скачать книгу бесплатно
– Сзади! Осторожно! – прокричала она, указывая куда-то за спину сомалийца.
– Так я и повёлся на эти… – он не успел договорить, потому что чья-то нога со всей силы ударила его в спину. Нео упал, болас отлетел куда-то далеко. Через него перепрыгнул парень, кто-то из старших.
С трудом Нео поднялся на ноги. Взрослый пацан напрыгнул на Бу и вцепился ей в шею обеими руками. Девушка пыталась кричать. Она била по рукам, но не могла освободиться.
«Нет уж, это никуда не годится», – решил Нео.
Подойдя поближе, он увидел, что девушка уже стала терять сознание. Ничего не говоря, Нео достал из рукава рабочую отвёртку – самую необходимую вещь в работе, ведь ржавые двери в этих развалюхах то и дело заедают. Он всадил отвёртку пацану в подмышку.
Тот вздрогнул, даже не сразу поняв, что произошло. Какое-то время ему хватало сил, чтобы продолжать сжимать горло Бу, но затем он он закашлялся. На подбородке дождь смешивался с кровью.
– Ты чо, бл***, творишь? – удивился парень.
Нео смотрел на него испуганными глазами.
– Я… я… – как ни старался, Нео не мог пробудить в себе льва. Он просто блеял. Храбрости хватило всего на один поступок.
Парень выхватил отвёртку из подмышки, схватил Нео за плащ и принялся наносить сомалийцу удары по всему телу. Методично, как будто гвозди заколачивал.
– На! На! На! – каждый раз, вонзая отвёртку в податливаю плоть сомалийца, повторял взрослый пацан. Остановился он, только когда услыша самый любимый звук для всех харонщиков – звук открывающейся двери капсулы. Нео тоже его услышал, а затем увидел, что Бу, девчонка, которую он пытался спасти от здоровяка, открыла дверь капсулы. Система сразу же отсканировала её лицо, чтобы убедиться, что она действительно харонщик и имеет право тут находиться. Теперь никто не заберёт у неё этого червяка, который сейчас сидел в машине.
Пацан с отвёрткой в руках посмотрел на Бу, потом на Нео, на свою руку с отвёрткой, заплакал. Вокруг уже собирались другие харонщики, все смотрели на человека, который убивал сомалийца. Все знали, что тому угатовано.
Тем временем Бу извлекла из мужчины, который сидел в машите, все трубки, которые поддерживали жизнедеятельность организма, пока сознание было где-то далеко.
Параллельно система заканчивала процесс «возвращения» – по сути человека просто отключают из виртуального мира. Лицо мужчины искривилось. Секунда и глаза открылись. Тело его начало непроизвольно извиваться, биться ногами, агонизировать. Как те черви на асфальте.
Тело уже отвыкло подчиняться сознанию. Разум разучился воспринимать реальность.
Бу придержала мужчину, чтобы он не вывалился на мокрый асфальт. Дождь разбивался о плащ девушки, брызги летели в лицо мужчины из машины.
– Всё хорошо, друг, – сказала Бу.
Мужчина заплакал. Это как второе рождение.
– Где я? – завопил мужчина. – Я попал в ад?
Бу босила взгляд на Нео, который с завистью в угасающих глазах смотрел на неё.
– Можно и так сказать, – проговорила девушка своем клиенту. – Зато я сегодня поем.
Черви в банках
В первые месяцы жизни в городе Нео учился всему в классах с другими новичками. Там были девочки и мальчики его возраста из совершенно разных стран – чёрные, белые, метисы, мулаты, христиане, буддисты, мусульмане.
Инженеры-учителя рассказывали им о том, как устроена система. Много сложных непонятных терминов, которые взрослые люди просто кидали им, не пытаясь объяснять.
