banner banner banner
Animal world Inc.
Animal world Inc.
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Animal world Inc.

скачать книгу бесплатно

Animal world Inc.
Максим Сергеевич Алексеев

Любопытная и взбалмошная лисичка-экзорцистка Азерия. Совсем не знающий писание Зверя всевышнего медведь-паладин Михал. Молодой кот из ордена ассасинов, не успевший потратить ни одной из своих девяти жизней. Они странствуют по королевствам зверей, но чем дальше, тем больше понимают, настоящие чудовища не та нечисть, что нападает на бедных селян. Настоящие чудовища сидят во главе церкви которой они служат…

Максим Алексеев

Animal world Inc.

1. Сказка про кота в сапогах.

Рассказывают разное про прошлое Калаба Хозяйни, да хранит его всемилостивейший Хозяин. Кто-то говорит, что был он зачат сукой непорочно. Другие утверждают – найден дочерью падишаха в реке, когда та купалась. Третьи, что и вовсе не было у него детства – послан он нам Хозяином и уже зрелым вышел из Шара, дабы научить нас мудрости, не тратя время на взросление.

Сам пророк, про свою жизнь до обретения Шара никогда ничего не говорил. В святом предании вопрос этот стороной обходить предпочитают, дабы избежать лишних ссор. Ведь если не поведал Калаб, да хранит его всемилостивейший Хозяин, в писании о своих смертных родителях, стало быть, недостойны мы знания этого. А коли потребуется оно, так будет ниспослано нам самим Хозяином.

Единственный, кто мог бы рассказать нам, правоверным зверям, о Пророке до обретения им истины, так это Предатель, да будет имя его забыто во веки веков. Но разве будет правоверный зверь слушать речи порождения дэва и шайтана, в которых ложь от истины не отличишь?

***

Ему было жарко. Словами не передать, ту муку, которую приходилось терпеть бедному рыжему коту, закопанному по шею в песок. Щенок, шедший по дороге рядом со своим ишаком, и то был близок к обмороку. А уж каково было умирать непривычному к пустынному солнцу северянину и подумать страшно… Глаза ввалились, кожа на носу и губах потрескалась, но кровь не текла.

Рядом с головой кота в песок была воткнута табличка с лаконичной надписью 'вор'. Молодой пес облизнул свой высохший нос. Кот приоткрыл глаза и попытался что-то сказать, но из его пасти раздался только тихий хрип.

Кот еще жив, понял пес. Он достал из седельной сумки флягу с подсоленной водой, опустился перед котом на колени. Тот жадно пил, давясь и захлёбываясь. Пес дал ему опустошить флягу почти до конца, затем, несмотря на протестующее рычание, отобрал остатки и вылил их на голову кота.

После этого щенок вернулся к ослу и пару минут копался в тюках, пока в его руках не оказалась оловянное блюдо. Подарок покойного отца был не самым лучшим инструментом для того, чтобы копать. Но, увы, лопаты у пса не было. Мысль о том, что он совершает ошибку, не раз посетила его. Но, с другой стороны, разве не должна была быть прикреплена к табличке печать аль-кади* и перечисление прегрешений? А если их не было, то получалось, что кота и вовсе без закона оставили умирать!

* глава муниципальной администрации.

Показались плечи, потом локти. Кот дергался, пытаясь помочь, что-то неразборчиво хрипел, но его сил не хватало. Псу пришлось раскопать его почти до колен, прежде чем он смог его вытащить.

Он еще раз напоил кота, затем поставил навес от солнца, завел в тень ишака, расстелил циновку, и уложил на нее кота. Все равно близился полдень, и идти дальше сегодня было уже нельзя.

– Благодарю тебя, – четверть часа спустя смог сказать кот.

– Очень надеюсь, что я не совершил ошибки, – ответил ему пес. – Ты преступник или нет?

– Надо было раньше спрашивать, – усмехнулся кот, оценивающе глядя на своего спасителя. – И вообще все зависит от того, с какой стороны посмотреть на ситуацию.

– В смысле? – пес теперь с опаской посмотрел на него.

– С точки зрения нашей пантеры Пардус, я преступник, достойный лишения дворянства и изгнания. С точки зрения кочевников, закопавших меня по шею в этой пустыне, я преступник. А вот с моей точки зрения, моя совесть чиста как стеклышко!

