем опытом, который тащим за своими плечами. Уже мало что общего между той девочкой, которую не любили одноклассники, и 26-летней девушкой, с которой Матвей общался, но это всё равно была я и мое прошлое, которое всегда будет частью меня.
Я пыталась уйти от ответа, но стоило Матвею спросить, была ли я первой красавицей школы, слова полились сами. Этот период жизни до сих пор не вызывает теплых воспоминаний. Слишком умная, слишком правильная, не такая как все, а дети не любят тех, кто от них отличается. Меня дразнили за высокий рост, я рано выросла и до девятого класса была самым высоким ребенком не только в классе, но и в параллели. После выпуска я обходила здание школы за километр. Ярких и теплых воспоминаний о школьных годах тоже не было, что лучше всего говорит о том, насколько «счастливым» было то время. Моя осознанная жизнь началась в старшей школе, а то и вовсе в университете, куда я поехала подавать документы на утро после выпускного. Я предположила, что выпускной Матвея был как в подростковых комедиях нулевых – главное событие года, на котором выбирают Короля и Королеву бала. Почему-то я не сомневалась, что если ему не дали корону, то он точно был одним из кандидатов. Не может быть, чтобы такой красавчик не был популярным в школе.
Но его школьные годы тоже оказались частью американской комедии, в которых зубрил и странных детей недолюбливали. Матвей приехал без свободного английского, и чтобы не терять год, учился сутками, зубря предметы и подтягивая язык. К выпускному он освоился, но не попал на него. Пока его приятели зажимали девчонок по углам и распивали тайком алкоголь, он корпел над учебниками, готовясь к тестам для поступления в медицинский колледж на следующий день. Когда одноклассники оклемались от похмелья и хвастались, с кем из девчонок переспали, Матвей напускал равнодушный вид, что ему это неинтересно, потому что ещё в Ташкенте познал все прелести взрослой жизни, подразумевая первый сексуальный опыт.
Неожиданно наш разговор прервался. Я подумала, что снова пропала связь и ждала, пока он перезвонит. Но минуты шли, а телефон молчал. Мы проговорили почти два часа. И не наговорились. «Ничего непонятно, но очень интересно», – подумала я и продолжила смотреть фильм. Через несколько минут снова услышала его голос в трубке.
Звонила его мама, которая ждала его с минуты на минуты на обед, но предстояло ещё не меньше двух часов дороги. Пока мы разговаривали, Матвей стоял на обочине, чтобы не потерять сигнал.
– Но придется всё же поехать, иначе я и к ужину не успею. А ты чем займешься? У тебя уже вечер, почти ночь.
Беседа с ним подействовала расслабляюще, и я всё-таки призналась, что буду смотреть «Пятьдесят оттенков серого».
– Я смотрел. Там есть несколько хороших песен в саундтреке.
Я ожидала любой ответ, кроме этого. Матвей согласился, что фильм рассчитан на массового зрителя, и никто не покажет по-настоящему откровенный фильм на большом экране. Я высказала мнение, что это современная версия Золушки: красивый, богатый, сексуальный мужчина и самый завидный жених города влюбляется в неопытную девушку, которая вертит им, как хочет.
– Я тоже такого комментария не слышал, признаюсь честно.
Вот так мы оба поразили друг друга нестандартным мышлением. И попрощались.
Почему-то я думала, что Матвей был «золотой молодежью», что за ним стояли обеспеченные родители, и всё давалось легко. Но всё, чего он достиг в новой стране, было только его заслугой. Переезд в Штаты и адаптация в школе дались ему нелегко. А разборки с отчимом превратили в зону боевых действий то место, где он должен был бы чувствовать себя в безопасности. Но ощущение дома последний раз он испытывал в Ташкенте.
И стоило отдать ему должное: не поддался на провокацию фильмом и держался достойно. За всё время переписок не позволил ни одного скабрёзного намека или шутки, даже не просил новых фотографий, кроме тех, что висели в моем аккаунте в приложении.