Никто из учеников так ничего и не понял. Уже оказавшись в полях, как было принятно называть городские улицы Виртополиса, Нео узнал, что их никто и не собирался обучать. Если лет десять-пятнадцать назад сюда привозили подмастерий, чтобы учить их вирт-инженерии, выращивать новый интеллектуальный обслуживающий персонал (одним из таких людей был инженер, что привёз Нео сюда), то теперь в Виртополис свозили детей просто по привычке. По нелепой традиции, которую боялись отменить, чтобы не привлекать внимания государств, контролирующих город Виртополис. К тому же городу за это хорошо платили. ООН и другие некоммерческие организации, которые считали, что что-то контролируют в этом мире и в Виртополисе, в частности.
Реальность улиц оказалась куда безрадостнее. Всем было плевать на Нео и ему подобных. Сомалиец часто думал о своей странной судьбе: каждый раз, когда он оказывался в каком-то новом месте, лучшие деньки всегда уже были позади. Его родная деревня когда-то процветала, с каждым годом богатея за счёт пиратского промысла, но всего через несколько лет после рождени Нео всемирные силы захватили его страну и заперли всю его семью в концлагере.
В лагере ему рассказывали, что в былые времена (лагерь был построен ещё за несколько лет до этого для жителей других африканских стран) в лагере было приятно жить – кормили мясом каждый день, привозили все новые кино-новинки, даже были вирт-компьютеры за хорошее поведение. Когда же в лагере оказался Нео, выяснилось, что лагерь не рассчитан на такое количество «постояльцев». Мясо они видели раз в месяц и то – искусственно выращенное. Верования его семьи запрещали питаться таким мясом. Поэтому он больше питался бобами и сыром тофу.
И вот теперь здесь – в Виртополисе. Когда-то он мог добиться больших высот в этом городе, но не теперь. Теперь его могут оставить умирать прямо на улице истекающим кровью.
То, чем он и такие же дети, как он, тут занимались, учителя с издёвкой называли «Первой ступенью». В рамках обучения на этой «Первой ступени», ученики были обязаны ухаживать за людьми в машинах.
Разумеется, речь шла не о том, чтобы подтирать им задницы, пока они спят. Автоматика занималась этим исправно. Будущий житель Виртополиса не мог приехать без специально оборудованного автомобиля – с приёмником испражнений и боксом для подачи питательных субстанций.
Новые пакетики с питательной субстанцией приносили роботы. Пакеты приёмников тоже забирали они. Даже на вызовы класса «эпилепт. припадок» отправлялись роботы, потому что они лучше разбираются, что делать со спящим человеком в такой ситуации.
Живые мальчики и девочки реагировали только на экстренные сигналы: смерть или пробуждение. При этом смертей было в разы больше.
Как оказалось, дальше «Первой ступени» никто из детей и подростков не переступал уже давным-давно.
Именно об этом думал Нео, лёжа под дождём, истекая кровью, в окружении других таких же «учеников», как и он. Бу уже утащила своего червяка в Центр пробуждений.
– Помогите, – молил Нео.
Никто не двигался и не собирался отвечать на его мольбы. В городе убийства были под запретом – тебя сразу же выдворят из Виртополиса, назад в твою убогую жизнь. Да вот только всем власть имущим и судьбы решающим было плевать на смерти учеников. Их тела роботы то и дело вылавливали в канавах, из-под машин, из самых грязных закоулков города. Передавали в руки людей для проведения расследования… но никто не проводил расследований.
– Помогите…
Но нет, никто не поможет. Он это знал. Детям вокруг нравится смотреть на то, как из Нео вытекает кровь, как его покидает жизнь. И только. Это одно из немногих развлечений, которое есть в их жизни. Нео – всего лишь ненужный конкурент, а всем известно, что чем меньше конкуренция, тем больше возможностей заработать. Когда Нео умрёт, они просто разбредутся по своим будкам, в которых пережидают жизнь до следующей сирены.
– Помогите…
– Да боже мой, ты чего такой живучий? – удивилась одна из девочек в толпе, стоявших над ним. Она спрыгнула с машины, схватилась за смарт-браслет на руке Нео и до того, как кто-либо ей помешал, особенно взрослый пацан, который и нанёс сомалийцу эти раны, девочка нажала комбинацию кнопок.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: