Не снимай дракона

Марго Генер

Не снимай дракона

Глава 1

Залитая солнцем остановка, на которой Василиса вышла из подвезшего ее грузовика, задней частью угрожающе нависала над ущельем, и обойти ее не представлялось возможным. А сделать это Василисе захотелось, потому что за остановкой открылся живописны вид.

- Будь осторожна, красавица, - прокричал ей из грузовика водитель с густой черной бородой. – Здесь места глухие.

- Спасибо, что подвезли, - отозвалась Василиса, которой самой не верилось, что автостопом поймала у подножья грузовик с пятью охотниками, да еще и влезла в кабину.

- Бывайте! – усмехнувшись белозубым оскалом, крикнул водитель и нажал на гашетку.

Когда древний, как эти горы, грузовик чудом развернулся и с грохотом укатил в туннель, Василиса все-таки с кряхтением полезла в заросли слева от остановки.

На белых брюках моментально появились пятна от пыльцы и травы, блузка зацепилась за ветку, а из ущелья налетел порыв и вздыбил непослушные каштановые волосы.

- Тьфу ты, ёклмн, - отплевываясь от волос, выругалась Василиса и попыталась вынуть из почему-то резко потяжелевшего кофра на шее фотоаппарат. – Надо было постричься перед поездкой.

Волосы хоть и чуть ниже лопаток, но жутко мешают, потому как непослушные.

Попытка отряхнуть пыльцу со штанины обернулась размазыванием желтой полоски от бедра до самого колена, Василиса тоскливо скривилась и проворчала:

- Если еще раз послушаю Марину и надену белое в горы, укушу себя за локоть.

В южные горы она вызвалась ехать сразу, как начальник предложил написать статью о краснокнижных животных. Во-первых, за это выплачивали приличные командировочные, а на ее стартовых позициях в редакции деньги не лишние. Во-вторых, это реальный шанс сделать классные фотографии и продвинуться по карьерной лестнице. В прошлом месяце коллега благодаря снимкам в Антарктике заключила контракт с крупной компанией. А Василиса фотограф куда лучше. И в-третьих, поездка на юг за счет редакции сама по себе подарок.

Так что сейчас в пылу энтузиазма Василиса лезла через заросли падуба, папоротника и рододендрон, чтобы поставить штатив и сделать фотографии, которые ну точно принесут ей многомиллионный контракт.

Едва она сделала шаг в сторону ущелья, со стороны остановки донесся чуть хрипловатый мужской голос:

- Я бы не советовал идти дальше.

Обернувшись, Василиса обнаружила невысокого мужичка лет под шестьдесят в грязно-серой рубашке, классических штанах, изрядно потерявших товарный вид и сейчас висящих трубами с вытянутыми коленями. И в картузе, из-под которого хитро щурится смуглое, иссушенное ветром лицо. В зубах торчит травинка, а сам он уперся плечом в стенку остановки и с интересом наблюдает.

- И вам здрасте, - ответила Василиса и снова занесла ногу для шага, озадаченно нахмурившись от того, что секунду назад не видела на остановке никакого мужичка.

- Да стой же говорят! – уже тревожно выдохнул мужичок. – Жить надоело?

- Да я осторожно, - попыталась успокоить непонятно откуда взявшегося и в меру сердобольного незнакомца Василиса. – Мне только несколько фото сделать.

- Да кто ж мешает? Делай, только не тут, - махая, чтобы она отошла назад, настойчиво проговорил мужичок. – Не видишь что ли? Обрыв.

Покосившись в сторону ущелья, край которого густо зарос рододендронами, Василиса ответила честно:

- Вообще не вижу.

- Ну коль не видишь, так поверь старожилу, - не отступал мужичок. – Давай, давай, вылезай оттуда. Там еще шаг и пропасть такая, что костей не соберешь.

Передернув плечами, девушка настороженно попятилась обратно к дороге, где мужичок с сочувствием помог ей перешагнуть на асфальт. Потом оглядел ее испачканные белые одежды и со смехом присвистнул.

- Ты, откуда такая нарядная в нашу глушь понаехала?

- Из столицы, - призналась Василиса. – Я фотограф из редакции. В командировку приехала природу снимать.

- Природа у нас красивая, - кивая, согласился мужичок и обвел взглядом зеленую долину ущелья. – Жить тебе есть где?

- Пока не думала об этом, - призналась Василиса, умолчав о том, что простодушно поверила Маринке и отказалась от предварительного бронирования, решив, что сама выберет, где жить, а редакция компенсирует затраты.

- А зря, - хмыкнул мужичок. – Тут горы, а не ваши столицы. Пойдем, покажу, где можно остановиться.

Когда они двинулись вверх по грунтовке, набежали тучки, солнце жарить перестало, и Василиса облегченно вздохнула. Мужичок, который шагает слишком бодро для такого возраста, это заметил и снова усмехнулся.

- Кто ж тебя надоумил так нарядиться?

- Не спрашивайте, - хмыкнула Василиса, поправляя небольшой рюкзак за спиной.

Мужичок снова беззлобно посмеялся.

- В горах важно правильно одеться. И голову прикрыть. А то днем темечко может напечь. Платок или вон, картуз.

Он демонстративно указал себе на кепку, а Василиса только покивала. Прав он, ничего и не скажешь, а Маринка, зараза, специально, наверное, ей насоветовала. Она давно на ее место метит, вот и строит подлянки. Да и всех интересных мужчин, которые появляются в офисе, уводит настолько быстро, что у остальных сотрудниц, включая Василису, начал развиваться комплекс неполноценности.

- Звать-то тебя как, лягушка-путешественница? – спросил мужичок, когда они с грунтовки сошли на тропинку через лес и двинулись вверх по склону.

- Василиса. Друзья зовут Вася.

- Приятно познакомиться, Василиса, - проигнорировав краткую форму, произнес мужичок. – А я Петр Лукич, тутошний лесничий. Стерегу эти склоны, можно сказать.

- Как поэтично, - хмыкнула Василиса, вытирая взмокший лоб, потому что взбираться по крутой тропинке оказалось не тоже, что прогуливаться по асфальтированной улице, особенно в жару.

Неведомый лесник шагает все еще резво и с прямой спиной, будто его не беспокоит ни подъем, ни летняя погода. Покосившись на Василису, он с сочувствием проговорил:

- Ничо, ничо, попривыкнешь. В городе, поди, только на диванах сидите, да на машинах катаетесь. А тут воздух целебный. А уж ножки-то как тренируются.

- Ага…

- А ты каких зверей снимать хочешь? – вкрадчиво продолжил разговор Петр Лукич, ни разу не сбив дыхание при обходе поваленного дерева. – У нас зубры и туры живут. Еще леопарды бывают, правда редко. Еще гадючки есть. Но их совсем мало осталось.

Отлепив со лба каштановые пряди, Василиса шумно выдохнула и ответила:

- Я всех готова снимать. Чем уникальнее, тем лучше. Я готовлю фоторепортаж к статье о редких видах и буду благодарна за любую помощь.

- Ишь, как, - прищурившись, отозвался лесник. – Уникальные звери. Уникальных зверей надо прятать.

- Так я же не вредить собираюсь, - поторопилась объяснить Василиса. – Я, наоборот, внимание хочу привлечь к сохранению. Финансирование чтобы дали для восстановления популяций.

Надвинув брови, Петр Лукич недовольно хмыкнул и поднял взгляд куда-то вперед.

- Финансирование, - бросил он, - видали мы ваше финансирование. Было озеро, все к нему ходили и наслаждались. А как пришла ваша братия, так озеро закрыли. К нему теперь только на вертолете и можно добраться.

- Я не для того работаю, - продолжила оправдываться Василиса. – Моя задача сделать красивые фотографии и доказать, что нужно беречь природу.

- Угу. Знаем мы, каким намерениями и куда дорожка ведет, - бросил лесник и махнул рукой. – Браконьеров развелось, как помоев за баней. Всем что-то надо. Ладно, Василиса, вон, гляди. Пришли почти.

Через десяток метров они вывернули из-за деревьев на широкую поляну с небольшим уклоном, на которой высится большой дом с террасой. С права сарайчик, из которого доносится кудахтанье, чуть дальше за домом шумит река. А слева покосившийся двухэтажный домик на сваях.

- Вон там мой дом, - объяснил лесник и указал на покосившуюся двухэтажку, - а там когда-то был туристический приют. Можешь там обосноваться.

- Сколько стоит? - спросила Василиса, мысленно радуясь, что повезло встретить лесника. В горном лесу она не бывала, а сплетница Маринка убеждила, что в южных горах сейчас все современное, и можно где угодно снять гостиницу. Обманула опять.

- Не все деньгами меряется, - отмахнулся лесник.

Двухэтажный домик хоть и оказался старым, но с небольшой спаленкой наверху и залом на первом этаже с рукомойником в углу. Удобства на улице в виде деревянного домика и летнего душа с огромным баком на крыше.

- Вечером буду варить уху, а жена пирог с лисичками печет, - проговорил лесник. – Приходи, угощу.

- Спасибо.

Когда лесник ушел, Василиса с облегчением выдохнула. Что ж, доехать в горы с какими-то мужиками, не свалиться в ущелье и обзавестись жильем вполне неплохо для городской неженки. Три ноль, Маринка.

Солнце только перебралось на второю половину неба. Василиса, не теряя времени, переоделась с спортивное и, снарядившись фотоаппаратом и всеми к нему приблудами, вышла из домика и направилась вверх по тропе.

Лес встретил ее исполинскими буковыми деревьями, которые кронами перекрыли небо, густыми зарослями молодых пихт и россыпью земляники вдоль тропинки.

