Марина Кистяева.

Во власти зверя. Страсть волчицы (сборник)



скачать книгу бесплатно

Из горла мужчины вырвался протяжный вой. Узкая плоть идеально обволокла его член, усиливая ощущение эйфории, возникающей от попадания слюны вампирши в его кровь. А сделав первый толчок, жадно сжав ягодицы малявки, насадив её на себя, он готов был поклясться, что никогда не испытывал большей сладости, чем в тот миг.

Николай действовал без лишней щепетильности. Удерживая девушку на руках, он начал стремительно двигаться, вгоняя член всё глубже и глубже, точно задался целью достать до её сердцевины. В голове набатом звучала мысль: «Мало!.. Глужбе!.. Ещё глубже!..» Наполнить собой до краев, более того, заклеймить! Проникнуть так глубоко, чтобы оставить свой след навечно.

Голова вместе с телом превратились в сполох адского пламени, иначе не скажешь.

Её маленькое хрупкое тело неожиданно идеально дополнило его мощное, мускулистое. Её запах стал роднее, чем свой собственный. Её глотки не причиняли неудобства, напротив, наполнили его существо новыми красками.

Секс и кровь.

Две инстанции, во веки вечные признанные пробуждать в людях самые низменные инстинкты.

И сейчас, в этот миг, в пустом зале бара, Николай имел вампиршу, которую кормил. Он чувствовал каждый глоток. Она глотала, он вторгался в её лоно. Он – рычал, она чуть слышно постанывала. И он точно знал, теперь её стоны были не от боли.

Да, он не был нежен. Плевать! Ему было важно её тело и её жаркая плоть! Плоть, которая повергла его на лопатки, напоив самым сладчайшим нектаром!

Ник двигался яростно, врезаясь в лоно девчонки. Ещё раз!.. И ещё… Кровь стучала в висках, мышцы напряглись до предела, его скрутило в тугой узел. Узел, который требовал развязки.

И развязка настала.

Утробно зарычав, Николай начал исторгаться в вампиршу густым семенем. Оргазм был столь ярким, что на жалкие мгновения у мужчины перед глазами вспыхнул фейерверк.

Вампирша, почувствовав его последние самые глубокие толчки, замерла и перестала питаться. Очень медленно оторвала голову от его шеи и уперла руки в его плечи. Снова задрожала, точно вместо желанного утоления жажды к ней пришёл холод.

– Спасибо…

Её тихий шепот прозвучал едва различимо даже для слуха оборотня.

После чего она безвольно повисла у него на руках, потеряв сознание.

Глава 2

Открывать глаза было больно.

Как и встречать новый день.

Снова тупик.

Снова поиски.

Снова побег.

Куда на этот раз ей податься?

Где найти пристанище?

И где, собственно говоря, она находится сейчас?

Марика не спешила открывать глаза. Знала – чревато последствиями. Сначала надо постараться определить, где она находится. В доме? Скорее всего. В чьем?

Она лежала на мягкой постели с простыми хлопковыми покрывалами. Уже хорошо. Не подворотня и не земля.

Но что дальше?

– Вижу, что пришла в себя, малявка. Заканчивай притворяться.

Холодный чужой голос ворвался в сознание, обжигая его холодом.

Оборотень.

Тот самый.

Тот, кто напоил её вчера.

И взял.

Снова он.

Но как?… Как?…

Марика застыла. Так, спокойно! Только спокойно! Она – жива! К ней медленно возвращается сила. Теперь всё будет в порядке.

Ведь правда?

– Ты меня плохо слышишь, маленькая вампирская шлюшка?

Оскорбления сыпались, как из ведра.

Ничего, она стерпит. Ей не впервой.

Слова – ничто. Жажда – лишь она – треклятая – имеет значение.

– Слышу, – пришлось ответить, и открыть глаза.

Первое, что увидела Марика – были высокие потолки, выполненные из липы. Красивые. Ровные. Внушающее некое успокоение. Создающие уют.

Уют… Что ей приходит в голову? О чем она думает?

Явно не о том.

Второе, на что она обратила внимание – запах свежести. Свежие простыни, непахнущие потом и прочими мужскими выделениями. Свежий запах в доме. Лесной. Странное, конечно, сравнение, но именно оно пришло в голову.

А в третьих… Она увидела его.

Того самого оборотня.

Большого. Сильного. И, кажется, злого.

Кустистые брови сдвинуты к переносице. Крылья носа гневно раздуваются, точно он сдерживает внутренние негативные порывы. Нос – кривой, носит отметины о прошлых переломах. Вены на висках так же вздулись. Губы – чуть больше средних – сжаты.

Добрым пробуждение быть не обещало.

Дальше – хуже.

Оборотень был полуобнажен.

Джинсы и всё. Босой. С голой грудью, покрытой шрамами и затейливыми татуировками.

Марика почему-то думала, что у оборотней не бывает шрамов, с их-то регенерацией.

– Насмотрелась? – утробно прорычал мужчина, видимо, недовольный тем, что она рассматривала его.

Марика опустила голову. О, черт! Он был полуобнажен, а она – полностью голой!

Поглощенная внутренними переживаниями и отчаянием, она не успела осознать, что её раздели. Н-да, ей с детства твердили, что она не отличается сообразительностью, и вот тому подтверждение.

– Я неосознанно, – негромко, осторожно, ответила она и потянулась за покрывалом, бесформенной грудой сваленным в ногах.

– А, ну, не трогать! – снова рявкнул мужчина и шагнул к кровати.

Марика замерла.

Он стоял и так достаточно близко, а теперь до кровати его отделяли какие-то жалкие полметра.

К чему он клонит?

Почему привез в этот дом?

Для чего? Вот основной вопрос.

Сердце ухнуло в груди. Она наедине с оборотнем. С опасным зверем. И смотрит он на неё… А, собственно, как он на неё смотрит?

С желанием? С яростью? С ненавистью?

Последнее было бы предпочтительнее.

– Я хочу укрыться, – Марика старалась говорить спокойно, чтобы её голос не дрожал. Девушка замерла, не решаясь делать резких движений.

Да, она утолила первичную жажду, но силы к ней не вернулись. Она по-прежнему была слабой и никчемной. Не в состоянии противостоять огромному оборотню. Да и не была она сторонницей противостояний. Её вариант: худой мир – лучше доброй войны.

– А может мне глубоко плевать на твои желания? – последовал грубоватый ответ.

Марика облизнула пересохшие губы, чем невольно привлекла к ним внимание. Заметила, как взгляд темных глаз остановился на её лице. Далее последовала ещё одна странная реакция – оборотень шумно, прерывисто задышал. Его мощная грудная клетка начала тяжело подниматься и опускаться.

Девушка не ошиблась – мужчина был очень опасен.

– Где моё платье? – тихо спросила она, продолжая стоять на своём. Лежать голой под обжигающим взглядом зверя она не намеревалась. Да и загостилась у него.

Последнее, что помнила Марика, как оторвалась от его шеи. Дальше пустота и темнота. Ожидалось, что она придёт в себя где-то на обочине или на задворках бара.

Что же получилось? Её пожалели, приютили, обогрели?

С трудом верилось.

Не смотря на то, что война между вампирами и оборотнями давно закончилась, ненависть между кланами никуда не делась.

– Про какое платье ты говоришь? – мужчина прищурил глаза и шире расставил ноги. – Его порвали мои парни. У тебя проблемы с памятью?

Марика притихла. Точно! Платье разорвали. Трусики тоже. У неё ничего не осталось из одежды.

Плохо.

Очень плохо.

Пришлось признаться:

– Да, иногда у меня бывают проблем с памятью, – она сама не понимала, почему решилась на откровение. С другой стороны, что ей терять? И что скрывать? Все карты открыли. – Когда я голодаю, видимо, в моей голове что-то происходит…

Она не договорила.

Мужчина поставил одно колено на край кровати и потянулся к девушке.

Его глаза, в которых клубилась тьма, смешанная ещё с чем-то тягуче-притягательным, завораживали и одновременно пугали. Марика по жизни была пугливой, чем постоянно пользовался кузен.

Кузен! Неприятная дрожь прошлась по телу, вызвав поток холодных мурашек. Ко всем прочим жизненным неурядицам, не стоило сейчас вспоминать его. Не стоило и всё.

– Ты до сих пор голодная? – поинтересовался оборотень, переставая рычать.

Он смотрел на её лицо, не отводя взгляда.

Потребность чем-то прикрыться усилилась.

Марика, чтобы хоть как-то скрыть наготу, положила одну руку на груди, и притянула к ним колени, одновременно усаживаясь боком.

– Отвечай!

Она поспешила с выводами, когда решила, что оборотень поостыл.

Напротив.

Сейчас, когда они находились друг от друга на расстоянии вытянутой руки, она отчетливо видела, как напряжены его мышцы. Как они бугрятся под кожей. Как капельки пота выступили на лбу. Как вены вздулись на шее.

Ниже смотреть она не решалась.

Снова облизнула губы.

И снова в ответ глухое, утробное рычание.

Да что происходит….

– Да, я голодная, – захотелось спрятаться, впечататься в спинку кровати, убежать, исчезнуть, испариться. Потому что за её признанием всегда следовали насмешки.

– Маленькая ненасытная вампирша, – мужчина не стал насмехаться. Он сделал большее – придвинулся, поставил второе колено на кровать, и теперь навис над ней, полностью поглотив пространство вокруг неё. – Интересно.

Марика на мгновение прикрыла глаза.

Сама напросилась.

Захотела самостоятельности – получи.

– Ничего интересного в моей болезни нет, – быстро выпалила она, проклиная себя за малодушие. В глазах защипало. – Для того, чтобы нормально жить, мне постоянно нужна кровь оборотня. Именно вашего рода. Другая не способна утолить мою жажду. Мне надо немного, но регулярно.

– Почему? – спросил, как ножом полоснул.

И глаза…

Почему он смотрит так, точно пытается проникнуть внутрь её естества, под кожу, там, где затаилась мифическая душа…

Марика сглотнула подступивший к горлу ком.

– Не знаю. Не знаю я, не знают врачи. Некий медицинский феномен.

– И ты постоянно питаешься нами? – голос оборотня завибрировал.

Видимо, одна мысль о том, что она кормиться от представителя его рода, была ему противна.

Марику начинал пугать их разговор. Одно дело, когда она от безнадежности, от съедаемого её изнутри голода, разрывающего на части внутренности, сводящего с ума, лишающего разума; заходит в бар, уже не надеясь ни на что, уже готовая на всё. И другое – при свете дня, в чужом доме, под пристальным взглядом полуобнаженного мужчины вести разговор, заставляющий её нервничать.

– Да. Мы платим деньги за кровь. Большие.

Ещё одно признание, сорвавшиеся против её воли.

Ей лучше молчать. Ничего не говорить.

Так безопаснее.

– Хотел бы я посмотреть на продажного ублюдка, что добровольно согласился постоянно кормить вампирское…, – мужчина резко оборвал себя.

Марику заколотило.

Нервозность и психическая нестабильность медленно возвращалась в её сознание, завладевала разумом, превращая её в дрожащее никчемное существо.

– Ты хотел сказать – отродье? – её вопрос прозвучал жалко. – Для тебя я и есть вампирское отродье, чего уж тут. Я слышала и оскорбления похлеще. Знаешь… Они обидны, но к ним можно привыкнуть. Серьезно. Если жизнь ставит тебе условия, когда тебе приходится выбирать между вечным голодом, жаждой и обычным стремлением продолжить жить, ты быстро привыкаешь не обращать внимания на чужие слова. Это только слова. Не более.

Марика говорила, одновременно пытаясь успокоиться.

Главное – не паниковать.

Она утолила голод.

Почти утолила.

