Марина Кистяева.

Купленная ночь



скачать книгу бесплатно

– Послушайте меня, молодой человек, – начала Уитни порывисто, забыв про первоначально выбранный холодный тон. – Вы совершаете чудовищную ошибку. Я вижу, что с Вами происходит… Вы голодны… Вы испытываете жажду определенного рода… И вышли в парк в надежде утолить её! Но Ваши действия… они незаконны! Они повлекут за собой разрушительные последствия! Если Вы убьете меня, осушите, то… Ваша семья! Подумайте о них! Они пострадают и…

Ей договорить не позволили. Чудовищная сила, заключенная в худом теле, рванула её вперед, и перед глазами Уитни вспыхнули звезды, когда она врезалась в мужскую грудь. Вампиреныш, устав её слушать, перешёл к активным действиям. Притянул её к себе, и теперь его горячее дыхание опалило ей щеку.

Уитни задохнулась, окончательно растерявшись.

– Я…не собираюсь Вас осушать, – вампиреныш говорил с трудом. По его миловидному лицу снова пробежала судорога боли. – Просто…чуть-чуть… Мне надо…

Чуть-чуть? Это сколько? И сможет ли он остановиться?

Да, в голове Уитни уже мелькали и такие крамольные мысли. Пусть покормиться, пусть изопьет её крови. Лишь бы освободил, лишь бы отпустил. Ну, на самом деле, не будет же он совершать кровавое преступление в центре Бьюри! Спокойного района, где преступность минимальна, и то, ограничивается мелкими кражами залетных воришек. Кровавые преступления не совершались многие столетия, о них можно было лишь прочитать в старых фолиантах, рассказывающих про Темные Времена, где зачастую невозможно было разобрать, что правда, а что – авторский вымысел.

Уитни часто-часто задышала. Хорошо, раз юноша отказывается прислушаться к доводам разума, зайдем с другой стороны.

– Молодой человек, я Вас понимаю, – она заговорила негромко, стараясь, чтобы её голос звучал ровно, едва ли не ласково. Так разговаривают с больными доктора и матушки, успокаивая малолетнее дитя, случайно поранившееся. – И я готова Вам помочь.

Уитни почувствовала, как худощавое тело под плащом напряглось.

– Правда?

– Конечно, – врать она не любила, но порой, к сожалению, приходилось. – Вы мне объясните, что Вам требуется? Нет, я немного представляю, но, всё же, хотелось бы получить полный ответ. И, пожалуйста, ослабьте хватку, Вы мне руку сломаете.

Она честно с ним пыталась договориться, ещё не понимая, как поведет себя дальше. Для неё первостепенной задачей стало погасить в нем агрессию, чтобы он не набросился на неё и не нанёс раны, несовместимые с жизнью.

Остальное…переживет.

Хватку молодой вампир ослабил, и Уитни быстро прикинула, сможет ли она освободиться. Ответ сложился неутешительный – нет, пока ещё не сможет. Хорошо, она подождет.

– Я объясню…да-да, я объясню, – даже в полумраке было заметно, как забегали его глаза, и от этой картины Уитни бросило в холодную испарину. Сохранять видимое спокойствие становилось всё труднее. Да и чужие руки на собственном теле откровенно раздражали и пугали. – Я хочу…плоти…твоей. И чтобы кровь…

Договорить юноше не позволили.

Холодный, бесстрастный голос прорезал ночной парк.

– Немедленно отпусти девушку!

В этот момент у Уитни подогнулись колени, и если бы юноша не держал её, она непременно упала бы на брусчатку, так сильно было её потрясение, сменившееся нескончаемым облегчением.

Ей пришли на помощь! Богиня услышала её молитвы, не оставила дочь свою непутевую на растерзание малолетнему вампиру, чьи гормоны взбесились и затмили разум несчастному.

Её спасут, непременно спасут…

Пальцы девушки сильнее вцепились в плащ юноши, и со стороны это могли расценить, как нежелание отходить от него, Уитни же пыталась устоять на ногах. Всё же напряжение, что росло в её теле, как снежный ком, дало о себе знать, и где-то в организме произошёл сбой. Закончился резерв.

У неё не оказалось даже сил, чтобы осмотреться по сторонам.

Вампиреныш недовольно прошипел что-то на незнакомом Уитни языке и разжал руки, лишая девушку опоры. Уитни пошатнулась, но на ногах, к её великому счастью, устояла.

Юноша отошёл от неё сам, продолжая недовольно бормотать. И с опозданием Уитни подумала, что как-то всё просто вышло. Так не бывает. Некто приказал молодому вампиру, обладающему большой силой и выносливостью, находящийся в стадии пароксизма, отпустить её, и он послушался? Вампир, заранее готовый пойти на одно из самых опаснейших преступлений в их обществе, карающихся смертной казнью! Что-то здесь не так… Вот, правда.

Уитни, мотнув головой, вернула себя в действительность. Нашла время раскисать и изображать из себя кисейную барышню! Милые дамы не гуляют ночью в парке, да к тому же, в одиночестве.

Их она тоже увидела не сразу. Крупные тени, шагнувшие к ним из темноты. В таких же плащах, как и на юноше. Сердце ёкнуло в который раз уже за вечер. Потрясений слишком много, вот право же.

Повеяло холодом, и Уитни могла поклясться, что холод несли приближающие к ним субъекты. Их было трое. Шли они уверенно, один впереди, двое по краям, за его спиной. И не то ли, у Уитни окончательно разыгралось воображение, то ли свет фонарей искажал действительность, но ей показалось, что те, что были позади, не касаются земли. Плывут. И это было плохо, очень плохо.

Призванные Стражи.

О, Богиня…

За порядком в государстве следили Стражи. Гвардия молодчиков, облаченных в черную униформу с незамысловатой эмблемой – солнце, внутри которой находилась луна. Означало, что они несут службу днем и ночью. Всё просто, и очень правильно. Стражи набирались из разных представителей общественности, в гвардии служили и оборотни, и низшие демоны, и даже брауни. Но стоит признать, что большая часть Стражей набиралась из людей. Оборотни и вкупе с ними занимались особыми делами, и, в основном, в районах, куда благопорядочные люди не совались, где требовалась живучесть и хорошая регенерация.

Стражей уважали. Они создали себе репутацию надежных защитников.

Но были ещё и Призванные Стражи. Те, кто тоже служил на благо общества. По крайней мере, так считалось. Разница заключалось в том, что их невозможно было встретить днем, никто не знал их в лицо, по имени, и поговаривали, что Призванные Стражи бестелесны. Отсюда и название. Встретить их на своем жизненном пути доводилось не каждому. Да и чего греха таить, бытовало суеверие, что встреча с Призванными не к добру. Это, как с черной кошкой. Перешла дорогу – жди беды.

Если Уитни не пребывала бы в столь растерянном и обескураженном происходящим состоянии, а страх не сковывал бы её чресла, она непременно бы расхохоталась. Давненько в её голове не всплывало столько мистических преданий и россказней. Она – современная молодая леди, а предается разным глупостям!

– Отойди дальше.

Снова неприятный голос резанул слух.

Юноша послушно сделал шаг назад.

Её сейчас пытаются обезопасить?

Уитни поморщилась.

Незнакомцы приближались, и нарастала тревожность. По логике, она должна была чувствовать облегчение, но её интуиция с ней категорически не соглашалась. Она металась, словно пойманная птица.

Уитни стояла, не шелохнувшись. Понимала, надо что-то сказать, поблагодарить спасителей, как-то озвучить себя. Но слова потерялись в испуганном сознании.

Когда её спасатели приблизились, Уитни отмерла, правда, ненадолго. Лишь успела подумать – её точно спасут? Или лучше бы оставалось всё, как есть. Вампиреныш, вроде бы, пошёл на контакт, и всё могло сложиться не так уже и плохо.

А сейчас…

Она узнала говорившего мужчину. И это было очень, очень плохо.

Потому что перейти дорогу главе вампирского клана чревато последствиями. То, что Уитни перешла – она не сомневалась. Посудите сами, теперь она знала, что в их роду есть отпрыск, который готов пойти на что угодно, даже на преступление, лишь бы только утолить жажду, причем в извращенной форме. А кому нужны те, кто владеет их секретами?

Перед ней стоял сам Иван Зародски. Мужчина-загадка. Дьявол во плоти. Красив. Жесток. Мстителен. Нелюдим. Что о нем ещё говорили досужие сплетницы? Ой, да многое! Пришлось себя одернуть, потому что Уитни снова скатывалась до каких-то нелепых женских разговоров….

Не о том она думает! Не о том!

С мистером Зародски ей приходилось пересекаться несколько раз на званых вечерах, но лично они представлены друг другу не были. Конечно, ей не могли не шепнуть на ушко, по величайшему секрету, что данный мужчина холост и ей, как девушке, чей брачный период вот-вот подойдет к завершению, и она рискует остаться старой девой, стоит хорошенько к нему присмотреться. Да что присмотреться! Сделать всё возможное и невозможное, чтобы привлечь к себе его внимание. Подумать только, какая насмешка Судьбы! Уитни отшучивалась, что мужчина со столь роковой репутацией ей не по зубам, а тут она всё же привлекла к себе его внимание, да каким образом…

Уитни с трудом удалось подавить смешок. Если она ещё и рассмеется в лицо подошедшему Зародски, он расценит её действия, как оскорбления. О последствиях подобного проступка лучше не думать.

Зародски остановился в двух шагах от неё. Непозволительно близко. Захотелось и этому представителю семейства вампиров прочитать лекцию, но Уитни вовремя прикусила язычок. Лучше промолчать.

Мужчина посмотрел на неё, потом на отпрыска, что каменным изваянием застыл в стороне. От его высокой худощавой фигуры по-прежнему веяло холодом. Потом взгляд Зародски остановился на Уитни.

– Мисс Кларисси.

Теперь Уитни бросило в жар. Он знал её по имени! То есть ему про неё кто-то что-то говорил. Всемилостивая, она пропала…

Следовало ответить. Поздороваться. Поблагодарить. Но неожиданно всё красноречие Уитни испарилось, растаяло в дымке уходящего дня. Язык, будто онемел. Пришлось не совсем прилично прочистить горло и выдавить из себя:

– Разрешите Вас поблагодарить! Я…

– Полно, – всё тот же холодный тон неучтиво оборвал её жалкие лепетания, недвусмысленно дав понять, что он, Зародски, не нуждается в её благодарностях.

Кровь прильнула к щекам Уитни. Если поведение молодого вампира можно было ещё как-то с трудом понять, то пренебрежение и учтивость взрослого, Уитни едва не сказала мысленно матерого, Зародски выглядело оскорбительно.

При иных обстоятельствах, находись они в любом другом месте, Уитни не стерпела бы подобного обращения и непременно поставила бы Зародски на место, высказав всё, что она о нем думает. Но сейчас ситуация складывалась не в её пользу. Мало того, что она нажила себе недруга в лице главы могущественного клана, еще и погубила свою репутацию в его глазах. Одно слово здесь, другое – там, и всё, для Уитни будут навсегда закрыты все приличные дома Бьюри. Да что Бьюри! Всего Восточного Побережья. А это для молодой девушки подобно смертного приговору. Ладно-ладно, тут она немного преувеличила. Не смертному приговору, а пожизненной ссылке в глухомань, куда, вслед за ней, с легкостью, придут и сплетни.