Вдохновленная видами, Василиса фотографировала все подряд, начиная от червяков-кивсяков в подлеске, заканчивая облаками, которые иногда появлялись в просветах крон.

Увлеченная, она шла все дальше по маркированной тропе и, когда солнце уже начало падать к горизонту, выбралась к каменному выступу. С него вид на горы открылся такой, что дух захватило в раз: на сколько хватало глаз раскинулись острозубые горы, покрытые снежными шапками, по склонам ползет вековой ледник. Все это великолепие эффектно подсвечено оранжевым солнцем, и над ледником играет радуга.

- Офонареть, - не сдерживая восторга, выдохнула Василиса и выставила штатив на каменном козырьке.

Она делала кадры один за другим, быстро проверяя качество и меняя объективы. Местами получались зрелищные панорамные снимки, а иногда очень детализированные крупные планы, что не просто на таком расстоянии.

На одном из склонов удалось запечатлеть стадо зубров, на другом к своему восхищению Василиса обнаружила медведя, а когда начала снимать небо, то поймала в полете громадного горного ворона.

- Да только этих фоток уже хватит, чтобы начальник обалдел, - пробормотала она довольно, перелистывая кадры на экране фотоаппарата. – Ой, а это что?

Последняя фотография получилась уже после того, как солнце скрылось за горой, и небо заметно потемнело. У самого склона в полете на кадре застыл силуэт, очень напоминающий длинную птицу, но чрезвычайно для нее большой. Да и форма крыльев угловатая.

- Летучая мышь? – предположила Василиса, потирая лоб. – Крупновата. Даже слишком.

Василису охватила трепетная дрожь: если она засняла редкое животное, то за снимок можно претендовать даже не на повышение, а на отдельный кабинет с личным помощником.

Прицелившись объективом, Василиса попыталась выследить животное еще хотя бы раз, но небо затянуло тучами. Пришлось спешно собираться и бежать вниз по тропинке.

По пути ее настиг дождь, да такой, что вымокла Василиса до белья, а в домик вбежала уже в потемках, мокрая и грязная. Однако руки тряслись от предвкушения. Сейчас самое время поговорить с лесником, потому как он говорил об уникальных животных, а значит наверняка знает, что это за летучая-мышь переросток.

Переодевшись в сухое, она сунула фотоаппарат под ветровку и перебежками добралась до дома лесника.

Внутри вкусно пахло ухой и пирогами, за большим столом расселся Петр Лукич, а крепкая, румяная женщина с косой, видимо его жена, выставляла на стол выпечку.

Заметив Василису, лесник всплеснул руками и воскликнул дружелюбно:

- О, вот и наша столичная! Я думал, тебя смыло в реку, в такой дождь поперлась в лес! Давай к столу, уха горяченькая.

Долго уговаривать Василису не пришлось, она села слева от лесника, тут же перед ней оказалась тарелка с дымящейся ухой. Василиса, голодная с самого утра, молча ее уписала.

- Ого, - усмехнулся Петр Лукич, - никак с молотилки пришла.

- Почти, - промокнув губы бумажной салфеткой, согласилась Василиса и достала из-под ветровки фотоаппарат. – Большое спасибо, Петр Лукич. Очень вкусно. Я тут спросить хочу.

Лесник покосился на нее, в миг помрачнев, но ответил:

- Ну спрашивай, чего уж.

- Вот, - проговорила Василиса, поднося к его носу экран фотоаппарата. – Это что за зверь? Случайно сняла его на закате перед грозой. Точно не ворон и не орел. Слишком крупный. И крылья не похожи.

Лицо лесника нахмурилось, а брови сдвинулись на переносице.

- Удалила бы ты это фото, - сказал он серьезно.

- Да вы что? – удивилась Василиса. – Если я сфоткала редкое животное, меня ж озолотят.

- Не все золотом меряется, - буркнул Петр Лукич. – Удаляй говорю.

Резкая перемена в настроении лесника Василису только сильнее вдохновила, что означало – нужно сделать копии на всякий случай.

- Петр Лукич, - попыталась успокоить лесника она, - вы не подумайте плохого. Я просто хочу показать миру это чудесное животное. Вы же точно знаете, кто это, по лицу вижу. Что вам стоит рассказать о нем? Я же не прошу его голову. А лишь немного узнать, только и всего.

- Нечего тут знать, - резко отозвался лесник и встал. – Птица какая-то на твоем фото, и все.

- Но мы же оба видим, что не птица.

- Камера съехала, вот и смазалось все.

- У меня максимальная резкость и оптический стабилизатор, - настаивала Василиса.

- Птица, - упрямо проговорил лесник и вышел из-за стола, после чего скрылся в комнате, откуда через миг донесся его голос, будто разговаривает по телефону, но как Василиса не прислушивалась, разобрать ничего не смогла.