Зачем я решила его проверить? У меня не было плана, просто вырвалось.
Глава 4. Другие варианты
Общение с Матвеем занимало всё больше времени, но я продолжала лениво свайпать фотографии в Тиндере. У моего нового знакомого из Флориды не было ни российского гражданства, ни родственников в России – ни одной причины, чтобы получить визу и приехать в Москву. У меня не было американской визы и планов лететь через океан. Поездку в Европу могла себе позволить, а вот перелет в Америку и проживание там нет, и воспринимала страну как отдельную планету. Другой мир, попасть в который можно, но сложно. Не грезила о переезде и жизни на Манхеттене, не знала про лотерею на грин-карту. Думала съездить когда-нибудь в отпуск, чтобы понять, из-за чего такой ажиотаж. Хотя уверена, что всеобщая любовь формировалась в том числе из-за отдаленности – в другое полушарие не налетаешься на пару-тройку дней.
Поэтому знакомство с Матвеем вызывало интерес и любопытство, но и только. В любом случае, я бы не полетела в другое полушарие к парню из интернета. Болтать с ним было прикольно, но я воспринимала его как друга по переписке, которая рано или поздно прекратится. Мне хотелось внимания, комплиментов и флирта в реальности, даже если онлайн мне пели дифирамбы. И никакие угрызения совести меня не мучили.
Так в моих планах на очередную субботу появилась встреча с очередным парнем из Тиндера. Мы переписывались несколько дней и договорились встретиться в кафе. Не знаю, что на меня нашло: это был единственный раз, когда я отправилась на свидание вслепую, ведь никаких фото у парня в приложении не было. На первый взгляд, наивно и глупо. Но мы встречались днем в людном месте и, пожалуй, всё равно, как он выглядит. Фотография – это застывшее мгновение, лишенное мимики и естественности, и иногда живой человек выглядит привлекательнее, чем на фото.
В назначенное время я стояла у кафе в центре города. Несколько столиков были заняты парочками или стайками подружек. Около входа скучающих лиц мужского пола тоже не наблюдалось. Решив, что визави опаздывает, написала ему через десять минут, но сообщение осталось непрочитанным. Ещё через десять минут позвонила, вдруг, что-то случилось, но в трубке продолжались длинные гудки. Спустя полчаса я так и стояла у дверей кафе, пристально изучая прохожих. Но никто не подошел с вопросом: «Привет, ты Маша?» и телефон продолжал молчать.
Рассмеявшись ситуации и одновременно чувствуя себя уязвлённой, я отправилась домой. В тот день решила: больше никаких свайпов и лайков.
Вечером того же дня созвонилась с Матвеем, и рассказала о своих приключениях, немного изменив детали.
– Представляешь, написал парень, виделись с ним на дне рождении у общей знакомой. Предложил встретиться и не приехал. И не предупредил, и сообщения не читал, и на звонки не отвечал. Вот кто так делает?
Секунды молчания в трубке.
– Ты серьезно сейчас рассказываешь мне, как поехала на свидание с другим? – в голосе звучала претензия.
Говорят, мужчинам полезно знать, что есть конкуренция за внимание девушки. Логика, определенно, есть: никто никому ничего не обещал. И если бы Матвей признался, что продолжает знакомиться с девушками и встречаться с ними в офлайне, я бы отнеслась к этому нормально. Даже если я ему нравилась (а похоже, что нравилась), мы просто общались. С учетом расстояния и разницы во времени большой вопрос, сколько продлится наш обмен голосовыми и звонки.
– Это было не свидание! Я же сказала, мы давно знакомы, но не общались. Он предложил встретиться, я подумала, почему бы и нет. А он не пришел, – я говорила безмятежным тоном, стараясь голосом показать, что он раздувает из мухи слона. Другая девушка могла бы и на место поставить – с чего он обиженного из себя строит? Мы никто друг другу.