А, значит, сможет попасть домой.

Попросит прощения у дедушки, и всё наладится.

Он любит её. Простит. Всё будет хорошо. Конечно, всё будет хорошо.

Всё будет хорошо….

– Надо же… Какие мы лиричные, – всё-таки жесткие губы мужчины искривились в кривой улыбке. – Ладно, хватит разговоров. Ни к чему они.

Сказал так, что возникло острое ощущение недосказанности.

Вот теперь Марика поняла – всё только начинается.

Продолжая одной рукой прикрывать груди, второй сбагрила простыни.

– Ни к чему, – согласилась она. – Выпустишь меня?

– Нет.

Вот так ответ…

Перед глазами промелькнула уже такая привычная тьма.

– Нет? – совсем хрипло выдавила из себя Марика.

– Нет. Ты утолила свой голод, но разожгла мой.

Девушка нахмурилась.

– Объясни.

– Неужели не поняла?

И мужчина демонстративно медленно прошелся взглядом по её телу.

Обжёг.

Марика едва ли не физически чувствовала, как он начал с лица. Задержался на её искусанных, потрескавшихся губах. На синяке на щеке, который не проходил из-за недостаточно восстановленной способности к регенерации. Как спустился ниже. К грудям, которые она неумело пыталась прикрыть. Поздновато, правда. К животу – худому и едва не прилипшему к спине.

Взгляд остановился на светлых редких волосиках на лобке.

Что и требовалось доказать.

Марика всмотрелась в лицо мужчины. Сейчас она не обнаружила там ни ненависти, ни желания уничтожить. Лишь чистейшее первозданное вожделение.

То самое, что сводит с ума. Что толкает людей на безумные поступки. Заставляя забывать, кто ты есть на самом деле, какова твоя сущность.

Это вожделение опасно. Даже Марика понимала. Именно оно сносит все возводимые преграды, ломая барьеры. Да и судьбы тоже.

Девушка невольно поёжилась и плотнее притянула колени к груди.

Она в западне.

Зверь захлопнул ловушку.

– Поняла.

– Раз поняла, что же ноги поджала? – яростно прошипел мужчина. Его кадык нервно дернулся. Руки сжались в кулаки, четче обозначив рельефные мышцы на предплечьях.

– Я… хочу уйти, – к Марике снова вернулся страх.

И инстинкт самосохранения.

– Нет! Ты никуда не пойдешь! Ты находишься на моей территории, и будешь играть по моим правилам!

Лицо мужчины исказилось, и на жалкое мгновение перед глазами Марики мелькнул образ волка.

И она поняла – он на грани обращения.

Даже она – неискушенная, мало общающаяся с оборотнями – знала, что немногие способны контролировать свои поступки в образе зверя. Поэтому допускать обращения ни в коем случае нельзя.

– Ка. какие игры? – неожиданно ей стало не хватать воздуха.

Мужчина довольно улыбнулся.

– Твоя киска мне понравилась. И я хочу её снова трахнуть! – говорил коротко, обрывисто, жестко.

Марика сжалась.

И задала самый глупый вопрос, который только мог прийти в голову:

– Зачем?

Видимо, на этом разговоры закончились.

Потому что дальше пошли действия.

Мужчина, в одном прыжке, расчетливым уверенным движением схватил её за ногу, сжав лодыжку, и дернул на себя.

Противостоять и сопротивляться не имело смысла.

Марика лишь коротко вскрикнула и в последних ничтожных порывах попыталась задержаться на месте, вцепившись в простыню. Её короткие ноготки царапнули прохладную ткань.

Девушку перевернули в воздухе и, не совсем аккуратно, опустили на мягкий матрас. Тотчас вздернули бедра к верху, удерживая за живот, и властно распластывая на нём жадные пальцы.

Контролировать каждое движение.

Не упустить добычу.

Не позволить вырваться.

– Ты сама пришла ко мне! – жаркий шепот обжег шею, вызвав неудержимый поток мурашек. – И отпускать я тебя не намереваюсь.

