banner banner banner
Голоса ночи (сборник)
Голоса ночи (сборник)
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Голоса ночи (сборник)

скачать книгу бесплатно


– Я вас не спрашиваю – сколько, я спрашиваю – хорошо? – Ее пошатнуло, собеседник тревожно заглянул ей в глаза:

– Может, вам прилечь?

– Мне? – Она захихикала и поймала вилкой ломтик помидора. – Не хочу. Я давно уже не сплю. Как его убили, так и не сплю.

– Ужасно… – пробормотал он. – Мы все были потрясены.

– А что, его так любили? – То ли закуска подействовала, то ли хмель понемногу выветривался, но ей вдруг полегчало, она села ровнее, скоординировала зрение и слух.

– Он был очень точным человеком.

– Каким?

– Точным. Я плохо выразился, наверное… В общем, на него можно было положиться.

– Это я и так знаю. Как вас зовут?

– Михаил.

– Миша, – прошептала она ему в лицо. – Не обращайте на меня внимания. Я пьяная очень плохая.

– Господи, кто же вас обвиняет…

– И не изображайте сочувствия, – посоветовала она. – Или вы правда сочувствуете мне?

– Странно вы как-то говорите.

– Ничего странного. Похороны – это ужасно.

Он кивнул.

– Нет, вы не поняли! – возразила она. – Ужасно то, что всем, в общем-то, все равно, что он умер, но делают такие скорбные лица…

– Вы зря так говорите, нам не все равно.

– У вас доброе лицо! – оборвала его Анжелика. Лицо у Михаила было самое обыкновенное – широкое, щекастое, очень русское. Глаза – непонимающие, немного испуганные. Комплимент его смутил, он повертел в пальцах пустую рюмку и вздохнул:

– Нет, жаль его, жаль…

– Помянем в третий раз, – возгласил Саша.

– Ну, я уже не пью! – воскликнула Анжелика, и ей больше не наливали. Выпили, разговор стал оживленным, на нее уже никто не обращал внимания. Ее мать больше не плакала, сидела, раскрасневшись, шепталась с соседкой по застолью. Лена выпила третью рюмку с трудом, но внешне ничуть не изменилась. Саша молча поглощал рыхлый кусок пирога.

– Знаете, – обратился к ней Михаил, основательно закусив и раскрасневшись. – Нас ведь тоже всех допрашивали. Приезжали на работу.

– Да? И что?

– Ничего. Спрашивали, не было ли чего странного, каких-нибудь жалоб с его стороны, намеков, вообще чего-то из ряда вон.

– Ну и не было, конечно?

– Почему «конечно»?

– Потому что никто ничего странного не видел, – пояснила она. – Даже удивительно. Жил, жил и вдруг умер.

– Знаете, а ведь кое-что было, – тихо сказал Михаил. – Только вот не знаю, это имеет отношение к делу или нет?

– А что такое?

– Да вот, – он оглянулся, не курит ли кто, вытащил сигареты. – Не хотите на балкон, покурить?

Она согласилась, он помог ей подняться, и они вышли. На воздухе хмель у нее совсем прошел. Небо было зеленовато-синим, прозрачным, на западе уже горела яркая печальная звезда, фабричная труба на фоне заката испускала тяжелый черный дым. Анжелика поежилась, взяла у него сигарету.

– Холодно. Так что у вас там было?

– Не так давно, – припоминал он, – мы решили устроить пикничок на даче у одного из наших. Был повод, по работе, он хотел нас угостить. Жен не приглашали, так что собрались только свои. А Игорь опоздал. Приехал, когда мы все уже выпили, и не один, с дамой. Вам неприятно, да?

Анжелика впилась в него округлившимися глазами, потом медленно затянулась сигаретой, спросила:

– А что за дама?

– Вы уж простите…

– Да что там, я не ревнива, тем более сейчас… – отмахнулась она.

– Да все равно неприятно… Но что делать, так и было. Женщина была незнакомая, мы ее никогда не видели. Вроде бы он не слишком с ней возился, понимаете, вел себя так, будто она ему навязалась. Никому не представил, за стол не посадил. Вышел из машины, сел к нам, а она уж сама подошла. Ну, мы ее посадили, куда деваться, но она ничего не пила, не ела, только нас рассматривала.

– Да какая она из себя? – Ее трясло, то ли от вечернего холодка, то ли от возбуждения. – Внешность можете описать?

– Блондинка, высокая, лет за тридцать. Красивая, честно говоря.

Анжелика отвернулась и выбросила сигарету за перила балкона. Теперь ее трясло всерьез. А Михаил продолжал:

– Игорь нас всех удивил. Он обычно такой сдержанный, вежливый. А тут, понимаете, вдруг посмотрел на нее и стал поливать последними словами. Мы все ошалели.

– А что он ей говорил?

– Я вообще повторять не хочу. У всех просто дар речи пропал. Главное, мы ее не знаем, не можем ему сказать: «Прекрати!» Может, она и правда какая-нибудь дрянь, что ее защищать. Но все равно неудобно. И женщины наши с нами были, с работы.

– А чем кончилось?

– Я Игорю сказал: «Слушай, у нас тут праздник вообще-то». Он замолчал. А она встала и ушла. Никто даже ее голоса не слышал. Вот и все. – Михаил запалил вторую сигарету и искоса глянул на Анжелику: – Диковато, да?

– Еще бы! – Она обняла себя за локти, чтобы как-то сдержать нервную дрожь. – А куда она делась, эта женщина?

– Уехала в город, наверное. Дошла, думаю, до шоссе, там поймала машину.

– И Игорь ничего вам о ней не сказал?

– Ничего. А мы не стали спрашивать. Делали вид, что забыли, хотя, конечно, такое не забудешь. Мы от него не ожидали. Праздник был испорчен.

– У меня такое чувство, что вы не о нем рассказываете. Он в жизни не ругался.

– Вот именно! – горячо подтвердил Михаил. – Мы поэтому и решили, что баба эта была редкостная дрянь. Ну, а что у них там вышло – кто знает. Больше мы ее не видели и ничего о ней не слыхали.

– Когда это было?

– В конце апреля.

– Недавно… – задумалась Анжелика. – А следователю вы об этом случае рассказывали?

– Все, как один. Но кажется, на него это впечатления не произвело. Он вообще невнимательно отнесся к нашим показаниям. Спрашивается, зачем надо было от работы отрывать?

– Я чувствую, что еще натерплюсь из-за этого следователя… – поморщилась она. – Хорошо, хоть вы рассказали о ней.

Теперь Анжелика была уверена – это была та самая блондинка с пикника. Для верности она поинтересовалась:

– А как была одета та женщина?

– Белое пальто, синий свитер, брюки, – отчеканил Михаил. И пояснил: – Это не я запомнил, это наши женщины. Мы же потом обсуждали, о чем следователю рассказывали.

«Тогда было белое пальто, а Юра видел белый плащ… – Соображала Анжелика. – Видимо, эта блондинка предпочитает белую верхнюю одежду. Нет, это та же самая!»

– А вообще, – Михаил повернулся к ней, – вы можете на нее даже посмотреть.

– Как это?!

– А я заснял камерой, – пояснил он.

– В смысле, сделали фотографии?

– Да нет, на видео снял. Я снимал праздник на память, у меня хобби такое. Тут как раз подъехал Игорь, я заснял и его, и ее – как они за стол садятся. А потом Игорь стал выдавать свой текст, а я забыл камеру выключить, снял все это безобразие до конца. Недавно прокрутил, удивился.

– Серьезно, у вас есть все это на пленке?! – восхитилась Анжелика. – Вот бы увидеть!

– Какие проблемы? Хоть завтра. У вас же видак есть, я вам кассету привезу.

– А следователю вы об этом сказали?