– Так ты все-таки вор? – спросил пес.

– Ну… скажем так, не совсем. Позавчера я имел несчастье встретиться с племенем шакалов на этой дороге. Они, увидев одинокого чужестранца, захотели, по словам вождя, взять налог за безопасность. Он включал все мои деньги, лошадь, пищу, клинок одежду и сапоги. И в самом деле, в том тряпье, что они мне оставили взамен, на меня бы больше никто не позарился. Как и на ишака, что я получил вместо лошади…

– Скажи спасибо, что они не бросили тебя умирать в пустыне! – сказал пес, – тебе повезло!

– Как же это не бросили? Сейчас и до этого дойдем, – усмехнулся кот. – Я зверь рисковый, безопасность не люблю, и поэтому с таким налогом был не согласен. День я следовал по их следам, а под утро пробрался в лагерь и выкрал свои вещи обратно. А заодно и золотишко в компенсацию. Увы, жадность меня подвела. Сбежать я не успел и оказался прикопан тут… Надо было ограничится лошадью и клинком, – вздохнул кот с сожалением.

– Тогда тебе повезло еще, что я тебе попался. Так и умереть можно!

– Так я и умер вчера. Еще одна жизнь потрачена в пустую…

Пса передернуло от того с каким безразличием сказал это кот. Впрочем, когда жизней девять и к смерти отношение другое. Везет им, котам. С другой стороны, пес с кочевниками бы договорился, а вот заносчивый ехидный северянин наверняка пытался или сбежать, или обмануть…

– Как тебя зовут, спаситель? – между тем спросил кот.

– Калаб, – ответил пес.

– Я смотрю, твои родители фантазией не отличались. Пес по имени Пес. * Ха!

– Я еще не заслужил ни лакаба, ни куньи*. «И не смей оскорблять моего покойного отца, – сказал Калаб, – я только справил тризну».

* Калаб – в переводе на язык северных зверей – собака или пес. Прозвище и элемент, указывающий на имена детей.

– Ладно, извини. Не знал, – кот посерьезнел. Он с трудом поднялся и поклонился перед псом, – я, виконт Л'Эдрьодон, благодарю тебя.

– Пожалуйста, Ледредон.

– Нет, не так, Л'Эдрьодон! – поправил его кот.

– Ледредон?

– Аррр! Да нет же!

– Боюсь я не смогу это выговорить, – смущенно произнес пес, – что это значит?

– Ммм… Пушок.

– Хорошо, тогда я так и буду тебя звать, аль-Зареб.

Кот поморщился, но спорить не стал. Они перекусили финиками и сушеным мясом, потом выпили еще воды и задремали. Двинулись дальше они ближе к вечеру, когда дневная жара начала спадать. Кот, был слаб. Калаб посадил его верхом на осла, а сам шел рядом. Пока они двигались, Зареб рассказывал ему про свои путешествия.

Пару лет назад ему не повезло, он случайно убил на дуэли внука пантеры Пардус. Внук был одного из младших сыновей и на престол вообще никак не претендовал. Да и повод был уважительный – честь дамы. Но все же, пролилась царская кровь, и пантера простить такое не смогла. Виконт был вынужден отправиться в изгнание.

Вместо того чтобы отправится на север к медведям и волкам, как большинство бы поступило в его ситуации, он решил сесть на корабль в восточные страны иноверцев. Сказочная страна Кеми, в которой, как говорили, кошек боготворят, манила его. Увы, боготворили именно кошек. Не котов. Зареб благодаря своей изворотливости и талантам все же смог прибиться ко двору, но не продержался и полутра лет, как впал в немилость. Слишком уж он был несдержан. Да и претила ему судьба экзотической игрушки… Быть может, начнись война он бы смог проявить себя на поле боя. Но в мирное время Зареб отметился лишь в драках, да блуде. Окончательно рассорившись с визирем, покровительствовавшим ему, кот решил отправиться дальше на юг, в Калабистан. И тут он совершил большую ошибку. Не прибился к каравану. И если Калабу это еще могло сойти с рук, то вот коту гулять самому по себе в землях псов не следовало.