Пока Уитни лихорадочно думала, как выпутаться из щекотливой ситуации, не погубив себя окончательно, Иван Зародски всё решил за неё.

– Ты идешь с ними, – это он к отпрыску. Кивнул в сторону молчаливых Призрачных Стражей, каменными глыбами застывших за спиной Зародски. – А Вас, мисс Кларисси, я провожу до коляски.

Не разрешите проводить. А провожу.

Ещё никогда Уитни не находилась в таком подвешенном состоянии, когда не могла придумать, как с достоинством выйти из складывающейся не в её пользу ситуации. Что сказать, что сделать?

Решилась на последний самый отчаянный шаг.

– Господин Зародски, право, не стоит. Я сама…

– Я Вас провожу.

Снова неучтиво оборвал. И снова окатил волной ощутимого холода.

Уитни сжала руки в кулачки. Да что же это за ночка! И с какой целью, помилуйте, он настаивает на том, чтобы её проводить? Вот, скажите? Не ради же её безопасности! Своего молодого родственника он передал Призванным. Тогда для чего?

Ответ напрашивался лишь один.

Пришлось кивнуть. Расстановка сил не в её пользу, и спорить с Иваном Зародски – себе дороже. Как же ей всё это не нравилось, кто бы только знал! Как она себя корила, что смалодушничав, остановилась у парка! Перевела дух, называется.

Уитни более не сказала ни слова. Оно им надо? Нет. Тут некоторые умело разговаривают и распоряжаются за других. Лишь с замиранием сердца наблюдала из-под опущенных ресниц, как молодой вампир, нехотя, подходит к Призванным Стражам, и те встают по обе стороны от него.

Вот и всё. Настала её очередь выполнять распоряжение главы клана.

Уитни полностью овладела собой, страх отступил, пришла очередь раздраженности. Да что себе возомнили эти вампиры? Снова решили, что мир принадлежит им? Нет, господа хорошие, давно прошли те времена, когда нежить правила балом и творила беззаконие. Когда считала себя хозяевами всего сущего, и все преступление оставались безнаказанными. Сейчас всё по-иному. Благодаря магам и новым временам, прогресс не стоял на месте. Да и крови лилось слишком много, когда-никогда надо было менять порядки.

– Мисс Кларисси, прошу, – голос Зародски прозвучал совсем рядом с лицом Уитни, отчего та вздрогнула. Всё-таки вампир изрядно её нервировал.

Рукой он указал дорогу к выходу из парка. Уитни, недовольно поджав губу, последовала впереди него. И, правда, пора возвращаться домой.

Шли они молча, хотя Уитни и была готова к тому, что сейчас услышит нечто нелицеприятное в свой адрес. Но Зародски молчал. И к лучшему. Хватало и его присутствия, которое нещадно давило на девушку. Чувствовала она себя отвратно. Никогда в жизни общество ни одного мужчины не доставляло ей столь сильного дискомфорта.

Привязанная кобыла послушно ожидала возвращения хозяйки. Увидев, что вместо коляски её ожидает лошадь, господин Зародски приподнял кверху брови, но обошёлся без комментариев, и на том спасибо.

Уитни, взяв Задиру под уздцы, повернулась к мужчине.

– Благодарю, что проводили, – ей надо было что-то ему сказать.

Зародски кивнул и внезапно сделал порывистый шаг в её сторону. Поднял руку и коснулся лица Уитни:

– Надеюсь, Вы умеете хранить тайны, мисс Кларисси.

Глава 3

Он до неё дотронулся! Немыслимо! Непостижимо! Нахально и беспринципно!

Уитни, вбежав в комнату, удержалась в последний момент, чтобы не хлопнуть дверью. Ни к чему шуметь и привлекать внимание прислуги. А как хотелось выпустить пар! Пришлось усмирять свои желания. Хватит, один раз за сегодняшний вечер она поддалась порыву, и вот, что из этого вышло.