Слова мужчины кислотным ядом проникали в кровь, заставляя девушку отчаянно желать освобождения. Она понимала, что если начнет сопротивляться, то оборотень в порыве злости и агрессии может запросто порвать её.

И главное – никто не узнает.

Никто.

Он прав, она находится на территории свободных волков. Тех самых одиночек, которые не желали жить в старых стаях. Уходили, потому что им претили устаревшие законы.

Не покорившееся оборотни – самые опасные.

Война между оборотнями и вампирами давно закончилась победой вторых, но среди каждого рода вполне хватало представителей, которые считали, что между ними никогда не может быть мира. Что создатель изначально запланировал их извечное противостояние.

Два сильных клана.

Властные вампиры и свободные оборотни.

И насмешка судьбы – именно кровь оборотня была лучшим лекарством для вампиров.

Марика на мгновение задержала дыхание, пытаясь привести мысли в порядок. Почему она решила, что если с ней случится непоправимое, её никто не найдет? Почему она вообще решила, что с ней что-то должно случиться плохое?

Изнасилование она в расчет не брала.

– Послушай…, – начала она говорить, разволновавшись не на шутку. Сейчас, когда она не видела лицо мужчины, в её голове создавался образ монстра, затаившегося сзади.

Этот мужчина – не монстр.

Вчера он не позволил разорвать её на части. Марика не была столь наивной, чтобы не понимать, что оборотни из бара затрахали бы её до смерти. Её вчерашний поступок – чистой воды безумие.

Или последний крик отчаяния.

Большой волк заступился за неё.

Накормил.

Может быть, не всё так плохо?

Горячее дыхание обожгло спину.

– Снова будешь торговаться? – мужской голос совсем стал низким, точно его обладателю слова давались с трудом.

– А можно? – выдохнула Марика и съежилась.

Какая она дура! О чем только думает?

На что надеется…

Но последовавший ответ поразил её ещё больше, чем действия мужчины:

– Можно.

И тишина.

Марика растерянно моргнула и заерзала бедрами, пытаясь хотя бы опереться на руки, а не лежать безвольной куклой в неудобной позе.

Двигаться в её положение было опасно. Потому что дыхание мужчины резко участилось, выдавая растущее возбуждение.

Что было не удивительным. Она стояла «раком» перед жадным взглядом оборотня. Полностью раскрытая, ничем неприкрытая. Доступная.

Розовая притягательная плоть.

Марика сглотнула и решилась.

Двух смертей не бывает.

– Если можно тор…торговаться, я снова хочу крови. Дашь?

– Дам.

Ответ последовал мгновенно.

Марика всхлипнула и задрожала сильнее.


Николай понимал, что сошёл с ума. Что у него сорвало крышу. Причем сорвало конкретно.

Более безумного поступка он не совершал.

Теперь он точно знал, что безумие заразительно.

Вчера вечером, когда он вышел из вампирши и услышал её тихую благодарность, внутри него что-то сдвинулось с мертвой точки. Взорвалось. Рассыпалось на миллиарды частиц.

Она – маленькая в его руках… С невероятным запахом. Такая ранимая. Едва ли не игрушечная. И беззащитная.

Он – обезумивший от её сладкого запаха и невероятно притягательной щелки, складочки которой идеально обтянули его член. Сжали тесно, подарив невероятные ощущения. Ощущения, не испытываемые ранее.

Николай не знал, как поведет себя дальше. На него, взрослого мужчину, повидавшего в этой гребанной жизни достаточно мерзости, нашёл ступор. Он держал в руках избитую вампиршу и отчетливо осознавал – отпускать её он не намерен.

Только не в тот момент.

Ситуацию разрулил её обморок. Видимо, у пигалицы закончился запас прочности. Как только она начала оседать у него на руках, он сильнее прижал её к себе. Продолжая удерживать хрупкое тело одной рукой, второй застегнул джинсы, поправляя член, который продолжал находиться в эрегированном состоянии. Ему было мало. Вожделение не желало утихать. Прошла первая страсть, не более.