Калаб же в ответ все больше молчал. Его жизнь была намного скучнее, чем у северного варвара. Не было в ней ни погонь, ни схваток с пиратами, ни поединков, ни прекрасных дам. Да и откуда им взяться в жизни третьего, младшего, сына текстильщика из Мехшеда… Отец его недавно умер. Дом отошел старшему брату. Средний получил одну из мастерских. А младший – осла да письмо для дяди из Энзели с рекомендацией пристроить щенка к делу. Как Калаб ни боялся дальней дороги, но пришлось отправляться. В родном городе он только и мог стать, что подмастерьем. А вот дядя хотел его приказчиком пристроить. Кот снисходительно слушал историю жизни Калаба. Не прерывая, и не отпуская едких комментариев о скуке и однообразии бытия, которых пес боялся.

Некоторое время они ехали молча. А потом Зареб нарушил тишину:

'Жизнь пронесется, как одно мгновенье,

Ее цени, в ней черпай наслажденье.

Как проведешь ее – так и пройдет,

Не забывай: она – твое творенье'

– Какие замечательные стихи! – восхитился Калаб, – чьи они?

– Мои. Только что сам придумал. Ты понял их пес? Ты хочешь стать приказчиком и считать чужое золото, чтобы в конце жизни, даст Зверь, завести собственную лавку?

Калаб не знал, что ответить. После всех этих историй про север, царство Кеми, и другие приключения, что пережил кот, щенку думать было тошно об уготованной ему судьбе. Глаза Зареба светились зеленым в свете взошедшей луны. Сейчас он больше был похож на дэва-искусителя, чем на зверя из плоти и крови.

– Ответь мне, пес!

– Нет, – выдавил из себя Калаб.

– Прекрасно! Тогда на этой развилке мы свернем направо.

– Но путь в Энзели лежит налево, – растеряно произнес пес. Калаб и не заметил, что они прибыли к перекрестку.

– Вот именно поэтому мы отправимся направо, в столицу блистательного падишаха Калабистана, где нас ждут не скучные счетные книги, а вино, пушистые кошечки и приключения! – кот дернул за поводья, поворачивая осла. Калаб попытался протестовать. Он, как и любой юноша приключений хотел, но не был готов, к тому, что они обрушатся на него так внезапно. Кот же его от его возражений просто отмахивался…

Ближе полуночи ишак устал и отказался двигаться дальше. Заребу пришлось слезть и идти пешком. Он быстро выдохся, после чего друзья устроились на ночной привал. Наутро они продолжили путь. Постепенно становилось все жарче, Калаб заметил, как кот вздрагивает от каждого шага. В отличие от пса он был бос и горячий песок все больше и больше донимал его. Тогда Калаб снова залез в тюк со своими вещами и достал пару старых сапог.

– Держи! – он протянул их коту.

– О! Мой король, благодарю тебе за оказанную честь! – Зареб картинно поклонился.

– Почему ты назвал меня так? – спросил Калаб удивленно.

– У нас на севере, пантера дарит обувь при пожаловании дворянства… Так что, слушаю и повинуюсь, мой владыка!

– Зареб… Давай вернемся и пойдем в Энзели? – спросил Калаб.

Кот тут же перестал кривляться и жестко ответил:

– Нет! Ты уже взрослый и должен отвечать за свои решения.

– Но оно было совсем не моим!

– И за решения своих подданных, раз уж ты теперь царь! – кот показал язык.

– Зареб, но у меня почти нет денег, нам двоим не хватит даже на половину дороги! -взволновано сказал пес.

– О, эту проблему мы решим уже сегодня! – Кот встал на цыпочки, рассматривая купол караван-сарая и верхушки деревьев на горизонте. – Это я тебе обещаю.