Но Зародски….

Внутри всё клокотало от возмущения. Да чего греха таить! Уитни была в ярости. Как она удержалась и не ударила его в ответ – не понятно. А его тон! Его тон! В нем же открыто читалось сожаление, за которым умело маскировалась угроза.

Уитни, порывисто стянув с пальцев перчатки, подошла к трюмо и положила ладони на комод. Из зеркала на неё смотрела растрепанная красивая блондинка с гневным взглядом и горящими от возмущения щеками.

Каков наглец!..

Уитни никак не могла успокоиться. Всю дорогу гнала Задиру, кстати, вполне спокойную лошадь, прозванную так за буйный нрав в пору, когда была жеребенком. Остаток дороги девушка не помнила, но то место на щеке, куда прикоснулась обтянутая перчаткой рука Зародски, горело, словно на него поставили клеймо. Как он посмел… Дотронуться… Угрожать…

Пришлось вдохнуть и шумно выдохнуть. «Уитни, а чего ты хотела?» – спросила она своё отражение. Всё правильно. Его поведение – следствие привилегий, данных ему по рождению и увиденного несколько минутами ранее. Как она и думала, господин Зародски сделал неверные выводы её пребывания в парке. Он даже мог предположить, что она назначила встречу любовнику.

Усталая улыбка коснулась губ Уитни. Предположит, и в чем-то будет прав. У неё нет любовника, но вскоре появится.

Из огня да в полымя.

Сколько времени она собиралась духом, чтобы посетить мадам Ирмис! Вот собралась. Посетила. Встреча прошла благоприятно, они обо всем условились. Уитни осталась довольна их договоренностью. И тут… Какие черные силы направили её в парк? Столь опрометчиво. Столь необдуманно.

Уитни ещё раз вздохнула. Ладно, чего теперь печалиться и сожалеть. Что сделано, то сделано. Если господин Зародски пожелает, он очернит её репутацию, и никакие её просьбы не помогут. С другой стороны, она не сделала ничего плохого, чтобы начинать оправдываться.

А ещё…

Уитни снова посмотрела на своё отражение. Не все ли равно, что будут думать о тебе многоуважаемые жители блистательного Бьюри, если, при благополучном исходе дела, Уитни покинет его в скором времени и, возможно, никогда сюда не вернется?

Мечты-мечты. Только суждено ли им осуществиться?

Даже если задуманное случится, уехать из Бьюри сразу не получится, это надо понимать и не строить быстротечных планов. Спешка до добра не доводит – прописная истина. Особенно в её положении. Уитни необходимо всё взвесить и не единожды. Одна ошибка… И всё рухнет. А это недопустимо. Только не сейчас, когда она, наконец, решилась, собралась с духом, и готова пожертвовать многим, если не всем, ради осуществления своей цели.

Уитни подняла руку и вытащила первую шпильку из волос. Звать камеристку было лишним. Она сама справится с туалетом. Пусть Симона спит спокойно, да и не к чему горничной знать, что хозяйка вернулась поздно. Девочка, конечно, будет молчать, боясь потерять «хлебное» место, но лишняя осторожность не помешает.

Да, Уитни Кларисси, поздновато ты вспомнила про осторожность.

Как только последняя шпилька была вынута, пшеничного цвета кудри упали на плечи Уитни, даруя легкость голове. Всё-таки мода на замысловатые прически и тугие узлы нещадно вымучивала девушек. Как хорошо, когда волосы свободно струятся по плечам и спине.

С платьем пришлось повозиться, шнуровка была на спине, но вот и оно мягкой грудой упало к ногам Уитни. Оставшись в панталонах и корсете, Уитни быстро умылась и направилась к постели. Проходя мимо небольшого столика, выполненного из эбенового дерева, на высоких резных ножках, Уитни невольно задержалась перед одной единственной карточкой. На обрамленной в белую рамку фотографии был запечатлен высокий стройный мужчина с тонкими светлыми усиками, держащий на руках десятилетнюю девочку. Отец и дочь. Похожие друг на друга, как две капли воды.

В глазах привычно защипало. Прошло восемь лет, а воспоминания о последнем дне, когда Уитни видела отца живым, до сих пор свежи в памяти. Его добрая улыбка, ласковый голос и шутливое наставление, чтобы она слушалась тетушку Галатею. Слова, которые он говорил каждый раз, прежде, чем отправиться в очередную экспедицию. Уитни хорошо помнила, как не хотела отпускать отца в тот раз. У неё намечался первый бал, и безумно хотелось, чтобы отец вывел её в свет, а не тетушка Галатея. Он обещал вернуться побыстрее…

Уитни ждала месяц, два, полгода. Отец не приехал, даже весточки не прислал.

Прошёл её первый бал, где она имела определенный, пусть и не ошеломляющий, успех.

А потом пришло то роковое письмо, где сообщалось, что корабль «Сток», на котором плыла экспедиция отца, попал в шторм и пропал без вести. Никто не выжил. Никто не вернулся домой. Ни единая душа. Капитан, матросы, люди Стефана Кларисси…

Мир мгновенно изменился для Уитни. Да чего тут говорить… Уитни до сих пор ощущала боль от потери и отказывалась принимать горькую правду, что её веселого доброго отца, помешанного на путешествиях, древних городах и цивилизациях, больше нет. Оставшись без матери в малолетстве, Уитни была сильно к нему привязана.

Была…. Какое ужасное слово.

Протянув руку, она дотронулась до карточки и ласково погладила изображение отца. «Папенька, где же ты…где…» Уитни не верила, что его тело покоится на дне Безымянного океана. Она почему-то не сомневалась, что если с отцом случилась бы непоправимая трагедия, она непременно почувствовала бы это. А так… Она искренне верила, что произошло нечто, препятствующее его возвращению домой.

И преданно ждала, как любящая дочь.

Бросив последний взгляд на карточку, Уитни прошла к кровати. С легкостью, присущей юности, забралась под золотистое шелковое покрывало и закрыла глаза.

Трудный день, принесший много хлопот и переживаний, подошёл к концу. Всё, спать.

И не думать про Ивана Зародски. Не вспоминать его холодный голос. Не представлять его холеное лицо.

Его нет. Он тот, с кем она изредка пресекалась на званых вечерах и раутах. И никак не иначе. А сегодняшнее недоразумение… Оно закончилось и не понесет за собой никаких последствий.

Уитни закрыла глаза. Потом пискнула совсем по-детски и натянула покрывало едва ли не на подбородок, списав хоровод мурашек, побежавший по телу, на легкую прохладу в будуаре.

Спать-спать-спать.

Ночные страхи, порой, проявляются очень не вовремя.

Уитни даже зажмурилась. Прямо, как в детстве, после смерти матушки, она боялась засыпать без света. Папенька, будучи дома, каждую ночь приходил пожалеть ей крепких снов и оставлял включенным магический фонарик. Повзрослев, Уитни поставила перед собой цель побороть детские страхи, категорически отказавшись спать с фонариком. Было страшно. Даже жутко. Сколько провела она бессонных ночей, всматриваясь в ночную мглу, ловя замысловатые тени, поникающие через портьерную ткань занавесей, и не сосчитать. Ей всё казалось, что вот та тень или вот эта – вовсе не игра света, а настоящее чудовище, призванное из Тьмы гонимыми магами-отступниками. Шикала на себя и говорила, что магов-отступников не существует в природе, всё это детские байки. Уитни считала, что она, таким образом, закаляет характер. К двадцати годам она, наконец-то, преодолела страх и находилась в темноте, не шарахаясь от незначительного шороха по углам. Спустя четыре года смогла выезжать ночью по делам.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6