Действовал Ник быстро. Решение пришло мгновенно. Не осталось ни сомнений, ни колебаний. Возможно, утром он и отзовется о себе нелицеприятно, но в тот момент он точно знал, что поступает правильно.

Всё так же, не выпуская девочку из рук, схватил легкую куртку, висевшую на стуле, и накинул на обнаженное тело. Далее вышел из бара, подошел к своему внедорожнику, приобретенному на днях, и аккуратно положил вампиршу на заднее сиденье.

Вернулся в бар и крикнул Клару.

– Закрой за нами.

Барменша вышла из подсобки хмурая и не скрывающая своей злости.

– Ник, а где вампирская сука?

– Ушла, – последовал короткий ответ.

– С парнями? – настырно продолжала допрос Клара, забывшись, кто среди них главный.

Пришлось напомнить.

Николай ещё не привык использовать силу альфы, но иногда не было другого выбора. Ему хватило одного прищура глаз, и невидимая энергия тонкой нитью потянулась от него.

Клара разом поникла, поперхнулась, съежилась. В глазах плеснулся страх перед сильнейшим. Не смотря на то, что Клара ушла из своей стаи, где покоренные оборотни стали льстится перед древними врагами, она нуждалась в сильном альфе. И нашла его в Николае.

Затрепетав, выгнула шею, давая доступ к уязвимым местам.

– Альфа, извини. Извини, Ник. Я что-то…, – девушка не договорила, протяжно застонав, и этот стон был очень похож на скулеж.

– Клара, в следующий раз давай без лишних вопросов.

Николай ненавидел себя за проявление жестокости, но иначе было нельзя. Он был молодым альфой, и ему ежеминутно приходилось доказывать свою силу и превосходство. Иначе – никак.

Всем иногда приходится делать то, что не желаешь.

Ему – чуть чаще других.

Но другой жизни и другого выбора он не желал.

Такова его Судьба.

Открыв дверь джипа, покачнулся.

Мать твою!

Что происходит??

Снова запах девчонки ворвался в его мозг, разрывая его на атомы. У Николая даже голова закружилась. Теперь к её собственному запаху примешался его, оставленный на бледной коже. Их прикосновения, их контакт… К черту всё!!! Разве такое возможно?

Одним прыжком Николай сел за руль и завел двигатель.

Ни к чему все эти размышления и сюсюканье. Он делает то, что желает! Остальные мысли – по боку! Им руководствуется похоть, вожделение, страсть! Всё! Ничего большего!

Где-то в голове промелькнула крамольная мысль, что Николай обманывает самого себя. Эту мысль он загнал в самый крайний уголок сознания, предварительно послав далеко и надолго.

Малявка не пришла в себя, даже когда он остановился у двухэтажного деревянного дома, который они с парнями строили последний год.

Его дом.

Собственный.

Впервые в жизни он смог себе позволить свой собственный угол. Годы скитаний закончились.

И впервые он привез к себе девушку.

Руки Ника дрогнули, когда он вынимал её из автомобиля. Слишком маленькая, слишком хрупкая. И с плохой регенерацией.

Не смотря на то, что она получила дозу крови, её раны не заживали. Она что-то говорила про болезнь. Что за хрень такая?

Не пришла она в себя, и когда он осторожно омыл её. Обморок оказался глубже, чем он предполагал на первый взгляд. В душе Ника всколыхнулось легкое волнение.

Именно тогда-то он и осознал, что уж слишком щепетильно относится к представительнице вражеского рода.


Но все его мысли и доводы меркли перед видом её плоти.

Как Николай снова не взял её в бессознательном состоянии, он до сих пор не понимал. Хотя, почему не понимал? Ему пришлось полночи провести, бегая по лесу, а потом ещё пару часов плавая в озере, расположенном за домом. Спал он урывками, постоянно подрываясь и подходя к кровати, проверяя, не пришла ли девчонка в себя.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3

сообщить о нарушении