***

Жизнь в оазисе кипела. Пальмы дарили благодатную тень, небольшое озеро в центре было полно мутной от столпившихся на берегу гужевых животных воды. Везде сновали звери. Шакалы из местных племен продавали путникам дичь и финики. Группа козлов со своими фургонами встала в стороне. Они дремали в тени расслаблено. Сегодня был один из их многочисленных святых дней, и они не могли ни работать, ни путешествовать. Но Калаб был уверен, торгаши зорко следят за своими товарами. Были здесь и псы, и кролики, и несколько миниатюрных большеухих пустынных колдуний-лисиц из клана Фенек. Увалень-слон неторопливо, но неотвратимо рубил на части ствол засохшей пальмы, а в тени входа в сам караван-сарай виднелась зловещая фигура плоскомордого кота с востока. Темный плащ и две кривых сабли за поясом выдавали в нем убийцу-наридинийя, страшного воина, который, приняв экстракта валерианы, забывает про боль и страх и способен сразить любого зверя своими клинками во славу падишаха. Да и что ему смерть, тому кто живет девять раз?

Калаб проходя мимо него в прохладный зал, непроизвольно сгорбился, когда почувствовал на себе тяжелый взгляд. А вот Зареб наоборот, картинно прижал уши и зашипел. Но наридинийя даже ухом не повел.

Пока он договаривался с хозяином-лисом о еде и воде, кот куда-то исчез, попросив его ждать внутри. Калаб напоил осла, насыпал ему зерна, затем и сам перекусил пловом. Выпил чая. Через некоторое время с улицы раздались крики, а затем и звуки драки. Калаб уж было хотел выйти глянуть, что происходит, но тут внутрь вошел довольный донельзя Зареб. В руке он нес объемистый сверток.

'Скорей вина сюда! Теперь не время сну,

Я славить розами ланит хочу весну.

Но прежде Разуму, докучливому старцу,

Чтоб усыпить его, в лицо вином плесну.'

Продекламировал кот хозяину. Тот намек понял мигом и уже через минуту в руке у кота появился деревянный кубок с вином. А в ответ лис получил серебряную монету.

– Калаб, ты отдохнул? – Спросил Зареб.

– Да, – кивнул пес.

– Тогда двигаем дальше!

– Нам лучше переждать жару…

– Нет, Калаб, мы должны спешить! Столица ждет нас. – Кот парой глотков опустошил кубок, отобрал у Калаба остатки лепешки и закусил. После чего направился к выходу. Калаб вздохнул и поспешил за ним вслед.

Они шли быстро, настолько, насколько позволяла дневная жара. Зареб на ходу соорудил из отреза ткани себе чалму. Так же, не останавливаясь, скинул свое тряпье, натянул длинную светлую рубаху-джелабию. Поверх нее – расшитую вышитую дорогой красной нитью накидку-бишт. Кот сразу приобрел вид то ли купца средней руки, то ли мелкого вельможи.

– Ну как? – спросил он у пса.

– Это дорогие вещи! Откуда они у тебя?! – удивился Калаб.

– Позаимствовал, – усмехнулся кот, – пока шакалы сцепились с псами посреди лагеря козлов, а лисы и зайцы пытались их разнять.

– Ты украл их!

– Я обязательно верну с процентами, но позже, когда стану визирем.

– Мы должны вернуться и отдать все хозяевам!

– Тебя прикопают прямо рядом со мной, – сказал кот. – Держи лучше свою долю. Он протянул Калабу еще одну джелабию из тонкой ткани.

– Я не буду носить краденное!

– Ну как хочешь. А как насчет есть на краденные деньги? – Кот показал кошель с парой десятков серебряных монет.

Пес надулся и с котом не разговаривал. Однако ему пришлось признать, возвращаться было опасно. Зная нравы шакалов охранявших караван козлов, легко бы он не отделался. Разбираться в степени вины кочевники бы не стали. А кот между тем продолжал говорить и его речи медленно, но верно пробирались в разум Калаба.

– Во-первых, я взял лишь необходимую малость в козлином караване. Они не обеднеют. Во-вторых, раз уж мы идем в столицу, то ты должен понимать – встречают по одежке. Вот пустят тебя в таком виде к падишаху или визирю?

Калаб оглядел свою поношенную пыльную рубаху и накидку.

– Нет, – буркнул он.

– Вот. А меня теперь вполне могут пустить. Сразу видно, дворянин и готов совершать подвиги во имя луноподобного падишаха Калабистана! А ты? Тебя только на кухню послать чистить котлы сейчас можно! Так что одевай. Жаль, оружие стащить не удалось, – вздохнул Зареб. – Ну да не все сразу.

Некоторое время они продолжали двигаться молча, пока Калаба окончательно не расперло от любопытства.