Михаил покачал головой:

– Нет. И вообще, надо сказать, не хотелось с ним говорить. Все равно не слушает.

И швырнул окурок в сгущающуюся темноту. Огонек прочертил дугу, ударился об асфальт в том месте, где были нарисованы классики, и медленно погас.

Глава 6

Мать, конечно, осталась на ночь, но зато к обеду следующего дня Анжелика от нее избавилась. К тому же той надо было на работу. Часа в три позвонил Михаил, она недоверчиво спросила:

– Неужели не забыли про кассету?

– Она со мной. Могу после работы завезти. – Сегодня у него был слегка неуверенный голос, он как будто сомневался, как с ней говорить. «Уж не думает ли он, что кассета – повод позаигрывать? – сообразила Анжелика. – Вот весело-то!» Она поблагодарила его и договорилась, что будет ждать после семи. Сразу перезвонила Саше.

– Привет, вдовица! – бодро сказал он. – Опять неприятности?

– Держись, – посоветовала Анжелика. – Сейчас упадешь. Ты помнишь, я тебе рассказывала о блондинке в белом плаще?

– Ну?

– А мордатого Игорева друга? Мы с ним рядом за столом сидели.

– Они у тебя ночевать остались?

– Дай слово сказать! – разозлилась она. – Он заснял блондинку на видео. Понял? Это же куда лучше фотографии!

– А чего ты прицепилась к этой бабе? – поинтересовался Саша. – Она же явилась к нему накануне убийства, а не в тот самый день.

– Но она была здесь! И кто такая – никто не знает. А Игорь с ней дико ругался, и все это снято. Сегодня кассета будет у меня, так что приезжай к семи вечера с Ленкой.

– Она работает.

– Что она делает в своем магазине в мае?! Продает меха и дубленки?

– У них весенне-летний ассортимент. Одежда из кожи, шорты там, розовые замшевые штаны, всякие причиндалы, сумки…

– Мрак! – отреагировала Анжелика, совсем как Эллочка-людоедка. – Но я хочу, чтобы она тоже посмотрела эту кассету. И главное, договорись, чтобы Юра пришел! Он сможет ее опознать – он один. Может, я ошибаюсь, и это были две разные блондинки…

– Странно, – хмыкнул Саша. – Если он предпочитал блондинок, почему женился на брюнетке?

– Вот и увидим, как он их предпочитал, – отрезала Анжелика. – Ты приведешь Юру?

– Милая, да ты что? – возмутился он. – Тебе же только через площадку перейти, а мне ему звонить?!

– Там его матушка сидит, она меня ненавидит.

– А тебе какое дело до матушки? Он не маленький. Сама пригласи. Все, приедем.

Анжелика прибрала квартиру, запихала в шкафы валявшиеся как попало вещи, ахнула над своей старой блузкой – на спине красовался большой треугольный вырез. «Удружила мамочка! – Анжелика посмотрела дыру на свет. – Даже ради моих похорон она бы не испортила целую вещь… Неужели любила зятя? Вздор! Просто хотелось, чтобы все выглядело приличнее!» Саму косынку она сунула в помойное ведро. Собрала остатки от поминального стола, разложила по тарелкам колбасу, ветчину, сыр, проверила запасы чая и кофе. Когда явился Михаил, она гордилась собой – в большой комнате был очень мило сервирован маленький столик.

– Ну, зачем же… – начал тот.

– Ничего, вы мне так удружили! Может, выпьете чего-нибудь?

– Я за рулем, – неуверенно ответил он. Взгляд у него был направлен куда-то в сторону от хозяйки, он говорил как будто через силу, ворочал толстой шеей в белом воротничке. Сегодня он был вычищен, выглажен, распространял сильный запах духов – ну, жених! Анжелика про себя посмеялась над ним и усадила в кресло.

– Мы немножко подождем, – пояснила она. – Сейчас придут остальные.

– А… – протянул он и сразу погас, перестал ворочать шеей, даже запах его духов ослаб.